Бремя страстей человеческих

      Кораллин ввалилась в собственную квартиру, едва волоча ноги. Какое-то время она просто стояла, подпирая спиной входную дверь. Девушка заметила, что не в первый раз испытывала нечто подобное, когда возвращалась домой.       Первый, кажется, был в день, когда она впервые оказалась в детективном агентстве, которое любезно предложило ей собственное жильё.       Второй, вероятно, выпал на момент, когда ей позвонил неизвестный номер и предложил встретиться внизу. Там она встретила врача, порекомендовавшего девушке почаще пить воду.       Третий, если не изменяет память, происходил прямо сейчас. Конечно, нельзя исключать возможности, что подобные казусы происходили ещё когда-то, но после больницы Кораллин ничего больше не могла припомнить.       Она часто дышала, да так сильно, что в такт вздымалась грудь. Корри не сделала ничего страшного, но чувствовала себя так, словно пережила кошмар наяву. Признаться Дазаю Осаму… Как она вообще дошла до такой степени отчаяния?       На негнущихся коленях Кораллин прошла на кухню. Там, растянувшись во всю длину, на столе отдыхала Мэй. Она лениво приоткрыла глаза, когда почувствовала чужое присутствие, и сладко замурчала, стоило Кораллин погладить мягкий живот.       Девушка поставила чайник. Достала любимую кружку, насыпала на дно ложку сахара и закинула чайный пакетик. Она глубоко дышала. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Это никогда не помогало успокоиться, просто Кораллин на какое-то время сосредотачивалась на вздохах, после чего вновь ощущала волну тревоги.       Вода в чайнике бурлила, озаряя комнату тихим звуком. Закат за окном почти кончился, уступив место начинающеся ночи. Рыжина практически сошла с небес. На кухне было темно — Кораллин решила не включать свет. Она должна была побороть ещё один страх. Потому и стояла, дрожа, в темноте, с каждой минутой всё сильнее затягивающей комнату.       У Кораллин не было панического страха. Всё, что осталось, — это просто детские устои, впитавшиеся в разум так прочно, словно клещи. В детстве тень пугала до слёз. Пугало любое движение, любой звук. Маленькая Каролин верила, что в тени прятались самые страшные ночные ужасы, которые таились в шкафах и под кроватью, вылезая лишь тогда, когда в детской гас свет.       Внезапно, раздался звонок в дверь, прервав ее мрачные мысли и заставив вздрогнуть. Девушка прижала ладони ко груди, слушая каждый звук, который доносился из-за закрытой двери. Неужели это были тени, которые ее пугали, или что-то еще, что теперь стучалось в их дверь? Сердце ее колотилось так громко, что казалось, что оно хотело вырваться наружу. Темнота окутывала ее еще плотнее, делая страх еще более реальным и ужасающим. Но Кораллин собрала всю свою смелость и осторожно направилась к двери, чтобы узнать, что скрывается за ней.       Шестое чувство в очередной раз молчало, так что Корри не могла позволить себе ему довериться, хотя и страх, как хотела.       Кораллин открыла, оставляя крошечную щель и держа дверь достаточно крепко, чтобы в случае чего тут же захлопнуть её обратно.       — Снова здравствуй, душа моя! — чересчур радостно раздалось снаружи.       Девушка попыталась закрыться, но человек за дверью оказался быстрее, подставив к проёму ногу.       — Было больновато, — хохотнул Дазай Осаму, ненавязчиво раскрывая дверь ещё шире. — Я тут прикупил французский словарь. Поучим вместе?       — Иди домой! — прикрикнула Кораллин, хотя в голосе слышалась отчаянная мольба.       Она хотела, чтобы он ушёл ровно в той же степени, чтобы остался. Кораллин вообще не знала, что и думать. Ей казалось, что голова внезапно опустела, превратив её во влюблённую дурочку.       — Да ладно тебе, — несмотря на её не слишком довольный вид, Дазай улыбнулся, точно всё происходящее донельзя его забавляло. — Скоро пойдёт дождь. Можно я подожду, пока он кончится?       — Он ещё не начался, — заупрямилась Кораллин, мысленно желая, чтобы в эту же секунду начался сильнейший ливень, какого этот город не видывал вовсе.       — Я доверяю прогнозам, — с видом знатока ответил Дазай, а девушка поняла, что уже и не держит дверь так сильно, чтобы её невозможно было сдвинуть.       — Делай как знаешь, — она фыркнула, но всё же решилась отойти в сторону, как бы приглашая гостя войти. Тот охотно воспользовался предложением.       Услышав посторонний звук, Мэй спрыгнула со столешницы и вальяжной походкой пришла в коридор, чтобы посмотреть, что произошло. Дазай ей явно нравился, но не так сильно, как Кораллин, поэтому потеревшись о его ногу, кошка принялась настойчиво вертеться вокруг девушки, словно к чему-то её призывая. Кораллин взяла Мэй на руки, аккуратно погладив изящную мордочку.       — Итак, — напомнил Дазай. — Может, повторишь свои слова ещё раз, чтобы я мог перевести?       — Нет! — тут же возразила Кораллин. — Я напою тебя чаем, а потом ты пойдёшь домой.       Она прошла на кухню, опустив кошку обратно на стол, и рядом со своей одинокой кружкой поставила ещё одну, закинув туда чайный пакетик.       — Прямо как раньше, да?       