Cortado

— Почему Джуён такой тихий? Он меня начинает пугать, если честно, — Феликс настороженно поглядывал в сторону напряжённого длинноволосого парня, что неторопливо фасовал чай по фильтр-пакетам. Тонкие руки неуклюже промахивались, роняя сухие чаинки прямо на бежевые, уже покрытые кофейными пятнами кеды. Сынмин не отрывал взгляд от секундомера, смачивая бумажный фильтр со смолотым Розовым Бурбоном горячей водой. — Неудачные выходные, бывает, — ответил парень без особого энтузиазма. Распространяться о личных переживаниях других людей было не в его стиле. К тому же крохотное чувство вины за состояние его друга присутствовало. Если б только Сынмин не заикался об этом глупом споре. Если б только он вовремя остановил Джуёна. Если б только нормально извинился. Жаль, что думать об этом уже было бесполезно. Максимум, что парень мог сделать — это как-то облегчить Джуёну работу, поэтому Сынмин принимал на себя все сложные заказы и периодически давал тому мелкие задания, чтобы он не думал слишком много. — Я первый раз его таким вижу. Наверное, что-то серьёзное случилось, — Феликс неотрывно наблюдал за чужой рукой, что изящно кружила над воронкой, плавно вырисовывая спираль тонкой горячей струёй. — Ничего такого, с чем он не справился бы. Всё будет в порядке. Одолжу ему приставку на недельку — сразу повеселеет, вот увидишь. Нетипично солнечный февральский полдень был типично тихим. Утренняя очередь к двенадцати часам дня совсем испарилась. Тишину и спокойствие нарушали лишь еле слышимые разговоры гостей и очередной новогодний трек из надоевшего всем плейлиста. — Харио Колумбия Розовый Бурбон готов для Вас! — громкий голос Сынмина заставил Джуёна на мгновение дёрнуться. Очередная горсть чаинок повалилась на пол, повторяя судьбу своих предшественниц, что пару минут назад были раздавлены толстой подошвой. В этот же момент по коже бариста пронеслись мурашки от холода, который впустила тяжёлая дверь, с грохотом захлопнувшись за чьей-то спиной. — Добрый день! — две пары глаз мгновенно обернулись в сторону вошедшего незнакомца. Первые излучали наработанную годами дружелюбность, вторые округлились от удивления, заметив до боли знакомое лицо. Феликс энергичной походкой направился прямиком в сторону кассы, но в следующую секунду цепкие руки перехватили его талию. — Джуён, прими, пожалуйста, заказ. Нам с Феликсом нужно на склад сходить, — Сынминова рука потянула чужую в свою сторону. Феликс хотел было возразить, но его фигура тотчас скрылась за деревянной дверью вместе со старшим бариста. Тяжёлый вдох наполнил лёгкие прохладным воздухом. Руки отложили десертную ложку, на которой ещё оставалось несколько чаинок. Собраться было невероятно тяжело. Вчерашний день оставил в груди странную пустоту, что ныла, не переставая. Джуён сам до конца не понимал, почему его тело и разум так реагировали. Несмотря на множество трудностей, парень редко когда унывал до такой степени, что с трудом удавалось вовлечься в работу. Сжав пальцы на затупленном углу тумбы, бариста улыбчиво растянул губы и обернулся, намереваясь добраться до кассы и обслужить гостя. Но его улыбка так же быстро погасла, как и зажглась. Перед ним стоял он — та же рыжая чёлка, спадающая на глаза, тот же меланхоличный взгляд. Что-то внутри желудка неприятно перевернулось. — Давай, соберись, — на выдохе кулаки резко сжались. Слегка приподняв уголки губ, Джуён приблизился к кассе и заглянул в карие глаза, что отражали тепло и яркий уличный свет, спадающий с больших окон кофейни. — Добрый день! Что готовим для Вас? — Джуён мысленно поблагодарил себя за то, что голос его не дрогнул. — Привет. Можно, пожалуйста, латте́ средний? — Хёнджун изогнул пухленькие