Цикл жизни звезд

Минхо сидел в офисе мрачнее тучки на небе. Он корил себя и свой слабый организм, который совершенно не переносит алкоголь, за то, что вел себя прошлым вечером полнейшим идиотом. Всю ночь у него чесались части тела, а на утро обнаружил мелкую сыпь на руках. Сыпь — не единственная вещь, которую он нашел — бумажка с номером телефона и смешным рисунком на прикроватной тумбочке напомнила о компаньоне на вечер, с которым они выпивали вместе. Правда Минхо все никак не мог вспомнить откуда он так резко появился. Каждый раз, как он пытался хорошенько напрячь свои извилины, виски отдавали гудящей и пульсирующей болью. В итоге он бросил эту затею. Пробуждение было ранним из-за плохого самочувствия. Минхо поставил себе галочку в воображаемом списке над пунктом “никогда больше не пить” и начал собираться. После парень поехал домой, чтобы переодеть свой клубный наряд, который изрядно потрепался и который стоит хорошо выстирать. В таком мутном состоянии он провел половину своего дня. Сейчас на рабочем месте он чаще втуплял в одну точку, чем занимался делами. Со вчерашнего вечера он не ел, да и не хотелось. Голова раскалывалась, а шумные коллеги только способствовали этому. Благо сейчас они ушли, и в офисе слышался только звук клавиш, шелест бумаг и иногда гудящего принтера… — Фигово выглядишь, Ли — левое плечо сжала сильная рука, украшенная синими венками, а справа от лица появилась лучистая и невинная улыбка, которая сейчас ужасно раздражала. — Да, спасибо, вы тоже, — парень сидел, продолжая всматриваться в монитор и искать ошибку в документах, которую приказала исправить в ближайшее время секретарша. Почему эта тупая ошибка так хорошо спряталась в такое неподходящее время. Минхо не понял, почему его собеседник молчит, пока… — Ва! Мистер Бан, простите, я ляпнул не подумав! Точнее, я вообще ничего не хотел говорить, но так вышло! Я задумался и вот! Извините, я правда случайно! Чан рассмеялся большому потоку объяснений и извинений от своего сотрудника, который в обычное время не говорил и половины того количества слов за день, которое выливалось из него сейчас. Закончив свой монолог, Минхо стыдливо опустил голову вниз, разглядывая свои коленки. — Да ладно тебе, с кем не бывает. Вижу, хорошо вчера отдохнул — это здорово. Тебе стоит почаще так выходить, иначе прирастешь к своему стулу в какой-нибудь из своих скучных дней. Ты же молоденький еще, развлекайся, пока не появились жена и дети. Или уже появились, но ты их от нас скрываешь, а? — Фу, не. Зачем мне их скрывать? — Да кто вас знает, — Чан опустился на соседнее кресло, шумно выдохнув. — Кстати о детях. Ты не видел тех трудяг, что должны были сегодня сдать мне документы до ухода? — Ушли за кофе примерно… — парень взглянул в свои наручные часы и понял, что прошло уже пару часов с того момента, как парни организовались пойти в кафе. Если с Хваном все понятно, тот еще оболдуй, то Феликс точно бы так легкомысленно не бросил незаконченную работу, оставив доделывать на завтра. Но и так поступить им не позволялось. Зная Хенджина и его любовь притягивать все неприятности к себе, а также искать приключения на одно счастливое место, то скорее всего они на Аляске борются с бурым медведем, потому что долговязый захотел свежего лосося и именно с Аляски, а Ли просто под руку попался. Минхо округлил глаза и посмотрел на своего босса. — Мистер Бан, с их ухода два с половиной часа прошло… Я сейчас им наберу. — Молись, чтобы у них была уважительная причина пропадать с рабочего места, не отпросившись у меня. — Я молюсь… Пошли нескончаемые гудки, по окончанию которых вежливый голос девушки попросил оставить сообщение на автоответчик.