Кораллин не думала, что кроме них с того момента изменилось хоть что-то. Это была другая квартира, но те же самые люди. Другой день, но тот же самый чай и те самые одинаковые кружки. Девушка держала в руках всё тот же чайник, Дазай забавлялся с той же самой кошкой. Но сам он был не таким, как раньше. Не таким легкомысленным и весёлым. И сама Кораллин стала слишком встревоженной и беспокойной. Так почему же всё до сих пор оставалось на своих местах?       — Так ты собираешься сказать это ещё раз? — спросил Дазай, подпирая щёку ладонью. Другой он невесомо водил по столу, дразня кошку.       — Не собираюсь, — не раздумывая ответила Кораллин, подозревая, что её моральных сил точно не хватит на второй раз. Она поставила перед Дазаем кружку и сложила руки на груди, наблюдая за тем, как Мэй с удовольствием ластится к его руке.       — Не уверена в них? — в словах. Конечно, он имеет в виду слова.       — Уверена, — Кораллин сама не знает, по какой причине отвечает так односложно, но на большее просто не может себя подтолкнуть. Ей странно даже стоять здесь, пока этот человек смотрит в её глаза.       «Может, это мне стоит пройтись?» — пролетело в голове, но по окнам вдруг ударил мелкий моросящий дождь.       Кораллин вдруг задумалась о своей жизни. Где она свернула не туда? И свернула ли? Может, всё происходящее было уготованно ей судьбой? Может, этого никак нельзя было избежать?       Девушка не считала свою жизнь такой уж ужасной. Даже у неё были свои маленькие радости, к числу которых Корри приписывала хорошо развитое шестое чувство. Она была ловкой, умной и симпатичной. Разве можно было желать чего-то ещё? Даже единственный человек, с которым она целовалась, до сих пор был с ней. Быть может, в этом странном городе всё это считалось нормой? Эсперы, детективы, десятки преступлений… Для некоторых всё это было частью ежедневной рутины. Но Кораллин отпустила эту часть жизни, не так ли?       Она снова взглянула на Дазая, стараясь понять, о чём тот думает и как долго собирается оставаться с ней? Кораллин не понимала, почему прониклась к нему симпатией. Он не был человеком её типажа. Хотя, если подумать, у неё не было никакого типажа. Но Дазай, которого она так сильно боялась с самого начала, и Дазай, который сидел у её кровати, держа за руку… Они словно были совершенно разными людьми, как два брата-близнеца, отличных друг от друга лишь по характеру.       Она могла ему верить?..       Она могла доверить ему жизнь. Но верить… Считалось ли это равноценным? Дазай был тем человеком, что не позволил бы коллегам пострадать. В этом плане он казался Кораллин вполне надёжным. На работе она внимала каждому его слову. На работе он, пожалуй, один из немногих внушал ей доверие настолько, что попроси он спрыгнуть, Корри сделала бы это не задумываясь.       Но если бы прямо сейчас он попросил её о чём-то совершенно невозможном?       Например «поцелуй меня, Кораллин». Что бы она сделала?       Девушка смутилась собственных мыслей. Ещё неудобнее ей стало после того, как Дазай снова поймал её взгляд. Ну почему ему приспичило имеенно в момент, когда она сверлила его глазами и думала о всякой ерунде?       — О чём ты думаешь? — спросил Дазай, в любопытстве склоняя голову.       Кораллин вспыхнула. Внезапно она так на него разозлилась, что захотела укусить.       — Ни о чём! — буркнула она, отворачиваясь. — Допивай свой чай и иди уже!       — Но я не хочу уходить, — признался он. — Зря что-ли пришёл? Посижу у тебя подольше.       Дазай говорил это с улыбкой. Со своей абсолютно дурацкой, но такой притягательной улыбкой. Он показался Кораллин таким удивительным, что она вскинула брови. Сколько ещё тайн было в этом человеке? Сколько чувств он скрывал ото всех?       — Можно тебя спросить? — осторожно заговорил Дазай, внимательно вглядываясь в её лицо.       Кораллин посчитала, что в этим не будет ничего странного. Люди же так и заводят разговор, верно? Значит, это обычная беседа, которая никак не сможет привести их к чему-то страшному.       — Ладно, — согласилась девушка.       — Помнишь тот день в больнице? Что конкретно Елена с тобой сделала?       Она перевела взгляд на окно, где уже во всю лил дождь. Вспоминать не хотелось. Но по какой-то причне Кораллин знала, что должна этим поделиться. Должна сделать это именно с Дазаем.       — Я не помню… — соврала она. — Но…она, кажется, сказала что-то о способности. Может, просто сильно ударила. Я не могу вспомнить точно. Не хочу об этом думать.       — Не готова?       Кораллин была готова. Но не к тому, о чём они говорили. В голове крутились собственные мысли. Вопрос, который она задала себе сама.       «Ну же, попроси меня. Попроси, я сделаю это. Я хочу».       — Тебе нехорошо? — поинтересовался Дазай, отчего Кораллин подумала, что в принципе чувствует себя гораздо лучше, чем обычно.       Внутри всё закипало. Она чувствовала, как в предвкушении дрожало сердце. Слышала его биение. Ей казалось, что стук столь громкий, что услышать его может каждый, даже живущий снизу человек.       Кораллин сделала шаг…