Профессорский плен. Зачёт

Выйдя из комнаты на полусогнутых и полностью одетым, замер у перил балкона, с которого открывался вид на половину квартиры. Приглушённые голоса доносились с кухни, а я всё не решался спуститься. Так и стоял, пока не увидел Руслана у лестницы. — Трусишка, — усмехнулся он, покачав головой. В ответ я лишь пожал плечами. Но тишина ненадолго между нами повисла. Торнадо в женском обличье ворвалось в гостиную, и напряжённый взгляд остановился на мне. Объёмный пучок из каштановых волос, зелёные глаза и белоснежный костюм с широкими брюками — это первое, что я увидел. Мама Руслана медленно ступила на ступеньку, и я сглотнул. Из-под широких брюк показался нос то ли туфель, то ли чего-то похожего на них. Она ростом была, примерно, метр шестьдесят. Широкие плечи и грудная клетка размывали образ хрупкого создания. Морщинки, которые, скорее всего, старательно пытались скрыть косметикой и прочими манипуляциями, сложились гармошкой от её улыбки. — Милый, ты не говорил, что он так молод, — между делом сказала женщина, ступив на ещё одну ступеньку. У неё был более низкий голос, я бы даже сказал грубоватый. Но звонкие нотки проскальзывали на окончаниях слов. — А ты и не спрашивала, — усмехнулся Руслан, дёрнув бровями. Мы встретились с ним взглядами, и я не понимал, что происходит. — Кирилл, ты так и будешь там прятаться? Я не кусаюсь, — женщина снова лучезарно улыбнулась, а мне стало как-то не по себе. Такую хищную улыбку я очень часто видел у Руслана. И чувствовал ту же энергетику, которая сносила с ног наповал. — Вы знаете, как меня зовут? — пробормотал я, подойдя к лестнице. — Если я назвала тебя по имени, то, значит, знаю. Так ведь? Я спускался, а она поднималась. Ничего не понимал. Вообще. Она слишком молода… Это точно его мать? Меня смущало её присутствие. — Так, — на выдохе пробубнил. Мы с ней встретились на середине лестницы, и за счёт того, что она стояла ступенькой ниже, да и вообще была ниже меня, получалось, что и вовсе дышала мне практически в грудь. — Меня зовут Дана Дмитриевна. Можешь звать меня просто Дана. От лёгкости её общения и улыбок, мне уже было максимально некомфортно. Я ждал, наверное, жуткую фурию. Но передо мной стояла милая женщина, которой, невзирая на нервозность, хотелось улыбаться. — Очень приятно познакомиться, — наконец смог выдавить из себя хоть что-то. Она притягивала к себе взгляд, как это делал её сын. Видимо, магнетизм передался Руслану от матери. Дана выглядела шикарно для своих лет. А сколько ей? Ну, если посчитать сколько лет Руслану, то, примерно, ей должно быть около шестидесяти. Но выглядела она моложе. — Мам, ты пугаешь его своей напористостью, — вклинился в разговор Руслан. Я уставился на него и чуть не ляпнул: «Никого не напоминает?». — Какой же ты молоденький, — её ладонь коснулась моей щеки, когда она поднялась на ступеньку, где я стоял. Я весь напрягся. — Не бойся меня. Он мне весь мозг вытрепал загадочным молодым человеком год назад. Именно мысли о тебе отвлекли его… — Мам! — вскрикнул Ларин, прервав женщину. От её слов я выпучил глаза и перевёл взгляд на мужчину, который с размаху ударил себя по лбу. — Не обращай на него внимания, — махнула Дана рукой, убрав её с щеки и улыбаясь мне. — Вечный ворчун. Весь в отца. — Мам! — уже серьёзнее сказал мужчина, положив руки на бока. — Нет, мне очень интересно послушать, — наконец обрёл я дар речи. Неужели всё реально было по-настоящему? И мать Руслана знала обо мне? Это шокировало. То есть… Практически все знали обо мне. Толя, Рома, даже мама. А его поиски — не какие-то там пустые слова? Я вечно искал подвох. Но вряд ли бы кто-то просто так рассказывал матери, о каком-то там случайном парне. Обо мне. — Мы так и будем стоять тут или куда-нибудь уже сядем? — Дана тепло мне улыбнулась и в её зелёных глазах