Новые жизнь и знакомства Алексея Макарова

Лёша возвращается, гремя ключами у двери, пытаясь попасть в замочную скважину дрожащими под весом пакетов руками. ~ Ты что, упился? ~ Выползая из комнаты, встаёт напротив входной двери его сожитель, скрещивая руки на груди. Запихнув пакеты, у части которых уже от веса растянулись ручки, в квартиру, Лёша устало выдохнул и, закрыв дверь, наклонился к полу, чтоб кровь добралась до затёкших рук. ~ Простого "Добрый день, Кирюша", было бы достаточно. Кланяться не обязательно, но очень приятно, спасибо. ~ Закатывает глаза Гречкин и заглядывает в пакеты, завалившиеся на бок, являя его взору кучу того мусора, который притащил его новоявленный сожитель. Тот, в свою очередь, скинув ботинки, переступил через пакеты и зашёл в ванну, чтоб вымыть руки. Стеклянный литровый графин для воды и фильтр для кухонного крана Гречкин всё же признал вещами первой необходимости. Без чайника графин будет очень кстати. А учитывая, какая чистая вода иногда идёт из крана, то фильтр тоже в самый раз. Не бегать же каждый день за бутылями воды в магазин. ~ А вообще мог бы раскошелиться на кулер. ~ Пожимает плечами Гречкин. ~ Сто пятьдесят рублей одна баклажка, тебе до конца жизни хватит. ~ Но, глядя на то, с каким трудом Лёша тащит пакеты в комнату, вздыхает. ~ Точно. Ты ж её не поднимешь. Вот у Лёши появился утюг, небольшая кастрюля с крышкой, сковородка с антипригарным покрытием, которую он облизывал взглядом и так, и эдак, радуясь, как маленький ребёнок своим обновочкам. Набор из трех глубоких синих тарелок и кружек с принтом морских обитателей, абсолютно не сочетающийся с бежевой кухней, занял свое почётное место в шкафчике над раковиной и, хоть это и было насилием над чувством прекрасного, вызвал в груди Кирилла тихое удовлетворение тем фактом, что его сожителю не плевать на их общий дом. ~ Я не хочу видеть чек. ~ С гримасой брезгливости глядя на то, как последняя вымытая кружка отправляется в шкафчик, качает головой Гречкин. ~ Это можно было взять только бесплатно, но в России из бесплатного только пиздюля. Ты точно за это платил. За это убожество. Ну какого хера это вообще в моём доме? Разбил бы, да жалко тебя, скотину, ты ж гол как соколик. — Я сам купил посуду... Я сам купил посуду! — Счастливо подскакивает на месте Лёша, выключая кран. — Кто тут самостоятельный взрослый? Я самостоятельный взрослый! — Пританцовывая, он направился разбирать остальные покупки, пока Гречкин смотрел ему вслед глазами побитого медведя, которому муравей пришёл про силу и храбрость рассказывать. ~ Покупка убогой бесполезной хуйни не делает тебя самостоятельным взрослым. — Я самый лучший взрослый. Туц-туц-туц... — Качая головой в такт сочинённой на ходу мелодии, Лёша относит набор губок для посуды на кухню, блок с туалетной бумагой в туалет, жидкое мыло в ванну... — Здравствуй новая жизнь, здравствуй новая взрослая жизнь... ~ Со мной поздороваться не хочешь? Который раз проёбываешься, мудила. ~ Но Лёша, не слыша стоящего в дверях Гречкина, продолжал раскрывать коробки и свёртки. — У меня есть половая тряпочка. Куда б её деть? — Но, недолго думая, Лёша несёт её в ванну, вешая на бортик. Ведро он купить не додумался. Веник с совочком занимает угол туалета, фонарик и набор круглых свечей, на случай непредвиденных отключений света, откладываются на стол в комнате. Набор приправ отправляется на кухню, а Гречкин смотрит за мельтешением своего подопечного и вздыхает. ~ За каким хером ты купил это убожество? ~ Глядя на увлажнитель воздуха в виде кита, закатывает глаза Гречкин. ~ За каким хером ты их два купил?! ~ А Лёша относит второго на кухню, старается поставить максимально в центре, чтоб гармонировало, а Кирилл хочет застрелиться. От скорого совершения греха его спасает только мелодия звонка в Лёшином телефоне. — О, Лизок, привет! — Включает фронтальную камеру Лёша, всё ещё растаскивая покупки. — Как ты