Мир наизнанку

      Саша думал, что вся тяжёлая работа осталась позади, когда с приготовлением вина было покончено. Однако он ошибся: на следующий день, накануне свадьбы Вадима, настоящая суматоха только началась. Всем пришлось подняться ещё раньше обычного, и уже к середине дня не только Саша едва стоял на ногах. Даже сильный, выносливый Денис утомился — сейчас Саша мог видеть его неподалёку, в тени какого-то дерева. Он прижимался горячей спиной к древесному стволу и жадно пил воду из двухлитровой бутылки.       С самого утра Денис держался как обычно, что не могло не радовать Сашу, учитывая инцидент прошлого вечера. Он был так же весел, шутил, периодически подкалывал Вадима, иногда театрально причитая о том, что «наш мальчик стал таким взрослым». Димка как всегда суетился, подгоняемый гиперответственным Робертом, который как всегда взял на себя приготовление праздничного стола. Вадим и Миша отправились то ли к соседкам, то ли в магазин по поручению кого-то из старших. На первый взгляд всё выглядело как обычно, кроме одной маленькой детали.       От внимания Саши не могло укрыться то, что Данька, устроивший накануне мини-истерику, явно избегал его. Стоило парням случайно оказаться рядом, пересекаясь по какой-то работе, как Даня спешил отвести взгляд, усиленно концентрировался на своём деле и по абсолютно надуманному поводу обращался к кому-то из товарищей. Начать с ним разговор Саша не решался, да и сказать по правде, он так и не смог найти подходящие слова. День пролетел стремительно.       Когда в поселке сгустились кисельные сумерки, небо постепенно начало заволакивать серыми облаками. Воздух стал значительно свежее, и все гости словно ощутили прилив сил, заметно оживляясь. Даже несмотря на былую усталость днём, к вечеру Саша каким-то чудесным образом взбодрился, а суета больше не казалась такой изнуряющей.       Сам же праздник наступил так же внезапно, как и закончились дневные хлопоты: Саше, да и всем остальным, показалось, будто их накрыла сама волна торжества, унося в шумную суматоху деревенской атмосферы. Саша «очнулся» только тогда, когда кто-то из присутствующих, чьё имя он не помнил, плеснул ему в чашу очередную порцию крепкой чачи, предварительно принесённой Димкой от какого-то умельца. — Ну, Саня, что ты скис? — румяный от алкоголя Димка приятельски закинул руку Саньке на плечо. — Тебе не нравится наш праздник? — Очень даже нравится! — Саша поспешил состряпать как можно более дружелюбное выражение лица, делая глоток самодельного бренди. — Почти что ночной клуб на Рубинштейна.       Дима громко захохотал, ткнув Сашу локтем в бок. — Смотри-ка, кое-кому всегда удаётся разговорить Роберта, — Дима указал полупустой чашей в сторону беседовавших в домике Вадима и Роберта. Он аж прицокнул языком, а Саша поспешил глотнуть ещё горькой чачи, чтобы спрятать улыбку.       Слушая болтовню и сплетни Димки, Саша постоянно бегал взглядом по толпе, разыскивая знакомый силуэт. Данька не видел Сашу, а в его руке даже не было бокала с алкоголем. Вокруг парнишки постоянно вертелась какая-то маленькая девчушка. — Братик! — радостно воскликнула она, когда Данька поднял её на руки. — Ты расскажешь мне одну из своих историй, правда-правда?       Данька даже засмущался. — Лиша, конечно расскажу, — с улыбкой отвечал парнишка, одной рукой удерживая малышку, а второй поправляя её разболтавшиеся косички. — Ты хочешь узнать, что случилось в той истории с красным драконом, не так ли? — Да-да! — громко закричала Алина, перекрикивая шум говоривших гостей. — А ещё братик обещал мне, что поможет сделать фигурки из глины…       Даня снова устало улыбнулся. О давнем обещании он почти забыл, забегавшись в своих проблемах и чувствах. — Мы обязательно сделаем их, — подмигнул он Алине. — Давай договоримся на послезавтра?       Глаза маленькой девчушки засияли, словно звёздочки, и она обняла Даньку за шею, прижавшись щекой к его щеке. Картинка перед глазами заставила улыбнуться и Сашу, незаметно наблюдавшего за парочкой.       Данька не помнил, с какого момента эта маленькая девчушка по имени Алина, приходившаяся внучкой его соседу, Борису Николаевичу, начала называть его братом. Парнишка никогда не отказывал в помощи пожилому мужчине, иногда даже в ущерб своим делам. В благодарность за помощь Борис Николаевич всегда угощал Даню вкусным обедом. Алинка же всегда участвовала в приготовлении пищи. Спустя время, она не просто привыкла к постоянному присутствию Даньки в их доме, но и стала делиться с ним разными историями. Чуть позже она уже не отходила от Даньки ни на шаг, стоило тому появиться в их доме. — Слушайте все! — вдруг раздался громкий голос, словно над ухом, и игравшая всё это время музыка притихла. — Предлагаю тост!       