Сердце феникса

Звание «внука мага из Команды Света» с течением времени начало казаться Гелии клеймом, нежели привилегией. В детстве он, может, и гордился своим родством с Саладином, но после поступления в Красный Фонтан его мнение кардинально поменялось. Это стало его личным проклятием и тяжёлой ношей, которую он с трудом нёс в одиночку. Внук Саладина — прилежный и умный мальчик. Он сильный и способный ученик. От него ждут тех же высот и достижений, что и от дедушки. Он верный приверженец Света. Он никогда не хамит и никого не обижает. А если обижают его... то молча проглатывает это. Ведь отпор ему давать нельзя — это может плохо закончиться. Но что, если отпор даст за него кто-то другой? До сегодняшнего дня Гелия не задумывался об этом. Юноша и опомниться не успел, как его друг уже замахивался кулаком на одного из ребят с параллели, приставших к нему, когда как он сам застыл в немом изумлении, не в силах пошевелиться. Специалист отмер лишь тогда, когда осознал, что дерущихся парней нужно размять, пока не стало слишком поздно. — Мрази тупые... — рычал Ривен, сидя у Гелии в комнате. Молодой человек аккуратно обрабатывал ему ссадины на лице, пока тот тихо материл задир сквозь зубы. Сам Гелия помалкивал, досадливо кусая губу и стараясь не смотреть другу в глаза — чувство вины сжирало его за то, что сокомандник пострадал. — Прости... — тихо произнёс он, наклеивая пластырь на щеку Ривена. — Тебе так досталось из-за меня... — Забей, — отмахнулся тот. — Ты ни в чём не виноват. Но Гелия знал: виноват, ещё как виноват. — Лучше скажи мне, — спустя полминуты специалист снова подал голос, — почему ты не вдарил им как следует? Силы у тебя имеются, постоять за себя умеешь... Гелия ненадолго замер, а затем отстранился от парня и опустил голову. Ривен недоуменно уставился на него, не понимая, что могло вызвать такую странную реакцию. Длинноволосый юноша судорожно вздохнул и вернулся к обработке ран — нужно было заняться ещё и руками, ведь в драке друг разбил костяшки. — В прошлый раз... это ничем хорошим не закончилось, — очень нехотя признался Гелия. — Это почему же? — Ривен усмехнулся. — Ты их чуть не убил, что ли? — уголки его губ тут же опустились, когда Гелия затравленно взглянул на него. Молодой человек опешил и невольно выдал: — Блять, серьёзно?.. — Да. Внук Саладина — верный приверженец Света. А ещё в его сердце хранится тьма — опасная и могущественная. О ней никто, кроме него и дедушки, не знает. И не должен знать. Поэтому Гелия буквально вынужден давить её внутри себя и усиленно контролировать каждый свой шаг, иначе это плохо закончится для всех, но в первую очередь — для него самого. Саладин с детства пугал его тем, что его схватят и запрут навечно, если он хоть кому-то явит свою настоящую природу. Вот и приходилось загонять себя в рамки. Он сорвался лишь однажды, когда ему угрожала опасность. Сокурсники завидовали ему и его успехам: Гелия всегда добивался высоких результатов и оценок собственными стараниями, но эти ребята считали, что ему всё доставалось по блату. Они не видели и не знали, что с юноши, как с внука директора Красного Фонтана, требовали больше, чем с остальных студентов. Однажды они зажали беднягу с целью проучить «выскочку». Гелия не знал и не хотел знать, что с ним собирались сделать, поэтому пытался защититься. В итоге он потерял контроль над тьмой внутри себя и чуть не убил своих сверстников. Саладин был ужасно разочарован и сильно ругал его, не внимая тому, что это была самозащита. Инцидент удалось замять, и всё обошлось без серьёзных для Гелии последствий, но дедушка прямо