губы в озорной ухмылке, когда в лице парня напротив увидел полнейшее замешательство. Хёнджун специально сделал акцент на ударении. Бариста это прекрасно понимал. Но вот как на это реагировать, честно говоря, понятия не имел. Хотя догадывался, какой реакции от него хотят. — Хочешь поиграть? Ну давай поиграем. Обнажив ряд белоснежных зубов, Джуён принялся вбивать заказ в уже изрядно тупившем планшете, который не чистили со времён открытия заведения. — Извините, позвольте Вас исправить. Правильно не латте́, а ла́тте. — Да я же так и сказал — латте́! С сиропом каким-нибудь. Огуречный есть? — не скрывая улыбку, Хёнджун заглянул за чужую спину и принялся всматриваться в названия на белых этикетках. — Для Вас обязательно найдём. Здесь пить будете, или Вам с собой сделать? — Джуён всеми силами старался подавить смешок. — Здесь, но в стакане «с собой». Сил смотреть в чужие глаза с серьёзным видом не было. Бариста перевёл глаза на экран планшета, тихо посмеиваясь. — Понял. Что-нибудь ещё? Десерт? — Нет, спасибо. Оплата по карте. — С вас четыре тысячи вон. На автомате пробежавшись пальцами по терминалу, Джуён боковым зрением заметил, как парень напротив неотрывно рассматривал его профиль. Интересно, понравился ли он Хёнджуну хотя бы немного? Каждого ли он одаривал такой милой улыбкой? Может, Джуён, как всегда, надумал себе лишнего и воспринял обычную вежливость за симпатию? Можно мысленно внести эти вопросы в список того, что Джуён спросит у Хёнджуна как-нибудь за чашечкой кофе. Хотя кого он обманывает. Вряд ли тот согласится куда-либо с ним идти, учитывая, как парень вчера себя повёл. Хёнджун, скорее всего, пришёл лишь потешиться. И это было вполне справедливо. Однако помечтать никто не запрещал. — Через пару минут будет готово. Бариста схватился за холдер, периодически поглядывая на злосчастную дверь. Она избавила бы его от неловкости чужого взгляда, если б произошло чудо, и из неё вышли те два придурка, что скрылись за ней несколько минут назад. Слишком уж долго они возились на «складе». Подозрительно. Однако чуда не происходило. Лишь шум от кофемолки начал действовать на нервы. — Один, два, три, четыре… — Джуён никогда не смотрел на таймер во время пролива эспрессо. Он всегда полагался на свой внутренний. И обычно тот никогда не ошибался. Поставив маленький питчер на весы, парень удовлетворённо хмыкнул и принялся за молоко. Молочная воронка, что едва заметно поднималась, становясь ближе к усталому взгляду, то ли усыпляла, то ли гипнотизировала. Джуёну явно стоило отоспаться. Дверцы тумбы раскрылись перед чужим лицом, что сосредоточенно выискивало глазами бутылочку с зелёной жидкостью. — Вот ты где, — тонкие пальцы обернулись вокруг горлышка и потянули на себя. В следующую секунду огуречный сироп начал плавно вытекать из бутылки прямиком в бумажный стакан. — А ты думал, я пошутил? — взглянув на чужое, отчего-то покрасневшее, лицо, бариста ухмыльнулся и начал вливать взбитое молоко, что моментально окрасилось в бледно-зелёный цвет. Последний штрих — и крышка на зелёном стакане успешно щёлкнула. — Пожалуйста, Ваш огуречный латте́, — протянув напиток гостю, Джуён никак не рассчитывал на то, что чужая прохладная ладонь невольно коснётся его собственной. Парня словно ошпарило кипятком. Странные чувства накрыли резко и неожиданно. Но невозмутимое лицо не выдавало ни одной лишней эмоции. Иногда Джуён поражался своему актёрскому таланту. А вот Хёнджун покраснел, кажется, ещё сильнее и поджал губы, отведя взгляд куда-то в сторону столиков. Джуён бы не соврал, если б сказал, что никогда не встречал настолько очаровательных и милых парней. Было в нём что-то особенное и загадочное. А Джуён