Голос принадлежал никому иному, как энергичному Михаилу. Парень забрался на какой-то стул, в полевых ботинках, совершенно не заботясь о сохранности мебели, и поднял чашу с уже знакомым вином насыщенного бурого цвета. Виновник этого торжества — Вадим — тепло улыбнулся, приобнимая свою невесту за талию и скромно касаясь губами её щеки. Пара сидела за столом в центре, на самом торжественном месте. Сейчас оба поднялись со своих стульев и внимательно наблюдали за разворачивающейся сценой. Тем временем вокруг стула, на котором стоял Миша, собрались остальные гости. — Мы все… все, кто живёт здесь, невероятно сильные и особенные люди, — начал Миша, обводя взглядом всех собравшихся и задерживая взгляд на молодожёнах. — Каждый новый день наступает благодаря вашим силам и вашему труду. Что бы ни случилось, какая бы беда ни пришла к нам, мы должны оставаться вместе, чтобы преодолеть все трудности, которые выпали или выпадут нам.       По толпе прошёлся одобрительный возглас, а некоторые закивали. Невеста Вадима сильнее прижалась к своему жениху. В этот раз Саша тоже решил не прятать свою улыбку: он не знал, чем он так не угодил этому красноречивому парню, так заботящемуся о деревне, но даже будучи соперниками, Саша не мог скрывать своего внутреннего уважения к Мише.       Саша словно впал в транс. Сейчас Миша обращался уже к жениху и невесте, и до сашиного слуха отдалённо доносились громкие возгласы гостей, вторящих его словам. В толпе из гостей Саша нашёл Даньку. Парнишка всё ещё держал на руках маленькую Алину, которая так уютно обнимала его за шею. Оба смотрели на Мишу, но Алина выглядела явно счастливее Дани. Девчушка даже не могла себе представить, что происходило в голове её старшего братика. А происходила там настоящая сумятица.       Данька будто вздрогнул и резко повернул голову, на мгновение встречаясь с Сашей взглядом. Обрадованный такому случаю, Саша попытался дружелюбно улыбнуться и уже собирался поднять руку, показывая Даньке, что он хотел бы поговорить в стороне от всех, как парнишка тут же отвел взгляд и нахмурил брови. Саша нервно пожевал нижнюю губу. — Куда бы ни забросила нас наша судьба, — тем временем Миша заканчивал свой тост. — Помните, откуда вы, и помните, что это место наш общий родной дом. Сегодня я благодарен всем вам за то, что могу стоять на этой земле и гордо называться её жителем. Я горжусь каждым метром, который прохожу по утрам по пути в поля, горжусь каждым деревом, каждым цветком или плодом, выросшим тут. Это мой дом. Это наш дом. И это, ребята, безусловно, ваш дом! За наших молодожёнов! За наш дом!       Миша резко поднял руку с чашей к потолку, и несколько капель непроизвольно выплеснулись. Следом за ним жених и невеста торжественно подняли свои бокалы. Толпа сразу же загалдела: все гости повторили за Мишей его жест и под одобрительные возгласы сделали по глотку. Сквозь гам был слышен стук стеклянных стаканов. — Он всегда был таким, — Саша вздрогнул от голоса Димы над ухом. Оказывается, тот и не думал уходить куда-то, продолжая болтать всякую чепуху и совершенно не заботясь о том, слушали ли его вообще. — Наверное, нет человека, который любил бы нашу деревню больше, чем Михан.       Димка даже всхлипнул. — Диман, ты что, плачешь? — удивлённо заметил Санька, желая немного разрядить обстановку и пошутить. — Серьезно? — Ох, вовсе нет! — театрально воскликнул Димка, убирая руку с плеча Саши и спешно прикладываясь к чаше с вином, которая оказалась пуста. — Ладно, ладно! — раздражённо добавил он, видя лукавый взгляд Саши и скрещенные руки на груди. — Всё-то ты замечаешь, Шерлок, — фыркнул Дима. — Ой, да ладно, — как-то тихо отозвался Саша, снова устремляя взгляд в толпу и ища в ней Даню. — Дим, а где можно налить ещё вина?       Дима небрежно махнул рукой в сторону общего накрытого стола и покачнулся. Похоже, кто-то выпил сегодня слишком много. С улыбкой на выразительных губах Саша направился в сторону столов, вокруг которых столпились гости — начинались очередные танцы, а сидеть в одиночестве в углу означало остаться наедине со своими мыслями. Спасаясь от этой мрачной перспективы, Саша решительно шагнул вглубь домика.       Маленькая Алинка радостно кружилась вместе с Даней. С максимальным терпением и снисхождением, превозмогая усталость после сегодняшнего дня, Данька позволял малышке хватать себя за руки и кружиться, прыгать себе на спину, задавать какие-то вопросы и всячески подыгрывать девочке. Ради смеха Алинки Даня был готов вытерпеть не только это: за всё время жизни в деревне она стала парнишке настоящей младшей сестрёнкой. Некоторые жители деревни даже удивлялись тому, что Даня и Алина не родные брат и сестра — настолько они были похожи внешне.       Как только девчушка успокоилась, убежав ко взрослым и чмокнув Даню в щеку, парнишка облегченно выдохнул. Потянувшись, будто после тяжелых упражнений, Даня направился в сторону опустевшего стола, где было относительно спокойно — все гости стянулись в другой конец дома для очередных танцев. Воспользовавшись моментом и оглядевшись, парнишка достал из кармана отглаженных брюк телефон и открыл Telegram, нервно стуча по сенсорной клавиатуре.

