Порноалфавит

Эммануэль не может избавиться от этого чувства. Он каждый раз приходит в восторг, когда Джастин раздевается. Сколько бы ни видел этого ранее, это привлекает все его внимание. Не то чтобы это особое шоу — хотя как-то Джастин перебрал с шампанским и пытался что-то станцевать, но в итоге упал за диван, — но это так красиво, что не оторвать глаз. Он снимает пиджак, и под угловатыми образами, рисуемыми верхней одеждой, проступает его стан. Его широкие плечи, изгиб шеи. Он поднимает руки, чтобы начать расстегивать пуговицы сверху, и сквозь натянутую ткань можно рассмотреть маленькие точки его сосков. А потом скользнуть взглядом в расширяющийся клин его обнаженной кожи между полами рубашки. Ключицы, безволосую грудь, подтянутый живот. Эммануэль понимает, что смотрит на это, приоткрыв рот, и поспешно поджимает губы. Джастин любит следить за его лицом, раздеваясь, потому что, когда они одни и не скрывают эмоций друг от друга, Эммануэль очень очевиден. Джастин отбрасывает рубашку на стул и касается ремня, щелкая по нему пальцами. Это возбуждающий звук — звон пряжки, и Эммануэль ловит себя на том, что остатки мыслей утекают сквозь пальцы. Повернувшись к нему другой стороной, Джастин расстегивает брюки и дает время полюбоваться своей спиной, точеными лопатками и развитыми широчайшими мышцами. И конечно своей задницей. На нее сложно не смотреть. Хмыкнув, Джастин делает несколько шагов спиной, пока не остановится рядом. — Поможешь мне? — спрашивает он, глядя на Эммануэля через плечо. Тот рассеянно кивает. Брюки расстегнуты, и он просто тянет их вниз. Ниже, ниже, по мускулистым ногам, пока они не упадут на пол. Эммануэль знает, что произведения искусства не трогают руками, но у него особый доступ. Его пальцы касаются бедер Джастина, скользят вверх, пока не проникнут под мягкую ткань нижнего белья, ложась на ягодицы. Слишком приятно. Эммануэль закрывает глаза и трется о них носом и щеками. В такие моменты он понимает, почему Джастин так увлечен его задницей. Он отпускает правую руку и тянет за резинку вниз, но получает предупреждающее цоканье. — Пока нет. Джастин отходит, разворачиваясь, и Эммануэль скулит внутри. Его белье сегодня свободное и ни капли не сдерживает его желания. Смотреть на это — чистая порнография. Рот наполняется слюной, пальцы сжимаются. Хочется трогать, пробовать на вкус и — чего уж там — схватить его и просто оседлать. У него стучит сердце, кровь шумит в висках, и буря не утихает, когда Джастин подходит ближе и коленом раздвигает ноги Эммануэля в стороны, чтобы увидеть, как он реагирует. И он так близко, можно ощутить его личный запах, от которого кружит голову. Джастин берет руки Эммануэля, кладя на свои бедра, дает им зацепиться за резинку белья, и наконец позволяет спустить его. Эммануэль серьезно пытается смотреть ему в лицо, но не удерживается, и взгляд сползает. У Джастина большой член, толстый, чуть загнутый вверх. Он такой тяжелый в руках, такой вкусный на языке, такой заполняющий внутри. Эммануэль смотрит ему в лицо с надеждой, и Джастин, погладив его по голове, исполняет его желания. Шагает ближе. Его рука, его длинные пальцы, касаются щеки. Большой палец скользит по нижней губе, давая поцеловать, и приоткрывает рот Эммануэля для себя. Лицо Джастина безумно красиво, он глубоко вдыхает, толкаясь между его приоткрытых губ. Он держит его за волосы, и его руки дрожат, потому что он боится причинить боль. Его большой аккуратный Джастин. Это ощущение разогревает все тело, как он скользит, его вкус, его запах, его возбуждение. Эммануэль послушно берет в рот, двигает головой, натягиваясь на него глубже. Он чувствует, как собственный член, вытянувшийся в левую штанину, оставляет мокрый след на бедре. Джастин дает ему передышку. Отходит назад, позволяя рассмотреть себя целиком. Совершенного, как статуя. Соблазнительного, как Адонис. Желанного, как глоток жизни. Джастин шагает, пока не упирается в постель. Медленно опускается на нее и расслабленным жестом убирает волнистую челку, упавшую на лоб. — Иди ко мне, Маню, — говорит он, и его голос низкий от возбуждения. — И делай со мной все, что хочешь. Эммануэль поднимается на дрожащих ногах. Он сделает.