The Unkindness of Ravens

"— Давай, парень, тебе пора вставать" Нил не знал, где он находится. В голове у него пульсировало. Его лоб уперся во что-то прохладное, и жгучая боль запульсировала в щеке. Бинты и швы натянули воспаленную кожу на животе, когда он заерзал на своем сиденье Его первой мыслью было: Почему мне так долго не удавалось проснуться? Его вторым вопросом было: Где я, черт возьми, нахожусь? Его язык прилипал к нёбу, а в горле было такое ощущение, будто оно покрыто клеем. Корка прилипла к его ресницам, и мир закачался, когда он попытался осмотреть то что его окружает. Нил узнал знакомое чувство пустоты, которое последовало за ночью, проведенной под действием какого-то наркотика, который Рико вколол ему потому что хотел наблюдать за тем, как Нил испытывает его. Это хотя бы ответ на первый вопрос "—Парень?" — снова спросил мужчина, его голос был слишком громким и нетерпеливым. "—Что?" — все, что удалось пробормотать Нилу. Мужчина нахмурился. "—Это твоя остановка. Ты должен выйти здесь." "—Что?" — Нейл поднял тяжелую голову, оторвав вспотевший лоб от окна, и выглянул в туманную ночь. Где, черт возьми, я? Он затуманенно прищурился, и его сердце похолодело, когда он увидел оранжевую неоновую вывеску через улицу с надписью «Таверна лисье логово». Воспоминания вернулись к нему. Боль, растеклась по его татуированной коже на скуле. Голос Рико. Руки Жана. Они посадили его на автобусе в Южную Каролину, до Университета штата Пальметто. Очевидно, отречься от него было недостаточно. Рико хотел еще и унизить его. Было еще что-то,что он забыл. Он чувствовал, как воспоминания шурщие под густым туманом, оставшимся после его наркотического сна. "— Э-э, тебе нужно, чтобы я кого нибудь позвал?" —спросил мужчина Нейл похлопал себя по карманам и почувствовал знакомую твердую форму своего мобильного телефона. "—Нет я в порядке." Он поднял свое избитое тело с сиденья и прошел по узкому проходу под мерцающим верхним светом, усеянным дохлыми мухами. Мужчина пожелал ему удачи и, спотыкаясь, спустился по ступенькам на тротуар. На другой стороне улицы был ряд книжных магазинов, магазинов спортивных товаров, пиццерий, ресторанов быстрого питания и кофеен. Все кричали оранжевые и Лисы, Лисы, Лисы. Нил думал, что его сейчас стошнит, и не потому, что он все еще чувствовал запах собственной горелой плоти. Пока он стоял там, пытаясь осмыслить увиденное, дверь автобуса с шипением закрылась, и мужчина исчез в ночи. Нил был один впервые за восемь лет, и он был далек от всего, что знал. Трепет ужаса пронзил его, но он все равно пошел вперед. Он наполнил легкие свежим воздухом, как раньше мечтал, и это было почти больно. Затхлый кондиционер в Гнезде был единственным, чем он дышал с той ночи, когда его передали хозяину. Запах мокрого бетона и сырой земли наполнил воздух, а моросящий дождь заставил свет уличных фонарей мутнеть. Прохлада весенней ночи немного прояснила ему голову, достаточно, чтобы он оценил свои раны: синяки на спине, длинная рана, зашитая на животе, и оплавившийся участок кожи на левой щеке. Посмотрев вниз, он заметил большое пятно ярко-оранжевой краски на передней части его черной рубашки с длинными рукавами, от чего у него закипела кровь. Красное пятно разрушенной кожи на его лице и оранжевая краска ясно давали понять: Натаниэль Веснински больше не Ворон. Как только новость об этом распространится, его жизни придет конец. Нил остановился под навесом закрытого книжного магазина и вытащил телефон. Шок оставил его мысли в приятном онемении, что уменьшило огорчение, которое, как он был уверен, он должен был испытывать, когда обнаружил Кевина Дэя в своем списке контактов. Он нажал «позвонить» и поднес телефон к уху, тупо уставившись на группу девушек, переходящих улицу, прижавшись друг к другу под белым зонтом, усыпанным оранжевыми отпечатками лисьих лап. Через три звонка испуганный голос Кевина донесся до его слуха. "— Натаниэль?" "— Мне нужно место для ночлега" — категорически сказал Нил. "— Что происходит? Что ты имеешь в виду?" "—Кевин, заткнись" — проворчал другой голос на заднем плане. "—Я нахожусь на территории Лисов" — объяснил Нейл. Это звучало странно для его собственных ушей "—Что? "— ужас Кевина был очевиден "—Ты тоже потерял слух?" — прошипел Нил."