Жуткие любовницы. Книга вторая. Пока жива игрушка

      Михаил проснулся в своей коробке пытаясь понять как он тут оказался. Всё-таки погуляли они на источниках знатно. После игры в карты, в процессе которой женщины так профессионально жульничали, что никто не остался проигравшим, но раздеться пришлось всем, началась алкогольная оргия. И на этот раз член Михаила поместили в клетку. Чтобы, так сказать никто не мог им воспользоваться с пьяну. Однако нельзя сказать, что его потом не трогали. Клетка всё ещё висела на причинном месте, позволяя мужчине сходить в туалет по-маленькому, но не позволяя ему встать. Так что мужчине пришлось немало потрудиться языком, пальцами и даже своим телом. Несмотря на алкогольный загул, кое-что вспоминалось. Например, как его девчонки запихивали в вагину Юрхаам с радостными воплями: «И входит, и выходит!» Как они встали вокруг него, сидящего на коленях и по очереди мочились, приговаривая: «Растите Мишки большой и маленький», а мужчина возмущался, говоря, что не такой уж у него и маленький. Или как его заставляли кусать ноги висящей Айчаашви, что бы проверить можно ли скушать висящую грушу. Или как Бабушка зажала его голову между своих ног, прижав лицо к своей промежности, и держала его так, пока он не спел полностью гимн Советского Союза. А так как Михаил постоянно сбивался на гимн Российской Федерации и вообще местами забывал текст, ему пришлось провести там довольно много времени. И поскольку воспоминаний с этого момента не осталось, вполне вероятно, что он так и уснул.       Понятное дело, что после подобной вечеринки у него болела голова, а во рту расположился филиал пустыни Атакамы. В туалете мужчина обнаружил спасительную трёхлитровую банку рассола. Облегчившись и подлечившись, приняв душ и почувствовав себя намного лучше Михаил вспомнил, что, а вернее кто его ждёт сегодня и задумался, это хорошо или плохо? В целом ему нравилась Цертааза. Ему нравилась она как в образе обычной шикарной женщины, так в своей истинной форме демоницы.       Кстати об истинной форме демоницы. Она огромная, как Симона, может немного меньше, но метров пять в ней уверенно есть. И этот странные флёр, который дарит ощущение лёгкого наркотического опьянения, и щупальца. Ну точь-в-точь Симона. С другой стороны масса и шесть грудей придаёт ей сходство с Юрхаам, а тёмная аура волос с Тенью. Умение вытягивать шею и говорить при помощи маленького лица (пусть и не на хвосте) гармонирует с умением вытягивать хвост у Шмаара и её маленькой головой на конце этого хвоста. Сложно сказать, что у Цертаазы есть от Бабушки и Вишни, поскольку внешне это ни как не отражается, а кроме того, эта парочка не является демоницами. Бабушка - ведьма, а Вишня – покойница. Хотя у демоницы в истинной форме один глаз становится лицом с парой собственных глаз, а второй глаз остаётся отверстием из которого вырывается пламя. У бабушки тоже один глаз особый. А если ещё вспомнить, что обе любят левитировать во время оргазма, то общего находится намного больше. А её любовь к мазохизму вполне может иметь корреляции с любовью Вишни к членовредительству. Наличие дополнительных отверстий, члена с яйцами, рогов и драконьих лап с хвостом может быть связанно… Нет, так эту загадку не решить. Тут нужно поговорить с госпожой лично. Так сказать с глазу на глаз.       Пока мужчина размышлял над этим, дверь в его комнату открылась и в коробочку зашла хмурая Бабушка. Она, не говоря ни слова достала ключ и подошла к мужчине, снимая с его зверя клетку.       - Бабушка, тебе тоже плохо? – Участливо поинтересовался Михаил.       - С чего это мне плохо? –Ведьма сняла клетку и удивлённо посмотрела на мужчину. – Мне хорошо. Насколько это возможно. И почему «тоже»? Я же тебе оставила банку волшебного рассола. Со специальными добавками.       - У меня снова отрастёт конский член?       - Нет. Просто у тебя должно было пройти похмелье. Сегодня у тебя будет тяжёлый день. – Старушка почесала кончик носа. - Госпожа собирается тебя драть все сутки до отбоя. И в отличии от Симоны у неё это получится.       - А это так плохо?       - Дело в том, что большую часть времени она хочет провести в своей истинной форме. Я, конечно, буду наготове с канистрой нейтрализатора. Но в таком деле всё что может пойти не так, пойдёт не так. К Симоне тебя было бы отпустить без подготовки безопаснее.       - А что тогда делать мне?       - Во-первых, постарайся не сопротивляться. Что бы не распалять Цертаазу и чтобы не получить травм. Во-вторых, если увидишь, что ситуация выходит из под контроля, попытайся позвать на помощь. И да, как только она кончит в своей истинной форме до такой степени, что ослабнет, отходи от неё в сторону двери. Хотя это может случиться после четвёртого-пятого оргазма. Надеюсь ты это переживёшь.       - Мне уже страшно, хотя я знаю, что меня ждёт после смерти, но разве это не нарушит ваши планы? Может мне не идти?       - Нет. Не идти нельзя. Не зря она вчера тебя заставила сделать себе куни восемнадцать раз.       - Сколько? Я когда успел?       - Гостиница находилась под заклинанием мага из мира вечной ночи, если помнишь. По моим прикидкам мы там зависли часов на сорок. Ты даже успел там поспать. Помнишь?       - Нет. А почему я тогда не протрезвел? Или пока я спал мне сделали водочную клизму?       - Нет. Дело не в этом. Просто твой мозг временно ушёл в режим перезагрузки. А потом ты снова уснул и проспал уже до вечера. Так что Юрхаам и Шмаара донесли тебя сюда и сгрузили на кровать. Ты не волнуйся. В режиме яви ты провёл часов тридцать шесть, не больше. Ты хотя бы что-то помнишь из вчерашнего?       - Помню как пел тебе в промежность гимн Советского Союза.       - Лучше забудь. – Михаил готов был поклясться, что Бабушка явно смутилась услышав это. – Ещё вспомни «Входит-выходит». Хотя Юрхаам, конечно, была в восторге.       - Я тоже, кажется. Но я был пьян. По моему я ещё что-то кричал.       - Кричал. Ты кричал что ты зелёный шарик и требуешь не вынимать тебя из горшочка. Помнишь как Тень тебя всё-таки оттрахала в зад, не сдержавшись?       - Не помню.       - Видимо ты в тот момент снова заснул. В общем девчонок едва удалось удержать. Я сказала, что им будет не так приятно, если они не нагуляют сексуальный аппетит перед оргией. Которая, кстати, состоится завтра.       - Тяжёлая будет пятница. Я вообще выживу после этой оргии?       - Я не уверена, что ты выживешь сегодня. Мы с девчонками на всякий случай будем дежурить по очереди. Так что – зови на помощь. Может мы успеем. И пошли уже. Госпожа ждёт, нервничает, и жаждет нормального секса с тобой. Как в день последнего испытания, только в течении суток.       Слегка напуганный словами ведьмы, Михаил всё-таки пошёл за ней к кабинету Цертаазы, стараясь выглядеть уверенно. Только уже у самых дверей он спросил у Совы:       - Бабушка, а у тебя не будет чего-нибудь от перегара. А то мне кажется, что изо рта всё ещё воняет. Госпоже это может не понравиться.       - Если я в чём-то понимаю, то целоваться с ней ты будешь только после того, как прополощешь свой рот её мочой и то это будет навряд ли. А в истинном облике её вообще ни один запах не смутит. Иди давай.       Ведьма приоткрыла дверь и втолкнула туда мужчину, после чего закрыла дверь, оставляя Михаила один на один с неизвестностью. Обстановка кабинета демоницы не изменилась. Всё тот же стиль минимализма. На столе, широко раздвинув ноги сидела голая демоница. То есть на ней была одежда, и довольно много, но она ничего интересного не скрывала. Ярко-алые латексные перчатки доходили до середины плеч, а длинные алые же сапоги до середины бедра. Ялая блузка из газа, не только не скрывала того факта, что на демонице нет ни трусиков, ни лифчика, а даже чёрный цвет её кожи, с алыми как кровь сосками. Цертааза разговаривала с кем-то по телефону. Заметив мужчину она поманила его пальцем и указала на свой лобок. Над раковиной женщины была сделана белая надпись: «Поговори мне тут» и стрелка указывающая куда надо «говорить». Пожав плечами мужчина встал на колени, приподнял край блузки и принялся разогревать госпожу своим языком. Стоило ему коснуться створок, как демоница закинула ногу на ногу, зажимая голову мужчины между бёдрами, при этом не отвлекаясь от разговора, лишь откинулась слегка назад:       - Я сказала: «Все контракты». Все, значит все. Какую букву в этой фразе ты не поняла? – Демоница полностью легла на стол, одной рукой начав гладить мужчину по голове. – А теперь послушай меня. У меня сегодня выходной, ясно? Моя сексуальная игрушка уже вытащена из коробки и гладит меня по половым губам. Я сегодня буду трахаться, ясно? Если ты не сможешь решить эту проблему сегодня, завтра у тебя будут куда как более серьёзные проблемы. Весь день я намерена заниматься сексом. Всё. Я отключаю мобильный. То, что ты всего лишь стажёр не даёт тебе права на такие ошибки. Если ты элементарные вещи не можешь делать, то на что ты вообще способна? А вот на этот случай у тебя есть куратор. Она не более безумна, чем весь мир, так что больше не звони мне сегодня. Да. Но задание выполнить нужно. Я всё сказала.       Демоница отключила телефон и некоторое время просто лежала наслаждаясь мужским языком и поглаживая его по голове. Потом внезапно сказала:       - Знаешь, что мне нравится больше всего? Мне нравится разговаривать по телефону во время секса и словно невзначай описывать процесс. Кому бы позвонить?       - Госпожа, у вас так много фетишей. – Михаил попытался поддержать разговор несмотря на явную помеху для этого.       - Ты лижи, лижи, не отвлекайся. – Цертааза дёрнула волос мужчины, выказывая своё недовольство. – Да, у меня много фетишей. М-м-м-м. Да, вот тут особенно приятно. Проблема в том, что они у меня каждый день разные. Но всегда есть один самый яркий, са-а-амый любимый. – По телу демоницы пробежала лёгкая дрожь, а из её киски одномоментно выделилось несколько крупных капель. – Я возбуждаюсь от одной только мысли о нём. Знаешь что мне хочется каждую секунду вечности? Мне хочется заняться сексом в своём истинном обличии. Но я хочу оставить это на потом. Так сказать на десерт. – Демоница потянулась, освобождая мужчину из своего захвата. – Ну всё-всё. Что хочешь выпить? Моей смазки или моей мочи?       - И того и другого, и можно без хлеба. – Нагло заявил мужчина слизывая смазку госпожи со своих губ. – Хотя от хлеба я тоже не отказался бы. – Михаил вспомнил, что сегодня ещё не завтракал. Рассол, конечно, немного притупил голод, но явно не надолго.       - У нас в офисе это ещё надо заслужить. – Демоница села и сделала приглашающий жест. – залезая на стол. Сейчас будешь работать с дорогим и капризным оборудованием. А я пока позвоню одному козлу.       Когда Михаил забрался на стол, демоница уже встала в коленно-локтевую позу, приподняв свои бёдра повыше головы. Она явно не собиралась сильно напрягаться. В одной из её рук появился телефон. Блузка вспыхнула коротким пламенем и села на столе сажей. Мужчина понял, что сегодня демоница решила начать с очень лёгкого завтрака. Ему предстояло просто пристроиться сзади, но на всякий случай он решил уточнить:       - Мне куда кончить?       - Куда бы ты не вставил, главное вставь и кончи. – Отозвалась Цертааза. – Я ещё не достаточно рассердилась на тебя, чтобы подвергнуть экзекуции с последующим изнасилованием. Просто дай мне повод.       Немного поразмыслив Михаил, как ему кажется, придумал беспроигрышный вариант. Непонятно, правда, зачем женщине надо было разозлиться, но приказы не обсуждаются, а выполняются. Мужчина начал размазывать смазку, извлечённую из влагалища вокруг анального колечка демоницы. Та почти сразу спросила:       - Ты чего это шельмец удумал? Хочешь выдрать свою госпожу в зад?       - Ну что вы, ни в коем случае. – Михаил продолжил своё дело. – Госпожа, пока я разминаю вам промежность, случайно проваливаясь пальцами в ваши дьявольские дырки, позвольте задать вам парочку вопросиков.       - Задавай. Только, смотри, не вздумай делать это намеренно, я и разозлиться могу.       - Я просто вспомнил вашу истинную форму. Многие из ваших служанок имеют сходные черты с этой вашей формой. Я хотел только узнать, случайно это или нет.       - Конечно не случайно. Самые близкие, самые верные слуги всегда делятся своими особенностями со своим хозяином демоном. В данном случае с хозяйкой. Здесь от моего только драконьи черты да огонь. Остальное мне досталось от слуг, чем больше вот таких вот слуг, первого уровня, тем сильнее демон и от каждого слуги он получает какие-нибудь особенности. Ещё вопрос?       - А что будет со мной, если вы меня случайно убьёте?       - Ничего. На рудники я тебя не отправлю. Просто если ты год протянешь живым, то это поможет одному проекту. Но хватит разговоров! Мне надо срочно позвонить, а ты всё ещё не вставил! Поверь мне, ты не обрадуешься моему кнуту, если будешь медлить.       Непонятно, каким образом демоница не могла позвонить, пока мужчина не вставит, но Михаил не стал спорить. Он уже успел понять ситуацию и догадался к чему его готовит демоница, поэтому не долго думая, он стёр остатки смазки с пальцев о свой член и уверенно вошёл в анус демоницы, точно под хвост в пылающие глубины её прямой кишки. Цертааза вскрикнула и даже приподняла переднюю часть тела, но затем рухнула на столешницу грудью:       - Мерзавец! Как ты посмел, подлец! Тварь позорная. Учти, если как только ты кончишь, я тебя так накажу, что мало не покажется.       - Я так не думаю. – Михаил ухватил одной рукой женщину за хвост, чтобы было удобнее драть своим клинком начальственный зад и начал активно двигаться, наслаждаясь своей работой.       - Только посмей кончить. – Бурчала демоница, набирая чей-то номер. – Алло. Да, это я. Ну да у меня сегодня выходной. Что? Рассерженна? Конечно. Моя сексуальная игрушка взбесилась и ебёт меня сейчас в сраку! В мою бриллиантовую сраку! Каков наглец. Но я не поэтому поводу звоню. Меня интересует служба доставки. Как там с отчётом за квартал? Да меня ебут. Да прямо сейчас, раком, как последнюю шлюху. А-а-а-а. Ничего, просто слишком глубоко вошёл. Ты не уводи разговор в сторону. Что там с отчётом? Мне тут сообщили, что один контрактник не дополучил… М-м-м-м… не дополучил требуемого. Неужели так сложно было доставить ему немного… Послушай теперь меня. Меня прямо сейчас имеет какой-то наглец. Между прочим, мой контрактник! Так вот, если он хочет секса, так вынь и положь. А-ах! Да хо-хо-хоть сам ложись. Мне было бы на это насрать, но сейчас а-а-ах… мой анус забит мужским членом… о-о-о-о-о-о! Так что лёг, расслабил булки… м-м-м-м… это даже приятно. Я тебе это говорю как опытная шлюха. А-а-а-а-а! Да ты знаешь сколько у меня елдаков было? О-о-о-о-о! Да ты столько воробьёв в жизни не видел. Ах, ах, хах. Так что… так что. Хоть сам ложись, а чтобы в отчёте… по сексу… дебет с.. х-х-х… с кредитом сов па дал.       