Дэнни: Привет… не знаю, спишь ты уже или нет. Прости, если разбудил, сегодня выходной… Могу я задать тебе вопрос? Он очень личный.

Джи Вон: Доброй ночи, Дэнни! ;) Время же детское, ха-ха-ха! И я не сплю ;))) Конечно, спрашивай!       Данька уставился в пол, потом перевел взгляд в потолок. Сделал глубокий вдох и, только приведя в порядок участившееся сердцебиение, продолжил диалог.

Дэнни: Как ты понял, что я тебе нравлюсь? Ты ведь меня даже не видел.

      Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал. Джи Вон: Но ведь ты тоже меня не видел… Могу ли я спросить у тебя то же самое?

Дэнни: У меня нет ответа… прости… Но ты ведь общаешься со мной не только потому, что нам сложно найти пару?

      Данька так увлекся искренней беседой, что осознал суть вопроса только спустя несколько секунд после его отправки. Джи Вон: Мне не сложно найти пару. Это честно.       Даня закусил губу.

Дэнни: Тогда почему я? В Москве мало людей?

Джи Вон: Народа в Москве много, а вот людей, правильно ты сказал, мало.

Дэнни: Я несу чушь… Просто я хочу быть рядом.

      Даньке показалось, что экран телефона стал расплывчатым из-за подступающих слёз. Джи Вон: Вот этим ты мне и нравишься. Ты честный.

Дэнни: Да уж…

Джи Вон: Что опять не так?

Дэнни: Мысли вслух… Люблю тебя.