загадки всегда любил. — Спасибо, но крышка мне не нужна, — чёрный кусок пластика полетел прямиком в мусорное ведро. Розовые губы плотно сомкнулись на краешке стакана, совершая первый глоток. Интересно, насколько эти губы мягкие на ощупь?.. Резко схватившись за тряпку, Джуён принялся нервно натирать стойку до блеска. — Как тебе кофе? — Неплохо, но горчит. Можешь переделать, пожалуйста? — пододвинутый стакан с напитком в ту же секунду оказался в цепких руках бариста. Его глаза столкнулись с максимально невинным взглядом. Манипулирует. Манипулирует открыто и подло. Но Джуён не был бы Джуёном, если б не повёлся. — Хорошо. Дай мне минуту. — Кстати, можно вместо огуречного сиропа сахар положить? — Сколько сахара? — Сколько не жалко. Джуёну не удалось сдержать лёгкий смешок. Хёнджун очевидно хотел его переиграть. И справлялся пока что прекрасно. Однако это раззадоривало ещё больше. — Могу хоть килограмм насыпать. — Пары ложек будет достаточно. Недопитый латте отправился прямиком в раковину, окрашивая её на мгновение в бежевый оттенок. Джуён был более чем уверен, что с самим кофе было всё в порядке. Но ведь лучше проверить, верно? Сделав предварительный каппинг, бариста невольно нахмурился. Эспрессо, казалось, был в полном порядке. Экстракция была идеальной. В целом, такого исхода парень и ожидал, поэтому параметры кофемолки решил не менять. Совершив все те же привычные действия, Джуён через минуту протянул второй стакан с латте. Крышку на этот раз сверху не надел. Хёнджун с готовностью потянулся за напитком. На этот раз, избегая прикосновений, он схватил стакан и припал к нему губами. — Теперь гораздо лучше. Взгляд Джуёна упал на чужой кадык, что резко приподнялся при глотке. Язык Хёнджуна удовлетворённо слизал белую пенку с уголков рта. Послышался нервный хруст Джуёновых пальцев. Завороженные глаза быстро заморгали. — Я же не менял помол. — Я знаю, — губы Хёнджуна расплылись в хитрой улыбке. — Тебе просто не понравился огуречный сироп, так бы и сказал! — показательно закатив глаза, Джуён ухмыльнулся. — На любителя. Так получилось, что я не любитель. — Да я тоже, если честно. По приколу его купил. — И много вещей ты делаешь по приколу? — Достаточно. Прыснув в стакан, Хёнджун устремил нерешительный взгляд на бариста. — Вчера ты тоже по приколу меня решил позлить? — в чужих глазах не было и намёка на обиду или злость. Лишь чистое любопытство. — Ты ради этого сюда пришёл? Отомстить мне? Что ж, справедливо. — Не отомстить. А спросить, почему ты так поступил. — Это долгая история. Я бы тебе рассказал как-нибудь за чашечкой кофе, но точно не сейчас... — Приглашаешь на свидание? Округлив глаза в удивлении, Джуён нервно закусил губу. Но, столкнувшись со смущённым взглядом, тут же взял себя в руки. — Приглашаю. Когда мы сможем увидеться? — Как насчёт пятницы? Ты будешь свободен? — Для тебя я всегда свободен. Казалось, что брови Хёнджуна взмыли вверх, но за длинной чёлкой их было практически невозможно разглядеть. Повисло секундное молчание, которое Джуён даже не успел уловить. — У тебя есть ручка? — Да, конечно, — пальцы бариста моментально ухватились за нужный предмет, и в следующее мгновение на белой салфетке аккуратным почерком были выведены цифры и небольшое сердечко рядом. — Напиши мне вечером, как будешь свободен. — Конечно, напишу, — уцепившись за белый клочок, как спасательный круг, Джуён заглянул в глаза цвета горького шоколада и глупо улыбнулся. — Спасибо за кофе, было очень вкусно. Пока, — помахав на прощание, Хёнджун стремительно вылетел из кофейни, оставив после себя лишь холод промёрзшей улицы. В баночке с надписью «На поездку в Италию» лежала сложенная пополам пятитысячная купюра.