я не увидел злости или отвращения. Наоборот, я как будто смотрел в глаза своей матери. Я спустился на одну ступеньку и протянул локоть женщине, которая, не раздумывая, обхватила его рукой. А Руслан сложил руки на груди и с прищуром наблюдал за нами. — Учись, оболтус, — усмехнулась женщина, когда мы прошли мимо Руслана. — Ворчунья, — буркнул Ларин нам вслед. Мы сели на диван, а Руслан встал у журнального столика. Недовольный, надулся весь, сложив руки на груди. — Расскажи о себе. Мне всё интересно, — Дана села полубоком, сложила ногу на ногу и легла боком на спинку дивана. — Мам, хватит так сильно наседать на него, — снова ворчал Руслан, а я даже не знал, как себя вести. Терялся в таком колорите Лариных. — Сколько вам лет? — не удержался я от любопытства. — Как не культурно, Кирилл, спрашивать женщину о возрасте. А тебе? — парировала Дана с улыбкой. — Я первый спросил. — Мне пятьдесят девять. А тебе, Кирилл? — Двадцать шесть, — не раздумывая ответил женщине. Она нахмурила брови, и я сделал так же. Дана тяжело вздохнула, глянула на сына и вернула внимание к моей персоне. — Ты и впрямь молод. — Это проблема? — немного напрягся от её задумчивого тона. — Если это не проблема для Руслана, то для меня тем более, — отмахнулась она, но моё напряжение никуда не делось. Только сильнее разрослось. — Я буквально на пару часов в городе. Вот, решила заглянуть, а тут такой красивый сюрприз. Вам надо будет как-нибудь обязательно приехать ко мне. — Мам, достаточно! — ворчание Руслана уже вызывало улыбку у меня. — Ну что ты всё «мамкаешь», как пятилетний мальчишка? Я думала, что его вообще не существует! Просто фантазия разыгралась у тебя, — хихикнула женщина, смотря с любовью на сына. Не зная как и не имея понятия зачем, но сказал то, что сказал: — Мы обязательно приедем. Руслан аж поперхнулся от моих слов. А Дана и вовсе положила ладони на свои щёки и с восхищением посмотрела на меня. Я не мог поверить, что Ларин может быть таким «мальчишкой». Знала бы она, какие тайны он прячет в своей спальне… Удар бы хватил. — А он мне нравится, — расплылась в улыбке Дана, посмотрев на сына. — Чем-то он похож на… — Мам! — строго рявкнул Ларин, и я понял, что сегодня не слезу с него, пока он всё о себе не расскажет. Дана Дмитриевна грозно глянула на сына, прищурив глаза. И натянуто улыбнулась уже мне. — Не обращайте на него внимания, — пробормотал я, стараясь не смотреть на Руслана. — Он не выспался просто. Дана, кивнув, отмахнулась, поднялась на ноги и медленно повернулась к сыну. — Я думаю, что мне пора. — Нет, останьтесь, — резко подорвался и я на ноги. Я действительно хотел поближе познакомиться с ней. — Пожалуйста. Дана натянуто улыбнулась мне и повернулась снова к сыну. — Нет, не смотрите на него. Только на меня. Мама Руслана ответила мне озорной улыбкой, а я боковым зрением видел, что Ларин уже очень пожалел о нашем знакомстве. — Но мне действительно нужно на самолёт, — с нескрываемым хорошим настроением начала говорить женщина. — Жаль. Я действительно расстроился. Она была практически единственным доступным мне человеком, чтобы хотя бы немного понять Руслана. Но даже с матерью он вёл себя странно. Она ворошила его секреты, и ему это не нравилось. А я очень хотел их знать. Все. До единого. — Я обещаю, что через неделю приеду. На все выходные, — Дана протянула руку и положила мне на плечо. — Всю следующую неделю мы проведем в Штатах, — буркнул Руслан, следя за нами обоими. А я вздохнув, кивнул. Я еду знакомиться со второй компанией. — Если ты так хочешь, — это уже было адресовано мне, — мы постараемся приехать в пятницу. — Вот и чудненько, — от улыбок и касаний Даны во мне поселилось странное чувство. Я так привык к вечно лезущей мне на голову матери, а сейчас она ушла в подполье. И это удручало. — Толя довезёт тебя, — натянуто