Нечто подобное

      К всеобщему удивлению, Санеми всё же их навестил. Когда он приехал, Незуко в это время собирала различные травы и побеги бамбука.       Возвращаясь домой, она ещё издалека увидела незнакомца, беседовашего с Танджиро, и Гию. Приглядевшись, она сразу узнала колючие белые волосы, и её сердце забилось быстрее. Незуко прерывисто выдыхнула и чуть не уронила плетёную корзину, полную овощей и трав.       Танджиро, увидев её на тропинке, ведущей к дому, помахал ей рукой, а Санеми оглянулся через плечо. Когда их взгляды встретились, Незуко не смогла сдержать улыбки и ускорила шаг, заметив, что Санеми почти застенчиво потупил взгляд и нервно потёр затылок.       — Шинадзугава-сан! Вы приехали! — подбегая к нему, весело воскликнула Незуко.       — Да, — явно чувствуя себя неловко, ответил Санеми.       — Мне так жаль, — поспешно извинилась она. — Если бы я знала, что вы придете, я бы осталась дома, чтобы приготовить что-нибудь вкусненькое к вашему приезду!       Санеми покачал головой.       — Всё в порядке. Я же никого не предупреждал о своём визите.       — Ну, в любом случае, вы как раз приехали к обеду! Я заварю вам чай, пока вы ждёте, — предложила Незуко.       — Незуко, давай я приготовлю чай. И это давай сюда, — сказал Танджиро, кивком головы указывая на корзину.       — Нет, Братик, всё в порядке! Я сама всё сделаю, — ответила Незуко, мягко улыбнувшись брату. Несмотря на это, Танджиро практически выхватил корзину из её рук.       Только тогда, когда Танджиро жестом пригласил Гию следовать за ним внутрь дома, Незуко с опазданием поняла, что он пытался дать им с Шинадзугавой-самой впемя побыть наедине. Её щеки запылали, а сердцебиение участилось. Повисла неловкая тишина, нарушаемая только шелестом листьев, когда игривый ветерок проносился мимо.       — Э-эм… — Незуко очень хотелось поговорить с Санеми, но она, к её огорчению, никак не могла придумать подходящую тему, чтобы начать разговор. Незуко немного робела, ведь раньше Санеми был одним из Столпов, одним из самых искусных истребителей демонов. Шрамы, покрывавшие его тело, больше не выставлялись напоказ. Теперь Санеми предпочитал закрытую одежду.       — Я читал твои письма, — сказал, наконец, Санеми.       Незуко просияла.       — Я так рада это слышать! Я надеялась, что Вы их читаете! Я так же надеялась, что если просто продолжу писать Вам, то, возможно, когда-нибудь увижу Вас. И кстати, надеюсь, вы приехали сюда не из-за того, что Вы не смогли мне ответить? Ваша рука и всё такое…       — Нет, просто я так и не научился писать. Это не из-за того, что у меня не хватает пальцев, — пояснил Санеми.       — Ох… Я понимаю, — кивнула Незуко. Она без колебаний коснулась руки, о которой они говорили, нежно взяв его руку в обе свои. Про себя Незуко отметила, что бинты с неё наконец-то были сняты. Места, где раньше были его пальцы, были сжаты, деформированная кожа обтягивала оставшиеся костяшки. Его руки были мощными, а кожа грубой, как и у всех мечников.       Санеми, казалось, был удивлён и немного смущён её действиями.       Заметив это, Незуко тут же отпустила его руку, обеспокоенно спросив:       — Я сделала Вам больно?       — Нет, вовсе нет, — покачал головой Санеми. — Я просто ещё вновь не привык, что люди могут запросто касаться меня. Просто по дружески. Привык чувствовать только прикосновения в бою.       Его слова согрели сердце Незуко. Она было снова потянулась к его искалеченной руке, но вовремя одёрнула себя. Незуко была рада видеть, как такой закалённый в боях мужчина показывает свою и уязвимую сторону. Это заставляло её сердце трепетать.       — Со мной вы в безопасности. Даже если Братик попытается наброситься на вас, я остановлю его, — пошутила она.       — Тц, — усмехнулся Санеми, и Незуко поняла, что он скорее больше взволнован, чем разочарован её словами. Это было настолько мило, что Незуко, не сдержавшись, хихикнула.       — Вы далеко путешествовали? — спросила она, присаживаясь рядом с ним на крыльцо семейного дома.       — Нет.       — А… это хорошо, — кивнула Незуко и замолчала. Между ними повисла ещё одна неловкая пауза, и Незуко мысленно корила себя за то, что не в состоянии поддержать с ним разговор. Когда, наконец, она смогла придумать новую тему для беседы, Санеми вдруг потянулся к своему мешку и, развязав его, достал свёрток, завёрнутый в красивую ткань. Незуко с любопытством переводила взгляд с Санеми на свёрток и снова на Санеми, гадая, была ли это опять какая-нибудь еда для них всех.       — Вот. Это для тебя, — тихо проговорил он.       — В-вы не должны были нам ничего дарить! Ведь последняя посылка, которую вы отправили, была…       Но Санеми не дал Незуко договорить, тут же перебив:       — Это только для тебя… Не для сопляков и не водного придурка, а только для тебя.       Незуко широко раскрыла глаза, не веря своим ушам. Это была небольшая коробка, тщательно завёрнутая в розовую ткань и расшитую цветами и певчими птицами. Незуко замерла. Вежливые фразы отказа, что она не может принять такого подарка, застряли в горле. Её руки немного дрожали, когда она брала подарок из рук Санеми.       — Эта ткань того же цвета, что и моё любимое кимоно, — тихо и застенчиво заметила она.       — Ну… — смутился Санеми. — Да… Я купил именно эту, потому что подумал, что она хорошо подойдёт под цвет твоих глаз.       Кончики пальцев Незуко после его слов сильно сжали край коробки. Теперь она действительно не знала, что сказать. Это было похоже на личный подарок. На такой подарок, который преподносят женихи своим наречённым. И Незуко чувствовала, что не заслуживает такого подарка. Незуко была в замешательстве.       Если он просто относился к ней, как к младшей сестре бывшего боевого соратника, то ему вовсе незачем было делать ей такой подарок. Ведь так?       — Эй! Что он здесь делает?! проверещал знакомый звонкий голос, напугав их обоих. — Почему он сидит рядом с тобой? Он пристаёт к тебе, Незуко-чан?!       Незуко бросила взгляд на Зеницу, который в сопровождении Иноске быстро шёл по тропинке, направляясь к дому. Они оба возвращались из своей поездки в город. Незуко инстинктивно прижала подарок к груди.       — Я… Я сейчас вернусь, — пискнула она и метнулась в дом. Незуко быстро прокралась в спальню и закрыла за собой дверь. Такое поведение было ей совсем несвойственно, но по какой-то причине в тот момент она просто не захотела, чтобы кто-нибудь увидел подарок, который сделал ей Санеми. Особенно до того момента, как увидит его сама.       Незуко словно почувствовала, что и Санеми не хотел бы, чтобы она открыла подарок у всех на глазах. Ей показалось, что будет неправильно, что этот момент был бы засвидетельствован другими.       Незуко понадобилось какое-то время, чтобы восстановить самообладание. Сделав пару глубоких вдохов, она осторожно опустилась на пол, поджав под себя ноги. Затем развернула фуросики и осторожно открыла коробку.       Внутри находилась заколка в форме цветка вишни. Такие обычно носили гейши или невесты. Понимал ли это Санеми?       Нет.       Незуко покачала головой, решив, что такой мужчина, как Шинадзугава-сан, ни за что не был бы так прямолинеен. Кроме того, Санеми не казался человеком, способным придавать подарку какой-то скрытый смысл. Вероятно, это было, по его мнению, красивая безделушка, которую он увидел, когда путешествовал, и купил её просто потому, что планировал навестить их. В конце концов, Гию постоянно покупал ей роскошные подарки.       Рассматривая заколку, Незуко убеждала себя, что ведёт себя крайне глупо, слишком много думая о причинах, побудивших его сделать такой подарок. Тем не менее, это был чрезвычайно приятный подарок.       Незуко погладила заколку для волос кончиком пальца, ослеплённая мерцанием драгоценных камней, из которых состояло рыльце цветущей вишни. Такой же розовый камень свисал с изящной серебряной цепочки.       — Ты в порядке, Незуко? — спросил Танджиро, входя в комнату.       Незуко не чувствовала необходимости скрывать от него подарок.       — Я в порядке. Шинадзугава-сан подарил мне подарок, и я решила, что будет невежливо открывать его у всех на глазах, — объяснила она.       Лицо Танджиро внезапно озарилось улыбкой.       — Ну ничего себе! Она такая красивая! — воскликнул он, хитро поглядывая на сестру. — Неправда ли, Незуко? Как мило с его стороны!       И Незуко, не чувствуя подвоха, согласно кивнула головой.