Неравная правильная любовь

      Чонгук с трудом разлепляет глаза, медленно отходя от крепкого сна. В кабинете темно, только тонкие горизонтальные линии света проходятся через ролл-шторы. Проводит рукой по своей груди, переходит к спинке дивана и хмурится. Тэхёна нет.       Одевшись, поднимается на ноги, смотрит на пол, где нет разбросанных вещей Кима, на стол, где не было даже намёка на то, что тот мог сидеть за ним и что-то делать, и на дверь. Тянет ручку вниз, и она с лёгкостью открывается. Ступает бесшумно в раздевалку, прикрыв виднеющуюся оголённую грудь остатками разорванной рубашки. Переодевается в свою одежду, приводит себя в порядок и выходит на поиски. На кухне никого, как и в зале — рабочий день ещё не начался. Смотрит на часы. Половина десятого утра.       Попив воды, Чонгук снова возвращается в кабинет Тэхёна. Он не может понять, куда тот мог уйти и почему оставил его, даже не предупредив. Как же жаль, что телефона нет, а Чимин придёт неизвестно в какое время. Просто так сидеть и ждать — тоже не вариант, поэтому Чон забирает свою сумку и едет домой. Уже год они живут вместе в квартире Тэхёна. Она расположена недалеко от ресторана, в одном из элитных жилых комплексов. Панорамные окна открывают обширные городские виды, за которыми любит наблюдать Ким. Чонгук разувается в прихожей и проходится по всем комнатам, надеясь увидеть старшего, но и здесь его не оказывается.       Берёт ноутбук, открывает нужную социальную сеть и пишет Тэхёну сообщение.       Был в сети сегодня в 03:23 ночи.       В это время они уже засыпали. Теперь ситуация становится более загадочной и странной. Куда он мог уйти?       Кому: Тэхён       Милый, ты где?       Вибрация телефона вырывает из ступора и лёгкого шока, когда, зайдя в кабинет Сомина, Тэхён застаёт там ещё и своего отца. Парень открывает уведомление, и сердце обливается кровью, в груди щемит.       Чонгук. Он его не предупредил. Быстро собрался и поехал, пока не стало поздно. Сам будет проблемы решать, сам будет разбираться со своей семейкой, но никогда не подпустит своего парня к ним.       — Что ты здесь делаешь?       Ким проходит дальше и садится напротив отца, глядя на его хитрую улыбку. Они давно перестали вести себя как родные люди. Больше походят на знакомых, явно не желающих иметь друг с другом ничего общего.       — На смотрины пришёл. А где же твой молодой человек? — Тэхён прищурил глаза, сжимая руки в кулак.       — Оставь меня и Сомина наедине.       — Больно наглым ты стал, сынок.       Парень только фыркнул, закатил демонстративно глаза и полностью обратил свой взор на Лима, что вальяжно сидел на своём кресле и с интересом наблюдал за ними.       — И что это было? — Ким недоволен и зол, эмоции не выражают ничего более, кроме холодности, и подобное притягивает мужчину, что он готов прямо сейчас наброситься на него и не отпускать.       — Что именно? — тот улыбался, забавлялся. Стремится раскрыть некогда скрытного Кима и увидеть его все потаённые стороны, ибо ему наскучили их короткие, бессмысленные разговоры.       — Решил взять пару уроков у моего отца и тоже начал лезть в мою жизнь?       — Поверь мне, я стал лезть в неё ещё с самого начала. Мне казалось, ты куда умнее многих богатеньких наследников, однако я ошибался.       — Говори прямо.       — Ты для меня был загадкой, Тэхён, — Сомин положил локти на стол, чуть придвинувшись ближе, и смотрел прямо на парня хищным взглядом. Видит и покрасневший след на его шее, отчего мышцы напряглись, а внутри разгорелся пожар. Смотрит на вчерашний образ. Значит, не ночевал дома. — Ты прекрасно себя скрываешь, мне не удалось о тебе узнать ничего личного. Признаюсь, заниматься этим я стал задолго до решения о нашей помолвке.       Лим потянулся к каким-то бумагам, лежащим на его столе, и небрежно подал Киму, хмыкнув.       — Биография твоего любимчика Чона. Ну и партию ты выбрал для себя, Тэхён. Даже жалко тебя.       Парень читает не биографию Чонгука, а возбуждённые уголовные дела на его имя.       — Ты знаешь о его прошлом. Расскажу твоему отцу, — Лим повернул голову к господину Киму, но часто поглядывал на парня, не смея себе отказывать в наблюдении за жертвой, что начинает терять свою наигранную холодность. — Чонгук рос в бедной семье. Воспитывала мать, отца не было. Остался сиротой в четырнадцать лет, передали на воспитание к своему дяде, но быстро сбежал от него из-за плохих условий. Тогда началась его самостоятельная жизнь. Работал на многих работах: официантом, таксистом, грузчиком и так далее. Часто ловили на воровстве, отчего работодатели не принимали его на работу. Приходилось рисовать на улице и зарабатывать. Наверняка ангелы сжалились над ним, потому что его встретил бывший одноклассник — Пак Чимин. Предложил работу в своём ресторане и таким образом он оказался здесь. Увидел лакомый кусочек в лице вашего сына и сразу прижался к нему.       — Закрой свой поганый рот! — Тэхён не выдержал. Бросил несчастные бумаги в сторону и встал с места. — Только посмей что-нибудь сказать ещё…       — Или что? — насмехается Сомин. — Что ты мне сделаешь, Тэхён? И, вообще-то, я не договорил. Так вот. Крал Чонгук с умом, но вот нажил себе серьёзных врагов, — Лим тяжело вздохнул, словно ему было жаль парня, однако позже он засмеялся. — Думал, переехав в Сеул, его никто не найдёт? Глупый такой. Я знаю, Тэхён, ты скрыл все подробности его прошлого, но в моих руках власти больше, чем у тебя, поэтому могу с лёгкостью это дело поднять. И тогда у твоего любимого начнётся весёлая жизнь за решёткой. Ты хочешь этого?       Сомин знает ответ, специально давит. А Тэхёну кажется, что он падает в пропасть, где больше не будет света. Будет боль. Дикая и отчаянная боль.       — Не порть жизнь мальчику, Тэхён, — закончил Лим. От прежней холодности Кима не осталось ничего. Он с опущенной головой глядел в пол, снова сел в раздумьях, сложив руки в замок. Чувство превосходства заполняет всё нутро Сомина приятными мурашками, хочется открыть окно и прокричать на всю улицу о своей победе.       — Что ты хочешь от меня? Почему именно я? — вопрос, на который он долгое время не знал ответа. Карие глаза, полные безысходности, устремляются на ещё одного присутствующего. — А ты? Молчишь как партизан. Только умеешь смотреть на то, как твой сын падает, и не идёшь помочь.       — Делаю я это, потому что ты можешь испортить себе жизнь. Ничего хорошего твоё окружение тебе не даст. Перестань ныть и наконец возьмись за голову, — каждое произнесённое им слово словно яд вонзается в кожу и пожирает все живые клетки, омертвляет их.       — Тэхён, ты мне небезразличен. Обаятелен, красив, неприступен, местами глуп и наивен. Не скрою один секрет — это я предложил твоим родителям наш брак. Во благо нам.       — Сволочь. Да пошли вы все! — бросил Ким, даже не смея перед уходом смотреть на их лица. Неожиданно останавливается у двери, поворачивается и показывает средний палец.       — Решишь сбежать со своим любовником, крупно пожалеете, — суровый тон голоса отца заставляет вздрогнуть, застыть на месте. — Подумай, прежде чем глупить.       Дверь громко хлопнула, и Тэхён быстрее убегает из этого здания. Садится в свою машину и уезжает.       Предательство со стороны родителей, раскрытие гнилой личности Сомина и удушающие угрозы. Чёрт возьми, как ему тошно. Его снова скрутили, повязали, насильно потащили в клетку. Весь мир в один миг встал против него. Как же надоело… Мысль о том, что ему никогда не удастся избавиться от семейного гнёта, заставляет сердце сжаться до болезненных коликов, а тело — дрожать. Исчезнуть бы раз и навсегда, однако есть тот, кто ждёт его. Кто любит. Кто ценит. Кто оберегает.       Чонгук.       Он не заслужил. Демоны из жизни Кима не дадут ему покоя. Тэхён не уберёг самого важного, и теперь мучиться с последствием суждено ему одному.       Резкий шум сигнала машины и парень вздрагивает, замедляется и сворачивает к обочине. Не обращает внимания на замечания водителей. Прислоняется лицом к ладоням, держащим руль. Силы уходят, и руки опускаются.