И вот так на пять минут. Демоница закончила разговор, когда мужчина вышел. Михаил не стал кончать внутри госпожи, он додрочил уже руками и сплюнул белую грязь на её царственные ягодицы. Наблюдая с удовольствием как белая сперма растекается на чёрном теле мужчина не удержался от вопроса:       - Госпожа, я понимаю, что это театр, но вы прирождённая актриса. Я почти поверил, что вы это всерьёз. Можно же было позвонить, например, Бабушке.       - Причём тут актриса? – Демоница посмотрела через плечо на мужчину. – Я действительно звонила одному подчинённому нижнего звена, состоящему в отделе Айчаашви, и отчитала его за нерасторопность. У меня действительно есть жалоба от одного контрактника, что он рассчитывал на большее количество секса после подписания контракта.       - А тот первый разговор он тоже был настоящий?       - Разумеется. - Демоница поднялась на ноги в её руках появилась деревянная лопатка. – Все разговоры настоящие.       - То есть ваши подчинённые знают, что вас… что вы…       - Пускай завидуют. Однако сейчас разговор не об этом. – Огонь на голове демоницы вспыхнул сильнее, как и тот, что вырывался из её глаз. – Я не кончила, а ты, мерзавец, не только кончил, а ещё и посмел трахнуть меня в анус и обкончать мою задницу, как какой-то рядовой шлюхе. А я не рядовая шлюха. Я теперь рассердилась и пришло время тебя на казать! Становись на четвереньки! Хорошо, что теперь есть повод.       Сбитый с толку мужчина был вынужден подчиниться. Что из этого всего было постановкой, а что реально тем, чего хотела демоница? Собственно сам Михаил вины своей не чувствовал. Он сделал с демоницей то, что хотел. И если она была против, то почему не остановила его? Она ни разу не приказала ему прекратить, не говоря уже о том, чтобы воспротивиться действием.       Первым ощущением, которое испытал мужчина в новой позе, это жжение. Оглянувшись через плечо он увидел, что над ним висит люстра, прямо над его спиной. По форме она напоминала гитару и висела точно над ним, накрывая спину от плеч до задницы. Вместо ламп в ней были горящие свечи. Расплавленный воск капал с них прямо на спину Михаилу. Затем демоница вставила кляп ему в рот, с силиконовым членом, направленным в глотку и закрепила всё это дело ремешком на затылке. Набрав очередной номер на телефоне она протянула его Михаилу:       - Сейчас я буду тебя наказывать, а ты держи телефон у моего уха, потому что мои руки будут заняты твоим наказанием и не плачь. Ты же грязный извращенец, а извращенцы не плачут. – В это время из рубки послышался чей-то голос и демоница ответила: - Нет, нет, это я не тебе. Да тут один нахал посмел трахнуть меня в анус и спустить на жопу. Ты же меня знаешь, я утираться не буду. Да, но я звоню тебе не по этой причине.       Разговаривая по телефону, демоница начала, шлёпать лопаткой Михаила по ягодицам, оставляя на его упругих булках ярко-красные отпечатки. Второй рукой она оттягивала и щипала соски мужчины.       Казалось бы, что от жжения капель воска, от раздражения, вызываемого членом в глотке, из-за которого Михаил мог едва дышать и у него слезились глаза (хорошо, что рвотный рефлекс, похоже, попросту сменил место жительства), от боли, вызываемой щипками сосков и ударами по заду мужчина должен был чувствовать себя не очень хорошо. Но по какой-то не ясной причине Михаил чувствовал нарастающее возбуждение и странное желание пролить эту экзекуцию, как можно дольше. Разве что держать трубку у уха госпожи было несколько неудобно.       Однако когда наказание закончилось, он испытал настоящее блаженство. Лёжа на животе и глядя на возвышающуюся над ним госпожу он со стыдом вынужден был признать, что всё это время его боец оставался большим и твёрдым. Цертааза помочилась на мужчину, целясь в голову и рассмеялась:       - Что не ожидал? Ха-ха-ха. Я ещё по твоей встрече с тенью поняла, что ты настоящий мазохист. Хватит уже кривляться. Что сбит с толку? Привыкай. Ты пока делал всё правильно, но ты до того, как я кончу не должен знать делаешь ты что-то правильно или нет. Это я сегодня для первого твоего самостоятельного раза снизошла до подсказки раньше оргазма.       - Но ведь я мог сделать что-то не так?       - Сейчас тебе можно. Что касается секса тебе всё можно. А теперь переворачивайся на спину. Мне не важно, что у тебя болят спина и задница.       - А вы правы, госпожа. – Михаил нашёл в себе силы, приложиться спиной, залитой уже остывшим воском и истерзанной задницей к сукну стола. – Я же ваша игрушка.       - Я рада, что ты понимаешь и принимаешь своё положение. Научись теперь гордиться им. Знаешь, пока ты порол меня в анус, а потом я порола твой зад я так сильно возбудилась. Но у меня ещё остался один звонок.       