Джи Вон: Безумно!       Даня буквально утонул в смайликах и стикерах с сердечками. Из идиллии его вырвал громкий возглас, кажется, Дениса. Тот тоже был изрядно пьян, а когда Денис бывал пьян, все знали, что в голову этого огромного добряка приходят сумасшедшие идеи. — А сейчас! — кричал Денис. — Предлагаю армрестлинг! Приглашаются к участию все желающие и не очень!       Мужская половина громко загалдела, а женская, наоборот, заохала. — Дэну больше не наливаем! — крикнул кто-то из толпы.       Данька цокнул языком и покачал головой, скромно улыбаясь. Соревнования по силе стали неотъемлемой частью любого праздника, сколько Даня себя помнил. Даже будучи маленьким мальчиком, он мог наблюдать подобные «битвы», которые выглядели грозно лишь со стороны. На самом деле жители Южного были слишком дружны, чтобы навредить друг другу даже в пьяном виде, поэтому все состязания сопровождались громким смехом и дружескими похлопываниями по плечам. — Братик! — Алинка возникла рядом с Даней будто из ниоткуда. — Мы же будем болеть за жениха, правда? — тёмно-карие глазки девчушки сияли в предвкушении. — А за кого же еще? — ухмыльнулся Данька.       Весёлые гости утянули Вадима за широкий дубовый стол, несмотря на все его отмашки. Участие Вадима в таких состязаниях — тоже своего рода ритуал. Соперником ему был никто иной, как сам Денис. Оба парня были крепкими, широкоплечими и чертовски здоровыми, поэтому смотреть на эти две «скалы», как отметил Димка, было интереснее всего.       Данька сжимал в руке маленькую ладонь Алины и оглядывался по сторонам. Все вокруг крутились и выстраивались группками, готовясь поддержать того или иного парня. Сквозь бесконечный водоворот одеяний и шумных возгласов, Даньке всё же удалось найти Сашу. Парнишка нерешительно помахал тому рукой — впервые за весь вечер. — Вот ты и попался! — Саша протиснулся сквозь толпу и оказался возле Даньки.       Его рука непроизвольно коснулась волос, откидывая их со лба красивым, почти модельным жестом. Маленькая Алинка, будто онемев, смотрела на нового знакомого с широко раскрытыми глазами. — О! — пропела девчушка. — Скажите, а вы друг братика? — немного тише добавила она, сильнее сжимая данькину ладонь.       Даня стоял как вкопанный, а на его лице был заметен непривычный румянец. — Он самый, — Саша подмигнул Алине и одарил её улыбкой. — Братик успел рассказать про меня? — шутил он, совсем расслабившись и будто забыв все прошедшие события вчерашнего дня. — Тише! — Данька беззлобно шикнул на Алину, а девчонка только расправила плечи. — Саш, прости, ей всего… — залепетал он, пытаясь оправдаться. — Вы очень красивый! — наконец объявила Алина, всё ещё гипнотизируя Сашу взглядом.       Данька тем временем заливался краской, не зная, куда себя деть.       Саша сконфуженно улыбнулся, почёсывая затылок. Ситуация смущала его не меньше, чем Даню. Спасение, однако, подоспело настолько внезапно, что Даня даже пожалел о нём. — Санька! — огромная тяжёлая рука опустилась Саше на плечи, приобнимая его. — Ты же поддержишь меня сегодня, не так ли? — лицо Дениса было слишком близко к сашиному лицу, и Дане даже почудилось, будто губы Дениса непроизвольно задели чужую щёку.       Саша постарался немного отодвинуться от обнимавшего его парня и покосился взглядом на Даньку. Голова того была опущена вниз, плечи слегка опустились, а сам Даня отчего-то всем видом выдавал свою отрешенность. — Ну, если ты так хочешь… — вяло начал Саша, нахмурив брови и всё ещё глядя на парнишку перед собой. — Конечно хочу! Сам же Данилка будет поддерживать Вадика, как обычно, — Денис подмигнул, обращаясь уже к Дане.       Борясь с внутренним хаосом, Данька с титаническим усилием поднял тяжёлую голову и постарался кивнуть, выдавливая вымученную улыбку. Пьяный Денис точно не мог распознать всех настоящих эмоций. — Саньк, идём со мной, — Денис утянул Сашу в сторону стола, за которым сидел Вадим, оставляя Даню наедине с маленькой Алинкой и своими полуразбитыми чувствами. — Братик, идём скорее, мы же всё пропустим! — девчушка потянула Даню за руку, вовлекая его в толпу.       