***

      — Тэхён!       Не успел Ким закрыть входную дверь за собой, как его прижали к себе и обняли сильные руки. Чон поглаживает спину старшего, касается губами холодного лба, шепчет о том, как он волновался.       — Как же ты меня напугал, милый мой. Что с тобой? Что случилось? — Чонгук посмотрел на его заплаканное лицо. Взгляд опущен, а сам парень лишь сжимает ткань футболки на груди младшего. Тот не успел ничего понять, когда Тэхён буквально рухнул на колени.       — Прости меня, пожалуйста! Прости… я не смог… не успел.       Душа приобрела хоть и временный, но родной для неё покой. Крепкие объятия Чонгука окутывают Тэхёна, защищают от окружающего мира. Они покачиваются слегка, старший улавливает тихий голос парня, успокаивающий и такой волшебный.       Тэхён всё рассказал. И Чонгук сильнее прижал его к себе, уткнулся ему в шею, оставив маленькие поцелуи. Ещё вчера ведь было всё хорошо.       — Помнишь, что я тебе говорил, и буду говорить всегда? — младший чуть отстранился и взглянул в покрасневшие излюбленные карие глаза, в которых видишь бескрайний омут, хранящий чистую, ничем не испорченную душу. Хоть и Ким казался для всех высокомерным мальчишкой, рождённым с золотой ложкой во рту, избалованным или отстранённым, внутри он являлся добрым, справедливым и искренним. И Чонгуку нравятся все его черты характера. Весь он. — Мы не расстанемся по воле каких-то людей, возомнивших себя чуть ли не Богами.       Ким шмыгнул носом, кивнул и обвил руками шею Чона, обнимая. Как маленький ребёнок, ему хочется быть слабым перед Чонгуком, хочется быть наивным, глупым, любым. За это его не осудят, не упрекнут, а лишь приласкают и посмеются.       — Я не смел думать об этом, лишь жалею, что не уберёг. Ты прав, мы не в мелодраме находимся, чтобы бросать друг друга из-за угроз одних придурков.       Чонгук тихонько засмеялся. Какой же приятный, мелодичный смех…       — Отдохнём немного и будем думать, что делать, хорошо?       — Как же я тебя люблю, Чонгук.       В груди жарко, а осознание того, что любимый человек будет рядом, будет с ним несмотря ни на что, заставляет сильнее заплакать. Ему судьба подарила прекрасного мужчину.       Тэхён притягивает к себе Чонгука за шею и впивается в губы, нетерпеливо сминает каждую, тянет нижнюю и вновь возвращается к поцелую. Ему не важен недостаток кислорода, а важен лишь человек возле него, поэтому дарит всю свою любовь, всю нежность и всю благодарность, а младший обнимает его крепко за талию, мычит в губы, когда Ким устраивается поудобнее на сильных бёдрах и трётся о пах, довольно улыбаясь от моментальной реакции на свои действия. Чон чуть наклоняется вперёд, придерживая Тэхёна за спину, губами водит по смуглой коже вниз, припадает к желанной шее. Старший слегка сжимает его чёрные волосы на затылке от крышесносных ласк, жмурит глаза, когда его кусают, после зализывает место укуса. Становится жарко сидеть в одежде, причём обоим, посему Чонгук выпрямляется и разрывает рубашку своего парня, услышав тихий смех.       — Извини, не сдержался, — усмехается Чон и губами касается груди, облизывает затвердевшие соски, затем дует на них, довольно урчит, целуя, а Тэхён, кажется, начинает задыхаться от его столь возбуждающих манёвров. Ощущает, как его ягодицы поглаживают, мнут сквозь ткань брючных штанов.       Старается поднять голову Чонгука, и с третьей попытки наконец встречается с затуманенными чёрными глазами, целует снова в губы, осторожно толкает его на спинку дивана. Прежде чем услышать вопросы недоумевающего Чона, Тэхён проводит мокрую дорожку поцелуев от шеи, ключиц, идёт вниз к вздымающейся груди, выпускает кончик языка и уже обводит каждый кубик накачанного пресса младшего, на что слышит низкий стон в ответ. Ким хитро улыбается и неожиданно для Чонгука тянется к резинке домашних штанов, затем к боксёрам, оглаживает полувозбуждённый член и выпускает его из-под слоя ткани, пальцами хватает, двигается вверх-вниз.       — Твою мать, Тэхён, — шипит парень, стоило влажному языку лизнуть предэякулят с головки, а после взять его в рот, начиная посасывать. Ким поднимает на него взор и медленно опускает голову, втягивает щёки, чувствует горячую ладонь на своём затылке.       Язык хаотично двигается на мягкой коже, отчего мышцы пресса Чона напрягаются, и пальцы хватают волосы сидящего на коленях перед ним парня. Комната наполняется пошлыми звуками, тяжёлым дыханием и чоновыми стонами. Резкий, неожиданный приглушённый крик вырывается у Чонгука, когда головка упирается в стенки горла. Постепенно Тэхён начинает насаживаться глубже, местами помогая себе руками, и резко выпускает, чтобы восстановить дыхание, одновременно одной рукой водит по всей длине, а второй массирует яички. Наблюдает за Чоном, пошло улыбается и снова берёт целиком в рот, старательно расслабляя горло. Повторяет ещё несколько раз, губами сжимает влажный от слюны член, лижет выступающие вены, прежде чем Чонгук аккуратно толкается вперёд и громче стонет, изливается внутрь, а тело ощущает приятные судороги в районе паха. Ким напоследок оставляет короткий поцелуй на головке и поднимается на ноги, следуя в сторону ванной.       — Ты… я… — младший пытается перевести дыхание, смотрит расслабленным взглядом на парня. — Иди ко мне.       Тэхён, довольный, присаживается рядом на диван, и его сразу же притягивает к себе Чонгук, накрывая чужие губы своими, медленно сминая их в нежном поцелуе.       — Моя очередь, — с этими словами Чон слегка толкает старшего назад, чтобы тот принял лежачее положение, и коленями раздвигает бедра, разместившись между ними. Поглаживает оголённую грудь, накрывает своей ладонью чужой пах, поднимает хитрый взгляд, чувствуя его нарастающее возбуждение.       Внезапный звонок в дверь рушит все их планы. Ким отмахивается, мол, ошиблись, однако звук не прекращался, под конец уже кто-то начал усердно стучаться, вскоре добавляя кулаки. И ледяная волна страха накрывает Тэхёна именно в этот момент. Неужели за ними пришли люди Сомина? Он широко раскрывает глаза, испуганно глядя на Чонгука, и прикладывает указательный палец к губам.       — Будь здесь, я посмотрю, — просит Чон, поправляет на себе одежду и идёт в прихожую, игнорируя отказы Тэхёна с предложением пойти вместе. Как можно тише подходит к двери, смотрит в глазок, готовясь встретиться с оравой людей в чёрных костюмах, однако видит запыхавшегося Чимина.       — Где Тэхён?! — у порога кричит Пак, отчего Ким вздрагивает и срывается с места. Чонгук не успевает даже рот открыть, как его небрежно толкают с дороги, и Чимин бежит навстречу потерянному другу, сжимая того в объятиях. — Придурок, ты у меня конкретно получишь!       Пребывая в панике, Пак осматривает друга с ног до головы, останавливая взгляд на разорванной рубашке без пуговиц и выдал смешок.       — У вас фетиш такой, что ли, срывать с друг друга одежду? — Ким, широко расширив глаза, наспех запахивает её.       