намекнул ему, что Красный Фонтан ему нужно покинуть, пока всё не уляжется. И Гелия ушёл. На год. Это был ужасный период: всё это время он жил со жгучим чувством вины. Юноша стыдился произошедшего и корил за это себя, ненавидел своё существование и иной раз даже подумывал перечеркнуть жизнь на корню. Степень самоненавести и страха своего истинного «я» достигла апогея, когда молодой человек в результате решил изолировать себя ото всех. Гелия думал, что сойдёт с ума от одиночества, но не ожидал, что несколько месяцев вдали от академии пойдут ему на пользу. Медитации успокоили душу и разум и помогли прийти в себя. Рисование стало отдушиной и способом отвлечься от гнетущей реальности. Восстановившись и отдохнув, специалист смог вернуться в Красный Фонтан. Завёл друзей, нашёл любовь и, казалось, наконец обрёл долгожданное счастье. О произошедшем год назад он практически забыл. А вот его обидчики — нет. Они помнили обо всём очень-очень хорошо и, узнав о его возвращении, вознамерились отомстить. Гелию снова подловили и завели в безлюдное место — всё было в точности, как в прошлый раз, вот только... юноша не смог ничем им ответить. Он боялся потерять всё, боялся снова остаться один, поэтому попросту не стал сопротивляться и сдался, покорно отдав себя на растерзание. Угроз парень наслушался: его хотели избить, обкромсать ему волосы — и это ещё самое мягкое. Гелия же не смел сказать и слова против: он молча слушал, досадливо поджав губы и опустив взгляд. Внук Саладина — хороший и скромный мальчик. Он защищает свет и прячет тьму внутри себя. Такова его плата за существование. Такова его ноша, с которой он уже почти не справляется...

***

Гелия невольно вздрогнул, закрыл глаза и тяжело вздохнул. И почему он вспомнил об этом именно сейчас? Ему казалось, что болезненное прошлое осталось далеко позади, но, похоже, это было не так: годы постоянного давления отпечатались на нём и давали о себе знать по сей день. Окидывая взглядом Красный Фонтан и стоя на опушке леса неподалёку, молодой человек на секунду вновь почувствовал себя тем маленьким ребёнком, с которого постоянно лишь только требовали, требовали непостижимо много, но взамен порой ничего не давали. Вспоминая обо всём этом, Гелия нахмурился. Ненависть к этому месту у него только возросла — академию хотелось стереть с лица земли уже сейчас, не взирая на отсутствие ядра. Мысль об этом была так приятна и сладка... ах, как же ему не терпелось приложить свою руку к разрушению всего того, что нерадивый дедушка отстроил с таким большим трудом! — Я чувствую твою решимость, — подал голос Валтор, усмехаясь. — Не стоит торопить события, мой феникс. Великие дела подождут, первым делом нужно вернуть ядро. Неизвестно, как твоё тело отреагирует на воссоединение с ним — всё же ты долго пробыл без него. — Ты думаешь, что всё закончится плохо? — Гелия удивился. — Нет, но учитывая твою реакцию на мою энергию, — волшебник довольно сощурился, наблюдая за стремительно краснеющим юношей, — произойти может всякое... — Х-хватит, давай не об этом!.. Не сейчас хотя бы... — смутился бывший специалист, снова обращая свой взор на Красный Фонтан. — Наша цель сейчас совершенно другая. — Как скажешь, — Валтор приник к нему сзади и приобнял за плечи, не удержавшись от порыва ласки. — Ты помнишь наш план? — Да, — Гелия, поддаваясь всё тому же порыву, прижался к широкой груди мужчины. — Ты устраиваешь заварушку в Магиксе, отвлекая внимание, а я — проникаю внутрь. — Славно, — мурлыкнул маг, кончиком носа проведя по его шее. — Есть предположения, где твоё ядро может находиться? — Пожалуй, да, — молодой