Поцелуй-ка меня в запястье...

Янтарный коньяк в стопке, тусклое мерцание мониторов в темноте и нервное тиканье часов в дальнем углу комнаты – вот из чего состоят его повседневности, его мелочи жизни. -Да здравствует свобода! К черту правила! - совершенно по-пьяному размахивая наполовину пустой алкогольной чарой, горько смеется Куросаки. С хрипотцой так. И тут же тело содрогается в еще одном припадки неостановимого хихиканья, которое чуть позже, примерно через три-четыре удара секундной стрелки, стихнет. Маленьких демон Безумия совсем недавно подселился к дьяволенку Одиночеству, который давно уже балуется тем, что расшатывает внутренние органы, иногда вгрызаясь в сердце или в легкое, благодаря чему на какое-то мгновение перехватывает дыхание и скручивает все внутренности. А сегодня, видать, балбесы устроили брачные игры. -Будто несостоявшийся герой трагедии Шекспира, - мысли вслух. Он давно привык вот так вот открыто сам с собой разговаривать. Легче, право, господа. Иногда Тасуку задавался вопросом: а как собственно давно нет Соитиро? Разве не только вчера они гуляли по ночным переулочкам, подлавливая на сарказм весь этот мир? Ах, черт, он и забыл… Тэру начала отвечать ему. Со смерти Соитиро прошел ровно год и пару никчемных месяцев. «Привет, Дэйзи. Я заняла первое место по математике, представляешь? Очень рада. В остальном все хорошо, тебе не о чем беспокоиться. Братик воспитал хорошую сестричку». «Но братик воспитал плохого Куросаки», - с тяжелой иронией подумал мужчина, раз за разом перечитывая равнодушные к его чувствам слова. Пальцы на автомате стали набирать какую-то благодушную чушь; от его сообщений почему-то всегда воняло приторным дружелюбием или чем-то же настолько противным. Фу, как липко от этих СМС. «Устал», - сочувственно вынесла в голове приговор придуманная Рико. Она тоже иногда поселялась в нем, оттесняя двух бесов к пустому месту. К сердцу. -Устал, - согласился Куросаки, стирая наполовину набранные клоунские вопросы и до ужаса банальные ответы. Крышка телефона с глухим звуком захлопнулась. Позже (гора-а-аздо позже) он принесет извинения за долгий ответ, а пока… Тасуку достал еще одну бутылку закупоренного коньяка и с усталым вдохом облокотился на спинку стула. Ночь обещала быть долгой.