Не давая Михаилу времени, чтобы сообразить, что она имеет в виду, демоница села на клинок мужчины почти не проводя никаких подготовительных работ или предварительных ласк. Она и так была уже не просто влажной, а уже текущей. Её огненные ножны, покрытые природным лубрикантом, плотно обхватили мужской корень скользя к промежности, дарую ощущения того, как жар и похоть обволакивают чувственную натуру мясного зуба и крепко сжимают его своими мышцами и властью демоницы.       Сама женщина тоже не осталась равнодушной к тому, как её заполняет нечто более прохладное, нечто упругое, способное потушить её пожар похоти, терзающий её физическую и астральную сущности. Теперь осталось только запустить в себя струю из этого похотитушителя.       - Алло. – Слегка помедлив Цертааза начала движения. – Да, это я. Я слышала у тебя были проблемы с деньгами? Нет? А какую сумму ты выписала себе? Хорошо, а что из этого, досталось контрактнице? Ага, ага. Что? А нет. Я никуда не бегу, я скачу. Не на коне и не на драконе. На мужском члене. Да у меня сегодня день ёбли. Знаешь, хочу как следует размять свои блядские дырки. Но вернёмся к деньгам. О-о-о-о… Нет, тупица, конечно же мне хорошо-о-о-о-о. Завидуешь? Завидуй ещё сильнее.       И вот так ещё на пять минут. Михаил пустил свои руки в путешествие по женским бёдрам и ягодицам, стараясь дотянуться и до груди, что демоница не преминула сообщить своей младшей подчинённой. Причём так, между делом. Мужчина испытывал смешанные чувства. С одной стороны ему было приятно, что на нём скачет сексуальная женщина, что его боец проникает в самые закоулки женской сути пламенной личности, обжигаясь, но не получая ожогов . С другой стороны эта женщина обошлась с ним довольно жёстко и сейчас спина и задница напоминали о себе и ныли, желая, что бы Михаил пощадил их и перевернулся на живот. Его клинок вдавливал внутрь створки и адскую жемчужину, создавая трения от которого Цертааза получала наслаждение. Она не стесняясь стонала и не сдерживала дыхание, общаясь по телефону со своей подчинённой.       Наконец демоница откинула в сторону телефон и в несколько резких и быстрых движений довела себя до экстаза, издав полустон, полурёв. Несколько секунд демоница сидела на мужском клинке, смакуя ощущения, пока её розовая муфта пыталась добиться от мужчины немного белой смеси, своей пульсацией и сокращениями. Наконец, демоница поднялась и снова встала над мужчиной:       - Чего разлёгся? Встал и почистил мою девочку.       - От чего, я же в неё не кончил. – Михаил с недоумением посмотрел в промежность начальницы. – Там же только ваша смазка.       - Вот от неё и почисти. В следующий раз соберу там немного смегмы, что бы тебе было что чистить сразу. – Когда мужчина приступил к чистке, явно обрадованный таким приказом демоница погладила его по голове и продолжила: - Мой рабочий стол мы уже осквернили. Чтобы ещё запачкать нашими выделениями? Ты понимаешь, что ты наделал? Ты сделал всё правильно. Ты изнасиловал меня именно так, как этого сам пожелал, хотя я была этим не совсем довольна и разозлилась. Мне нравится наказывать своих подчинённых необычным образом. Жаль, что это не работает с девчонками. Они обычно получают от этого удовольствие. И раз ты получил от этого удовольствие, значит и ты теперь девочка.       - Госпожа, но зачем вам терпеть то, что вам не нравится. – Михаил обращался к демонице, но смотрел при этом на её раковину. – Вы можете делать со мной всё, что угодно.       - Для того, чтобы мы все могли делать с тобой всё, что угодно нам, сперва ты должен делать с нами всё, что угодно тебе. Не познав вершины, ты не сможешь оценить дно, на котором ты окажешься, став бесом. Ладно, всё-таки думаю, что нам пора переместиться на кровать.       Цертааза трижды хлопнула в ладоши и стол опустился в пол так, чтобы женщина могла сойти с него, за ней со столешницы сошёл и Михаил. Чуть погодя из пола поднялась кровать под балдахином. Демоница и мужчина прошли к ней:       - Я собираюсь перейти в свою истинную форму. – Цертааза не спешила расположиться на ложе. – Может у тебя есть какие-то фантазии, которые ты хотел бы реализовать с этим телом. – Цертааза повела рукой вдоль своей груди, талии и бёдер. – Ведь всё остальное время тебя будет насиловать чудовищный монстр, заполняя твои отверстия и рыча от наслаждения как голодный демон рвущий свою добычу. Что вполне себе так и будет.       - С этим телом? – Михаил маслянно улыбнулся. – С этим телом я хотел бы сделать много чего, но меня интересует не оно. Мне больше хочется увидеть то, что оно скрывает. Но давайте я всё-таки озвучу одну свою фантазию. Я хочу, что бы вы обращались ко мне как к рабу, но при этом сделали мне минет и позволили кончить на ваши ножки.       - Ах, ты грязная скотина! Да как ты смеешь, чтобы я демоница… - говоря всё это Цертааза встала на колени перед ошарашенным мужчиной и начала облизывать его ствол свои длинным фиолетовым языком.       