Гул и громкие возгласы поддержки оглушали всех, кто стоял вокруг стола. Денис и Вадим уселись друг напротив друга, засучивая рукава потрёпанных, но чистых рубашек. Даня робко встал позади Вадима, равняясь с Мишкой. Последний ободряюще похлопал Даньку по спине, и парнишка снова постарался изобразить на лице подобие улыбки. Он не смотрел впереди себя, решив ограничиться только спиной Вадима, и не мог видеть обеспокоенного взгляда Саши, который стоял за спиной Дениса. — Итак! Теперь, когда мы все в сборе, — скомандовал не менее крепкий парень из толпы, имя которого Саша то ли не знал, то ли забыл. — Предлагаю поддержать наших участников! Кто считает, что сегодня победит Дэн? — половина толпы подпрыгнула позади Дениса, и от неожиданности Саша растерялся, получив пару раз локтями под дых. — Ну а кто считает, что сегодня победит жених? — в этот раз удар пришелся на Даньку, но уже от Мишки.       Последний был настолько увлечен всем происходящим, что случайно задел парнишку рукой. Миша тут же принялся извиняться, не обращая внимания на данькины заверения, что с ним всё в порядке. Наверное, Миша так бы и продолжал беспокоиться о Дане, если бы над головами всех собравшихся не раздался громкий крик: «Начали!».       Весь домик будто заходил ходуном, поток из криков и возгласов оглушал и воодушевлял гостей одновременно. Сквозь крики и гам можно было слышать стук бокалов и пивных кружек, пока взгляды всех были прикованы к толстому дубовому столу, где соревновались Вадим и Денис. Несмотря на заразительную атмосферу праздника вокруг, ни Даня, ни Саша радости от состязания не испытывали: Саша всё это время пытался поймать данькин взгляд, а сам Даня предпочитал смотреть куда-то в сторону, хмуря брови.       Из-за внезапного громкого «Ура!» половина домика возликовала, а перед глазами Саши выросла широкая спина Дениса. Парень резко поднялся из-за стола, вскидывая руки вверх. Под громкое «Браво!» и «Ура!» победивший Денис пожал руку улыбающемуся жениху и прошелся вокруг свободного пространства домика. Саша даже и не думал смотреть на победителя, уставившись на вяло хлопающего Даньку. Тот словно пытался что-то разглядеть через приоткрытое окно, ведущее в темноту знойной ночи. — Я победил, Санька! — Денис оказался близко слишком внезапно, но Саша едва ли его услышал, зато точно почувствовал. Денис снова обнял его. — Это всё благодаря твоей поддержке. Ты же смотрел только на меня, да?       Саша ошалело уставился в игривые глаза напротив, а потом перевёл испуганный взгляд на Даню. Мрачнее тучи, парнишка смотрел на них обоих, хмурясь. Саша собирался оттолкнуть слишком любвеобильного Дениса, но случилось страшное: губы парня на мгновение всё же коснулись его щеки.       Саше показалось, что он падает куда-то в пропасть, всё дальше и дальше от поверхности. Падает в самый отдалённый уголочек, где и останется в своем одиночестве и… предательстве? На мгновение Саше удалось уловить взгляд Дани. Ошибки быть не могло: парнишка смотрел на Дениса и на все его действия широко распахнутыми глазами. Саше показалось, что глаза паренька даже заблестели, и он вот-вот собирается заплакать.       Сашу кто-то окликнул с очередной беззлобной шуткой, и он постарался сделать самое вежливое выражение лица, на которое только был способен. Оглянувшись, он заметил, что Данька исчез, словно растаявший в пустыне мираж. Денис наконец выпустил его из своей медвежьей хватки и направился к ликующей половине толпы, держа в каждой руке по откупоренной бутылке вина.       Не зная, куда себя деть, Саша засуетился, как ошпаренный, бегая глазами по залу и пытаясь отыскать знакомую фигурку. К счастью, на глаза подвернулась Алина, которая взбудоражено доложила Саше, что Данька вышел во двор. Поблагодарив девчушку, Саша зашёл за толпу и осторожно выскользнул на улицу.       Как только он оказался снаружи, его обдало порывистым холодным ветром, из-за которого глаза начали слезиться. Привыкший к свету, Саша первое время не мог разобрать очертаний дворика, а уж тем более найти там Даньку. Но парнишка выдал себя сам, показавшись из-за огромного стога сена. Саша собирался сделать к нему несколько шагов, но пригнулся к земле от неожиданного раската грома. — Данька! Что ты там делаешь? — закричал Саша, глядя на съежившегося у двери сарая парнишку.       