***

— Здесь намного холоднее, тебе не кажется? — Есть такое. Нужно было захватить плащ, раз уж тут такое дело, — Феликс осторожно раздвигал ветки, стараясь не попадать по красивому личику Хенджина, который шел сзади, держась за рубашку впередиидущего. — Кто бы знал, что здесь прохладнее, чем везде. Эх, телефон в плаще остался… как думаешь, сколько поджопников отвесит нам Минхо, когда мы вернемся? — Не знаю как насчет тебя, хен, но лично я здесь ни при чем. Это твоя идея, и ты затащил меня сюда. У меня на руках есть все доказательства того, что я жертва обстоятельств, — одна ветка все же отскочила от рук Ли, и та ударила по смазливой мордашке. Хенджин поморщился и охнул. — Что? Боже, какой же ты двуличный и бессердечный! Напомни, кто заступился, когда тот буйный арестант стал орать матом на весь участок и угрожать тебе и твоей маме? Я все еще помню как у тебя тряслись коленки! — Это был мой первый день. Неужели вечность напоминать будешь? — Если понадобиться, то буду. А еще… Ты не заметил как тут тихо? Не слышно буквально ничего. — Кроме твоих возмущений, ничего. Совершенно тихо. Даже трава от ветра не шумит. — Словно затишье перед бурей. Ну что, мой “не дед”, “жертва обстоятельств” и по совместительству мой “коллега”, будем делать? Я что-то устал ходить. — Спешу напомнить, сколько пиздеца на нас выльется от Бана из-за твоего “давай проследим за ним, Феликс, я буквально чувствую темную ауру, которая их окружает”. — Ну вообще, я не так сказал. — Нет никакой разницы. У нас есть два выбора. Либо мы едем назад, падаем на колени перед Баном и просим прощение до конца наших никчемных жизней, либо мы продолжаем свое дело и находим мотив для расследования, исследуем и, в конечном итоге, раскрываем это дело и выходим из этой истории героями, а в самом конце нас одаривают премиальными за такую успешную работу. Может и на повышением наскребем. — Ого… Что же творится в твоей загадочной голове с такой богатой фантазией… План, конечно, идеален, но у нас все еще нет ордера. Без него мы как бумажки без букашки. Или там наоборот было… — Счастье было так близко… — Феликс глубоко вздохнул. — Ну почти. И не матерись при мне больше. Всю остальную дорогу парни шли в тишине. Оба понимали, что их действия ужасно неразумны и что за это они понесут определенное наказание, но негласно выбрали для себя идти дальше. В своих раздумьях они набрели на открытую поляну, до которой единый след от колес расходится на множество других. Угадать, который из именно от нужных им колес машины, можно только проверив каждый. — На вид все одинаково свежие, будто сюда по несколько раз за день машины ездят. После этой поляны нет ни одного следа, все они уходят либо направо, либо налево, либо немного отклоняются от этих направлений. Но нет ни одного, который шел бы точно прямо. Ничего странного не находишь? — А что это дает? — Феликс пытается понять цепочку мыслей друга, но тот находит самые изощренные пути их решения. Никогда не знаешь, с какого конца Хван начнет решать сложную задачку. — Все как один точно знают, что туда ехать нельзя. Будто существует такая договоренность. — А что, если там действительно ничего нет? Местные точно должны знать правильные дороги. — Нет. Всегда из десяти найдется дурак, который поступит по-своему… Знаешь, если бы я что-то прятал в таком месте, то точно бы не хотел, чтобы это так просто нашли. Придумал бы развилки, всякие ловушки и тому подобное. А здесь ровная поляна без единого следа, а прямо — небольшое пустое пространство. Вроде и напрашивается вывод, что нужно именно туда, но с другой стороны, все не может быть настолько просто. Парадокс получается. — По-моему, ты усложняешь. Предлагаю сначала посмотреть путь одной из дорог, а потом пойти прямо по поляне. — Как вариант можно и так поступить, но вряд ли это к чему-то приведет. — Дай угадаю, ты скажешь идти напролом? — Именно. Мне ужасно интересно, в чем подвох… И я устал сидеть за этим деревом, пока мы спорим. По мне уже все таракашки ползают. Хван издал воющий стон и встал, распрямляя ноги. Он зашагал вперед, а Феликс закопошился с мусором, который прицепился к его идеально выглаженной форме. Неожиданно раздался оглушающий звук, после которого все те птицы, что столь тихо сидели на деревьях, вмиг взлетели и понеслись прочь со своих мест. Ли впал в ступор всего на пару секунд, но вскоре принялся высматривать источник всего этого балагана. Не найдя ничего такого, он обратился к Хвану, который, как и сам Феликс, застыл после странного звука, похожего на хлопок. — Что это было? — Феликс. — Что? — Беги к машине. — Не понял. Зачем? — Я сказал, беги к машине, что непонятного! Только сейчас парень с такими яркими и солнечными веснушками, что украшали его темные глаза, особенно, когда тот улыбался, заметил красное пятно на левом боку своего товарища, которое продолжало расти на глазах. Мало кто знал, но Феликс боялся крови. Так было всегда. Он терялся перед алым цветом, чувствовал опасность и немел. Прямо как сейчас. В голове пронесся момент из детства, когда он впервые упал так сильно, что разодрал себе коленку. Тогда было много крови. Он помнит, как много плакал, когда увидел свою кошку припечатанной к асфальту дороги… Кровь приносила боль, даже если она принадлежала не ему. Но сейчас нельзя было прятаться, нельзя бежать. Он уже не тот мальчик, который мог расчувствоваться из-за любой мелочи. Он обещал себе не испытывать так много эмоций и не показывать их окружающим, чтобы его не называли слабаком. Феликс и не был таким. Прошло всего несколько секунд, но все это успело пронестись в голове Ли. Парень ринулся к Хвану, который упал на колени и морщился от боли, чтобы убежать с ним вместе. — Я же сказал тебе бежать. Что ты делаешь? Вместе мы далеко не убежим, ты и сам знаешь. — Знаю. Феликс максимально быстро пытался увести Хенджина с этого места и спрятаться в более закрытом и безопасном, если такое сейчас имелось в этом лесу. Но что-то пошло не так. Младший почувствовал ужасную боль на затылке, веки моментально закрылись, а тело тяжелым пластом упало на траву. Следом упало и второе тело, принадлежавшее его коллеге. — Ну и тупицы. Даже жаль таких. Тёмного немного подбили, его нужно скорее подлатать, а светлого закрепить за небольшой комнатой. подвал подойдёт. Ну, потащили, Хен, — обратился Чанбин к своему товарищу, подхватил Феликса на плечо и пошел вперед, пока второй, такой же крупный молодой человек, Пак Донхён, нес Хенджина.