улыбнулся Руслан, посмотрев на мать. — Не маленькая уж. Разберусь, — съязвила женщина. Она на прощание крепко меня обняла и вместе с Русланом скрылась в глубине квартиры. Как только он вернулся, первое, что я сделал, — кинул в него одну из подушек, лежавших на диване. — Неожиданно, — обескуражено посмотрел на меня Ларин. — Ты практически выпроводил её! Хотя сам сказал, что хочешь нас познакомить! — закричал я так сильно, что аж уши заложило. — Она много болтает. — На кого я похож? От чего мысли обо мне отвлекли? Прямо сейчас я хочу знать всё! Ты ведёшь себя отвратительно! Ты буквально по щелчку стал заносчивым козлом! Ты с отцом так же разговариваешь? Или только с ней так себе позволяешь?! — не понимал, почему начал кричать. Всё скопом вывалилось из меня. После моих слов Руслан побагровел от злости. Кулаки сжались, челюсть напряглась. Фирменный, грозный взгляд появился на лице. Если раньше меня пугало его такое состояние, то сейчас — нет. Ни капли. Я собирался биться с ним до конца! — Ты похож на мою первую любовь. Его зовут Никита. Всё? — процедил сквозь зубы Руслан, а у меня чуть челюсть не отпала от шока. — Я ничего не знаю о тебе. Вообще ничего! Кто твои родители? Есть ли у тебя ещё родственники? Как вообще прошла твоя жизнь до нашей встречи? Ты обещал ужин! Знакомство! Но ничего не выполнил! Твои обещания — лишь слова. Внутренний раздрай вылез наружу в виде истерики. Меня бесило, что он всё знает обо мне, а я… нихрена. Всё скрыто работой, сексом и фальшивостью. Мне от злости хотелось волосы на макушке драть. Пока я кричал они постоянно свисали мне на лоб и щекотали брови. И даже это меня очень сильно бесило. — Тебя бы выпороть за такой тон, — выпалил Руслан, сделав шаг ко мне. Я запутался. Не мог понять, что прямо сейчас он чувствовал, какие эмоции наполняли его. Это был тот самый Ларин, который был в ту ночь в номере отеля. — Только тронь, и на этом всё, — покачал я головой. — Ты правда думаешь, что сможешь сделать из меня ручную собачку? — процедил сквозь зубы Руслан, подойдя ко мне. — Повторяю ещё раз. Я тебе не Боря. Ты понял? Он обхватил меня одной рукой за талию и рывком притянул к себе. Я вскинул руки, чтобы не касаться его. Не мог определиться, в какой именно глаз смотреть. Я запаниковал. — Ты! Тебе слишком много поблажек! — зло прошипел Ларин, подтолкнув меня к дивану. — Хочешь знакомиться? — на его вопрос я лишь сглотнул. — Ты до сих пор боишься меня. Хотя я не сделал тебе ничего плохого. Стараюсь! А ты этого не ценишь. — Я ценю! — перебил его, сказав чистую правду. — Сделай шаг мне навстречу. Чего ты ждёшь от меня? Я ведь тоже не хочу быть мальчиком на побегушках! — Разве не очевидно, чего я хочу? — цедил он, толкая меня к дивану. — Разве не достаточно сделал для тебя? Мне на пальцах тебе объяснить?! — Объясни. А лучше скажи это вслух. Ты всем обо мне рассказал. Зачем? — пробормотал я, когда ногами почувствовал край дивана. — Хочу, чтобы такой, как ты, был рядом, — дёрнув кончиком носа, озлобленно ответил мне мужчина. — Зачем?! — повторил я свой вопрос уже более твёрдо. — Ты помог мне пережить смерть отца, — я хотел было сказать, как мне жаль, но он и слова не дал вымолвить. — Та ночь стала для меня каким-то пинком под зад. Ты дал мне чувство жизни. Азарт из-за поисков. Надеялся, что ты дашь мне то, чего я так давно хотел. Полноценности. Ты мне правда нужен, Кирилл. И можешь принять это как данность. Я не отпущу тебя. Никогда, — последнюю фразу Руслан процедил по слогам. Не мог поверить в его слова. Всё было слишком «красиво» и заманчиво на первый взгляд. Но у меня от него волосы на затылке шевелились. Сердце отбивало чечётку и готово было выпрыгнуть из груди. — Ты не ответил на главный вопрос. Почему ты рассказал всем о парне, с которым просто провел ночь. Ты мог искать меня тихо. Без