Даня сидел на корточках, закрывая голову руками, будто боялся, что на него что-то может упасть. Когда гром прекратился, парнишка робко поднялся и, открыв тяжелую дверь сарая, прошмыгнул внутрь. Саша бросился к нему. Подбежав ближе, он почти столкнулся с уже выбегающим назад Данькой, который сжимал в руках огромное брезентовое покрывало. — Я должен накрыть сено от дождя! — крикнул Даня, убегая вперёд. — Если дождь его намочит, то все сгниёт, а стадо останется без корма. — Стой, дай я помогу тебе! — Саша бросился бежать следом за Данькой.       Раскат грома раздался снова, но уже ближе, почти что над головами парней. Даня крепко зажмурился, но брезент из рук не выпустил. Вздрагивая от грохота, парнишка подбежал к огромному стогу сена.       Старая лестница была приставлена к одному боку, но из-за сильного ветра шаталась. Не долго думая, Данька подвязал брезентовое покрывало у себя на плечах, а сам ухватился за гнилые деревянные ступеньки, карабкаясь наверх. Как только Саша оказался возле лестницы, Даня уже вскарабкался наполовину и забросил брезент на верхушку стога.       Саша последовал за ним, боясь сделать любое лишнее движение. Деревянные ступеньки словно шатались ещё сильнее под бо́льшим весом. Взобравшись наверх, Саша увидел Даньку, борющегося с порывами ветра и пытающегося разложить брезент поперек стога, чтобы его накрыть. — Возьмись за другой край! — скомандовал Саша, перекрикивая ветер, и схватил противоположный уголок брезентового покрывала. — Закрепи его! — крикнул Данька в ответ. — Вот так. Теперь нам нужно укрыть ещё три стога. Помоги мне вытащить весь брезент!       Даня пополз к лестнице, но Саша остановил его прямо на краю. — Давай я полезу вниз первым, — попросил он и, глядя на замешательство парнишки, добавил. — Я поддержу тебя.       Даня только хмыкнул в ответ, но послушался. Как только парни оказались на земле, они снова бросились к сараю под новые раскаты грома.       По пути Данька споткнулся и упал бы, если бы руки Саши вовремя не подхватили его. Стоило Саше коснуться маленького парнишки, как ему тут же передалась его дрожь: Дане было не то холодно, не то страшно — Саша так и не смог понять этого. Получив в ответ робкий, но утвердительный кивок, он аккуратно выпустил паренька из объятий.       Всё происходило быстро и слаженно, несмотря на то, что Саше никто не объяснил, что нужно делать. В четыре руки они управились быстрее, чем ожидалось. Сидя поверх брезентового покрывала, Даня расправил плечи и даже улыбнулся, глядя на Сашу. Но его «спасибо» и ответная сашина улыбка затерялись в очередном раскате грома, из-за которого Даня, не совладав с собой, завалился назад и покатился вниз с высокого стога сена. — Данька!!! — Саша бросился к самому краю, вовремя успев схватить ладонь парнишки. — Саш, помоги мне! — закричал Даня, а в его широко распахнутых глазах читался чистый страх. — Дай мне вторую руку, я тебя вытащу, — второй рукой Саша схватил миниатюрную ладонь парнишки и потянул его на себя.       Стоило Дане оказаться на поверхности стога сена, он, без толики стеснения и неловкости, прижался к Саше, хватая его за плечи. Держа в руках хрупкое данькино тело, Саша мог чувствовать его дрожь. — М-мне очень с-страшно… — пробубнил Даня в чужое плечо. — Я б-боюсь… — Тише, тише, — зашептал Саша. — Давай спустимся, и я отведу тебя домой, пока не начался дождь. Дань?       Даня дрожал. Сильно. Рука Саши опустилась на влажный затылок парнишки и немного потрепала по волосам, в попытке успокоить. — Давай попробуем спуститься, — тихо произнёс он, заглядывая в глаза Дани, который, не без усилия воли, поднял голову и слабо кивнул.       Как и в первый раз Саша полез первым, несколько раз обещая Дане, что поймает его, если тот поскользнется и упадет. С последних ступенек парнишка действительно спрыгнул прямо в сашины руки, тот сразу схватил за руку, и они побежали в сторону дома.       Стоило им ступить на деревянное крыльцо дома, их сразу догнала стена сильнейшего ливня. В таких жарких районах подобная погода была привычна, но Саша явно испытывал из-за неё некое подобие дискомфорта, хоть и жил в одном из самых дождливых городов. Данька же стоял, обняв себя за плечи, покрываясь мелкими мурашками и снова дрожа, а когда раздался очередной громовой раскат прямо над головой, бросился в тёмный дом. Саша забежал следом, закрывая за собой дверь. — Ох, ну и погодка, — он коснулся своей рубашки, чувствуя, что дождь не пощадил её и всё же намочил. —За что не люблю лето, так это за град после жары.       