— Я в вашим богом забытом городке, и мне нужно где-нибудь переночевать сегодня." "— Эндрю, вставай. Эндрю! Нам нужно идти" — сказал Кевин, отойдя от трубки. Натаниэль, ты видишь какие-нибудь названия улиц? Магазины? Нил медленно вдохнул через нос, пытаясь унять бушующую в груди ярость. "—Я стою возле книжного магазина под названием… «Лисий огонь»." "— Хорошо. Мы будем там через десять минут, оставайся на месте." Нил проигнорировал «мы» и закатил глаза в ответ на инструкции Кевина оставаться там. Не похоже, что ему больше некуда было идти. Звонок прервался, и, когда он убрал телефон от уха, он заметил, что в его почтовом ящике появилось новое сообщение. От Жан пришло простое сообщение, в котором говорилось: «Ты больше не моя забота». Резкие слова, но Нил знал, что за ними стоит. Это был способ Жан попрощаться, сказать, что Нил должен беспокоиться только о себе. Он остановился и подождал, пока охватит паника, но не было ничего, кроме слабого эха голоса Жана с мягким акцентом в крамешной пустоте его груди. Была почти полночь, почти воскресенье, и прошло около сорока часов с тех пор, как все узнали о том, что Кевин Дэй подписал контракт с «Лисами» Пальметто в качестве нападающего, а не помощника тренера. Нейл покосился на свои ботинки и слегка наклонил голову. Его тело болело, но, к счастью, ничего не сломалось. Избиение в пятницу вечером было относительно легким, так как Рико был больше сосредоточен на долгосрочном плане, а не на сиюминутном развлечении. Как только Рико сообразил, что Кевин начал перерастать его как игрока экси, Рико отчаянно пытался держать его в узде. В декабре прошлого года Рико избавился от страха быть побежденным на корте, сломав Кевину руку, но затем Кевин исчез, а это не входило в его план. Как бы ни был взбешен Рико из-за потери Кевина, это было ничто по сравнению с его гневом теперь, когда Кевин объявил о своем намерении вернуться на площадку в качестве нападающего. Рико пытался забрать Экси у Кевина, и теперь Кевин пытался забрать ее обратно, что было на удивление смелым шагом. Нил был впечатлен в течение всех двух минут, прежде чем Рико набросился на него. Нейл зажмурил глаза и позволил волнам тошноты и ужаса пройти через него, как тяжелая вода, когда он живо вспомнил. Рико сжег татуированную тройку со скулы Нила, провел своим любимым лезвием по животу Нил и позволил Нейлу жалко попытаться остановить кровотечение руками, в то время как Рико тяжело прижимал веревку с узлами к его спине, пока Рико не надоело смотреть. Жан едва успела зашить Нил, как Рико вернулась со стаканом воды, которая на вкус была соленой и неправильной. Нил послушно выпил его только потому, что это было лучше, чем его заставляли. Нил не мог вспомнить, кто посадил его в автобус, но последние слова Рико донеслись до него. «Кевин — твой билет обратно в Эвермор. Приведи его домой, и мы найдем тебе хорошего пластического хирурга для твоего лица. Разве это не звучит мило, Натаниэль? Никто не должен знать, что ты вообще покинул Гнездо.» Нил открыл глаза и силой расслабил плечи. Обещание приступа паники шептало по шатким краям его разума, и он почти почувствовал облегчение от того, что вообще что-то чувствует. Даже калечащая паника была лучше, чем ментальная бездна, в которой он иногда терялся после особенно жестокой ночи. Дорогая на вид черная машина с визгом затормозила у обочины чуть дальше по улице от того места, где он стоял. Нил смотрел, как открываются двери, и его пульс участился, когда вышел его бывший товарищ по команде. На Кевине было толстое пальто и фланелевые пижамные штаны, заправленные в кроссовки. Он выглядел изможденным и контуженным, когда увидел Нейла с близкого расстояния. Однако он не приближался к нему, пока невысокий, одетый в черное мужчина со светлыми волосами лениво не вышел с водительской стороны и не зевнул в кулак. Нил знал, что это Эндрю Миньярд, тот самый, которого Рико хотел иметь в качестве номера пять. Было почти забавно, что Кевин оказался в команде с голкипером, которого они так хотели. Эндрю обогнул переднюю часть машины и махнул два пальца в сторону Кевина, давая ему знак следовать за ним. Нил нахмурился. Он надеялся, что Кевин стал свободным человеком, а не нашел себе нового хозяина. "—Натаниэль" — поприветствовал Кевин. "—Кевин" — сухо ответил Нейл. Он указал на Эндрю и изобразил невежество. "— А это ?" "—Эндрю Миньярд, наш вратарь-первокурсник" — объяснил Кевин с ноткой неодобрения в голосе. Он так много говорил о потенциале Эндрю, что Нил не мог забыть его лицо или его характеристики. Эндрю окинул Нила скучающим взглядом и снова зевнул. "— Так это Натаниэль." "—Все зовут меня Нил" — ответил Нил. Кевин вздрогнул. Нил принял это прозвище в свой первый день в Гнезде. "— О, ты