Я не мог не прийти

Король Франции вёл переписку с супругами де Пейрак. Но если в письмах к Жоффрею обсуждались политика, торговля и добыча полезных ископаемых на американском континенте, то в письмах к Анжелике Его Величество регулярно напимтнао о том, что его крестники - Шарль -Анри и Онорина - имеют титулы маркиза и маркизы и наследство во Франции, в которое вступят после смерти своей бабушки - матери Филиппа. Также король полагал, что один из сыновей Жоффрея де Пейрака должен тоже вернуться во Францию и принять в управление Тулузское графство, которое формально принадлежит семье де Пейрак, но фактически остаётся без хозяина. Кроме того, и сама бабушка детей Филиппа писала Анжелике, что надеется дожить до того дня, когда её дорогие внуки вернутс во Францию, чтобы обнять их перед смертью и из рук в руки передать бразды правления поместьем и другой собственностью. Пока дети были маленькими, у Анжелики имелись основание отказывать и королю, и свекрови в обсуждении этой темы, но дети росли, и необходимо было что - то решать. Анжелике думалось, что Шарль-Анри может захотеть уехать на родину, так как сын Филиппа в большей степени держался особняком от отчима и старших братьев, хотя слушался их и относился к ним с должным почтением. Что касалось Онорины, то ее привязанность к Флоримону иногда пугала Анжелику. Ей казалось, что дочь испытывает к сводному брату гораздо более сильные чувства, чем сестринские. Зто могло быть трагично для Онорины, так как - в силу происхождения и воспитания - и она, и Флоримон никогда в жизни не нарушили бы тех границ, которые ставили между ними кровное родство Анжелика разговаривала об этом с Флоримоном, и он соглашался с матерью, что Онорине следует как можно меньше времени проводить а его общества. Он часто уезжал в долгие экспедиции, так как занимался геологическими разработками, но когда возвращался... Онорина целиком завладевала им. Каждый день, спускаясь к завтраку, она спрашивала: " Дома ли Фло? ", а потом интересовалась у него самого, не уедет ли он в ближайшее время в новую экспедицию, и - если получала положительный ответ - заметно огорчалась. Анжелике не хотелось расставаться с детьми Филиппа, но что-то подсказывало ей, что это неминуемо произойдёт. Она гнала от себя это предчувствие, но реальность не давала ей от них избавиться. Время шло, дети взрослели и менялись... Всё решилось в тот год, когда Шарлю- Анри исполнилось восемнадцать, а Онорине - шестнадцать лет. Оба они стали взрослыми не по годам и очень самостоятельными и рассудительными. К этому времени их бабушка - маркиза Алиса дю Плесси де Бельер- уже два года как стала переписываться с ними без посредничества Анжелики. И вот - в год восемналцатилетия Шарля-Анри ему пришло от бабушки письмо, в котором говорилось: " Годы мои уже весьма преклонные, дорогой мой внук! Я очень надеюсь на то, что вы всё-же решите вернуться на родину ваших предков и принять от меня не только ваше наследство, но и должность в армии Его Величества, которую Он вам пожалует в память о дружбе с вашим отцом. Вы можете и должны, мой дорогой внук, сделать военную карьеру и продолжить дело вашего отца - маршала Франции... Моя дорогая внучка Онорина - если пожелает - может приехать вместе с вами, чтобы сделать здесь достойную её блестящую партию... " Шарль-Анри прочитал Анжелике это письмо. Они оба некоторое время молча смотрел друг на друга, потом Анжелика спросила:. - Ты хочешь вернуться во Францию, сын мой? Молодой человек пристально посмотрел на мать глазами своего отца и твёрдая ответил: - Да, мама! Я должен стать военным, я чувствую это . Здесь меня удерживаете только вы с Онориной... Мессир граф и мои старшие братья - достойные люди, но мы с ними слишком разные, чтобы быть близкими... Я хочу вернуться во Францию и служить ей!. При этих словах сына Анжелике показалось, что с ней говорит сам Филипп... На столько проникновенно звучал голос Шарля-Анри. - Если Онорина захочет поехать со мной, то будьте спокойны, мама, я о ней позабочусь. - Ни сколько в этом не сомневаюсь, сын мой... Онорина ответила на вопрос матери по-девичьи эмоционально, и в то же время так же рассудительно, как и её родной брат - Матушка, я понимаю, что мне нужно уехать от Фло... Флоримона... Те чувства, которые я к нему испытываю, непозволительно испытывать сестре в отношении брата... Мне действительно лучше уехать и забыть... Выйти замуж , и .. Может быть, любовь придет ко мне в браке, как это часто бывает.. Ну, а если нет... То я буду любить своих детей . Анжелика привлекла к себе дочь, в глазах которой стояли слезы и нежно погладила по волосам. - Ты совершенно права, девочка моя, - ответила она, - твоё чувство к Флоримону можно и нужно преодолеть, и я уверенна, что у тебя всё получится... Я говорила об этом с ним... Он очень за тебя переживает... - Я знаю, что он любит меня... По-братски... - тихо сказала Онорина, - и поэтому я не имею права ломать жизнь ни себе, ни ему... Поэтому я уеду с Шарлем-Анри, как только будет готова следующая экспедиция во Францию. - Да, девочка моя, так будет лучше! С вами поедет и Кантор с миссией от своего отца Но он вернётся, а вы останетесь там... - Матушка, я буду надеяться на ваше присутствие на моей свадьбе так скоро, как она состоится.. - Я только прошу тебя, Онорина, не торопись! Постарайся выбрвть человека, который булет любить тебя и которого сможешь полюбить ты... - Благодарю вас, матушка, я постараюсь!