Данька же, словно ничего не слыша, почти вприпрыжку бегал от одного окна к другому, задергивая шторы. — Дань? Что ты делаешь? — Саша зачесал влажные волосы назад, хмурясь. — Зачем ты закрываешь окна? Здесь стало совсем темно.       Оставив сашин вопрос без ответа, парнишка занавесил последнее окно, отпрянув от него в ужасе, стоило раздаться оглушительным звукам грома. Даня прыгнул на старый диванчик и забился в угол, обнимая себя за плечи. — Дань? — Саша осторожно двинулся к нему, передвигаясь почти на ощупь, ведь из-за темноты что-то разглядеть было едва ли возможно. — Что с тобой?       Данька быстро-быстро качал головой, сжавшись в небольшой комочек. Как только Саша оказался рядом и коснулся рукой дрожащего плеча, он резко повел им, скидывая прикосновения. — Нет, — прошептал он. — Не надо, я…       Из-за очередного раската грома Даня вздрогнул, крепко зажмуриваясь. Саше показалось, что тот на грани настоящей истерики. — Дань, посмотри на меня. — Нет! — Даня… — Саша придвинулся ближе, всё ещё не касаясь Даньки. — Что с тобой?.. Ты?.. — Да, я боюсь грозы! — выкрикнул парнишка, снова пряча лицо в коленях.       Саше показалось, что, даже несмотря на темноту, он видел, как сильно покраснел Даня.       Парнишка же был готов ко всему: к насмешке, занудной лекции о том, что гроза — это не что иное как электричество, но Саша не сказал ни слова. Вместо этого он подвинулся ближе, кладя широкую ладонь на дрожащее плечо, и мягко его сжал.       Не поднимая головы, Даня всё ещё сидел, свернувшись в комочек, но в этот раз не скинул чужую руку. Саша придвинулся ближе, чувствуя, как в висках стучит пульс, и как звуки вокруг будто заглушались, несмотря на громкую грозу за окном. Уверенность в своих действиях улетучилась ещё тогда, когда он пересек порог чужого домика, но контролировать себя Саша больше не мог. Он придвинулся совсем близко, сгребая Даньку в охапку, как тогда, на улице, когда помогал ему взобраться на стог сена. — Ч-что ты делаешь? — просипел Даня, не имея сил даже на малейшее сопротивление. — Хочу защитить тебя от грозы, — Саша тепло улыбнулся, оглаживая затылок парнишки. Дане же ничего не оставалось, кроме как робко приложить руки к чужой груди. — Т-ты н-несешь чушь… — прошептал Даня, легонько ударяя Сашу в грудь.       Следующий раскат грома оглушил его настолько, что он прижался к Саше так сильно — вцепился ему в плечи, а потом даже обнял за шею, пряча лицо в её изгибе. — Не бойся, Дань, я рядом, — тихо проговорил Саша, оглаживая чужую спину. — То, что тебе страшно, это совершенно нормально… Но я сейчас с тобой, поэтому тебе нечего бояться.       Данька дрожал. То ли от стыда из-за собственного немного детского страха, то ли из-за слабости перед Сашей, в глазах которого хотелось казаться сильным. — Саш… Обещай мне, что никому не расскажешь, — прошептал парнишка в чужую шею. — Не скажу. Никогда, — заверил его Саша, всё ещё водя ладонью по узкой спине. — А знаешь, что мы будем делать завтра?       Данька прижался к груди Саши сильнее. — Завтра мы сходим с тобой на земляничное поле и наедимся земляники, — Саша говорил медленно и размеренно. — Мы соберем её всю, и сделаем это даже раньше, чем туда придет Мишка и выгонит нас. — Прекрати… — парнишка всё ещё дрожал, но Саша услышал тихий смешок. — Съедим всю землянику, — продолжал он. — Мише ничего не останется, и он уйдет ни с чем… — Ну хватит! — парнишка оторвался от сашиной груди и заглянул в его глаза.       Слишком близко. Даня давно не позволял себе такой близости, да ещё и с тем, кого почти не знал. Сейчас же парнишка сам не заметил, как оказался на чужих коленях, в крепких объятиях и теплых руках, которые согревали его и защищали от детского страха перед грозой, въевшегося глубоко под кожу. Сердце словно стучало в ушах, пока Данька смотрел в глаза напротив и не мог выговорить ни единого слова. Интересно, а чувствовал ли Саша то же самое? Темнота вокруг сгущалась ещё больше, но Даня был уверен, что видит чужое лицо слишком отчётливо. Сам не зная зачем, он прикрыл глаза.       Саша чувствовал, как сердце падает в пятки, когда парнишка придвинулся немного ближе, чисто машинально. Его тонкое дыхание оседало на скуле, ресницы дрожали, а в уголках поджатых губ образовались симпатичные ямочки. Саша смотрел в темноте на эти губы, будто очерченные алой краской, заметил самый кончик языка, лишь малость смочивший их слюной, и вдруг отчетливо ощутил щекочущий ком, упавший в низ живота.       