там? — О, смотрю, обживаешься? — Улыбается в камеру сестра, с интересом разглядывая задний фон за Лёшей. — Ну, покажи мою комнату! — Да там нет ничего кроме кровати, на самом-то деле... — Заходит Лёша в пустующее помещение и крутит камерой. — А ты кота первым запустил? — Запустил. — И молоко налей в блюдечко. — Кирилл тут же подходит ближе, вслушиваясь в разговор. ~ Слышь, девка у тебя поумнее некоторых, не буду пальцем тыкать... — Лиза, я не верю в эту всякую ту самую... — Закатывает глаза Лёша, но его сестра корчит обиженную рожицу и тому ничего не остаётся, кроме как пойти на кухню. — Ты хоть поздоровался с ним? — Уже догадываясь, каким будет ответ, спрашивает Лиза. — Конечно. — Кивает Лёша. ~ Пиздит. ~ Без капли жалости сдаёт своего сожителя Кирилл. — Лёша-а. — Сощуривает глаза девочка по ту сторону экрана. — Привет, домовой, позаботься о моём глупом братце пожалуйста! — Да Лиза! — Краснеет Лёша. Он во всю эту мистику и приметы не верил, а кота в квартиру первым запустил только потому что обещал сестре перед отъездом, что сделает это. — Ну что "Лиза"? Должны хоть у кого-то быть манеры! ~ Я буду ждать её сильнее, чем ты. ~ Заглядывая в экран Лёшиного телефона, ворчит Гречкин. ~ Но это не считается. — Ладно-ладно, хоть с Чебурашками общайся, главное меня не трогай. — Поздоровайся с домовым. Нам потом ещё жить вместе. — Грозит пальчиком Лиза, когда Лёша ставит тарелку с молоком на стол. — Лёш, ну он же маленький! Как он залезет? На пол поставь! ~ А вот тут я, если позволите, внесу свои коррективы. ~ Тут же вертится под ногами Макарова Кирилл. ~ И со стола вполне удобно будет, оставьте. — Лиз, я не хочу потом с ламината оттирать молоко, в которое по неосторожности наступлю, из-за которого пол ещё и вздуется. Захочет твой домовой жрать - милости прошу к столу. Сама приезжай и корми, только не заведи нам тараканов. — Недовольно бурчит Лёша, а телефон сигнализирует о садящейся батарейке. — Ладно, Лизок, батарейка садится, надо вещи растаскать, пока не привезли доставку. На созвоне, ага? — Давай-давай. — Вздыхает Лиза. — Не обижай домового, Лёш. — Да-да, пока давай. — И сбрасывает трубку. Теперь ему надо за десять минут найти провод от зарядки во всём ворохе вещей, раскиданных по комнате. Чудно. Что может быть проще? Перетряхнув чемодан, все пакеты и сумки, Лёша задумчиво почесал затылок. Почему-то в голове самоуверенным голосом Лизы пронеслось "Домовой обиделся", что заставило Макарова запрокинуть голову и случайно удариться головой об угол кровати. — О'кей... Домовой, домовой, поиграй и отдай... ~ Ты очешуел, пёс? ~ Выругался Гречкин в соседней комнате, вздрогнувший от электрического импульса, прошедшего по телу, и направился к Лёше, решать, как долго тому осталось жить на грешной земле. — Домовой, домовой, поиграй и отдай... У Кирилла перед глазами появился чёткий образ зарядки для телефона, а в мозгу наяривал вечерний звон, пытающийся заглушить волну растущего раздражения. ~ Да нахуй бы мне твои провода не упали, каким хуем вообще я к этому причастен, сучара?! — Домовой, домовой, поиграй и отдай. — Лёша вздыхает, вертит головой, высматривая провод, а Кирилл замирает на долю секунды, в голове пролетает весь день, позволяя заметить когда и куда его сожитель дел искомый предмет, а сам Гречкин дрожит от энергии, протекающей по венам, которую тот тянет из Лёши, чтобы выполнить его поручение. ~ Пидор. Подавись своей зарядкой, мудила. ~ Дёргая её под кроватью за шнур, заставляя Макарова обратить внимание на шум, шипит Кирилл, и негодующе скрещивает руки на груди, когда Лёша, по началу испугавшийся крыс или тараканов, найдя в себе мужество, заглядывает под неё и радостно вытаскивает искомое. ~ Сам запихал, а я ищи. Не уху ел ли ты на завтрак? ~ Но воспоминания о том, как тепло и ласково Лёшина энергия гуляла по телу, заставили Кирилла крайне быстро оттаять. ~ Живи пока. Оборвыш. ~ И тут же грозно щурится. ~Где моё "спасибо"?!