Чимин следует в квартиру по настоятельной рекомендации Чонгука, а сам Ким быстро приводит в порядок себя, направляясь в гостиную. Пак разместился на кресле и приподнял брови, ожидая объяснений от блудного Тэхёна и его паникующего Чонгука.       — Я был у Сомина, — начал Ким, положив руки на колени и сжав их в кулак. — Он узнал о нас с Чонгуком. Точнее, знал.       — Так, подожди, — остановил Чимин, — он тебе угрожал? — Тэхён кивнул, облизнув свои губы, и прислонился к спинке стула.       — Был ещё мой отец. Разговор наш плохо закончился. Я послал их и уехал оттуда.       Чонгук приобнял Кима за плечи, подвинувшись ближе к нему. Тот повторно рассказал все подробности прошедшего разговора.       — А я подумал, что его убивают тут, — цокнул Пак, получив несильный удар по плечу от Чона. — Что?       — Ну прости. Мой телефон на ремонте, Тэхён не отвечал на сообщения, поэтому пришлось терроризировать наш чат, — Чонгук неловко пожал плечами, взглянув на Кима.       Тэхён улыбнулся искренне, уткнулся в чонову шею носом и чуть расслабился. Атмосфера вокруг них немного смягчилась.       — Слежка постоянная? — уточняет Чимин.       — Я не знаю. Стало быть, да, — Тэхён ранее не чувствовал пристального взгляда чужих глаз на себе во время повседневных дел, но и уверенным быть в том, что это лишь пустые домыслы и никто не следит за ним, тоже не мог. А последние слова отца перед своим уходом оставили крупный чёрный след. Избавиться от него невозможно, он только сильнее давит на грудную клетку, отчего тело бросает в дрожь.       — А если собрать нужную сумму денег и кинуть твоему отцу, чтобы от тебя наконец отстали? Брак ваш нужен лишь для укрепления двух корпораций, насколько я понял.       — Очень огромная сумма, Чимин. Мы не потянем. Да и Сомин уже не слезет с нас, пока не добьётся своего. Кажется, единственным выходом будет сбежать.       — У меня появилась мысль, может быть, вам пожить пока в Пусане? Это наш с Чонгуком родной город, он знает его от и до. Спрячетесь где-нибудь, и когда всё затихнет, вернётесь обратно в Сеул?       Тэхён задумался. Чимин всегда старается подобрать множество вариантов на различные случаи жизни. Не раз его внезапные идеи или мысли спасали их общее дело и общую задницу.       Если они вдвоём исчезнут, соответственно, Сомин вместе с родителями поставят на уши всю Южную Корею, чтобы найти их. Контроль увеличится, они будут наблюдать за покупками авиабилетов, ЖД билетов, также в первую очередь выследят машину Кима и его геоданные. А вдруг до Чимина дойдут и будут пытать? Хотя, может, Тэхён преувеличивает?       Несомненно, обе стороны влиятельны и богаты, имеют хорошие связи везде, но настолько ли они всемогущи? Не впервой Тэхёну приходится идти против родителей, и те, устав от постоянных фокусов своего сына, попросту сдавались, хорошенько так напоследок поиграв на его нервах. Однако угрозы отца не дают покоя парню. Ладно, если это касалось только его самого, но под удар попадут близкие люди. Этого допустить ни в коем случае нельзя.       — Я… боюсь за тебя, Чимин, — честно признаётся Ким.       — Давай без этого, — Пак берёт за плечи Кима и внимательно смотрит на него. — Со мной всё будет хорошо. С нами. Я вам помогу. Мы всё решим.       Чон посмотрел на Кима: его голова была опущена — углубился в раздумья.       — Спасибо тебе, Чимин.       Они ещё немного поговорили, а после Пак уехал в ресторан. Тэхён ушёл в спальню, продолжая думать о всей ситуации, и Чонгук вскоре пошёл за ним.       Тишина в квартире сейчас нужна, как и поддержка. Особенность понимать друг друга без слов — одна из самых ценных качеств, присущая их паре. Они могут молчать подолгу, обнимать друг друга и так пролежать вместе до момента, пока кто-то из них не заговорит первым. Рука Кима касается чужого колена, поглаживает, пробирается дальше и находит ладонь Чонгука, переплетая с ним пальцы, неловко сжимает. Проходит минут десять, и Тэхён ложится на кровать, тянет за собой парня и с облегчением утыкается ему в шею. Закидывает свою ногу ему на бёдра, вдыхает запах кожи и оставляет лёгкий поцелуй.       — Мне кажется, что я стою у пропасти. Ты стоишь справа от меня, берёшь за руку и говоришь, что прыгнем туда мы только вдвоём, — начинает Ким, подняв голову на младшего и рассматривая его тёмные глаза, — а слева стоит Чимин и говорит то же самое. Вы улыбаетесь. Однако, глядя на вас, мне хочется оттолкнуть всех подальше и самому упасть в темноту.       — Я не позволю, — серьёзно произносит Чон, опускает чуть голову и целует кончик носа Тэхёна. — Попробуй поменять своё видение. Ты стоишь на перепутье, робко оглядываешься по сторонам, не знаешь, что тебя ждёт впереди. Вдруг подхожу я и Чимин, мы помогаем тебе выбрать путь и ступаем туда все вместе. Здесь не существует неправильного выбора, есть только разные дороги к будущему. Именно так я принял непростое решение переехать в Сеул, доверился Чимину и встретил тебя. Если бы я отказался, то наша встреча перенеслась бы на другой срок.       — Нам суждено ведь было встретиться?       — Конечно. Знаешь, наше знакомство я не забуду никогда, — широко улыбается Чон, обнажая белоснежные зубы, а Тэхён смотрит на него, как на что-то милое и любимое. — Я сам испугался. Больше за тебя. Ведь ты был так напуган и мне всей душой хотелось тебе помочь, даже защитить от всех.       — Будет что внукам рассказать, — Ким потянулся к парню, оставляя короткие поцелуи на его губах, плавно переходит к щекам, к носу. Для удобства шустро устраивается на бёдрах Чонгука и продолжает целовать каждый участок лица. — Не знаю, какие слова можно подобрать, чтобы выразить всю свою любовь к тебе. Мне хочется и плакать, и смеяться, хочется всю жизнь вот так сидеть перед тобой, целоваться, обниматься, скрыться от всего мира. Только ты и я.       — Ты для меня был недосягаемым, боялся, что такую красоту уведут перед моим носом, и я ничего не смогу сделать. Моя неуверенность тормозила меня. А когда ты стал моим, тогда я понял, что смогу сотворить невозможное. И сейчас мы справимся со всеми проблемами. Только верь в нас, хорошо?       Тэхён кивает, поглаживает мягкие чоновы щёки, мягко касается его губ своими. По очереди сминает их, посасывает, слушая приятное мычание. Чонгук пробирается под футболку Кима, только заметив, что он переоделся в его одежду, гладит спину, притягивает ближе к себе. Старший очень тактильный, для него важны прикосновения Чонгука, когда как чувствительное тело отзывается на каждые его касания сотнями мурашек, что сводят с ума. От минувших событий на диване прошло от силы полтора часа, но возбуждающее желание вновь окунуться в бездонные тёмные глаза, отдаться этим сильным рукам и наслаждаться самой приятной близостью, окутывает и без того затуманенное сознание, отчего Тэхён разрывает столь чувственный, нежный поцелуй характерным чмоком, лукаво улыбается.

