Я не мог не прийти

Следующие дни и недели закружили графа и графиню де Пейрак в водоаороте светской жизни. В их честь каждый вечер давал приём кто-нибудь из знатных горожан, а по субботам - как когда-то давно - граф де Пейрак устраивал вечера в своём вновь открытом Отеле веселой науки... Изысканные угощения и вина, музыка, танцы, блеск драгоценностей и роскошь народов... Всё было как прежде, за одним исключением - после случившегося с ним за прошедшие годы Жоффрей де Пейрак не мог петь. Золотой голос королевства умолк навсегда. Только Анжелике он иногда играл на гитаре и напевал хриплым шёпотом те серенады, которые когда-то покорили её сердце. Но Кантор подавал надежду на то, что его голос скоро зазвучит во всю силу. Правда, это будет не в Тулузе, а в далёкой стране, куда мечтали поскорее отправиться оба молодых де Пейрака, хотя Тулуза и провинция, конечно, нравились им - ведь это была их родная земля, их вотчина.. - Мы вернёмся сюда, когда будем в возрасте отца или старше, - решили юноши, - когда захотим спокойной размеренной жизни и обзавелемся семьями. А сейчас мы хотим как можно скорее начать познавать неведомый мир. Жоффрей начал показывать сыновьям простые химические и физические опыты в своей лаборатории, которую не приминул восстановить. Флоримон довольно быстро втянулся в учебный процесс и воодушевленно повторял за отцом всё то, что отец показывал. Кантор же наблюдал со всеми со стороны в большей степени по необходимости. Он знал, что отец не позволит ему остаться полным неучем, требуя знать основные законы, по ко- торым всё происходит в окружающем мире. Но он с упоением читал и заучивал наизусть стихи Петрарки и других поэтов и пытался подбирать к ним музыку. Иногда у него неплохо получались, и он выставлял своё произведение на суд родителей и брата. Жоффрей давал сыну весьма важные советы из области стихосложения и подбора мотивов. Как и Анжелике, он напевал Кантору баллады, которые знал сам. Кроме того, он следил за тем, чтобы Кантор выполнял специальные упражнения для певцов и не сорвал при этом голос... Словом, образованию сыновей граф де Пейрак уделял самое пристальное внимание. Что же касалось Шарля- Анри и Онорины, то они пока были предоставлены заботам Анжеликии Барбы. Им было - соответственно - шесть лет и четыре года. Их обучали этикету, для практики которого устраивали раз в неделю детские утренники с детьми, родители которых посещали де Пейраков или приглашали их к себе. Онорина вызывала всеобщее восхищение своей похожестью на мать, а Шарль-Анри покорял окружающих рассудительностью и серьёзностью, редкой для шестилетнего ребёнка... Анжелиеа полагала, что сын маркиза дю Плесси де Бельер всё-же однажды вернётся во Францию и займёт какой-нибудь государственный пост, а дочь неприменно удачно выйдет замуж и будет блестеть в Версале. Дети Жоффрей и Филиппа были совершенно разными, и если бы она не была матерью им всём, то никогда бы не поверила, что их что-то связывает, хотя старшие искренне любили младших и по-своему заботились о них.