человек о чём-то задумался. — Дед... То есть, Саладин говорил, что у Красного Фонтана есть что-то вроде «сердца», и что он мне его покажет, когда придёт время... Думаю, что моё ядро там. — Интересно, — Валтор хмыкнул. — И где же находится это «сердце»? — Мне кажется, я пойму это, когда окажусь внутри, — ответил Гелия, погружаясь в воспоминания. — Иногда, идя по Красному Фонтану, я чувствовал присутствие некой энергии... Меня словно тянуло к ней, но я не мог понять, что это и откуда исходило... — он тихо вздохнул, прикрыв глаза. — Поверить не могу, что всё это время оно находилось так близко... А я об этом даже не подозревал... — Не думай об этом, — чародей выпустил его из объятий и развернул лицом к себе. Он аккуратно приподнял юношу за подбородок и заглянул в его серые печальные глаза. — Думай о том, что скоро твоё ядро к тебе вернётся... И тогда мы вместе сможем достичь небывалых высот. Всё Волшебное Измерение встанет на колени перед нами... Горящий взгляд и манящий шёпот Валтора придали Гелии ещё больше решимости. Он сжал кулаки и уверенно кивнул, соглашаясь: — Верно... верно, ты прав. — Умница, — напоследок мужчина оставил на его губах поцелуй. Лёгкий и нежный, с намёком на нечто большее в будущем. — Ну всё, иди. Будь осторожен, феникс мой... и неистов. Покажи им, насколько опасным ты можешь быть.

***

«Поэтому... и не стал защищаться. Я... я просто не могу, понимаешь? — Гелия свёл брови вместе, рвано вздыхая. — Если бы попытался — снова пришлось уйти...» «Не можешь ты, но... могу я.» «Что? — Гелия поднял взгляд и поражённо уставился на Ривена. — Подожди, о чём...» «О том самом, — парень усмехнулся. — Не можешь ты, значит, смогу я. Буду стараться защищать тебя. Обещаю, никто тебя больше и пальцем тронуть не посмеет.» — Обещаю... ага, блять, как же, — тихо процедил специалист сквозь зубы. Вот уже как несколько дней Ривена не покидала мысль, что друг из него крайне херовый. Ему казалось, что от своих бывших сокомандников он мало чем отличался: бросил Гелию здесь одного и свалил к себе на родину разгребать свои проблемы. Проклятье, да эта тошнотворная бумажная волокита могла бы и подождать! Ривен должен был остаться здесь, в Красном Фонтане, и защитить своего друга, не дать его забрать! Он же обещал!.. Но нет. Он уехал, и в результате Гелию повязали и увезли чёрт знает куда. Даже сейчас, после побега, его местоположение оставалось неизвестным, сколько бы усилий поисковая и охранная службы Магикса не прикладывали. С одной стороны Ривен радовался этому, ведь парень находился на свободе, но с другой... что, если нет? Что, если его похитили какие-то подонки, желающие использовать столь мощную силу в своих интересах, и Гелия был в плену у них? Сомнения терзали специалиста и не давали ему покоя. Одно время он даже порывался бросить академию и отправиться на поиски пропавшего друга, но быстро отбросил эту затею. Ривен понятия не имел, откуда ему начинать и куда вообще идти. А что, если Гелию в итоге никто не схватил, и тому удалось скрыться? Тогда его поиски только навредят ему — Саладин наверняка постарается организовать слежку, чтобы выйти на своего внука. Ну уж нет. И всё равно от бездействия и неизвестности Ривен буквально изнывал. Он не знал, где находился Гелия, и не понимал, что ему делать. Чувство полной беспомощности сводило его с ума. Он херовый друг. Крайне херовый друг. — Ривен? В комнату постучались, и Ривен наконец-то вернулся в реальность. Молодой человек помотал головой и присел на кровати, отвечая: — Входи. Дверь приоткрылась, и внутрь заглянул Рохан — новый сокомандник. Ребята