***

      Тэхён раздражён непрерывной вибрацией телефона, оповещающей о звонках. Он заполняет документы, проверяет их, готовит отчёты, и вот уже полчаса его нагло отвлекают от важной работы.       — У тебя тридцать секунд.       Без приветствий. Холодный тон.       — Завтра у нас важное мероприятие. Буду ждать ровно в шесть, — Сомин решил тоже сразу приступить к делу, игнорируя приветствие. — Оденься поприличнее.       — Пошёл нахер.       Завершив звонок, Тэхён часто дышал, пытаясь утихомирить свои гневные эмоции, вмиг вспыхнувшие из-за короткого общения. Сжав губы в тонкую линию, он посмотрел на экран, где появилось новое сообщение от Сомина: От кого: +82 0 256-4476 Не играй с огнём. Если завтра тебя не будет — совершишь ужасную ошибку.       Проводит ладонью по лицу, сжимая пальцы на переносице. Как же он устал. Это не единственное послание от Сомина. Тот буквально напоминает о себе каждые несколько часов ежедневно. Давление идёт неимоверное, и кажется, Тэхён скоро сойдёт с ума. Чонгук отключал его телефон, старался отвлечь. К сожалению, подолгу оставлять номер вне зоны было нельзя из-за работы, поэтому Чону лишь оставалось всегда быть рядом с парнем.       — Я пойду с тобой, — Ким предупредил о своём завтрашнем визите с Сомином, на что Чонгук отреагировал моментально. — Как личный водитель. Мы ведь не раз с тобой играли такие роли.       — Он знает тебя. Это может быть опасно, — Тэхён искренне надеется на благоразумие Чона, иначе спорить с ним будет тяжело, а это последнее, чего ему хотелось бы.       — Опасно твоё появление без меня.       — Я планировал появиться там на две минуты и уйти.       — Будто этот чёрт тебя просто так отпустит, — цокает Чимин, закатив глаза, и уже более серьёзным тоном объясняет: — Тэхён, со всеми тебе желательно вести себя как ни в чём не бывало, однако присмотреть за тобой всё же стоит. Мало ли. Я тоже не в восторге от завтрашнего мероприятия, но если с тобой поедет Чонгук, то маленькое спокойствие нам гарантировано.       Ким обдумывает слова Пака и в конце концов согласно кивает. Весь предстоящий вечер его будет волновать только одно — страх за Чонгука. Они оба правы, с ним ему будет комфортно и в какой-то степени безопасно. И всё же сердце пропускает болезненный удар, а в груди нарастает волнение.

***

      Простое сборище таких же богатых, как и сам Сомин, петухов, имеющих больше гонора, но меньше мозгов. С такими мыслями и явился Тэхён сюда, облачившись в яркий красный костюм. К слову, Лим ненавидит любые оттенки красного. Хороший повод Тэхёна взбесить Сомина напоследок, так как после сегодняшнего представления его не впустят на подобные вечера ещё долгое время.       — С ума сошёл? — сквозь плотно сжатые зубы возмутился Лим, при этом сохраняя обычное выражение лица. — Ты что на себя напялил?!       — Напялил то, что захотел, — Ким пожал плечами, оглядев себя с ног до головы в зеркало, стоящее неподалеку от него. — Не нравится?       — Если ты думаешь, что это просто так сойдёт тебе с рук, ты ошибаешься, — Сомин сощурил глаза, встав спиной к гостям и прислонившись к его уху, прошипел: — Не позорь меня.       Тэхён на это только фыркнул, и, обойдя высокий столик, потянулся к бокалу шампанского, поблагодарив после официанта.       — Ты же хотел, чтобы я пришёл.       Сомин не успел что-либо сказать, как к ним подошли гости, с лживым восторгом наблюдая за Тэхёном и осыпая его комплиментами. Хотелось послать их куда подальше, закрыть уши и избавить себя от общества лицемеров. Под сердцем неприятно щемит от осознания того, что Чонгук сейчас недалеко от него, стоит на улице под навесом возле машины и ждёт. Тяжело вздыхает, не показывает эмоции, сдержанно кивает людям.       Лим не отходил от него ни на шаг. Удалось Киму остаться наедине только со своим отцом, встретив его внезапным образом на втором этаже, и то, компания абсолютно не вызывает комфорта. Когда-то родной человек стал чужим; всё детство Тэхён из кожи вон лез, дабы понравиться отцу. Ему хотелось, чтобы родители гордились им, но вместо простого «молодец» мать одаривала сына купленными охраной игрушками, а глава семьи бросал равнодушный взгляд и уходил на работу. Горечь оседает в горле, карие глаза смотрят вниз.       — Ты всегда делал всё по-своему, — Ечжун делает маленький глоток крепкого коньяка из прозрачного стакана, поворачивается к сыну и рассматривает его.       — Так намного лучше, чем быть пай-мальчиком.       — Твоя избалованность перешла все границы, Тэхён, — тон голоса меняется на строгий, в таких же карих глазах сочится неприкрытая ненависть, презрение. Нет родительской любви, как и в отношении, так и в словах. — Посмотри на себя. Кем ты стал?       — Я стал выпускником одного из самых престижных вузов страны, удачно построил вместе со своим близким другом наш общий бизнес, имеющий высокую прибыль и достаточную узнаваемость, а также нашёл своего любимого человека, с которым безмерно счастлив, — Тэхён говорил уверенно, как требовало сердце, не с желанием доказать, лишь донести.       — Вот как, — усмехнулся господин Ким, — безмерно счастлив.       Парень хмыкнул. Из всего вышесказанного отец услышал только последнее. А чему удивляться? Его никогда ранее не интересовали достижения собственного сына.       — Я понимал, что с твоим характером и поведением ты никогда не станешь настоящим наследником семьи Ким. Но, — Ечжун делает два шага вперёд, стоит напротив Тэхёна, — ты всегда получал от меня помощь и поддержку.       — Не шути так, иначе Земля перевернётся, — язвит парень, на то и имеет право, ощущая неприятное давление в лёгких. Ему до жути обидно.       — Я доплачивал преподавателям в университете, чтобы они сделали из тебя высококвалифицированного специалиста в сфере финансов, — этим Тэхёна не удивили, ибо он знал, так как особое отношение к себе с их стороны вызывало подозрение. — Если бы не моя финансовая помощь, ты и твой дружок так и остались бы в самом конце со своим кофейным бизнесом. Благодаря мне и моим связям вы смогли подняться, открыли ресторан. Думали, каждому владельцу малого бизнеса случайно приходят люди с деловыми предложениями и крупными договорами?       