Записки суицидника

Его уже не впервые посещают подобные мысли. Сначала это было так редко, что Рэки не придавал этому значения. Потом всё чаще, раз в неделю, раз в три дня, а теперь это нечто обыденное. Каждый день, каждый, и по нескольку раз среди школьной рутины появляется: "Что будет, если я умру?" Наблюдая очередной раз, как Ланга покоряет новые вершины, сердце болезненно сжималось. Зависть, гнев, обида, Хасегава настолько круче? Сноу за все свои прыжки ни разу не пошатнулся, ни разу не упал, и подлетал всегда высоко. Рэки и близко не дотягивает до его уровня. Почему же Ланга настолько лучше меня? – интересовался сам у себя Каян, – настолько, я и близко так не могу.       – Можешь ещё раз показать этот трюк? – спросил Рэки, сверля взглядом друга. Он имел ввиду тот же прыжок, что Сноу сделал несколькими секундами ранее. Разогнаться, заехать на трамплин, по стене на столько высоко, насколько возможно. Ланга запросто доставал до звездочки, что нарисована около пяти метров над землей. Долго уговаривать Хасегаву не пришлось, запросто повторил все свои действия. Глаза были полны восторга, а на устах теплая улыбка. Рэки слегка покраснел, и тут же отвел взгляд. Уже закат, нужно домой, а там и уроки делать, и, наконец, за долгое время нормально поесть. Он не устраивал какую-то голодовку, просто ему хватало куска хлеба на день вперед. Больше ничегошеньки в горло не лезло. Даже стакан воды еле осиливал. Сейчас же, вдоволь накатавшись, Рэки был уверен, что и слона съест. С Лангой шли разными дорогами, Каян в предвкушении горячего ужина, даже не чувствовал, как уже валился с ног. Но стоило ему появится на пороге дома, когда в нос ударил манящий запах только что пожаренной курицы и рисом, как желудок скрутило. Тошнота подступила к горлу, его улыбка искривилась в отвращении. Он тут же прикрыл рот рукой и быстро побежал в ванную, и словом не успел обмолвиться. Не желая, чтобы его видели, он тихо закрыл за собой дверь. Нервно глотнул, зарыв ладони в волосы, сжал у корней, сдерживая кашель. Когда Рэки уже вышел из ванной, с видом брошенной собаки, тут же улыбнулся, словив на себе взгляд матери.       – Я и не услышала, когда ты зашел. Руки уже вымыл? Садись за стол. Масаэ поставила ещё одну тарелку доверху заполненную рисом, когда сын сел за свободное место, и легонько погладила его по голове.       – Рэки, мы уже заждались! – сказала Коёми и весело усмехнулась, – бери больше мяса, а то выглядешь, как побитый щенок. Девочка заботливо положила брату ещё немного курицы из своей тарелки, и выжидательно смотрела на парня.       – Спасибо, но я не голоден. – Рэки ласково улыбнулся и взъерошил волосы сестры. Та с недоумением смотрела на него, а Масаэ лишь качала головой.       – Ты ведь ничего не ел. – сказала женщина.       – Всё в порядке, мам. – утверждал Каян, взяв ломтик хлеба со стола, и поспешно ушел в комнату.       – Рэки! – крикнула ему в след Коёми.       – Я в порядке! Его желудок был пуст и полон одновременно, так что фактически, ложью это не было. Я в порядке – парень заперся в комнате, его глаза заслезились. Поняв, что по щеке скатилась слеза, он сморщил нос. Он достал телефон, от яркого света сощурил глаза. На форуме S очередная новость про Хасегаву. "Сноу велеколепен!" и прикреплено фото с каким-то безумным трюком Ланги. Я такой никчемный на его фоне – думал Рэки. На полу нашел какую-то ручку, черную ручку, которую он считал давно потерянной. Всё-таки в его комнате можно найти одновременно всё и ничего. Каян откинул крышечку и расписал ручку на ладони. На удивление, она хорошо пишет. Рэки сильно надавливал, от чего появлялась раздражительная и в тоже время приятная боль в ладони. Когда чернота руки начала заметно бросаться в глаза, Каян опомнился. Он быстро начал стирать чернила, но это не помогало. Поняв, что так просто от ручки ему не избавиться, он лишь вздохнул, и на единственной чистой части кожи написал "всё в порядке". Прохладный ветер залетел через открытое окно, и парень взглянул в ту сторону. Слегка расслабившись, он тут же схватил скейт, что валялся рядом, и подошел к столу. Поднялся по нему, как по ступеньке и выпрыгнул из окна. Хотя сил не было даже стоять, Рэки вернулся к тому месту, где они разошлись с Лангой. Было достаточно светло, чтобы разглядеть дорогу, фонари освещали весь путь. Я просил повторить его тот трюк уже более десяти раз. И каждый раз Ланга был безупречен. – думал Каян. Он делал всё то же самое, что и Сноу. Разогнался, взлетел, но всё ещё не дотягивался. Упал спиной на какой-то камень и тихо вскрикнул от боли. Уставившись на мост над собой, в голове крутилась лишь одна мысль: Зачем я живу?