Плата судьбы

Сверкающие огоньки люмоса светят Гермионе глаза. Спустя долгое время девушка наконец-то очнулась. Около Грейнджер столпилось множество людей, которые осматривали её. Тело было покрыто укусами змей, царапинами и прочими ранами, которые заставляли Грейнджер шипеть от прикосновений целителей. Она не могла понять, где находится. Не могла пошевелиться. При каждом резком движении или попытке целителей залечить ей раны, она беспомощно сжимала руки в кулак от боли. Грейнджер долго никого не могла разглядеть. Она лишь сузила глаза, и в таком положении попробовала разглядеть хоть что-то. Она не могла никого узнать от боли. Не могла разглядеть своих друзей за целителями, которые пытались её вылечить. К ней повернулся её лучший друг-Гарри. Он что-то спрашивал у целителей. — как она? — обеспокоенно спросил Гарри, заметно что-то бормоча себе под нос. — думаю вы сами видите. Она вся в ранах, она долгое время спала — заметив интерес Гарри к здоровью Гермионы, мужчина сделал глубокий вдох и тут же продолжил — представляю, чего она натерпелась до потери сознания, но она очнулась, а это уже хорошо. Знакомый голос. Оказывается, это оказался Кингсли Бруствер — лучший целитель и союзник ордена феникса. Именно он был одним из глав ордена. После смерти Дамблдора, он взял на себя ответственность обучать участников отряда защитными и целительными заклинаниями. По словам Кингсли, Гермиона была одной из лучших и талантливых ведьм, которых он когда либо встречал. Гермиона была рада услышать его, как и услышать нервный голос Гарри. Она в безопасности. * «Представляю, чего она натерпелась до потери сознания» Выходит, я потеряла сознание? Весьма логично, но что же со мной произошло? * — подумала Гермиона, после чего к ней повернулся Гарри. Он заметил, как девушка успешно смогла сесть на свою кровать. — Привет, Гермиона. Как самочувствие? — растерянно сказал друг, будто не знал, с чего начать общение. Он с ужасом смотрел на неё, нервно теребя палочку. — кто с тобой такое сделал? — увы, я сама не знаю, что происходит во круг меня. — ответила ему Гермиона. Смотря на Гарри она будто опомнилась, и тут же перебила его — то есть, я потеряла сознание? — все симптомы были похожи на потерю сознания. Мы долгое время искали тебя, — на выдохе продолжил Гарри — нашли около лагеря ордена ночью. С сильными ранами, разорванной одеждой… И с потерей сознания. Гермиона промолчала. Она видела растерянность друга, который пытался донести ей то, что сейчас важно, при этом не заставлять её волноваться. — ты очень сильная, Гермиона. Ты смогла встать на ноги. Мы все за тебя очень сильно волновались — дополнил друг перед тем, как выйти из палаты. — ты очень верный воин. Вот так Гермиону лучший друг заставил размышлять о происходящем. Время близилось к вечеру. Все разошлись, но только Кингсли остался с ней поговорить наедине. — давно не виделись. Как ты? — всё так же серьёзно, но очень заботливо спросил Кингсли. Он подошёл к ней поближе и начал внимательнее осматривать раны. — укус змеи, и не одной… Царапины длинных ногтей и следы от них на запястьях…- он бы мог вечно перечислять происхождение ран на теле Гермионы, но смотря на её реакцию тут же спросил её. — смотря на твои раны и то, что ты потеряла сознание очень странно просто вот так очнуться. Как ты смогла выжить? Если бы Гермиона знала… Она была в отключке не известное количество дней, но смотря на собственные следы от новых шрамов, она и сама не понимала, как выжила. Где она находилась в это время? Как её пытали, если и пытали? Что она чувствовала в этот момент? Она не знала, просто не знала. — полагаю, точнее я точно знаю что именно здесь за нами ухаживают лучшие в мире целители, — внезапно сказала Гермиона. — я очнулась. Я в безопасности. И считаю, это повод для радости… Кингсли заметил, что Гермиона задумчиво стала смотреть на верхние лампочки, которые освещали лагерь ночью. Кингсли представлял, как у неё кипела голова от массы вопросов, на которые вряд ли найти ответ. Убедившись, что Гермионе стало лучше, Он покинул лагерь. Ушёл Кингсли очень поздно. Беспомощность. Это было то, что чувствовала Гермиона на данный момент. Она не спала. Всю ночь она вспоминала картинки, которые происходили с ней до потери сознания. Она пыталась собрать пазл. Пазл, который невозможно было собрать. Пазл, который скорее всего свёл бы её с ума. Для Гермионы всегда было трудно слушать рассказы друзей из ордена, которые теряли сознание, или же когда их пытали во время войны. Она вспомнила Кетти Белл, Джорджа и Симуса. Сейчас она находится в той же ситуации. Просто не может принять это. Принять то, что должно было произойти во время войны. Она осматривала своё тело, конкретно