из команды, куда перевели Ривена, оказались довольно неплохими, но с ними он сближался — не хотел повторять болезненный опыт после произошедшего. Парни попытались, конечно, но навязываться не стали и решили поддерживать чисто нейтральные отношения — за это он им был благодарен. — В чём дело, Рохан? — Саладин вызывает всех в главный холл. Говорят, в Магиксе что-то стряслось. — Да блять, — Ривен обречённо простонал. — А мы тут причём? В ответ Рохан неловко улыбнулся и лишь пожал плечами. Делать было нечего — пришлось спускаться, чтобы хотя бы выяснить, что вообще происходит. Как оказалось, ничего хорошего: освободившийся из Омеги Валтор, о котором он слышал от своих бывших друзей, нагрянул в Магикс и учинил в городе настоящий хаос, магией призвав каких-то жутких тварей. Помощь юношей из Красного Фонтана была как нельзя кстати — нужно было эвакуировать жителей в безопасное место и разобраться с монстрами. Ривен еле сдержался, чтобы не выругаться вслух при всех, но всё же прошипел лишь тихое: «Да какого хуя, почему опять мы?!». Правда, почему с тёмным волшебником, наводившего ужас на всё Волшебное Измерение, должны разбираться ребята, которые ещё даже не выпустились из академии?! Чем вообще занималась местная система безопасности, раз полагалась на помощь школьников? Парень, конечно, понимал, что в будущем им всем предстояло заниматься чем-то подобным, но вашу ж мать! Кое в чём, впрочем, Ривену повезло: его и нескольких других специалистов оставили для патруля Красного Фонтана — на случай, если творящееся в Магиксе окажется отвлекающим манёвром. Молодой человек выдохнул и пожелал новым сокомандникам не сдохнуть. Те, благо, были ребятами с юмором (в отличие от некоторых), посмеялись и в ответ пожелали того же самого. На этом удача оставила Ривена — его поставили в пару со Скаем. Он еле сдерживал свой внутренний порыв снова высказаться белобрысому принцу по самое «не хочу», но не стал этого делать — хватило того, что случилось в день приезда: молодые люди чуть не подрались. Специалисты украдкой прожигали друг друга взглядами, пока не разбрелись патрулировать каждый свою территорию. На никудышного «лидера» Ривен злился больше всего: Скай при своём положении мог бы и подключить все имеющиеся полезные связи и вытащить Гелию из лап кровожадного правосудия, но делать этого почему-то не стал. Неужто злился на прошлого Феникса за то, что тот протянул свои ручонки к его ненаглядной Блум? Но ведь Гелия с ним никак не связан! Он бы эту рыжую фею и пальцем не тронул при всём желании! Гелия вообще был мирным и тихим парнем, так почему же никто даже не попытался ему помочь?! Почему?.. Ривен тяжело вздохнул и устало размял переносицу: он чертовски устал, но продолжал снова, и снова прокручивать ситуацию у себя в голове, задаваясь бесконечными вопросами, не имеющих ответов, и поражаясь лицемерию нерадивых «друзей». Но самое печальное: ему чертовски не хватало Гелии... — Где же ты?.. — тихо задал вопрос он в пустоту. Ривен обходил периметр своей территории, ощущая, что нехорошее предчувствие усиливается. Что-то не давало ему покоя, и смутные негативные мысли оформлялись всё более чётко. Валтор прослыл очень коварным и хитроумным засранцем, которому не нравится пачкать руки. Его цель — накопление могущества, так что он тогда делает сейчас в Магиксе, терроризируя людей? Отвлекает внимание? Наверняка! Только почему его бывшие враги об этом не подумали?! Что Саладин, что Фарагонда наверняка хорошо знают Валтора и то, на что он способен. Почему бы не позаботиться про безопасность своих школ наверняка? Облачная Башня