***

Пятничный вечер удивлял своей тёплой погодой и мокрым снегом. Тусклый экран смартфона был весь усыпан снежинками, что мгновенно таяли, оставляя после себя лишь влажные следы. Джуёну приходилось каждые пару минут протирать дисплей рукавом, чтобы продолжать ориентироваться по карте. Ещё вчера Хёнджун скинул адрес его любимой кофейни, которую Джуён с радостью согласился посетить. Уже сегодня парень практически бежал к месту встречи, чтобы ненароком не опоздать. Завернув за угол, он почти столкнулся с усыпанной снегом рыжей макушкой. — Привет, долго ждёшь? — губы непроизвольно растянулись в широкой улыбке. Хёнджун стоял одетый в лёгкую чёрную куртку и укутанный в клетчатый чёрно-красный шарф. Бордовые потёртые конверсы, казалось, были совсем не к месту в такую погоду. Но они добавляли в образ некоего очарования. — Привет, Джуён, — поправив лямку портфеля, Хёнджун ответил мягкой улыбкой. — Нет, недолго. Прямо перед тобой пришёл. Сложно было представить, что его имя настолько красиво будет звучать с чужих уст. — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — Твой бейджик. — А, точно, — холодные пальцы потянулись к рыжей шевелюре в попытке стряхнуть мокрые снежинки с волос. Хёнджун смущённо улыбнулся и забегал глазами по чужому покрасневшему лицу. — Ну что, пошли? — Пошли. Джуён, как истинный джентльмен, приоткрыл деревянную дверь, пропуская своего спутника вперёд. Прилив тепла окатил всё тело. Стало невыносимо жарко. Либо в заведении очень хорошо работало отопление, либо Джуёна бросало в жар лишь от одного присутствия Хёнджуна рядом. Потные ладони сжались от лёгкого напряжения. — Давай присядем здесь, — низкий голос было еле слышно из-за чужих разговоров и громко звучавшей музыки. Закинув рюкзак на свободный стул, Хёнджун принялся поправлять сбившиеся пряди на лбу. Джуён беглым взглядом пробежался по интерьеру кофейни. Он был минималистичным, но довольно уютным. Их окружали стены, выкрашенные в приятные оттенки бежевого и коричневого. Лишь стойка бариста задавала акцент — на ней красовалась тёмно-зелёная плитка. Повсюду с потолка свисали незнакомые Джуёну растения (справедливости ради, ему в принципе большинство растений казалось незнакомым). Завершало картину приятное приглушённое освещение, что излучали причудливые винтажные светильники. Внимание Джуёна плавно переключилось на парня, что не спеша стягивал с себя куртку. На нём красовалась белая рубашка, верхние пуговицы которой были расстёгнуты. Для Джуёна открылся прекрасный вид на длинную тонкую шею и слегка выглядывающие из-под светлой ткани ключицы. Сверху, прямо на рубашку, была натянута футболка с известной всем рок-группой. — Любишь AC/DC? — глаза Джуёна расширились от удивления. Хёнджун не выглядел, как фанат подобного. Но ведь внешность обманчива, не так ли? — Конечно, а ты? — Тоже. Я обожаю тяжёлую музыку. — Правда? А любимая группа какая? — приземлившись на стул из светлого дерева, Хёнджун начал копаться в своём рюкзаке в поисках кошелька. — 5 second of summer. Не отрывая взгляда от своих рук, что в одно мгновение нащупали банковскую карту, Хёнджун тихо рассмеялся. Его глаза превратились в пару тонких полумесяцев. А Джуён превратился в лужу из собственных невыносимо приятных чувств. — О да, они жёсткие ребята. — Не то слово! А твоя любимая группа какая? — присев напротив и подперев подбородок руками, Джуён приготовился с интересом вслушиваться в