Опыт богов

Примерно через час Фшух оставил стадо и поспешил дальше. Солнце светило уже со спины и постепенно близилось к западной земле, хотя до сих пор стояло довольно высоко и нещадно пекло, из-за чего заяц и грызун предпочитали пробираться кустами и зарослями. И всё-равно от собственного меха было душно и приходилось постоянно держать рот открытым. «Водички бы, если не мне, то хоть Топтуну» - подумал Фшух, вытягивая голову над травой и оглядываясь. Между холмами блеснула голубая лента и радостный наездник направил скакуна туда. Ручей был спокойнее прошлого, но зато куда шире, и его можно было называть речкой. Фшух, хоть его рот и запылал в предвкушении влаги, сохранял осторожность - на водопой идёт не он один. На поверхности ручья резвились водомерки и жуки-плавунцы. В хрустальной воде, среди колышущихся водорослей, плавали головастики и рыбки. Через заросли камыша и осоки к берегу прорывались травоядные. Целое стадо тучных зелёных голубей скопилось у одного берега. Кто-то неуклюже переваливался у водяной кромки, кто-то заходил в ручей почти с головой и хорохорился, дабы помыть перья. Ещё не оперившиеся птенцы держались подле матерей, чей окрас цвета сухой травы контрастировал с ярко-зелёным блестящим оперением самцов. С другого берега подошли, величаво вышагивая, царские лани. Могучий старый самец опустил голову с четырьмя крючковатыми рогами и неспешно начал пить. За ним показались несколько самок - поменьше и без рогов, но всё-равно внушительные звери. Фшух и Топтун выбрались на несколько десятков шагов ниже по течению, дабы не провоцировать «соседей». Заяц тут же принялся жадно лакать. Грызун же же снял шлем из ореховой скорлупы, наполнил его водой и стал пить медленными тягучими глотками. Вода, обычно безвкусная, теперь казалось сладкой и веселила не хуже алкоголя. Фшух размышлял: «Всегда нужно то, чего нет. Сейчас хочется прохлады, а зимой захочется тепла. Сейчас приятно от влаги, а осенью приятнее будет в сухой норе. За завтраком аппетит ещё может не разыграться, а к обеду уже не терпится поесть.» От причитаний его отвлёк смутно знакомый металлический привкус в воде, когда он зачерпнул второй раз. Глянув на ручей, Фшух заметил блёклые красноватые разводы на воде, утекавшие с течением. Он повернулся к животным на водопое и прищурился. Дальше, за насторожившимися голубями и ланями, лакала воду травяная лиса. Её морда была испачкана в крови добычи. Даже издалека было видно, насколько силён и опасен этот хищник. Широкие челюсти с толстыми зубами могли бы размолоть череп Фшуха, а обвитые мускулами лапы были толщиной с тело грызуна. «Хорошо - значит она уже поела, а другие хищники на территорию травяной лисы не заходят. Нам в другую сторону, так что ближе подъезжать не придётся. Потом будет, что младшим рассказать.» - отметил грызун. Топтун утолил жажду и принялся есть траву, не сводя косого взгляда с хищника. Фшух съел последнюю ореховую булочку, но аппетит не угас. Тогда он нарвал растущих рядом клеверов и сжевал сладковатые листья. «Надо было позавтракать посытнее, мяска бы ещё» - вслух пробормотал он и аккуратно подошёл к самой воде, стараясь не делать резких движений. Вот один крупный головастик подплыл достаточно близко и остановился. Взмах лапы, всплеск воды и вот добыча уже извивается, зажатая в когтистой лапке. Фшух немного помедлил, не привыкший к такой еде, но потом решился и откусил головастику голову, а потом и доел остальное. Вкус трудно было конкретно описать, но добытчик остался доволен.