Спасибо вам, опекун

На следующий день Панталоне вернулся домой к вечеру. Он был немного подвыпившим. Позволил себе выпить пару бокальчиков вина, чтобы расслабиться после трудного дня. Он зашёл в комнату, немного пошатываясь. Нинур сразу же заметил необычное состояние банкира, хотя до этого спокойно читал книгу в тишине и, наконец-то, в спокойствии. — Мистер Панталоне? — взволновоно произнёс разноглазый. Он посмотрел немного с опаской на брюнета. Вдруг тот что-то недоброе задумал. Но его мысли об этом развеялись, стоило банкиру, пошатываясь, дойти до кровати и упасть на неё рядом с парнем, который смущённо сидел посреди кровати, прижимая книгу к груди, удивлённо следя за своим опекуном. Панталоне что то промычал непонятное, укутавшись в свою накидку. Нинур закрыл книгу, оставив на недочитаной странице закладку, и положил её на тумбочку. Банкир спокойно лежал рядом с ним и, кажется, уже начинал засыпать. Разноглазый легонько и аккуратно погладил опекуна по волосам, но тут же захотел отдёрнуть руку, так как Панталоне шевельнулся и прижался к парню, утыкаясь носом в его шею. Тому было немного непривычно, а его опекун, засыпал, проваливаясь в царство грёз. Нинур легонько приобнял мужчину, поглаживая рукой по его мягким тёмным прядям. От этих прикосновений, Панталоне спалось лучше. Он, как большой кот, лежал возле Нинура, пока тот гладил его по голове. Неожиданным моментом было то, что жертву садиста во сне Панталоне поцеловал в уголок губ, а затем и в сами губы. После этого банкир отстранился от губ разноглазого и снова спокойно спал, утыкаясь в шею парня. Это действие от его опекуна смутило Нинура, что тот даже отвёл взгляд, стараясь забыть это, но не получалось. На утро банкир проснулся и понял, что находится в объятиях Нинура. Тот тихонько спал, уткнувшись носиком в макушку опекуна. У брюнета немного болела голова, но он был не против ещё полежать в нинуриных объятиях. «Обнимает, словно маленький котёночек,» — мысленно умилялся банкир. Объятия были даже очень приятными, хоть и непривычными. Парень спал, тихо сопя. Банкиру самому уже не хотелось отпускать Нинура из собственных объятий. Обнимал за талию, заканчивая руками на лопатках. Через полчаса парень проснулся и был смущён, всё ещё обнимая опекуна. А опекун просто обнимал своё спасённое чудо. Как только почувствовал, что тот не спит, посмотрел на сонное смущёное лицо. — Доброе утро — улыбнувшись, сказал Панталоне. — Доброе — отводя смущёный взгляд в сторону, произнёс Нинур. — Ты так мило спишь! — банкир всегда это замечал, но раньше не говорил об этом. Парень уже не знал куда себя девать. Он снова вспомнил тот момент с поцелуем. — Что то не так, Нинур? — забеспокоился за разноглазого брюнет. — Нет, всё хорошо, просто… Вы ночью меня поцеловали… — произнёс Нинур, краснея ещё больше. — Куда именно? — строго спросил Панталоне. Нинур без слов показал пальцем на свои губы. Тут уж и банкир немного смутился. — Простите, что заставил вас беспокоиться из-за этого. — попытался извиниться парень, увидев смущение опекуна. — Всё нормально, котёнок. — выбравшись из его объятий, он прижал к себе парня, усиливая свои объятия. Нинур расслабленно прижался к опекуну. В его объятиях было тепло и он снова уснул. Через час Нинур проснулся и понял, что опекун не спит. Было так уютно и тепло, что не хотелось никуда уходить, но пора было вставать. Панталоне просто лежал, обнимая своё спасённое чудо. И вдруг он почувствовал, как из его объятий начинают вылезать, садясь на кровати. – Выспался? – спросил брюнет, смотря на немного сонное лицо разноглазого. Тот кивнул. Волосы немного распушились после того, как Нинур выбрался из тёплых объятий. Это выглядело настолько мило, что так и хотелось снова его заобнимать. Но, к сожалению, надо было вставать, так как Панталоне предстояло новое задание. А Нинуру доверили заполнять отчёты. Зато в безопасности от доктора. – Пойдёмте на кухню, вам надо поесть. – произнёс парень, потирая глаза и избавляя их от сонливости. – Кому то тоже надо поесть, – сказал банкир, вставая с кровати и направляясь в сторону кухни. Парень пошёл за ним. На кухне Нинур решил поставить чайник, что бы тот нагрелся. Брюнет начал готовить завтрак. Простой, но калорий хватало надолго. Это была яичница с беконом. Пока на среднем огне куриные яйца с беконом обжаривались в сковородке, накрытые сверху крышкой, брюнет легонько подошёл сзади к Нинуру и обнял его за талию, поцеловав в макушку. Парень вздрогнул от неожиданности и чуть не просыпал ложку с кофе, которое собирался приготовить для опекуна. Он снова смутился. Что ещё сегодня сделает Панталоне? Такой вопрос вертелся в его голове. – Вы меня напугали, – смущёно проговорил разноглазый, наливая горячую воду в две чашки, в одной из которых был чай, а в другой - две ложки кофе с одной ложкой сахара. – Извини, не могу не обнять такое чудо – улыбнувшись, сказал брюнет. Нинур сильно был смущён, но не был против того, что бы его обнимали. Потом банкир вспомнил про ячницу, что была уже готова. Он выключил огонь и начал раскладывать еду по тарелкам. Чуть позже они сидели за столом и спокойно кушали. Нинур съел немного. Не потому что невкусно, а потому, что ел он мало и с этим брюнету пришлось смирится. Но он не оставлял попыток уговорить поесть, и они работали раз через раз. Парень спокойно начал пить зелёный чай с успокаивающими травами. Ему нужно было пить этот чай, чтобы снижать стресс. Особенно после стычек с садистом. Панталоне, доев свою порцию, начал пить кофе, который был заботливо приготовлен Нинуром. После завтрака брюнет ушёл на задание, а Нинур остался дома, разгребая отчёты некоторых сотрудников, про которых только слышал и то из рассказов Панталоне. Босс сам согласился на то, чтобы брюнет следил за Нинуром. *** Пока Панталоне был на задание, а его воспитанник разбирал документы, Дотторе был в своей лаборатории. Он стоял напротив одного подростка, сверля того изучающим взглядом.  – Ты должен помочь вернуть мне мою жертву так, чтобы никто не догадался, что его похитил я, и чтобы никто не забрал его снова? – строго приказал доктор подростку с такими же голубыми волосами и красными глазами, как у него. Он был немного не похож на своего создателя, и у него не было причин забирать в плен разноглазого. Но он не мог ослушаться приказа Дотторе.