каждое слово. — Wolf alice. Вряд ли ты о них слышал. — Не-а, не слышал. Но, если ты кинешь мне свои любимые треки, я обязательно заценю. Хёнджун молчаливо улыбнулся и поднялся с места, кивнув в сторону уверенно стоявшей за кассой бариста. — Пошли делать заказ. Джуён неторопливо последовал за парнем. Его взгляд привлекло меню, что не пестрило разнообразием. По большей части, в нём присутствовала одна классика. — Ого! Даже тут есть кортадо. Джуён не так часто встречал эту позицию в меню других кофеен. И его до сих пор чертовски веселил тот факт, что в их заведении напиток отсутствовал. Хоть «Cortado» и было названо в его честь. Создавалось впечатление, будто это было сделано специально для того, чтобы гости донимали бариста одним и тем же вопросом: — Да, только почему у вас его нет? Забавно. — Это всем кажется забавным. Но только не работникам, которым приходится почти каждый день выслушивать: «Как это у вас нет этого напитка в меню? Ваша кофейня буквально называется Кортадо!» — Джуён повысил тональность голоса на пару октав и наигранно закатил глаза, изображая реакцию гостей. Из Хёнджуна вырвалась тихая усмешка. — Кажется, у вас начальник тот ещё приколист. — Да, так и есть, — переведя взгляд на витрину, Джуён начал пускать слюни. — Что будешь заказывать? Я оплачу. — Ну уж нет. Сегодня плачу я. Недавно мне один классный парень оставил кучу чаевых. Думаю, самое время их потратить, — Хёнджун метнул хитрый взгляд в сторону Джуёна. Губы его растянулись в хитрой улыбке. — Надеюсь, что он не такой классный, как я. Иначе я начну ревновать. Усмехнувшись, Хёнджун принялся рассматривать меню, слегка прищуривая глаза. — Выбирай, что хочешь, пока даю возможность. Я ведь и передумать могу. — Средний раф с солёной карамелью, и… — глаза жадно забегали по витрине, — клубничный торт. — Серьёзно? Не думал, что ты любитель такой банальщины. — Ну, а ты что возьмёшь? — Средний латте и шоколадный брауни. — И ты ещё мой выбор банальщиной называешь! — Я банальный с ног до головы, в отличие от тебя. — Я тебе не верю, — Джуён озадаченно взглянул на чужой профиль, не находя других слов. Хёнджун медленно продвигался в очереди, не говоря ни слова. Повисла неловкая тишина, которую отчаянно хотелось нарушить какой-нибудь глупой болтавнёй: — Кстати, у нас в кофейне работает один парень — Феликс. Он тоже тот ещё любитель брауни, частенько его готовит и нам приносит. — Я знаю, — это всё, что выдавил из себя Хёнджун, прежде чем бариста обратилась к нему с приветствием. Пока тот делал заказ, Джуён стоял, как вкопанный. Он всё правильно понял? Хёнджун знаком с Феликсом? — Прости, что ты сказал? — когда девушка отдала чек, Джуён схватил чужую ладонь и слегка потянул на себя, отходя на жалкие пару метров от стойки. Сопротивления не последовало. — Я сказал, что знаю Феликса. И что он любит брауни, я тоже знаю. Теперь Джуён пребывал в шоке. Не отрываясь от чужой конечности, парень непонимающе уставился в глаза напротив, ожидая объяснений. Однако Хёнджуна, казалось, эта ситуация даже забавляла. Он бесстыдно хихикал, прикрывая рот свободной рукой. Вскоре и она оказалась в плену Джуёновой ладони. — Во-первых, не прячь свою красивую улыбку. Во-вторых, объясни, откуда ты, чёрт возьми, знаешь Феликса?! — Давай сначала заберём наш заказ, а потом я тебе всё расскажу, — Хёнджун натянул серьёзное выражение лица, но покрасневшие щёки выдавали его с потрохами. Нетерпеливо