хотел, чтобы я встал на колени? Я думал, ты просто называешь меня Нилом. Виноват." —Он получил сломанный нос за свою дерзость, но все равно боролся за то, чтобы сохранить новое имя. Это бесконечно раздражало Рико, и одно это стоило временной боли. "— Не все, видимо" — заметил Эндрю, покачиваясь на пятках. "— Рико назвал его Натаниэлем" — объяснил Кевин. Он все еще выглядел так, будто не мог поверить, что перед ним Нил. "— Он послал тебя сюда, не так ли?" Нил изогнул бровь и перешел на французский. "— Думаешь, я пришел сюда по своему выбору?" Из-за легкой одержимости Кевина голкипером Нил знал, что Эндрю изучал немецкий язык в старшей школе после того, как его выпустили из тюрьмы для несовершеннолетних и он переехал в Южную Каролину. Он был совершенно уверен, что Эндрю не говорит ни на одном другом языке. Кевин, к счастью, последовал его примеру и ответил по-французски: "—Если вы здесь, чтобы попытаться заставить меня вернуться…" "—Ты не центр моей вселенной, Кевин. Мне плевать, что ты делаешь" "—Что ты скажешь Рико, когда вернешься?" "—Ничего. Я не вернусь." Кевин замолчал. "— Если ты не вернешься в Гнездо…" "—Я не собираюсь возвращать себя в клетку." Эндрю лениво перевел взгляд с них двоих и сказал: "— Мне скучно. Лети домой, птичка, тебе здесь не место. Мы уходим, Кевин." Паника подступила к горлу Нейла, но он заставил себя не шевелиться и проглотил свои слова. Он ни у кого не стал бы просить о помощи, не говоря уже о лисе. Кевин выглядел более расстроенным, чем Нил, что было удивительно. "— Мы не можем просто так бросить его, Эндрю. Давайте отвезем его к Ваймаку на ночь, а утром разберемся." Эндрю протянул руку и сунул руку в воротник пальто Кевина, используя его, чтобы притянуть лицо Кевина немного ближе. "—Не будь сентиментальным идиотом. Это усложняет сохранение вашей жизни." "—Но..." "—Мне просто нужно где-то переночевать. Я уйду утром." —Нил прервал их Эндрю оглянулся, все еще держа Кевина за воротник, и посмотрел на Нила почти весело. Веселье заставило Нила чувствовать себя неловко. Никогда не было хорошего дня, когда Рико смеялась. "—Ты же не собираешься уговорить меня вернуться с тобой?" — спросил Кевин, сузив глаза. "—Нет" Эндрю усмехнулся. "—Хорошая попытка трюка. Ставлю три звезды из пяти. Скажи Рико, чтобы в следующий раз старалась больше, ладно?" Нил ощетинился, но снова обратил внимание на Кевина. "—Ты поможешь мне или нет? Это простой вопрос, и я предпочел бы получить ответ раньше, чем позже." Кевин и Эндрю обменялись взглядами, а затем Кевин сказал: "—Садись в машину. Мы идем к Ваймаку." Нил последовал за ними к машине и забрался на заднее сиденье, а двое других сели впереди. В салоне пахло кожей и сигаретным дымом, а сиденье было намного мягче, чем в автобусе. Двигатель зарычал, когда Эндрю повернул ключ в замке зажигания. Кевин прислонился к окну на пассажирском сиденье, а Эндрю включил передачу и вырулил на дорогу. Нил прижался к двери, когда Эндрю слишком резко повернулся и посмотрел ему в затылок. Кевин повернулся, чтобы оглянуться на него, и указал на повязку на лице. По-французски он спросил: "—Почему ты скрываешь свой номер?" "—Он отвалился" Кевин раздраженно цокнул языком. "—Отлично. Будь таким. Послушай, однако, тренер не знает, что он мой отец. Я был бы признателен, если бы ты не упомянал об этом, пока находитесь в его доме." Нил перевел взгляд на умоляющее выражение лица Кевина и почувствовал лишь горячий клубок гнева, сжимающийся в его груди. Единственная причина, по которой Кевин сбежал из-за этого жалкого оправдания команды экси, заключалась в том, что он знал, что тренер Ваймак был его биологическим отцом, а теперь он даже не мог сказать ему правду. Как совершенно жалко "— Я не хочу ничего говорить" — пренебрежительно сказал Нил, отвернувшись к окну. Капли забрызгали стекло, и некоторые из более крупных капель расплывчатыми линиями побежали вниз. В городе было темно, если не считать светящихся неоновых вывесок и уличных фонарей. Несколько групп студентов бродили по тротуарам, громко смеясь, пытаясь удержать друг друга в вертикальном положении. Машин на дороге было немного, что позволяло Эндрю ехать так быстро, как ему хотелось. Все было не так, и Нил не знал, что делать. Он был измотан и больше всего на свете хотел проснуться в своей постели и обнаружить, что все это был сон. Он тяжело сглотнул и мысленно отступил от паники, поднимающейся в его груди. Он найдет способ пережить это. Он что-нибудь придумает. У него не было выбора.