лишнего шума, — сказал я спокойно, когда плюхнулся на диван. Руслан поджал губы. То, что он сказал ранее, звучало, как проклятое признание. И я был уверен, что он никогда не скажет этого вслух. — А почему ты млеешь в моём присутствии? — Потому что ты идеален для меня, — ответил честно. — Во всём, кроме этого безумия с извращениями, — пододвинулся я к спинке дивана и смотрел, как эмоции сменялись на его лице. — Но тебе понравилось. — Понравилось, — вздохнув, ответил. — Расслабься, Кирюша, — от его усмешки мне нихрена не стало легче на душе. — Я ведь не кусаюсь. Я и сам не знал, что это было: страх или… подчинение. Если сдамся полностью в его руки, то всё изменится. И пламя, которое бушует иной раз между нами, погаснет. Так будет не интересно. — Расскажи о себе, — не собирался останавливаться, решил идти до конца. — Откройся мне. И я отплачу тебе тем же. На мои слова Руслан угрюмо посмотрел на меня. Несколько секунд я наблюдал за тем, как желваки заходили ходуном, а во взгляде читалось нечто, похожее на смятение. Только я решил, что на этом всё закончится, как Руслан протянул мне руку. — Пойдём. — Куда? — недоумевающе посмотрел я на него, но вложил ладонь в его руку. — В спальню. Перейдём уже наконец черту, которая мешает нам двигаться дальше. Если тебе так важно знать, какая у меня была дерьмовая жизнь, то я с удовольствием посвящу тебя в подробности. Он потащил меня к лестнице, крепко удерживая за руку. Я шёл и надеялся на то, что в этот раз он действительно откроется мне. Расскажет о себе то, что я так хотел узнать. Познакомиться… Руслан вошёл в спальню и стремглав направился к кровати. Он ни на секунду не отпускал моей руки, даже когда улёгся и притянул к себе. Устроившись между его ног, упёрся подбородком в руку, которую уложил на его ноги. Руслан поглаживал костяшки моих пальцев, смотря на них. — Ну что ж… — грустно усмехнулся Руслан. — Я второй ребёнок в семье. У меня есть старший брат, который ненавидит меня за моё существование. Я навострил уши, потому что не мог поверить, что дождался этого момента. — Моей матери было восемнадцать, когда она познакомилась с моим отцом. Ему на тот момент было тридцать два, — как-то сухо бормотал мужчина. Без эмоций. Равнодушно. — Мама забеременела. У отца уже была семья. Там уже был ребёнок. Стасу на момент, когда я родился, было уже девять. Мой дорогой папуля жил на две семьи. А когда всё вскрылось, то выбрал нас с мамой. Первая жена была в бешенстве. Угрожала матери расправой. Но отец как-то сгладил углы хорошими алиментами. Стас по сей день ненавидит меня, — Руслан откинул голову на изголовье и глухо фыркнул. — А самое смешное, что отец всё своё состояние завещал мне, перспективному сыну, а не тому, кто воротил нос всю жизнь. Но я отказался. Всё отдал идиоту-брату. По тону было слышно, как ему тяжело говорить об этом. Да кому будет легко обсуждать такое? Ненависть может развиться до вселенских масштабов за долгие годы. — Я много раз пытался наладить контакт со Стасом. С Тоней, его матерью, мы ещё как-то сухо, скупо, но общались. А Стас видел во мне корень зла. Постоянно твердил, что я на папочкиных харчах состряпал бизнес. Но покойный Ларин не сделал ничего для меня. Он был всегда холодным, отрешённым. Не знаю, как мать согласилась выйти за него, но счастья ей как такового-то и не было. О, любовь, — опустил он голову и посмотрел мне в глаза, — какая дурость. Я обещал себе, что никогда не буду таким. Чёрствым в особенности. — Руслан, — я хотел перебить его, чтобы он остановился. Слышать подобное было выше моих сил. — Ты сам попросил. Теперь слушай, — фыркнул Ларин, погладив костяшки моей руки. — Мне было двадцать, когда я встретил Юлю. Болтушка такая жуткая, но, как только дело доходило до драки, лезла самая первая, — криво улыбнулся он, чем очень меня