уже захвачена, остались Алфея и Красный Фонтан. И почему-то Ривену кажется, что фей оставят напоследок. Шорох в глубине коридора заставляет насторожиться. Нахмурившись, специалист идёт в ту сторону осторожно, бесшумно, скрываясь и прячась. Если это нападение, нужно вначале оценить силы противника и передать сведения, а уже потом лезть в бой, если вообще есть смысл: это намного серьёзнее, чем то, что было раньше. Тут он не может позволить себе безрассудно ввязаться в драку. Подобравшись поближе к месту, откуда слышались посторонние звуки, Ривен выглянул из-за поворота, чтобы посмотреть, кого вообще принесло, и поражённо замер. В глубине коридора стоял Гелия. Он немного отрешённым взглядом обводил стены вокруг и обнимал себя за плечи, как будто мёрз. Костюм светло-голубого цвета напоминал не привычные наряды, что обычно носил его друг, старомодные, но непременно изысканные, это уже было не ретро, это был винтаж, что-то из гардероба знати консервативных монархий Магикса: голубое пальто, белая рубашка с жабо, высокие тёмно-синие сапоги до колен с небольшим каблуком и голубые брюки. Передние пряди волос были сведены назад и закреплены изящной заколкой. В первую секунду Ривен выдохнул с облегчением: с Гелией всё в порядке! Его друг жив, и он даже здесь... Но потом специалист вспомнил о своих выводах и понял, что, по всей видимости, сейчас Гелия сотрудничает с Валтором. Это Валтор его освободил? Но что Гелия делает здесь? Если он пришёл разрушить эту школу... Ну и пусть. Но Ривену очень, очень нужно с ним поговорить. Выдохнув, он выходит вперёд, позвав друга по имени: — Гелия! Тот оборачивается, и его отрешённый взгляд вначале становится изумлённым и быстро наполняется эмоциями. К огромному сожалению Ривена, все они печальные. Грусть, тоска, боль — всё это видеть очень неприятно. — Ривен, — будто неверяще шепчет Гелия и проводит ладонями по плечам интенсивнее. — Что ты тут делаешь? Специалист удивлённо поднял брови и ляпнул в ответ: — Вообще учусь. А что? Гелия на такой ответ изумился не меньше него, а потом внезапно отвернулся и хихикнул, прикрывая рот рукой. Когда он повернулся к Ривену снова, в его глазах заплясали искорки веселья. — Это я знаю. — Тогда зачем ты спросил? — специалист развёл руками, чувствуя себя полным идиотом. Впрочем, если это поднимало Гелии настроение, то ладно, ему не привыкать быть полным клоуном. — Я имел в виду эту часть здания, — хихикая, пояснил Гелия. — Ах, это... — Ривен поморщился, чувствуя, что подступает неприятная тема. — Патруль. Ты... заодно с Валтором, да? В одно мгновение настроение его друга переменилось. Гелия нахмурился, складывая руки на груди, готовый защищаться. Теперь он был насторожен и закрыт. — Заодно. И что? Специалист выдохнул и сел на пол у стены. — Да ничего. Хорошо, если так. Если он или даже кто-то другой тебя спас... то хорошо, — Ривен перевёл дух, чтобы собраться с силами и наконец произнести то, что, наверное, не говорил никогда в жизни. — Извини. Я не сдержал своё обещание. Гелия сглотнул, глядя на своего бывшего товарища по команде. В самые тёмные, самые отчаянные моменты, когда он едва ли не с ума сходил в этой проклятой лаборатории, конечно, он винил и Ривена. Как и всех других, кто от него отвернулся. Особенно того, кто дал ему слово так не делать. Лишь позже, остыв и придя в себя, он начал тосковать. Когда разум прояснился, стало очевидно: даже будь его друг с ним прямо там, даже если бы он вступился, то что было бы дальше? Их бы обоих сгноили там, и Ривена бы уже никто не спас. Может, в моменте Гелии было бы легче, но глобально это бы