Честно говоря Михаил был не готов к тому, что демоница вот так запросто позволит ему доминировать над собой. Он просто сказал первое, что пришло ему в голову. А уж скольких своих бывших начальников ему захотелось опустить в лице одной этой демоницы. Но он всё ещё думал, что демоница каким-то образом снова окажется сверху. Однако пока он мог только наблюдать, как длинный язык демоницы обвивает его дружка, даря ему наслаждение.       - А теперь, раб, дай своей госпоже то, чего она хочет, пока она…       Цертааза отвлеклась от облизывания подготовленного клинка только для этой фразы, но даже не успев её закончить, погрузила мужское достоинство в свой горячий и влажный рот. Глядя на голову демоницы, двигающейся в области его паха, Михаил погладил эту голову, а потом сделал то, чего от него требовала его испорченная натура. Он ухватил демоницу за рога и начал сам насаживать глотку начальницы на свой кукан. В его голове тут же раздался голос демоницы:       «Наконец-то. Я думала ты не решишься на это. Но знай, раб, что за такое святотатство ты будешь жестоко наказан. Если ты заставишь меня проглотить свою вонючую сперму я буду в ярости и тебя ждёт полноценное наказание, но если ты, своим грязным семенем осквернишь мои ноги, я отдам тебя на растерзание чудовищу!»       Долго продолжать не пришлось. Возбуждённый до предела предыдущими играми мужчина быстро достиг предела. В последний момент демоница смогла отстраниться и кинуть Михаила на кровать. После чего снова превратила на время свои драконьи лапы в стопы и довела мужчину, до нужного состояния, заставив его белое семя стечь на её чёрные стопы.       - Опять ты испачкал меня! Ты всё не уймёшься? Тогда придётся тебя казнить. Последнее желание? – Цертааза уставилась на мужчину и тут Михаил понял, что говорить он не может. Зато его желудок издал любовную арию кита. Демоница криво усмехнулась. – Понимаю, ну что ж, последний ужин приговорённого к смерти через сну-сну уже ждёт тебя.       – Демоница качнула своими грудями и Михаил понял, что началось самое интересное. Всё, что было до этого вполне могло сойти за предварительные ласки.       Мужчина почти сразу прильнул к груди госпожи, стараясь языком стимулировать увеличение соска. Он помнил как это было в первый раз и был не против повторить. Это были такие же ощущения как на аттракционе или при просмотре фильма ужасов, когда дух перехватывает, но впечатления всегда положительные. В данном случае эти ощущения как бы переходят из плоскости эмоций в плоскость физического мира. Хотя и чисто эмоционально ощущения тоже сильные. Да и дух перехватывает не только от того, что горло забито инородным предметом. Именно поэтому Михаил старался ускорить процесс. Одной рукой сжимая грудь, чей сосок он сосал в данный момент, а второй ласкал сосок на второй груди, чтобы возбудить демоницу как можно скорее.       Когда первый сосок принял фому члена, его второй товарищ сделал то же самое. Уж возбуждение Цертааза испытывала одно на всё тело. Михаил на этот раз заметил этот момент и с силой сжав груди госпожи вместе умудрился забить свой рот сразу двумя фаллосоподобными сосками. Демоница только неодобрительно покачала головой:       - Ну куда ты спешишь, торопыжка. У нас сутки впереди. А я не Симона. Если ты уснёшь от усталости я не перестану тебя сношать. Может я была слишком строга к тебе? А всё твоё хамство и непослушание были твоим способом сказать мне, что ты голоден? Но я не могу дать тебе «пряник», только кнут. Так что ты ешь аккуратнее я тебя всё-равно отдам чудовищу на растерзание. О-о-о-о-о! Кажется я начинаю заводиться… М-м-м-м… Я чувствую, что чудовище уже выходит. Не прек ра щай. Про дол жай. – Цертааза выговаривала слова оп слогам, поскольку от возбуждения предпочитала стонать, а не говорить.       Михаил понял, что действует правильно и утроил усилия. Спустя три минуты в его рот поступили первые капли молока. И это было самое обычное (по крайней мере на вкус) молоко. Правда не человеческое. Мужчина впервые в жизни пил кобылье молоко, а потому навряд ли догадывался что именно сейчас вливается в его рот и в его желудок. Демоница уже не сдерживала стоны наслаждения. Порой она рычала, хватая голову мужчины руками и с силой вжимая её в свои груди, словно хотела запихать свои сферы в рот Михаилу целиком или поглотить того своей грудью. Ей хотелось уже секса, безумного, дикого, безудержного, но когда она попыталась овладеть мужчиной, тот оказался на редкость упорным. Он присосался к её соскам с такой силой и страстью, что оторвать его не могла никакая иная сила.       