удивил. Слышать о женщинах из его уст было странно. — Я как дурак умудрился вляпаться в эти первые отношения. Но мне с ней чего-то не хватало. А потом она неожиданно исчезла. Пуф — и пропала. Через год, — он сильней сжал мою ладонь и снова криво улыбнулся, — мать рассказала мне, куда она делась. Отец смёл её с дороги. Откупился от простушки деньгами. Вот тогда-то я и понял, насколько ты можешь быть убедительным, имея в кулаке половину города. И несколько миллионов на счету. — После этого ты обозлился? — пробормотал я еле слышно. — Можно и так сказать. Потом я чисто случайно с другом из университета забрёл на какую-то извращённую тематическую вечеринку, от которой у меня до сих пор волосы дыбом, — усмехнулся Руслан, а я и представить себе не смог, что именно там было. — Там я познакомился с парнем. Его звали Никита. Мы пообщались. Слово за слово, я рассказал ему о том, что мне чего-то не хватает в жизни, в отношениях. И он предложил попробовать кое-что новое. Я хотел встать, но Руслан лишь отрицательно покачал головой. Расслабиться не получалось. А о таком интимном почему-то знать не хотелось. — Мы выпили. Он привёл девушку, и это был мой первый секс втроём. Парень был так хорош собой и знал своё тело, что я не мог отвести от него взгляда. Та девица потерялась на его фоне, хотя тоже старалась. И меня как перемкнуло, когда он сам поцеловал меня. А потом и девица свалила под шумок. Ник довёл меня до таких эмоций, какие я не испытывал никогда. Он знал куда надо надавить, где трогать. Это было очень круто. Я озверел в ту ночь. На моё удивление, он был пассивом, хоть и активничал бойко. Секса не было. Только ласки. Просто дохрена ласок! — Руслан отвёл взгляд, и на его лице появилась мрачная хмурость. А у меня внутренности задрожали. Противно было слышать о ком-то ещё рядом с ним. — Я всё списал на алкоголь: и такое странное влечение, и контакт с Никитой. Как я попал домой, до сих пор не помню. Напился тогда до соплей. Около двух месяцев я не мог найти себя. Перебрал столько женщин, что начало тошнить от них. Всё закончилось тем, что увидя голую женщину я просто встал и ушёл. И когда в очередном пьяном угаре тусил в баре, увидел того самого Никиту. Он работал барменом. Я снова накидался из-за него. Но на этот раз я всё-таки трахнул его. Да так, что потом он ещё неделю ворчал о том, что я бешеный, — Руслан вернул на меня свой взгляд и скупо улыбнулся. — Я не шарил во всей этой дичи под названием гомосексуализм. Но каждый раз, видя его, списывал на то, что он был виртуозным любовником. А мне хотелось себе пулю в висок пустить после каждого нашего секса. Университет закончился, и Никита тоже пропал. Растворился. — Твой отец… узнал? — сглотнув накопившуюся слюну, спросил я, на что Руслан лишь коротко кивнул. — О, это была наша первая стычка. Сын пидор. Вот это весело! Издевался над тем, что лучше бы той девке не платил, и жил бы я с ней долго и счастливо. А то метался я из крайности в крайность. Но после этого меня как переклинило, — Ларин снова погладил пальцами моё запястье. — Я хотел доказать своему мудаку-отцу, что могу всё сам. Без его нравоучений. В этот момент я расправил плечи и ещё внимательней начал слушать. — Знакомо, не правда ли? — усмехнулся горько Ларин, покачав головой. А я в ответ лишь хмыкнул. — И я доказал. За несколько лет создал маленькое предприятие. И мне фортануло. Вошёл в колею. Поднялся. Обзавёлся знакомыми. И однажды мы снова встретились с Никитой. Это было лет семь назад. Плюс-минус. — И я похож на него, — отчеканил с ноткой отвращения. Такие сравнения мне не нравились. — Не то чтобы похож… Темперамент у вас один. И он вечно заботился о цвете своих блондинистых волос. Не замыкайся на этом. Ты такой один, — в конце Руслан расплылся в улыбке. Меня обескуражил его ответ. Причём очень сильно. Но, в