ничего не изменило. А сейчас, видя то, как Ривен разбит произошедшим, юный феникс даже был рад в душе, что он был тогда далеко: этот упрямец просто сломал бы себе жизнь. А так повезло хоть кому-то... — Я не могу сказать, что мне было легко, — хрипло говорит Гелия, приближаясь. — И я не могу простить тебя сейчас, так как мои раны слишком свежи. Но я понимаю, что твоей вины нет. Он кладёт руку на голову Ривена в ласковом, успокаивающем жесте и взъерошивает его волосы, а специалист судорожно выдыхает, зажмуриваясь. — Можешь в принципе меня не прощать... Расскажешь, что было? Гелия садится рядом, и Ривен чувствует исходящую от него прохладу. Неудивительно, что ему холодно! — Я могу, — немного безразлично отвечает тёмный. — Но хочешь ли ты знать? — Конечно, хочу. — Это был... как оживший кошмар, — спустя небольшую паузу начинает Гелия, и Ривен вздрагивает. — Я оказался в лаборатории. Судя по всему, там изучают тёмных уже очень давно. Страшно даже представить, кто ещё пострадал от их рук. Они кололи мне какие-то препараты, душили, били током, и при этом постоянно отслеживали реакции моего тела. Меня называли «особым экземпляром», — грустно усмехнулся юноша. — Я думал, что умру; я надеялся на смерть, если честно. Но вместо этой леди ко мне пришёл Валтор. — Почему он решил спасти тебя? — спросил Ривен. От услышанных ужасов у него поползли мурашки по коже. — Мы с ним родственные души, — тепло ответил Гелия, расслабившись. На его губах тут же расцвела мечтательная улыбка. — Я чувствую его, а он меня. Даже на расстоянии. Если бы у меня в детстве не забрали магическое ядро, мы бы оба узнали об этом раньше. А так... он смог почувствовать меня лишь недавно, из-за того всплеска магии, и как только нашёл, сразу забрал. — Он не обижает тебя? — Это как вредить себе, — покачал головой Гелия. — Нет, напротив. Он очень заботлив, нежен и ласков... Его щёки порозовели от немного смущающих воспоминаний. — Ага, — ехидно фыркнул Ривен. — Что?.. — Сладкая парочка. — Прекрати! — румянец Гелии стал гуще. — Да ладно. Вообще я рад, что... у тебя всё неплохо. — Относительно. Возможно. — Так, а что ты делаешь тут? Взгляд Гелии мгновенно ожесточился. — С каким удовольствием я бы отомстил этой школе, ты себе не представляешь, — выдохнул он. — Школе и дедушке... Но, увы, я не могу. Я слишком слаб. А всё потому, что когда-то давно у меня забрали очень, очень важную вещь... Даже можно сказать, часть меня. Если её не вернуть, я умру. Понимаешь? Ривен мгновенно собрался. — Уж не дурак. Не настолько... Эта вещь здесь? — Я чувствую это, — Гелия подскочил и посмотрел в тупик коридора, у которого они сидели. — Оно здесь. И мне ничто не помешает. — Уверен? Гелия дёрнулся и обернулся. — Скай? — Ривен поднялся. — Ты себя пиздец как переоценил. Ты даже гусенице ползать помешать не сможешь, ничтожество. Принц Эраклиона стоял, поджав губы, и смотрел на обоих бывших друзей с явным презрением. В его руках был зажат лазерный меч. — Ты всё-таки был с ним заодно, — с обвинением обратился он к Ривену. — И? — тот не повёл и бровью, не собираясь ничего отрицать. Много чести, перетопчется. — А говорил совсем другое! — А ты когда-то клялся в вечной дружбе. Ну что, сразимся, как два пиздабола? Хотя Скай уже вытащил оружие, но резкий выпад Ривена, успевшего активировать меч в мгновение ока, всё же застал его врасплох. «Спасибо», — подумал с грустью Гелия, прикосновением заставляя стену задрожать и рассыпаться в пыль. Крик феникса — и вправду мощная магия, но думать об этом времени уже не было: юноша прошёл в скрытое от чужих глаз помещение и осмотрелся...