переступая с одной ноги на другую, Джуён сверлил глазами пыхтящую кофемашину. И, как только на стойке показались готовые напитки вместе с аккуратно выложенными десертами, он как пуля двинулся в сторону их столика. — Ну что? — парень с неутомимым ожиданием уставился на Хёнджуна, что уже успел приступить к десерту. — Ты хочешь знать, откуда я знаю Феликса? — Какой ты догадливый! — Да мне Гониль немного про вас рассказал. — Гониль? А он тут каким боком вообще? Мы же с ним даже не общаемся, — Джуён нахмурил густые брови и, сделав первый глоток рафа, не смог сдержать удовлетворённый стон. Не зря эта кофейня была у Хёнджуна любимой — готовили здесь отменно. — Ну, насколько я понимаю, он дружит с вашим менеджером. Как его… — приподняв глаза к потолку, парень резко задумался. — Чаном? — Бан Чан?! Да не может быть. — Очень даже может, — губы Хёнджуна растянулись в довольной улыбке в момент, когда нежная пенка начала приятно обволакивать его горло. — Что ещё Гониль тебе рассказывал? — Да ничего особенного. В основном, про саму кофейню. Вас совсем немного упомянул. И то, поверхностно. — Поверхностно? По-твоему, тот факт, что Феликс любит брауни — это поверхностно? — Феликс не в счёт, Чан не затыкался, когда речь заходила о нём. Так Гониль сказал, — Хёнджун ухмыльнулся и отломил кусочек брауни десертной ложкой. — О Сынмине он тоже много чего интересного знает, на удивление. — А что Гониль говорил обо мне? — Ну, что ты начал работать два года назад. И что ты первое время много лажал. В общем-то всё. — Ужас. Неужели в глазах нашего менеджера я такой заурядный? — Думаю, Гониль тобой просто не сильно интересовался, поэтому Чан и не рассказывал. Сомневаюсь, что кто-то вообще может считать тебя заурядным. Лицо Джуёна тут же вспыхнуло огнём. Он смущённо уткнулся в стакан с напитком, с интересом рассматривая других гостей. Кто-то из них играл в настолки. Кто-то очень громко смеялся над чужой шуткой. Кто-то пытался работать, скорчившись за ноутбуком. А кто-то просто сидел в телефоне, попивая уже остывший капучино. — Теперь твоя очередь рассказывать. — Что? — Джуён резко повернулся в сторону парня напротив. Поймав чужой заинтересованный взгляд, он с недоумением заглянул в густые чёрные зрачки, что практически полностью затмевали карюю радужку. — Рассказывай, что было в тот вечер, когда вы с ребятами к нам пришли. Почему ты так странно себя вёл? — А, да мы просто поспорили, что если я смогу вывести из себя Гониля, то заберу приставку Сынмина на неделю. Но я не знал, как Гониль выглядит, поэтому подумал, что ты — это он. Вернее, я знал только то, что он рыжий. Меня нагло дезинформировали. — Да, Гониль недавно покрасился в чёрный. Ему надоело корни подкрашивать. — Но никто не удосужился мне об этом сказать, — Джуён тяжело вздохнул и принялся выковыривать клубнику из торта. — Погоди, так это и есть тот «длинный рассказ», ради которого мы сюда пришли? Ты серьёзно? — в тоне Хёнджуна не было намёка на злость или недоумение. Даже наоборот, ему, похоже, показалось это забавным. — Ну, мне же нужен был предлог, чтобы позвать тебя на свидание, — руки медленно потянулись за полупустым стаканом кофе в попытках скрыть смущённую улыбку. — Обычно людям не нужен предлог, чтобы звать кого-то на свидание, — прохладная ладонь Хёнджуна накрыла дрожащую кисть. В чужом взгляде виднелось столько тепла… Джуёну было достаточно для того, чтобы не мёрзнуть до конца зимы.

