Новые жизнь и знакомства Алексея Макарова

— Вот скажи мне, Олег, разве это правильно? Какой-то инфантильный кретин сжигает машину из чистого золота, а отработавший пять с лишним десятков лет на благо государства человек сидит и не знает как концы с концами свести. Разве это справедливо? — Нервно расхаживает по кабинету Сергей, периодически бросая взгляд на экран своего телефона, чтобы проверить, откуда ему приходят уведомления. — Это несправедливо! ¬ Всех поодиночке наказывать - жизни не хватит... ¬ Вздыхает его сидящий на диване собеседник, откинув голову на подголовник. ¬ Надо по уму всё делать. — Сергей замирает, оглядывается по сторонам, на всякий случай похлопывает себя по всем карманам, и беспомощно смотрит на Олега. — Карту потерял. — Тот прикрывает глаза, одним вздохом давая понять, что он думает о рассеянности своего подопечного, и, открыв глаза, кивает. ¬ В папку с налоговыми справками запихал. Серёжа шатающейся походкой добирается до стола, устало опускается в кресло, трёт виски, пытаясь справиться с подкатившей слабостью и тошнотой, а потом тянется к выдвижным полкам, чтоб найти нужную папку, в которую сунул свой пропуск. Давно пора купить для него чехол на шею, но Олег говорит, что с ним он похож на собаку на привязи, и Серёжа не спорит. Олегу виднее. — Спасибо. ¬ Рад помочь. Какое-то время Разумовский собирает все свои моральные силы в кулак, чтобы выйти из комнаты и совершить ошибку, ещё немного убеждает себя, что он вот две минуты там и обратно, потом на всякий случай ставит будильники на разные промежутки времени с подписью "дорога до зала", "репетиция", "начало конференции" и "конец". Телефон показывает ему итоговое «до срабатывания 43 минуты» на последнем будильнике, и Серёжа вздыхает, низко опустив голову и закусив губу. Сорок три минуты это меньше часа. Это на семнадцать минут меньше чем могло бы быть, поэтому он совсем скоро вернётся в кабинет. Да и сорок три минуты это почти полчаса, просто немного больше. А полчаса это не трагедия, учитывая, что само выступление на конференции займёт от силы минут пятнадцать, если кто-то будет задавать вопросы. Он вообще может освободиться раньше. Ещё быстрее вернётся в кабинет... ¬ Опоздаешь. ¬ Доносится из-за спины тихий голос Олега, незаметно подошедшего почти вплотную, и положившего руки на Серёжины плечи. ¬ Всё хорошо будет. Ты справишься. Мы справимся. Я не оставлю тебя. Слышишь? Серёжа кивает, делает глубокий вдох, и подносит карточку к электронному замку. Дверь послушно открывается, выпуская Гения, Миллиардера и Филантропа из обители тишины и покоя, и тихо закрывается, как только он вызывает лифт. — Полчаса и ещё чуть-чуть. Всего-то... — Самому себе кивает Серёжа. — Два раза по пятнадцать и ещё немного. ¬ Ну хватит. ¬ Не выдерживает Олег. ¬ На репетиции никого не будет. Тебе нужно будет семь минут продержаться с выступлением и просто ответить на вопросы. И домой. Серёж. Мы справимся. Ты у нас храбрый и сильный, ты сможешь. ¬ Разумовский кивает Олегу, сжав кулаки и признавая его правдивость. Действительно. Он у них умничка. Он справится. — Друзья! — После небольшой паузы, наконец подаёт голос Сергей, жестом обводит весь зал зрителей. — Рад сообщить, что "ВместеКорпРус" наконец готов запустить в общее пользование новый проект. Упращенный интерфейс и сильнейшая поддержка кода, защищённая от непредвиденных ДДос-атак, позволят нашим пользователям обмениваться массивными видеозаписями, вести прямые трансляции с полной монетизацией и... — Слайды летали за его спиной один за другим. В зале стояла полная тишина, инвесторы слушали его так внимательно, словно хоть что-то в этом понимали, а сам Серёжа, вдохновлённый успехом в разработке, наконец чувствовал себя уверенно, говоря о любимом деле и этом проекте, как любящая мать про своего ребёнка. —... А благодаря синхронизации с «Соцсеть Vmeste», «Медиахостинг Vidim» сможет быстрее находить нужные видеозаписи и значительно ускорит работу соцсети, забрав на себя всю основную нагрузку по хранению медиафайлов, выступая, можно сказать, её архивом... Конечно, эти мужички ничерта не смыслили в IT. Вложили бабки только из-за того, что никому в свое время неизвестная "Соцсеть Vmeste" успешно выстрелила, а её разработчик и владелец так и не сел за решётку. — Кучка зажравшихся снобов... — Почти летит по коридору Серёжа, стараясь как можно быстрее добраться до лифта. — "А скажите, сколько будет чистой прибыли...". Какая прибыль? Их интересуют только деньги! Я создал платформу, превосходящую зарубежные