Кажется, Тэхёна окатили ледяной водой. Он с полным неверием глядел на ухмыляющегося отца, а внутри всё полностью опустело. Их старания приносили результаты, в этом споров нет, однако те большие корпоративные заказы, нескончаемый поток потенциальных партнёров, высокий спрос на их маленькое заведение, это всё дело рук его отца. Кажется, будто на шею невольно надели удушающий ошейник.       — Я тебя даже не просил.       — Так поступает каждый родитель, сынок. Только моя доброта имеет свою цену. И ты её заплатишь.       — Какой же ты мерзкий…       Тэхён отходит от него назад; он окончательно разочаровался в нём. Такова его семья и ему стыдно, что он в ней родился. Ему не даёт покинуть испортившийся вмиг вечер показавшийся у входа Лим с его напыщенностью и хитрым оскалом. Ким с досадой качает головой, кусая нижнюю губу. Один человек, а разные образы и поведение: если на недавнем вечере он старался быть вежливым с Кимом, несмотря на его холодность, то на данный момент парень не тратит сил и времени на безуспешные попытки наладить отношения с будущим мужем.       Тэхён проходит мимо приветствующей его толпы, намереваясь проветриться на улице, вдохнуть вечерний прохладный воздух. На удивление его перестали преследовать. Оборачивается и через панорамные окна с улицы видит Сомина, мило беседующего с какой-то молодой девушкой. Кажется, она является дочерью одного из партнёров отца. Призадумавшись, Ким отводит взгляд и улыбается, потянувшись к внутреннему карману пиджака за телефоном.       — Милый, нам надо поскорее уехать.       Не прошло и минуты, как перед ним останавливается машина Чимина, за рулём которой сидит Чонгук. Тэхён, не задумываясь, быстро присаживается на переднее сидение и автомобиль трогается с места, выезжая из этого ада благодаря автоматически открывшимся воротам.       — С тобой всё хорошо? — Чон замечает чуть поникший вид старшего, его дрожащие руки. Предполагал, что уедут они не без эмоциональных последствий, отчего плотно сжимает руль, следя за дорогой.       — Отец порадовал. Снова, — голос пропитан разочарованием, отрешённостью, горечью, а немигающий взор устремлён в одну точку. — Наглым образом лез в мою жизнь.       — По приезде домой я заварю тебе ромашковый чай, и ты мне всё расскажешь.       Ким улыбнулся, накрыв руку Чонгука своей ладонью, массируя кожу большим пальцем. Простой жест, полный искренней благодарности.       Забывшись в унылых размышлениях, старший не сразу понял, как они поднимаются на лифте и заходят в квартиру. Чонгук, как и говорил ранее, заварил чай, поставив кружку на столик перед диваном, заодно достал любимые песочные печенья Тэхёна с шоколадной начинкой. Уютную тишину разбавляют короткие уведомления от Чимина с расспросами на мессенджер Чона, так как Тэхён ещё в дороге отключил свой телефон. Младший берёт в руки ноутбук, отвечает другу на все вопросы и отключается, когда слышит своё имя рядом.       — Что сказал твой отец? — облокотившись на спинку дивана, Чон притянул парня к себе за талию, перебирая пальцами волнистые тёмные пряди Кима. Чувствует, как тот вздрагивает, тяжело вздыхает.       — Требует благодарность за оказанную им помощь мне, — следом он поясняет, теснее прижавшись к боку младшего и уткнувшись ему в плечо.       — Милый мой, — Чонгук опускает голову, смотря на парня сверху вниз, второй рукой накрывает его щёку, томно вздыхая.       — Всё будет хорошо, Тэхён. Обязательно.       — Поскорее бы. Иначе я не выдержу. Вроде взрослый уже человек, самодостаточный и вполне могу самостоятельно принимать решения. А родители всё ещё ведут за мной полный контроль. Почему?       — Может, и правда поедем в Пусан?       — Слишком просто. Они нас найдут. И я не знаю как быть дальше, Чонгук. Мне страшно за тебя.       — Мы пройдём этот непростой этап вместе. Может, что-то произойдет и они забудут о нас?       — Я бы хотел, — Тэхён выдаёт усмешку.       Услышала бы их судьба. И позволила стать счастливыми.

***

      Ранее постоянное внимание со стороны Сомина напрягало до чёртиков, отрешая от маленького мира полного умиротворения без реальных проблем. Видимо, Высшие силы услышали зов Тэхёна и за последние четыре дня он словно вернулся в прошедшие дни, когда не было ни Лима, ни родителей, ни мыслей о принуждённом браке. Он ожидал гневных истерик Сомина, во всё горло кричащего о раннем выезде Кима с мероприятия, однако наступила полная тишина.       Сомнительно.       Сегодня Тэхён проверял отчётность у себя дома. Чонгук на работе, и поэтому в гордом одиночестве парень просидел почти полдня за экраном ноутбука.       Было плохое предчувствие. Ким чувствовал себя неважно, потёр устало переносицу, решив пока сделать перерыв. Концентрация на числах сменялась непонятной дрожью по телу, в голове вырисовывались жуткие картинки, созданные перевозбуждённой фантазией. Признаться, он плохо спал всю ночь. Ему стоит выпить успокоительное и перестать изводить себя попросту.       Внезапный звонок отвлекает Тэхёна от заваривания чая. Приняв вызов, подключает громкоговоритель и наливает кипяток в свою кружку.       — Алло, Тэхён, ты дома? — голос Пака настораживает: осторожный и выжидающий.       — Привет, да. А что случилось?       — Чонгук с тобой?       Ледяная плеть обжигает кожу, оставляет тонкие, неглубокие порезы, откуда начинает маленькими каплями сочиться кровь. Кажется, Ким забывает как дышать.       — Нет… Чимин?       — Его нет на работе уже как два часа. Я только сейчас об этом узнал.       Да, Тэхён задыхается. Паника охватила сознание, он мечется в разные стороны, прося Пака обыскать весь ресторан. Сам же наспех одевается, собирается выходить на улицу и начать поиски. Голос Чимина стал отдаляться. Парень подбегает к телефону и замечает вторую входящую связь. От Сомина. Чёрт возьми! Завершает звонок с Чимином и трясущими пальцами нажимает на зелёную кнопку, едва промахиваясь.       — Где Чонгук?! — срывается Тэхён. Плевать на всё, сердце требует найти одного человека, попавшего в опасные руки. — Отвечай, гад!       — Спокойнее, ты чего? — насмешливый смех доносится из динамика громкоговорителя. — Позднее зажигание наступило, мой Тэхён. Прошло ведь достаточно много времени.       — Сомин!       — Ни грамма воспитания. Разве так разговаривают люди твоего статуса?       