принципе, мы всю жизнь ищем себе партнёров по одному типажу. И обижаться на такое глупо. — Мы пробыли вместе чуть больше полугода. Он из тех, кто не может сидеть на одном месте. Никита переехал в Москву, и на этом наше общение закончилось. — Как ты пришёл к БДСМ? — меня мучил этот вопрос уже давно. — Случайно. Забрёл как-то я к хорошему знакомому на огонёк в его новенький клуб. Мне понравилось то, что я увидел. Была вечеринка в стиле БДСМ. Мальчики и девочки обвязанные верёвками, публичные сексуальные контакты. Это даже близко не было похоже на сессии Тематиков, как я уже потом узнал. Я начал искать и понял, что выбор невелик в Нижних, которым достаточно лишь разнообразия на ночь, — Руслан пожал плечами, и уголки его губ слегка дёрнулись. — Моё увлечение лишь для того, чтобы спустить пар раз в неделю, переключиться с работы на что-то другое. Сначала были своеобразные сессии, потом секс и всё. А потом и секс с ними приелся. Я снова потерял искру, — фыркнул Ларин, когда я сморщил физиономию. — Сколько бы я ни утверждал, что мой отец гондон, но, узнав о его смерти, я ушёл в себя. Погрузился в работу так сильно, что даже о сессиях не мог думать. В процессе нужно отключаться, а я не мог. Меня что-то останавливало. А потом я встретил тебя… — И ты посчитал, что я буду идеальным рабом, который похож на твоего бывшего? Шикарно просто! — недовольно проворчал, закатив глаза. — Нет, не рабом, дурной. Ты стал моей искоркой, которая разожгла пламя. А не то, что ты подумал! — щёлкнул он мне по носу с улыбкой. — Как-то сопливо звучит. Не находишь?! — теперь была моя очередь фыркать. — Ну, ладно. Да. Я посчитал, что тебе понравится такой тип отношений. В ту ночь ты не возмущался. Моя ладонь до сих пор помнит зуд после шлепков, — подмигнул он и игриво подёргал бровями. — И мне понравилось. Именно этого я и испугался. — И мы возвращаемся к началу. Ты не можешь довериться мне, но хочешь быть рядом. Ты не хочешь обязательств, но ты уже отдал свою жизнь под мой контроль. И даже доволен этим. Тебе просто нравится сопротивляться и строить из себя невинную овечку. — Руслан принял сидячую позу и, поманив меня пальцем, усадил себе на ноги. — Хотя ты далеко не невинный цветочек, Кир. Учитывая хотя бы то, как мы познакомились. Ты слишком любишь быть снизу. Получать удовольствие от секса, от прелюдии. Когда всё достаётся тебе. Ты в некоторой мере эгоист. После ухмылки Руслана и его слов, я опёрся коленями на матрас и возвысился над ним. Он зачесал пальцами упавшую на лоб прядь и, не отрывая взгляда, смотрел на меня. — Но ты такой же, — отчеканил я недовольно. — Поэтому мы здесь. Даже спустя год. И мы никуда не денемся уже, — Руслан сощурил глаза и не глядя засунул руку мне под футболку. От касания горячей ладонью я вздрогнул. — Можешь называть это как хочешь. Но факт остаётся фактом, — мы не найдём кого-то лучше. Идеал уже перед глазами. Тебе нужно лишь довериться мне стопроцентно, и я покажу тебе такой мир, какого ты себе даже не представлял. — Ты снова говоришь о подчинении! — меня начала нервировать эта тема. — Ты уже подчиняешься в какой-то мере. И мне этого достаточно. Понимаешь, когда ты перешёл черту. Извиняешься. Но отрицаешь этот факт до последнего. Он стянул с меня футболку и озорным взглядом посмотрел на меня снизу. Его рука перекочевала мне на спину, а моя оказалась в его и так всклокоченных волосах. — Так ведь, Кирюш? — прошептал Ларин, коснувшись губами моего плеча. — Жжение внутри от поцелуя, — в ответ я издал что-то типа стона, потому что он был прав. — Пальцы сводит от желания коснуться. Внутри как будто лава начала растекаться, а тело жаждало той самой кульминации до судорог и приятной неги. — Да, всё так, — придвинувшись максимально близко, прошептал я. — Отлично, тогда тебе понравится то, что будет дальше.