Через десять минут вместо небольших струй молока в рот Мужчины выплеснулось два литра известной ему по прошлому разу белой бурды. На этот раз ему пришлось выпустить соски демоницы, просто, чтобы не захлебнуться, но когда он глянул на свою госпожу, то понял, что процесс уже пошёл. Снова странные красноватые волны начали расходиться по комнате, погружая её в багровый полумрак. Сапоги и перчатки снова превратились в чешуйчатые конечности с когтями дракона. Рост демоницы начал увеличиваться. Руки разделились на две каждая. Вместо правого глаза возникло лицо с глазами бельмами, вместо левого дыра из которой вырывалось пламя. Рот разрезала кровожадная улыбка от уха до уха, являя треугольные зубы и длинный, раздвоенный фиолетовый язык, не помещающийся во рту. Огненная шевелюра превратилась в клубящуюся тень на чьём фоне ярко выделялись золотые увеличившиеся рога. Шесть грудей с членоподобными сосками снова украсили грудь и верхнюю часть живота демоницы. Ниже пояса свесилось два хвоста. Один был сзади, покрытый чешуёй и весьма подвижный, второй болтался спереди, без чешуи, но выделяющимся рельефом мышц и парой шаров. Пупок снова раскрылся вагиной светящейся в полумраке комнаты. И наконец из-за спины вытянулись щупальца. Цертааза вытянула шею на пятнадцать метров и хохоча обвилась ею вокруг Михаила.       - Приве-е-е-ет, сладенький! Помнишь меня-а-а-а? Что ты чувствуешь сейчас?       - Растущее возбуждение. – Михаил сыто рыгнул и выпятил вперёд свой мясной таран.       - Всё-таки ты просто грязный извращенец. Маньяк. Но это как раз то, что нам нужно. Только вот ведь незадачка, мне теперь плевать на то, что хочешь ты, я буду делать то, что хочу я.       - Покажите мне уровень вашей извращённости. – Михаил улыбнулся. – Не ловко выйдет если мне придётся вас учить этому.       - Ну ты сам напросился.       Цертааза почувствовала небывалую свободу, наконец она могла сделать с этим ничтожным смертным то, что в прошлый раз пропустила. На этот раз она сама озаботилась некоторыми мерами безопасности, чтобы Михаил от её страсти не двинул кони раньше времени. Однако мужчина и сам на это напрашивался.       Для начала демоница заставила Михаила вылизать ей зад и промежность. Как и ожидал мужчина под тяжёлыми яйцами истинной формы Цертаазы находилась самая обычная женская вагина. Так что вылизывать было что. В результате закончилось всё тем, что Михаил вылизал не только промежность, но и яйца с конским членом. Затем она засунула его в свою вагину снова насаживаясь на него, как на дилдо. Но Михаилу не пришлось полностью пережить то самое приключение, что и в прошлый раз. На этот раз это было проделано только для того, чтобы связать демоницу и мужчину пуповиной, поскольку Михаилу возможность вдохнуть в следующий раз представилась только спустя пятнадцать минут.       Цертааза засунула мужчину в свой могучий член, головой вперёд. Орган сильно растянулся, но мужественно поглощал тело мужчины. Проталкивая своего любовника вглубь, Цертааза надавливала пальцем руки на ягодицы Михаила и приговаривала:       - Залезай, залезай. Как же приятно, когда ты там начинаешь брыкаться. Опс, прости, сильно нажала и мой палец влетел в твою попку. Но может ты так быстрее залезешь?       После этих слов демоница три минуты сношала в задницу, застрявшего в её члене по пояс Михаила. В новой ипостаси пальцы у неё были намного толще. Покрытые чешуёй они буквально чесали прямую кишку мужчины изнутри. Это было также возможно потому, что нижняя пара рук демоницы, в отличии от верхней, не имела когтей.       Наконец член напрягся и просто сглотнул свою жертву, оставляя снаружи только ниточку пуповины, тянущуюся в глубины хозяйского тела. Михаил рухнул в полную темноты и странной густой жидкости неизвестность. Тут было довольно тесно и до него не сразу дошло, что он попал в яйца демоницы и теперь плавает с той самой конской сперме.       Снаружи началась какая-то тряска, литры конского семени стали обдавать мужчину брызгами и захлёстывать волнами, а в голове Михаила возникли, словно сами собой, слова демоницы:       - Давай, борись, барахтайся.       В кабинете госпожи в это время демоница издавая сладострастный рёв, который сделал бы честь самому владыке ада, которого долбят в зад стволом главного орудия линкора, надрачивала свой конский член, под которым в резко увеличившимся правом яйце билось что живое, и явно желающее выбраться наружу. Через шесть минут в потолок улетел белый залп, а между раздвинутых бёдер гигантской женщины шлёпнулось белое тело. Из-за массы Михаил улетел не очень далеко. Теперь же он лежал на кровати с обалдевшим видом. Поболтайся он ещё три минуты в яйце демоницы и смог бы кончить сам. Хотя изо всех сил воздерживался от рукоблудия. Когда он смог сфокусировать свой взгляд на демонице и вздымающемся вверх «коне» то первыми его словами были:       - Буль, буль, буль. Кхе-кхе-кхе. Простите госпожа, наглотался. Я хотел сказать: «Ещё! Ещё хочу!» Можно?       - А ты действительно хочешь?       - Да. У вас же ещё второе яйцо есть. Может и его стоит растянуть?       - А если я тебя снова трахну в жопку пальцем?       - Это правильно. А как же меня ещё запихать в ваши яйца? Кто же виноват в том, что я такой толстожопый? И, честно говоря, мне это нравится.       - Я в тебе не ошиблась. Ну давай ещё раз.       После второго раза Цретааза заставила Михаила сношать её в головку члена своим членом с обязательным кончанием. В чём состоял подвох мужчина понял только тогда, когда после оргазма, едва он вытащил свой инструмент из инструмента демоницы, в него с силой ударила струя конского семени.       Но самым эпичным моментом было использование Михаила как страпона. Демоница насаживалась на мужчину одним из своих нижних отверстий, то передним, то задним, вытягивая за мужчиной след из нитей густой смазки. При этом её толстый хвост, имевший на конце не классическую стрелу драконьего хвоста, а утолщённую бугристую булаву. Не покидал прямой кишки мужчины, чтобы тот «не выдала слишком сильно». Эпичный оргазм, который уже напоминал то, что было с Бабушкой оставил мужчину без сил. Цертаааза буквально оглушила его неким звериным воплем, её язык свесился до пяток, а само тело приподнялось в воздухе, прежде чем рухнуть всасывая Михаила в заднюю кишку.       Несколько минут демоница лежала неподвижно, шумно дыша. Вылезти наружу мужчина в это время не мог. Демоница лежала на спине и хвост, прижатый к кровати, надёжно перекрывал выход. Михаил спасло то, что ему не надо было дышать. Однако ему было очень интересно чем пахнет в кишке его госпожи. Вдохнуть он не мог, поскольку кишка сильно сжимала его грудную клетку. Так что он просто потёр носом стенку кишки, стараясь забить в него хоть немного анальной смазки. Запах был знакомым. Так пахла Симона. Значит вот откуда идёт от демоницы этот странный опьяняющий наркотический запах обеспечивающий расслабление и лёгкий когнитивный диссонанс.       Затем тело зашевелилось, но Михаила, попытавшегося повторить выполз из тёплого места, остановил мысленный сигнал демоницы: «Остановись. Подожди». Снаружи послышались какие-то голоса. Михаил узнал голос Бабушки и Кошки, но о чём они говорили с госпожой узнать ему было не дано. Разобрать слова было невозможно. Наконец, когда всё стихло, его сжало ещё сильнее и он буквально вылетел наружу под громкие фанфары спускаемого демоницей газа. Когда мужчина попытался вдохнуть, то не ощутил ожидаемой вони. Только усилившиеся ароматы запахов выделений демоницы. Цертааза всё ещё сохраняла свою истинную форму. Она облизывалась длинным языком и периодически облизывала мужчину. Маленькое лицо снова захихикало:       - Ну как тебе первый аттракцион? Интереснее, чем у Симоны?       - Скажем так, на уровне. – Михаилу хотелось подзадорить демоницу, но та его раскусила.       - Не дразнись. Через год ты узнаешь на что я способна. Я пока сдерживаюсь.       Щупальца ухватили Михаила за ноги и подтащили к демонице из её рта выползла змея. В прошлый раз она связала Михаила, на этот же раз она заползла в его прямую кишку, пробираясь куда-то вглубь организма мужчины. Вслед за ней в попку любовника демоница ввела свой язык, а тем временем её «глазоголова» продолжала:       - Ты даже не представляешь на что я способна. За змею не переживай, она почистит тебе кишечник, а потом вернёт всё на место. Пока я просто отчпокаю тебя, как сучку, потом ты отчпокаешь все мои соски, затем соски отчпокают тебя. Будет такой чпок-марафон. Я не знаю сколько я смогу сдерживаться в такой форме, чтобы не убить тебя в порыве страсти. Если мне это удастся проделывать в течении всего года, то это будет высочайший уровень самоконтроля в моей жизни.       - Госпожа, прежде чем вы продолжите свои игры можно мне задать один вопрос. – Михаил решил, что пока Цертааза в хорошем настроении духа, надо пользоваться моментом узнать кое-что.        - Задай, пока я восстанавливаю дыхание и готовлю для тебя шампур. – Цертааза начала массировать свой ствол.       - Я тут общался с девчонками и они мне сказали, что вы можете в свой великолепный, блистательный, царственный зад вместить даже Симону. Но даже я чувствую себя там довольно тесно. Как же такое возможно?       - Как хорошо ты назвал мою обычную шлюшью жопу. Да, это так. Я поговорю с девчатами и поверь вы все будете у меня в прямой кишке, прежде чем я вас высеру. Завтра как раз намечается оргия. Так что ты увидишь ещё много интересного, а пока, расслабь свои булки, я сейчас введу в тебя прибор, в который ты недавно пролезал целиком.       - Ох, если б я имел коня это был бы номер… - Вздохнул Михаил ощущая уже как в его анус упирается бугор конского члена.       Демоница подняла своего «коня» на дыбы и Михаил начал сползать на него под собственным весом, ощущая растущее возбуждение, слабое раздражение, лёгкую боль и всепоглощающее наслаждение. Краем глаза он только отметил, что пуповина между ним и демоницей всё ещё не исчезла, видимо ещё должна была пригодиться. Ведь впереди была почти целая ночь и долгий день. И каким он будет к моменту оргии представить было сложно.