Он издевается над ним. Знает, в каком состоянии Ким. Прекрасно понимает, какое представление его ожидает, когда соберутся приглашённые им зрители. От этого на лице образовался хитрый оскал, глаза находят тело Чонгука у бетонной колонны старого заброшенного здания. Его люди хорошо побеседовали с пострадавшим: ссадины на губах, воспалённый синяк на правой щеке, вся одежда пыльная, местами порванная.       — За тобой приехал джип. Скоро увидимся!       Тэхён пулей вылетает из квартиры, едва забыв закрыть её на ключ. Сквозь пелену в глазах чуть не падает с лестницы, не доверяя лифту. Спешно вытирает ладонью слёзы на щеках, не думает о дыхании, только выйти скорее на улицу и сесть в указанную машину. Внимание привлекает ярко-алого цвета автомобиль. Подбегает, садится на задние сидения, даже не глядя на водителя. Они трогаются с места, сердцебиение учащается, тело мелко подрагивает, а эмоции внутри штормят. Дорога занимает от силы десять минут. Ким толком не рассмотрел место, куда его привели, взгляд тут же вцепился в фигуру Чона. Вываливается из машины, на ходу снимая с себя лёгкую ветровку и движется к парню. Слёзы продолжают лить из глаз, не сдерживает вскрика, когда видит сильно побитого младшего.       — Чонгук!       Чужие руки грубо тянут за плечо Кима, останавливают. Тэхён не сразу узнаёт Сомина перед собой: веяло от него опасностью, будто перед ним стоит дикий волк, готовый наброситься на свою жертву в любой момент. Тот изучающими глазами смотрит на подрагивающего парня, умиляется от его испуганного вида, тянет руку к щеке, однако его небрежно толкают в грудь.       — Подонок! Ненавижу тебя! — Ким замахивается кулаком и ударяет прямо в нос, отчего тот падает на землю, схватившись за пострадавшую часть лица. На пальцах остаётся кровь.       Тэхён не хочет ограничивать себя одним ударом, но взор всё чаще устремляется на Чонгука. Младший повернул к нему голову, слабо моргает, уголки губ поднимаются в маленькой улыбке. Ким переступает лежащего Лима, ускоряется и внезапно теряет равновесие, опускается на колени. Пять охранников направили на него ружье. Они заряжены. Земля под ногами уходит, страх парализовал всё тело. Он не ожидал подобного.       — Я в долгу не остаюсь, — слышатся позади надвигающиеся шаги и Тэхён жмурит глаза, стискивая зубы от острой боли в районе живота. Его отбрасывает на пару метров из-за двух нещадных пинков. Громкий крик пронзает пыльный воздух, Чонгук дёргается, из последних сил старается встать, неотрывно глядя на согнувшегося пополам парня.       — На место! — не выходит. Один мужчина встал возле Чона, направляя на него пистолет.       — Жалкие защитники. Что один, что второй, — ядовито бросает Лим, вытирает платком своё лицо от крови. Опускается на корточки перед Кимом и притягивает его за затылок ближе к себе. — Сам заварил эту кашу и вот до чего это дошло. Взгляни на своего ненаглядного! — он хватает за волосы Тэхёна и поднимает голову, вынуждает смотреть на Чонгука, на то, что он сотворил с ним собственными руками. Наслаждается короткими всхлипами снизу. Рай для ушей.       — Ублюдок! Отпусти его! — попытки Чона вызывают громкий смех у Сомина. Тот отпускает Кима, как его и попросили, но тянет за локоть, поднимает на ноги, приказывает охране держать парня с двух сторон.       — Твоя последняя выходка на том мероприятии не позабылась, как ты мог подумать, — Лим скалится, близко подходит к Тэхёну и касается его подбородка, чтобы встретиться с карими глазами, не дающими ему покоя продолжительное время. — Я дал тебе время по-хорошему расстаться со своим любовником, не лез в ваши отношения, терпел, а ты равнодушно проигнорировал мою доброту. С меня достаточно! Я и так много терпел.       — Этот несчастный брак ничего не изменит. Ты никогда не заслужишь от меня ни грамма уважения, ни любви, потому что противен мне, — хриплым, дрожащим голосом произносит Ким. Чувствует всем своим нутром жгучую ненависть, за все эти напряжённые дни нервы, кажется, окончательно сдали. Вся неприязнь сочится в каждом слове, ему неважно, что с ним сделают. Главное — пусть отпустят Чонгука. — Я презираю тебя, Сомин! Ты низко пал.       — А сам? Имея жениха, гулял на стороне, даже скрываться перестал, — усмехается Лим.       — Ты мне никто. Когда же до твоей тупой головы дойдёт эта истина?       Следующий удар прошёлся по лицу. Ким склонил голову, сжимая губы в тонкую линию, лишь бы не закричать от очередной боли.       — Я тебя любил, Тэхён. Люблю и буду любить, — Чонгук испепеляет фигуру того, кто сжимает пальцами щёки старшего, отчаянно стучит кулаком о землю. Он должен защитить. Должен что-то сделать. — Знаешь, как я ждал момента, когда можно добиться тебя, помочь полюбить меня, жить вместе счастливо. Однако ты променял меня на нищего. Это гложет. Нас сравнивать никогда нельзя: кто я, а кто он. При всём при этом, я всё равно люблю тебя и впредь никому не отдам. Погулял и хватит, пора взрослеть.       — Я лучше умру, чем стану твоим.       Тэхён упоминал о своём негодовании по поводу эмоционального поведения Сомина. И сейчас, когда тот улыбается, затем издаёт какие-то непонятные звуки, словно ребёнок, которому отказали в покупке игрушки, срывается с места и наворачивает круги. Со стороны и вправду похож на неадеквата. Это до жути пугает. Ибо не знаешь, чего можно ожидать от таких. Младший тоже с недоумением наблюдает за ним, переводит встревоженный взгляд на своего парня.       К ним подъезжает ещё один чёрный джип. По номерам Тэхён догадался ещё об одном свидетеле.       — Успокойся, — Ким тяжело вздыхает, с некой досадой смотрит на суровый профиль своего отца. Тот с безразличием смотрит на сына, переходит к Чонгуку и нездорово ухмыляется. — Вижу, был хороший диалог.       Чон в первый раз видит господина Кима. С Тэхёном у них похожи разрезы глаз и рост, больше ничего. Атмосфера становится более гнетущей с приходом этого человека; его власть и полное хладнокровие душит, лишает воздуха. И как с такими людьми жить можно? Может, Чонгук зря жаловался раньше на свою жизнь?       — Ваш сын больной, Ечжун! Он не понимает ничего хорошего! Связавшись вот с этим, — указывая пальцем на Чона, Сомин в прямом смысле устраивает истерику, — Тэхён стал таким же. Пока есть деньги и статус, можно говорить любые необдуманные вещи. Вот что будет, если их лишить тебя, женишок?! Проживёшь до конца жизни на улице или приползёшь к нам уже на следующий день?       