сравнивая его до войны. Чистое. Смуглое. Невинное. Хрупкое. Тело сейчас было покрыто ранами, синяками, укусами животных, и даже внимательно рассмотрев низ живота, Гермиона заметила глубокую рану, которая происходила от Круцио. Знакомая рана. Она её вроде изучала на пятом курсе Хогвартса. На теме запрещённых заклинаний. Также вовремя войны Грейнджер лечила Чжоу Чанг и Фреда с такими же следами от Круцио. Выходит… Она подтвердила свои догадки. Её пытали. Она была рада хоть какой-то информации. Какой бы горькой она ни была. Пазл с её догадками постепенно собирался. В плену своих мыслях, Гермиона так и не смогла уснуть. Она встала с кровати в 11:37, подтверждая это магловскими механическими часами, которые весели на стене. Около её «кровати» из трёх стульев и пледа стоял завтрак. Быстро приготовленный и недожаренный омлет с гренками. Еда уже остыла. Гермиона хоть как-то встала с кровати и принялась за еду. Всё это время Гермиона пыталась вспомнить хотя бы маленькую каплю недавних воспоминаний. Да, она училась в Хогвартсе, закончила последний курс полтора года назад. Да, она очнулась, что и произошло с ней вчера… Но что было между этими воспоминаниями… Как она потеряла сознание? Процесс потери сознания? Она участвовала в войне. Была самой сильной ведьмой в плане целителя и сильного воина в отряде ордена. Но, неужели её пытали? Пытали Круцио? По-крайней мере, она помнила происхождения ран и большинство её ран, которые были образованы внизу живота происходили от Круцио. Запрещённое заклинание. Заклинание, которое убило тысячи союзников ордена феникса. Заклинание, которое, как она помнила, впервые было проверено ей, когда она вместе с Гарри и Роном искала крестражи. Её нашла Беллатриса Лестрейндж посреди небольшой полянки леса. Именно там она пытала Гермиону до потери самоконтроля и сильных криков, которые усиливались с каждой поднятой рукой Беллатрисы. Хорошо, про первое полученное Круцио она хорошо помнила, но процесс появления ран от Круцио, которые были получены недавно… На сегодняшний день Гермиона смогла подтвердить только один факт: её пытали и не один раз… Гермиона была так увлечена своими же вопросами, что не заметила друзей, которые пришли навестить её — Гермиона! — с радостным криком сказала подруга. — ты наконец-то очнулась! Извини, что не зашла к тебе вчера… Если бы я только знала… Подруга подошла к Гермионе и крепко обняла её. Она посмотрела на завтрак, который лежал около её пледа. — Мерлин, завтрак уже остыл, а ты даже не притронулась к нему. Ты хотя-бы что-то ела? Джинни заботливо смотрела на Гермиону. Она лишь пожала плечами. — ну, думаю, ты вряд ли уже притронешься к остывшему завтраку. Ты же не против сладкого? — Джинни тут же достала из своей сумки небольшой кусок торта. Она дала его Гермионе. Гарри, который стоял рядом с Роном, яростно посмотрел на Джинни. Джинни всегда была искренне рада увидеть подругу. Лучшую подругу. Она забыла о важной детали, которую нужно сказать Гермионе. — Гермиона… — начал Гарри — тут такое дело… — он заметно перебирал пальцы. Он очень волновался, как на такую новость она отреагирует. — пока ты была без сознания… Мы с Джинни поженились. — он тут же достал свою правую руку из кармана и аккуратно схватил руку Джинни, показав обручальные кольца — и этот торт, точнее кусок… Мы оставили для тебя с нашего свадебного торта, который приготовила Молли Уизли. Надеюсь тебе понравится… Гарри, как никто другой знал Гермиону. Она долгое время помогала Джинни, пока они были в отношениях. Ещё со времён четвёртого курса. И отпраздновать свадьбу без неё, как-то выходило предательски… И наверняка это одно из многих событий, которые пропустила Гермиона. Сколько же всего она проспала… Гермиона, на удивление Гарри никак не ответила. Она лишь обняла их обоих, шёпотом сказав поздравления. Рон всё это время отстранялся от них. Он будто был лишним в этой компании. Гермионе было досадно от безразличия Рона к ней. Гарри заметил разочарование подруги, поэтому он тут же толкнул Рона, пытаясь намекнуть то, что им надо поговорить. Когда тот приблизился к Гермионе, Гарри и Джинни решили оставить их наедине. Рон попытался как-то начать разговор. — привет — отрывисто и безразлично сказал Рон. — привет… — задумчиво сказала Гермиона, смотря ему в глаза. Ка же Гермиона скучала по Рону и Гарри. Они с первого по шестой курс были не разлей вода. Лучшими друзьями. Такими настоящими. Искренними. С начала войны они стали видеться намного меньше. Позже, их дружба Гермионы с Роном и вовсе превратилась в пустоту. По крайней мере, Гермиона пыталась с этим что-то поделать. Как ни как, он ей нравился ещё с первого курса. Рону явно было всё равно на Гермиону ещё с самого начала. С