и отечественные аналоги по безопасности, а они меня спрашивают про деньги! — Он судорожно тычет на кнопку закрытия дверей, прикладывает свою карту к электронному считывателю, и лифт послушно отправляется на этаж с его кабинетом. — Деньги... Всё им деньги подавай... Было до слёз обидно. Как ребёнку, нарисовавшему маме каляку-маляку в знак искренней любви, а потом обнаружившим на ней её рабочие записи, след от пролитого кофе и прилепленную жвачку, потому что завернуть было не во что. ¬ Я горжусь тобой. Люди гордятся тобой, поверь. ¬ Шепчет Олег, похлопывая Серёжу по спине, а после, увидев его бледное лицо и дрожащие от обиды губы, прижимает к своей груди. ¬ Ты был неподражаем. Простые люди оценят твою работу. — Нет у нас ни простых, ни сложных людей. Есть люди и те, кто возомнил себя иной расой, стоящей над людьми. И, к слову сказать, одна нация, возомнившая себя однажды венцом творения, в двадцатом веке плохо окончила своё существование. Лифт останавливается, распахивая двери сразу в гостевую зону, и Сергею ничего не остаётся, кроме как выйти и сесть на диван. — Понимаешь, такое ощущение, будто в цирке выступил. — Олег в ответ пожимает плечами. ¬ Не понимаю. Я там не выступал. Да оно и к лучшему. ¬ Он наливает своему подопечному тёплую воду из кулера, ставит стаканчик на журнальный столик и отходит к двери, ведущей в кабинет. ¬ Давай, Серёж, пей, приходи в себя и пойдём в кабинет. Лёша разгребает коробки с привезённой техникой, подключая к розеткам на кухне небольшую мультиварку, микроволновку, тостер и чайник, запихивает в комнату небольшую гладильную доску, предварительно повоображав себя сёрфером, любуется солонкой и сахарницей, которые сам купить не додумался, как и соль с сахаром, и вносит коррективы в список. Ему действительно нужно купить соль, сахар и соду с уксусом. ~ Ну ты скоро там? Что ты тут за свалку устроил? ~ Отпинывая коробку, чтоб Лёша об неё не споткнулся, пока несёт в комнату системный блок от компьютера, ворчит Гречкин. ~ Ебать, ещё и ящик подогнали? А Разумовский-то ближе к народу чем наш депутат, слушай... Голосуй за него, хер ли налогами каких-то ебанатов кормить? Эйфория от переезда постепенно сползала на нет. Одиночество и тоска по привычному общению с кучей народа одолевала всё сильнее. Лёша под вечер никак не мог заставить себя улечься в кровать, потому что боялся, что всё произошедшее мираж, или наоборот, что теперь одиночество никогда не закончится. Послезавтра ему выходить на работу, надо к тому времени освоиться в квартире, привыкнуть к ней и не считать себя пришедшим в гости. — Ладно, чистим зубы и спать. Надо уже... Ну... Надо. — Убеждает самого себя Макаров и плетётся в ванну. Кое-как елозит щёткой по зубам, иногда зависая в своих мыслях, иногда едва не засыпая прямо над ванной... ~ Бля, давай реще, хули драму наводишь? ~ Тяжко вздыхает Гречкин, сидя на краю ванны. ~ Новая жизнь, самостоятельность, молодость. Чего ты ноешь вообще? ~ Смотря на то, как Лёша, зевая, споласкивает щётку, возмущается Кирилл. ~ У тебя ни детей, ни мегеры-жены, ни ипотеки. ~ Аргументно аргументирует он свою позицию. ~ Прикинь как жизнь ахуенно сложилась? Тебе всего восемнадцать. Сеструхе потом хату в ипотеку возьмёте вдвоём, она её сдавать будет, закроете быстро, разъедитесь, приведешь себе бабу... А там собака уже или кот. Кот лучше, я терпеть не могу собак, хотя жил я на другой хате, хозяйка там та ещё сучка была, конечно, валить и трахать просто... О чём это я... А, да... Дом под снос и я бездомный. И я в новостройке с оборвышем под опекой. У меня жизнь куда хуже твоей... ~ Лёша под его бубнёж успел вернуться в комнату и даже расстелить кровать. — Спать. Спать, просто спать. — Лёша надевает свою любимую, растянутую почти до колена, серую футболку и забирается под одеяло. Дело за малым. Просто закрыть глаза и ни о чём не думать. ~ Спи, оборвыш. Завтра снова будешь бесить меня, тебе силы нужны. ~ Вздыхает Кирилл, глядя на то, как Макаров ворочается в постели. ~ Чувствуй себя как дома, чудик. И засыпай крепким сладким сном. ~ Лёша вздрагивает, как от озноба, и замирает, расслабляясь и погружаясь в сон. ~ Вот и славно. Не хватало ещё твои стенания слушать полночи. ~ Кирилл идёт на кухню, наливает себе кружечку горячего чая и, сидя по-турецки на столе, смотрит, как на небе зажигаются звёзды, а по дорогам мигают фарами автомобили. Город. Суматоха... Совсем не то, что так нравилось ему в прошлом жилище, но ко всему можно привыкнуть. И ко всяким оборвышам на должности сожителя тоже.