А Ким молчит. И даже вовсе не из-за бреда Лима. На душе кошки скребут, мысли крутятся только вокруг Чонгука. От него они не отстанут. Как бы ни пытаться, всё бестолку. Горечь оседает на языке. Разум кричит о беспомощности, тело обмякло, не в силах вырваться из клетки. Но Чонгук… он не должен переживать такое, ему нужна свобода. А как её дать, если кругом одни слепые дебилы с кучей бумажек в карманах и бестолковыми связями? Как?..       — Выбирай: счастливое будущее, где ты не будешь ни в чём нуждаться, или никому ненужный Чон Чонгук, который не сможет обеспечить тебя даже куском хлеба.       Чон сглатывает вязкую слюну, чувствуя металлический привкус, наблюдает за Тэхёном, хочет протянуть руку и сказать хоть пару слов. Ему не обидно, бывали слова похуже. Младший попросту потерялся в этом жестоком мире, полная алчности и лицемерия. Уберечь от них Кима не удалось, истошный крик так и застревает в горле.       Тэхён медленно поднимает голову. Сначала смотрит на Чонгука, улыбается краешком губ, потом на отца, ожидающего ответа. А ведь он очевиден, но, видимо, до пустых голов доходит туго.       — Отвечу раз и навсегда: я всегда буду выбирать своего любимого человека — Чонгука, — Ким произносит имя по слогам, таким образом поставив жирную точку в этом вопросе. Сомнений абсолютно никаких нет. — Сравнивать Чонгука и Сомина нельзя, отец, — возвращает слова Лима, смотря уже на него, — потому что ты всегда будешь в самом низу. Ты жалок. Ты несчастен.       — С этого дня ты мне больше не сын. Тебя больше не существует в моей жизни. Умирай со своей шавкой в гнилых болотах. Ты сам сделал свой выбор.       Ечжун зол, это видно по резким движениям. Ему ни капли не стыдно за свои слова. Он видит сына в последний раз. Приказывает Сомину уезжать, сам возвращается в свою машину и, приспустив окно, повторно зовёт его. Но тот не слышит. В отличие от господина Кима, парень не умеет сдерживать эмоции. Охрана покидает свои посты, ждут своего хозяина с готовым оружием в руках.       — Я так просто это не оставлю, — Лим сверкает своими горящими расширенными зрачками, взгляд походит на сумасшедшего, а действия становятся непредсказуемыми. Тэхён, после ухода двух ранее державших его мужчин, лежит на земле и с ужасом смотрит на него, как и Чонгук. — Раз ты не будешь со мной, то не будешь и с ним, — напоследок бросает Сомин, достаёт из-под пояса чёрный пистолет и направляет на Чона.       Выстрел. Картинки перемещались хаотично, разум сквозь мутную пелену управлял своим обладателем, поднимая его с ног, несмотря на ломоту в мышцах и острой рези по телу. Тэхён не мог понять, каким образом позвонил в скорую, назвав примерное местонахождение заброшенного здания недалеко от центрального парка, которое он заметил по пути сюда. Громкий шёпот имени младшего звучал с придыханием, мысли переплетаются и ему кажется, что наступает медленная смерть. Не Чонгука, а своя. Перед ним бледное лицо с потухшими большими глазами, улыбка, которой он одаривает старшего всегда, одинокая слеза покатилась по щеке и Тэхён сразу же вытирает её. Словно в бреду, постоянно молит о прощении, нервно покусывая губу. И чем же они заслужили такой конец? Ким глубоко жалеет о своём рождении в кругу… нет, даже не хочется больше о них говорить.       Алая кровь пропитывает одежду Чона — пуля попала в область брюшной полости. Посмотреть, какие возможные органы могли быть задеты не хватает смелости у обоих. Вдруг они сделают только хуже? Идёт сильное кровотечение, Тэхён прикладывает все усилия для его остановки, часто оглядываясь по сторонам в поиске нужной машины.       — Пожалуйста, потерпи, милый! Прости меня, умоляю…       Ким судорожно вздрагивает, стоит Чонгуку прикрыть глаза на короткое время. Тот ослаблен, раскрывает сухие губы в попытке что-либо сказать, однако голоса нет. Как и сил. Страх сковывает всё тело Тэхёна, ему нельзя поддаваться панике, вся ответственность за жизнь своего любимого человека лежит на нём. Ощущает едва заметное касание на ладони, невольно пугается.       — Чонгук-и, — зовёт его, продолжает говорить ему бессмыслицу, лишь бы он был в сознании. Даже не видит чёрную, атласную коробочку в руке Чона, но из-за слабости роняет на землю. — Что это?       — Я… — едва младший сумел заговорить, как образовался сухой кашель. — Х-хотел с-сделать всё по-друг-гому, — Тэхён просит не продолжать, сохранить силы для себя, но тот упрямо качает головой.       — Гук-и…       — Ты н-не пред-дставл-ляешь, как я т-тебя люблю. И х-хочу, — делает паузу, тяжело дышит через приоткрытый рот, поднимает глаза, в чьих тёмных зрачках таится сожаление. Ему больно смотреть на слёзы любимого человека перед собой. Была бы малейшая возможность у Чона, он бы без устали повторял слова о настоящей любви к прекрасному, искреннему, его Тэхёну. — Чтобы т-ты стал моим м-мужем. Соглас-сен?       Тэхёну кажется, что мир вокруг остановился. Есть только он и Чонгук с волнительным от ожидания взглядом. Тянет одну руку, всю испачканную в чужой крови, к коробочке, раскрывает и видит перед собой серебряное кольцо без привлекающих внимание сияющих камней, бриллиантов и прочих лишних дополнений. Всё, как ему нравится.       — Согласен, Гук-и.       Сдерживает очередной порыв, прикрывает глаза, дабы избавиться от мешающей пелены, и вытирает тыльной стороны ладони упавшие слёзы. Нижняя губа дрожит, как и голос, зовущий Чонгука, но он молчит. Веки закрыты, а дыхание отдалённое, слабое.       — Нет! Чонгук! — панически оглядывает рану, бледное лицо младшего, продолжает отчаянно звать, кричать. Горло саднит, на длинной шее выступили вены, Тэхён не слышит шум колёс и чьи-то чужие голоса.       Ему помогают встать, ведут к машине скорой помощи. Ким осознает это не сразу, брыкается, ищет глазами Чона, однако успокаивающий голос одного из врачей твердит слова о том, что всё будет хорошо. Как же хочется верить в них.       Можно ли ощутить падение в глубокую бездну, чья кромешная тьма поглощает едва живое тело, с таким упорством боровшееся за жизнь? А выжить от острых ударов в гулко-бьющее сердце? Тэхён проклинает этот день, проклинает всю свою семью и Сомина. Они разрушили построенный Кимом его мир, сожгли, как буйные разбойники, желающие не власти, а крови.       И один единственный вопрос застревает в подкорке его утомлённого сознания:       За что?