первого курса, когда они подружились с Гарри в Хогвартс-Экспрессе, было некое соперничество между Роном и Гермионой. Рон постоянно задевал Гермиону. Иногда перегибал палку. Они оба всегда пытались казаться лучше и удобнее для Гарри, только Гермиона это делала искренне, а Рон, видно, использовал его. Ради популярности. Чтобы казаться крутым. Только не смотря на все изъяны она любила его. Позже, с третьего курса они наконец начали общаться друг с другом. Как друзья. Именно тогда они осознали, что как никак Гарри хотел дружить с двоими. Основать золоту троицу. Со временем Рон и Гермиона нашли общий язык, но стоит Рону что-то ляпнуть, начинается ссора. Гарри всегда находился между двух огней. Вспоминая все моменты их дружбы, Гермиона немного улыбнулась, до сих пор смотря ему в глаза. Она просто не могла вспомнить их отношения в ту последнюю неделю, когда потеряла сознание. Кто знает, может Рон во время отключки Грейнджер навещал её? Скучал? Может приходил к ней, спрашивая у целителей, как она… Гермиона просто не знает, но вспоминая их отношения к друг другу она не сильно, но широко улыбалась. Гермиона сильно скучала по нему. — как ты? Гарри говорил, что тебе плохо и мне нужно тебя навестить. — сказал он, лицемерно смотря на неё с ног до головы, пока Гермиона смотрела ему в глаза. Рон похолодел к ней. Пуще прежнего. Безусловно. И Грейнджер это понимала. Понимала, как никто другой. Война заставила стать его бесчувственным. — мне плохо? — несерьёзно спросила его Гермиона. — наоборот, мне постепенно становится лучше. — она уставилась на него ещё больше. Её зрачки увеличились. Они встретились взглядами. Грейнджер не хотелось показывать ему свои чувства. По моему, это была её роковая ошибка… — ну у меня не найдётся куска торта для тебя— с раздражением сказал Рон. —думаю, вчера Гарри успел тебе сказать, что я женился на Лаванде. — поспешно сказал он. — помнишь её? Она бегала за мной ещё с Хогвартса. Можешь поздравить нас. Его слова были сильным ударом для Гермионы. Она была ошеломлена этой новостью. Рон так просто сказал об этом. Он явно знал, что он ей нравился. Давно нравился. А какая-то девушка, по имени Лаванда стала его женой… Во время войны. Уж как нужно любить друг друга, чтобы пожениться во время войны… — мне Гарри не говорил об этой новости.— она дрожала. Трогала себя за волосы, одновременно с дрожью трогать свои же пальцы. — сколько всего я пропустила… Но всё равно рада за вас. Думаю, это всё, что ты хотел мне сказать? — безусловно — резко сказал ей Рон. Через минуту его уже не было здесь. Его будто подменили—подумала Гермиона. Он так просто сказал ей это. Её детские мечты разбились в пух и прах. Это правда было сильным ударом для неё. Она просто не могла поверить. Осознать того факта, что перед ней стоял именно Рон. Рон — человек, которого она так любила, идеализировала просто, пока она бессильно спала женился на Лаванде. Время близилось к ночи. Грейнджер прорыдала до того момента, пока её глаза не стали красными. Ей было всё равно на её физическое состояние, но она просто устала. Ей безумно хотелось просто закрыть глаза, надеясь на то, что она прожила за сегодняшний день рано или поздно забудется. Нет. Такого поступка она забыть явно не сможет. Не сможет. Сколько Рон не доводил её до слез. Первый курс, где тот распространял про неё ложные слухи. Второй курс, где он наплевал на её чувства и стал пуще издеваться над ней… Третий курс, где Рон, чуть не толкнул Гермиону к оборотню, если бы Гарри вовремя не среагировал.Четвёртый курс, где на святочном балу он испортил её настроение из-за ревности к Краму. Нет. Самое больное, что произошло во время дружбы с Роном была сегодняшняя ситуация. Он только сказал ей о своей свадьбе. Не спросил как она, не поинтересовался её потери сознания. Не оценил в общности ситуацию. Хотя бы в его привычном виде. Как любил затапливать её своими тупыми вопросами, чтобы Грейнджер разозлилась и в итоге наорала на него… Она пыталась как-то оправдать его поступки. Твердя себе о том, что война всё ещё не закончилась и времени на тёплые разговоры просто нет. Но зачем тогда он пришёл к ней? Ради Гарри? Наверняка тот заставил пойти Рона, потому что Гермиона ещё больше расстроилась. Но получилось только хуже. Она никогда не винила Гарри в ссорах с Роном. Гарри всегда хотел как лучше. Он хотел дружить. Они же просто ссорились друг с другом… Соперничали. Пытались доказать что-то… Гермиона очень устала. Она впервые за два дня наконец-то поспит. ≪Так долго она не видела свет, но выйдя наружу, она увидела все тёмные краски жизни≫— вспоминала Гермиона из одной малоизвестной книги. Ей просто нужно было отдохнуть она нуждалась в сне. Нуждалась в светлых красках.