Данька рядом ощущался как что-то горячее и тёплое, заботливо укутывающее своей трогательной нежностью. Саша боялся пошевелиться и потому замер, сцепив ладони на данькиной спине. Парнишка не смотрел на него, а лишь подался немного вперёд, случайно задевая щёку Саши своей. Его голова снова мягко упала на сашино плечо, и он попытался восстановить дыхание, постепенно успокаивая свои нервы.       На месте случайного прикосновения будто остался ожог. Саше очень хотелось коснуться рукой своей щеки, будто забрать подаренное, такое случайное прикосновение, но он не мог позволить себе выпустить Даньку из рук, продолжая оглаживать его спину. Счёт времени был давно потерян. — Мне немного лучше, — тихий робкий голос Даньки нарушил тишину.       Саша будто вышел из транса, машинально переводя взгляд на зашторенные окна. Словно по сигналу, вторя чувствам маленького парнишки в сашиных руках, гроза немного успокоилась. — Ты можешь отпустить меня… — ещё тише добавил Данька. А вот хотел он этого или нет?       Саша нервно усмехнулся, послушно выпуская талию парнишки и позволяя ему слезть с колен на диван. Данька зажал ладони между бёдер и уставился в пол. До слуха парней всё ещё доносились раскаты грома, но уже более глухие. Хотелось задать друг другу очень много вопросов, особенно один — а что же это только что было? Данька постоянно закусывал свои губы, радуясь, что ни его румянца, ни его напряжения не было видно. Саша же усиленно делал вид, что не замечает состояния парнишки, боясь спугнуть его.       Данька ошибся: гроза начинала отступать, но очень медленно. Поэтому, когда комнату озарило холодной серебристой вспышкой молнии, он вздрогнул, взвизгнул и зажмурил глаза. Для большей уверенности Данька закрыл уши руками, чтобы, не дай Бог, не вздрогнуть от нового раската грома. — Ты уверен, что тебе лучше? — сдался Саша, не в силах смотреть, как Данька борется со своими страхами и явно им проигрывает.       Даня слабо покачал головой, а Саша снова придвинулся ближе и обнял его за пояс. Даня не смотрел на него, но, когда Санька бесцеремонно пристроил голову на его коленях, ойкнул и, кажется, на мгновение забыл о грозе. Рука парнишки сама потянулась к волосам Саши и легко коснулась их. В груди растекалась горькая безысходность, подавляя даже всемогущее чувство вины.       Волосы Саши были слишком мягкими на ощупь, и их хотелось перебирать бесконечно. Даня вдруг поймал себя на мысли, что трогать всего Сашу было до дрожи приятно. Из-за наступавших ощущений пришлось закусить губы. Чтобы как-то отвлечься, он уставился на зашторенное окно. Вместе с грозой, которая, несмотря на свою страшную мощь, освежала природу, будто бы освежались и старые данькины чувства, сменяясь калейдоскопом новых и неизведанных ощущений и эмоций, которые ему только предстояло испытать.       Саша украдкой смотрел на Даню снизу вверх, рассматривая тонкие черты лица, аккуратные красивые губы в форме бантика, точёные острые скулы, длинный нос и мягкий подбородок. Саше казалось, что в Даньке не было ни одной неправильной черты, и даже горбинка на носу казалась ему очень красивой — и вообще, зря Даня наговаривал на себя. Обнимая парнишку за талию, Саша чувствовал тепло. Пара пуговиц на рубашке Даньки вылетела из петелек, оголяя маленький кусочек загорелой кожи на животе, и Саша, не раздумывая, прильнул к нему губами.       Под удивленный взгляд Дани, он снова отстранился, удобно укладывая голову на его коленях и устраиваясь в скрюченной позе на небольшом диване. — Можешь сегодня остаться? Просто остаться на ночь… — наверное, это была самая странная просьба Дани за всю его жизнь. Только после сказанных слов парнишка понял, что именно он попросил.       Саша лежа кивнул и прижался макушкой к чужой ладони. — Если ты потрогаешь меня так еще немного.       Звуки наконец затихающей грозы убаюкивали и успокаивали. Буря за окном пронеслась незаметно, оставляя бушующий вихрь после себя. Саша решил, что подумает об этом на следующий день, а сейчас ему было слишком приятно чувствовать робкие прикосновения к волосам. Убаюканный руками Дани, он так и уснул на его коленях.