***

      Прошли долгие полгода.       День, проклятый Кимом, исчез из памяти, остались лишь скомканные обрывки. Оставил тёмный след, сама судьба сыграла с ними в злую игру, заставив испытать мучительные эмоции и ожидания. Казалось, душа разбилась окончательно. Чимин был рядом с ним и оказывал максимальную поддержку. Вспоминает, как не отходил от палаты Чонгука, игнорировал советы врачей и Чимина побыть дома и ждать вестей. Сердце было сжато в ледяных тисках, крупные слёзы обжигали лицо, а мысли кружили вокруг парня, что почти неделю не приходил в себя. Это изводило, даже предложенные медсестрой успокоительные не помогали. Остались сильные чувства и вера на скорую встречу с любимыми тёмными глазами. Сознание находилось на грани реальности; кратковременные сны посылали различные сценарии пребывания в больнице, дошло до того, что Тэхёну приснился самый настоящий кошмар, который он спутал с реальностью. Тогда парень задумался о своём состоянии, стал ночевать дома, питался под наблюдением Пака.       И весь кошмар закончился в миг, когда врач вышел к нему с хорошей новостью — Чонгук пришёл в сознание.       — Доброе утро, милый.       Ким подбегает к вышедшему на кухню Чонгуку, бросаясь к нему в тёплые объятия. Утыкается в шею, вдыхая родной запах, и оставляет короткий поцелуй.       — Доброе, — промурлыкал старший, губами поднимаясь к щеке парня. — Как спалось?       — Нормально, правда, голова болит немного.       — Не забудь таблетки выпить, — напоминает Тэхён, зайдя на кухню и поставив чайник на плиту.       — Хорошо, — кивнул послушно Чон, взлохматив рукой свои волосы. — Я в душ, — Ким провожает глазами фигуру младшего и слышит звук уведомления. Пак написал сообщение.              Несмотря на не до конца окрепший организм, Чонгук вёл себя повседневно, будто с ним ничего не случалось. Взгляд случайно упал на кольцо. Единственное — он жалел об обстановке, в которой ему пришлось сделать предложение своему любимому. В голове тогда набатом стучала мысль о возможной смерти, затуманенный разум не контролировал совершаемые действия. Удивительно, что он смог сказать какие-то слова, хотя в голове Чонгук сочинил трогательный для Кима текст, учил, повторял, и когда ему удалось полностью восстановиться, Чон при помощи Чимина устроил настоящий романтический вечер с настоящим предложением руки и сердца, на что получил положительный ответ.       Сомин, оскорблённый сделанным выбором Тэхёна, публично поливал его грязью, не жалея громких и гнусных высказываний в его сторону. Поступок жалкого человека. И Тэхёну, мягко говоря, плевать.       А родители... Их в его жизни больше нет. Отец полностью отрёк его от семьи, в обществе негодуют по этому поводу, а мать пыталась связаться с сыном, но тот не отвечал ни на одно её сообщение. Удалось съехать с прошлой квартиры и переехать в другую. Начать новую жизнь.       Без последствий не обошлось. Их ресторан пережил множество неприятностей и нападений от рук господина Кима, и они всё ещё имеются. Борьба с внезапными проверками продолжается, но уже не так активно, как было раньше. Делали всё, чтобы раздавить их бизнес, но Тэхён вместе с Чимином прилагают все усилия для его защиты.       Совсем скоро это закончится. Они уверены.       — Чимин звал помочь, — уведомил старший, поставив перед Чонгуком тарелку с завтраком.       — Хорошо.       Чонгук стал чаще задумываться о смене профессии и нашёл отличные курсы по программированию. Не будет ведь работать официантом всю жизнь. Тэхён его идею поддержал. И со временем Чон приступит к её исполнению.       — Кстати, приглашаю тебя вечером на свидание, — с лукавой улыбкой заявил Чонгук.       — С чего вдруг? — приподняв брови, спросил старший.       — Мы давно не ходили на них. Я уже забронировал столик в ресторане. Отказы не приму.       — Когда это я тебе отказывал, — Тэхён приблизился к Чонгуку, оседлав его крепкие бёдра и окольцевал руками шею, потеревшись кончиком носа о его. — Хорошо, пойдём. А потом могу пригласить тебя поесть лапшу у себя дома, не против?       — С радостью.       Чон притянул парня за затылок к себе, вовлекая в нежный, неторопливый поцелуй, аккуратно сминая чужие губы. Задерживают оба дыхание, тянутся друг к другу ближе, углубляя поцелуй, уже добавляя языки, укусы, доходит до негромких стонов и мычаний. Коротко говоря, на работу они опоздали на час, получив дополнительную взбучку от Чимина.       — Готов? — Чонгук посмотрел на наручные часы, стоя у выхода заведения. Спустя пару минут к нему выходит Тэхён с загадочной улыбкой и аккуратными, неспешными шагами подходит к негодующему Чону.       — Думаю, будет правильно, если я тоже сделаю тебе предложение стать моим мужем и подарю кольцо.       Ким протягивает белую маленькую коробочку младшему, собирается встать на одно колено, но его ловко хватают за локоть сильные руки.       — Не стоит, милый, — заботливо просит Чонгук, открывая бархатную крышку, и видит точно такое же кольцо, которое он подарил Тэхёну.       — Я тебя люблю, Чонгук-и. Сильно и надолго. И спасибо тебе за то, что изменил мою жизнь, подарил настоящую любовь.       Свидание, плавно перешедшее в приглашение поесть лапшу на ночь, прошло весьма успешно. Как и будущее скромное торжество в честь образования новой семьи. Теперь они живут без страха чужого наблюдения. Оба ценят ту свободу, которой добились. Ценят друг друга. А главное — любят.

***

      — Когда-то молодой парнишка, сидя на берегу песочного пляжа, рисовал, тем самым зарабатывая себе на жизнь. С детства он рос в бедной семье, хранил и оберегал свои игрушки, понимал, что никто ему не купит новых. Совершал ошибки, за которые стыдно, но таким образом он выживал. Однажды, по совету давнего друга, он переехал в столицу и начал работать официантом в его ресторане. Кто же знал, что там он встретит свою судьбу с испуганными глазами, которого чуть не сбил на машине. Никогда раньше парнишка не видел такой красоты. Люди говорят, любви с первого взгляда не существует? Как же они ошибаются. С каждым днём он влюблялся сильнее и сильнее, дарил заботу, покупал на все чаевые утренний кофе, помогал в свои выходные дни, лишь бы быть рядом с ним. Жалел, что не было достаточно денег, чтобы пригласить на свидание, оплатить билеты в кино или ужин в ресторане. А когда в конце концов признался и ему ответили взаимностью, благодарил всех Богов за такой ценный подарок.       Чонгук медленно встал на одно колено, взял в руки кимову ладонь и поцеловал её, глядя в блестящие от слёз карие глаза.       — Я готов был всегда тебя защищать, оберегать от всех, кто делал тебе больно или обижал. И как мне было жаль, что против твоих родителей, увы, я пойти не смог, ведь, в свою очередь, ты защищал меня от них. Мы стали жить вместе, узнавать друг о друге больше, находя общие интересы, чувства крепчали, и в один момент я осознал, что хочу прожить с тобой всю оставшуюся жизнь. Перед нами было много сложностей: нам приходилось скрываться, терпеть колкие фразы, косые взгляды, слежки, лишние люди пытались нас разлучить. Знаешь, за что я благодарен нам? Мы боролись всегда вдвоём, шли, взявшись крепко за руки, готовы были прыгнуть в пропасть одновременно. Никто из нас не делал шаг назад. Чёрт, ты прекрасен, Тэхён. Когда твой отец поставил тебя перед выбором, ты без колебаний выбрал меня. Поверь, я ответил бы точно так же. Ты для меня всё. Я безумно тебя люблю, мой Тэхён. И хочу быть всегда рядом с тобой. Ты выйдешь за меня?       — Да, Гук-и. Всегда да.