***

Полная луна украшала ночное небо, как игрушечный шарик ёлку. Джуён неотрывно глядел вверх и слушал спокойный бархатный голос справа от себя. Хёнджун увлечённо рассказывал про свои первые дни стажировки и тихо посмеивался, вспоминая забавные и неловкие моменты: как он опрокинул стакан с латте прямо на стойку перед гостем; как Гониль извинялся перед женщиной за то, что Хёнджун отдал ей вместо рафа простые сливки с сиропом, совсем позабыв про эспрессо. Джуён перевёл взгляд с луны на Хёнджуна и обратно. Сравнение возникло в голове само собой. Если Джуён был похож на солнце — яркий, ослепляющий, то Хёнджун же был полной противоположностью — умиротворяющий и спокойный, словно земной спутник. И безумно красивым. На него можно было смотреть бесконечно долго, бесконечно завороженно. Как обычно люди смотрят на полнолуние. — Спасибо, что проводил, — Хёнджун резко остановился напротив непримечательного жилого дома, чьи окна выпускали на улицу тусклый желтоватый свет. Он мягко улыбнулся и потянулся рукой в сторону Джуёна, поправляя его шарф. — Ты так близко живёшь… — тоска и разочарование накрыли резко и неожиданно. Джуён был готов всю ночь гулять бок о бок с Хёнджуном, но завтрашний рабочий день, к сожалению, планы очень сильно портил. — А ты думаешь, почему та кофейня моя любимая? — Я думал, она твоя любимая, потому что там вкусный кофе и приятный интерьер. — И это тоже. Но главное то, что в выходные далеко идти за дозой кофеина не нужно. Очень удобно. Повисла тишина, нарушать которую не хотел никто. Джуён лишь хмыкнул и посмотрел в сторону дома — небольшого пятиэтажного здания, окрашенного в белый цвет. Белый не ассоциировался с Хёнджуном совершенно. — Думаю, мне пора. Надеюсь, мы с тобой скоро увидимся, — улыбка с лица Хёнджуна моментально пропала. Трудно было понять, что он чувствовал в этот момент. Грусть? Усталость? Может, вообще ничего. Джуён отчаянно хотел считать чужие эмоции, но выходило плохо. — Могу я тебя обнять на прощание? — с надеждой прошептал Джуён и начал медленно сокращать расстояние, стараясь Хёнджуна не спугнуть. А тот широко улыбнулся и потянулся следом, накрывая своими руками чужую, укутанную в шарф, шею. У Джуёна спёрло дыхание, а по всему телу разлилось приятное тепло. Внутрь будто бы влили алкоголь. От Хёнджуна пахло кофе — естественным запахом всех бариста. Желание уткнуться носом в чужие рыжие волосы навязчиво крутилось в голове, но разум отчаянно кричал: «Нет». Для такого ещё очень рано. — Спасибо за вечер. Я так рад был тебя увидеть! — Джуён неохотно оторвался от чужого тела. Улыбка непроизвольно озарила его лицо, не желая покидать ни на секунду. — И тебе спасибо, — кинув смущённый взгляд, Хёнджун нервно закусил нижнюю губу. Медленно и неуверенно потянувшись к чужому холодному лицу, он ласково накрыл теплом красную щёку. — Пока, Джуён. В животе мгновенно всё перевернулось. Раньше бы Джуён списал подобное ощущение на несварение, но сегодня, вероятно, во всём были виноваты проклятые бабочки. Они жадно вгрызались в стенки желудка, поедая его изнутри. Но Джуёну это чертовски нравилось. Парню в принципе часто нравились довольно странные вещи. Да и люди тоже. Однако Хёнджуна он бы странным не назвал. Скорее загадочным. А Джуён загадки всегда любил. Видимо, и рыжего бариста с глазами цвета горького шоколада тоже полюбил. Закинув замёрзшие руки в карман, Джуён неотрывно смотрел на то, как за чужой спиной закрывается дверь. Заслезившиеся от ветра глаза снова обратились в сторону луны, что сейчас освещала улицы не хуже фонаря. Джуён выдохнул внутреннее тепло и, раз за разом прокручивая в голове Хёнджунов поцелуй, направился в сторону пустующей остановки. Душа, кажется, пустовала так же. Но это ведь ненадолго, верно?