Небо знает: Секретные мемуары

      Айлин нервными движениями сжимала руки в кулаки, стоя перед дверью.       Как же решиться постучаться?       Она несколько дней не появлялась на занятиях. За едой ходила не в общий зал, а в кухню, говоря всем, что у нее недомогание от стресса. И с одной стороны была рада, что к ней никто не приходил и не выпытывал, что с ней происходит. Все вели себя холодно и отчужденно друг с другом. И, по всей видимости, начали к этому привыкать. Даже ее «надсмотрщик» — Люцифер не интересовался, куда она запропастилась.       Причина такой самоизоляции для Айлин была понятна — она боялась увидеть Чуму вместе с Мальбонте. Боялась своей реакции. Что она выдаст себя и просто случится непоправимое. Чума будет мучить Айлин ее же чувствами и обернет их против нее. А у Айлин не было никакой уверенности, что она выдержит. Хотя вроде бы после того, что она прошла, ей казалось, что ее уже ничем не пронять. Но теперь она чувствовала себя слабее и испуганнее, чем когда-либо.       Мать больше не появлялась. Айлин подозревала, что та как-то связана с Орденом Сопротивления и знает многое, только ей не говорит.       Ребекку было сложно понять и раскусить. Мать этим напоминала Мальбонте. Видимо, далекие гены дали о себе знать. Ребекка сразу, как вернулась, не моргнув глазом, присягнула служить Чуме и приглядывать, чтобы ее приказы выполнялись как полагается.       Айлин восхищалась этим качеством матери. Та казалась непоколебимой. Сама Айлин никогда не стремилась к такому. Считала себя обычной. И даже здесь не смогла до конца привыкнуть к своей новой роли. Не для нее это всё. Раз не справляется уже в который раз. Раньше у нее была поддержка, поэтому, видимо, и силы находились.       Но сейчас ей пришлось заставить себя вернуться к социальной жизни. Айлин понимала, что за ней бы кого-то прислали со дня на день. Отвели бы к Чуме… А пока Айлин ей не интересна, есть какое-то время найти отвлечение. Иначе она просто с ума сойдет от всех этих мыслей. А так будет помогать на кухне, ходить на тренировки…       Но еще ей нужно хоть с кем-то общаться.       Чтобы связь с Мальбонте не поглотила ее, и она меньше о нем думала. Лучшей кандидатурой на данный момент конечно же был Астарот.       Пока они мало знают друг о друге, но раз у них появилась обоюдная симпатия, то почему бы не попробовать поддерживать приятельское общение.       Айлин долго думала, что надеть. Мать раскритиковала ее внешний вид, на который Айлин действительно забила с недавних пор. Потому что все эти приказы Чумы наряжаться вызывали у нее желание сделать все наоборот.       Айлин откопала черное длинное платье, которое не сильно облегало и было довольно закрытым. Минимум макияжа. Волосы давно не красила, и они стали обычного темно-русого цвета. Айлин не умела делать замысловатые прически как Мими, но чем проще, тем лучше. Она ведь не свидание собралась, и не на бал.       И вот теперь, когда она стояла перед дверью комнаты Астарота, вся эта затея «попробовать начать сначала, но нормально», показалась ей очень глупой.       Но Айлин все же постучалась. Была — не была.       Руки сжались в кулаки еще сильнее, и хотелось убежать. Но чем дольше она раздумывает, тем больше в ней сомнений и растерянности.       Айлин уже хотела уходить, как внезапно дверь распахнулась, и в ту же секунду она пожалела, что постучалась в нее. Астарот, который подсушивал волосы полотенцем, застыл, не скрывая своего удивления. Айлин таращилась на его обнаженный торс, подумав о том, что хорошо хоть штаны от пижамы надел.       — Привет… — с трудом произнесла она. В горле пересохло. Астарот наверняка заметил, что она его разглядывала.       — Вот это сюрприз, — усмехнулся он, опуская руку с полотенцем. — Зайдешь?       — Я ненадолго. Хотела поговорить. С утра в коридорах часто кто-то ходит. Решила, что лучше зайду перед сном, — Айлин прошмыгнула в комнату и осмотрелась.       Спальня Астарота соответствовала его внешнему виду. Вокруг свечи, черные бархатные портьеры на окнах, темно-красное постельное белье и такого же цвета ковер на полу. Готическо-гламурный стиль, только еще и уютный.       — Что-то случилось?       Айлин развернулась к нему, стараясь сильно не пялиться на его тело. Хотя она за годы привыкла, что мужчины в школе в большинстве своем постоянно тренируются и имеют красивые, подтянутые тела. Но не со всеми из них она хотела предаться любовным утехам прямо в коридоре. А именно с тем, который сейчас стоял напротив.       — Я… могу попросить тебя одеться?       — Да, конечно. Без проблем, — Астарот бросил полотенце на кресло и взял со спинки черную рубашку. Он быстро накинул ее на себя и застегнул пару пуговиц. — Так устроит?       — Да, устроит. Спасибо, — улыбнулась Айлин, стараясь не выдать легкое смущение. Еще и обстановка эта… Слишком интимная. Если она не смогла сдержать себя в общественном месте, то здесь-то вообще самая настоящая «опасная зона».       — Во-первых, я пришла извиниться за свое поведение.       Астарот недовольно нахмурился.       — Ты про то, что мы с тобой на днях…       — Да, — тут же перебила она его. — Именно про это.       — Но тебе не за что извиняться! — возразил он, явно возмущенный услышанным. — Это я сделал первый шаг и спровоцировал ту ситуацию.       — Но я могла тебя оттолкнуть.       — Это последнее, что я бы хотел услышать от девушки… — как-то невесело усмехнулся он. — Я думал, нам обоим было хорошо.       — Дело не в этом.       — А в чем?       — Я говорила с тобой о личном. О котором говорят с подругами, с мамой… А не с парнями, с которыми… что-то может быть. И я прошу тебя больше не поднимать со мной в разговорах темы, которые касаются моих прошлых отношений. И я тебя тоже не буду расспрашивать.       — Я понял, — Астарот отошел к окну и открыл его. — Если это все, что ты хотела сказать, то… можешь не переживать.       Айлин терпеливо вздохнула и подошла к нему.       — Не обижайся.       — Не выдумывай, Айлин. Я — не мой братец-подкаблучник, который носится за твоей подругой как умалишенный.       — Ты мне нравишься. Как парень, — сказала она. Астарот замер, а затем медленно развернулся к ней.       — Я знаю. Поэтому меня и злят сейчас твои слова.       — Дай мне возможность объяснить все.       — Хорошо, — Астарот скрестил руки на груди. — Только без ненужных извинений.       — Но я еще хотела извиниться за слова моей мамы. Она это вряд ли сделает, а я, как ее дочь, могу.       Взгляд Астарота немного смягчился.       — Я думал, что она тебя наказала. Не видел тебя на тренировках и в обеденной… Не знал, что предпринять, чтобы не усугубить твое положение. Думал уже обратиться к Чуме. Твоя мать — жесткая женщина.       — Знаю, — усмехнулась Айлин. — Нет, она меня не наказывала. Просто… напомнила о морали и совести. И о правилах поведения. У меня здесь с самого начала не заладилось. Я связалась с Люцифером. Все эти пьянки, гулянки… И мы сошлись на нашей с ним дурости. И в умении создавать проблемы.       — Ты же только что сказала, чтобы мы не говорили о личном, — с улыбкой напомнил Астарот.       — Да, но я хочу, чтобы ты понял, — Айлин выдержала паузу, чтобы голос не сорвался и эмоции снова не захлестнули ее. — Я не оттолкнула тебя, потому что мне это было нужно. После того, что ты мне сказал про Мальбонте. Между нами давно уже ничего нет. Но… еще осталась связь. Как воспоминания. И мне было обидно. Все происходящее очень давит. И получается, что ты стал неким утешением для меня на тот момент.       — Я же этого и хотел. Чтобы ты расслабилась и отвлеклась. Так что, все нормально.       — Но я бы хотела продолжить. Не то, что было! — тут же поправила себя Айлин. — А наше с тобой общение… Мне просто хочется чего-то простого и нормального. Мне надоели проблемные парни. Проблемные отношения. И раз уж мы все пытаемся жить по новым правилам, я пытаюсь поменять что-то и в своей личной жизни.       — Тебе не кажется, что это уже ничего не изменит? Ты ведь понимаешь, что могло быть, если бы твоя мать нас не застукала или мы бы находились в более уединенном месте? — Астарот вскинул брови. Айлин вздохнула и отошла от него, пройдясь по комнате.       — Ты привлекаешь меня как женщина может привлекать мужчину. Что-то в тебе есть такое… Я уже говорил. Ты посчитала, что я подкатываю. Но я не ловелас. Даже порой могу быть грубым и резким.       Айлин подошла к письменному столу, задумчиво рассматривая тетради и стопки книг.       — Ты так много читаешь?       — Удивлена?       — Если честно — да. Но, я тебя совсем не знаю… Наверно, поэтому. А что за тетради? — Айлин обернулась к нему. Астарот быстро пересек комнату от окна до стола и так же быстро собрал тетради в стопку.       — Это дневники? Я бы не стала читать без разрешения. Мог бы просто сказать, — с нотками обиды в голосе произнесла она и хотела отойти от стола, но Астарот задержал ее, обхватив за запястье. Не сильно. Даже почти аккуратно.       — Это не дневники. Рассказы. Иногда стихи.       Айлин округлила глаза.       — Опять удивил?       Она улыбнулась, кивнув. Астарот выпустил ее руку, присев на край стола.       — Ни с кем не делишься?       — С братом делился. И еще с парой ребят. Но так — нет.       — А о чем пишешь?       — О разном. Но в основном что-то о высших смыслах. Какой-то своей философии, — Астарот почесал затылок, явно смутившись.       — Я думаю, это здорово. Может, скоро все будут читать твои рассказы. Пообещай, что я получу книгу одной из первых.       — Договорились.       — Я мало читаю. Хотела бы это исправить, потому что и общения сейчас у меня почти ни с кем нет. Может, порекомендуешь что-то?       — Какой жанр?       — На твой вкус, — улыбнулась она.       — Тогда надо подумать… Ты завтра придешь на тренировку?       — Может быть. Постараюсь.       — А где ты вообще пропадала эти дни?       — Мне нужно было побыть одной.       — Ты не такая, как твоя мать, — неожиданно сказал Астарот. — Я думал, тебя интересует статус… Положение. Тут все так устроено, что если ты не достигаешь высот, то тебя и не заметят. А ты никого из себя не строишь. Несмотря на то, что была в составе совета…       — Это комплимент? — едва сдержав улыбку, спросила Айлин.       — Я просто сказал, что думаю.       — А мне, кстати, нравится твоя сегодняшняя прическа. Ты как-то по-другому выглядишь… Ты вообще необычный, — она протянула руку и дотронуться для пряди влажных тёмных волосы, перебрав её пальцами.       — Это не прическа. Я просто вымыл голову, — усмехнулся он.       Айлин легонько погладила его по щеке.       Эта обстановка, такая уютная и таинственная одновременно, вокруг свечи, и они вдвоём. Как ей не хватало этой романтики…       С Люцифером у них обычно все было на каких-то низших инстинктах. На каком-то отчаянии и боли… Потом ругань, его оскорбления, претензии.       С Мальбонте вообще слово «романтика» рядом не стояло. Он не знал, что это такое. Айлин никогда не пыталась ему навязать. Она приняла его таким как есть.       А тут… Все было так, как она мечтала, когда влюбилась в школе в парня из старшего класса.       — Мне пора. Уже поздно, — Айлин отогнала от себя все эти размышления и хотела отойти, но Астарот взял ее за руку и притянул к себе.       — Вот именно, Айлин. Уже поздно, — многозначительно сказал он тихим голосом. — Поэтому… сделай, что хотела.       Айлин уперлась ладонями в его грудь, оказавшись между его бедер. Руки Астарота сомкнулись кольцом на ее талии. О, нет…       — Я пришла поговорить.       Он насмешливо склонил голову в бок, изучая ее выражение лица своими необычными глазами.       — Одни из книг, что я читаю, связаны с поведенческой психологией. С мимикой, жестами. Поэтому, ты не пришла «только поговорить». Тебя выдают бегающие глаза. Тщательно подобранный внешний вид. Слишком скромный. Закрытое платье и минимум макияжа. Это говорит о том, что ты боишься, что не сможешь сдержать своего желания, и чтобы я не подумал какая ты «нехорошая девочка».       Айлин почувствовала, как загорелись щеки. Она хотела что-то возразить, но была настолько обескуражена, что даже не знала, что именно. И скорее всего, она выставит себя еще более глупо.       — Я не прав?       — Прав, — тихо ответила она. — Но я это сделала только потому, что хотела по-нормальному…       — А разве мы делали что-то ненормальное и противоестественное? Мы оба этого хотели. По-моему, это и есть нормально.       — Мама сказала мне исправляться. И я действительно понимаю, что стала наплевательски относиться даже к обычным порядкам.       — Какая послушная. Ты была бы идеальной «игрушкой». Именно то, что я хотел.       Айлин поменялась в лице и хотела вырваться, но Астарот прижал ее еще крепче.       — Спокойно! Я лишь говорю правду. Я не делал и не собираюсь делать то, чего ты не хочешь. Ты сейчас думаешь о том, чтобы мы поцеловались. Ты постоянно гонишь от себя эти желания. У меня годы практик и изучения психологии поведения. Неужели я отношусь к тебе хуже, чем твои бывшие? Я ведь не пытаюсь тебя контролировать и затащить в постель.       Айлин тяжело дышала, обдумывая услышанное. Хотя ее мысли постоянно перебивало другое желание. О котором и сказал Астарот.       Да плевать бы на все… Они же в спальне, а не в коридоре. Но ее колола совесть. А вдруг есть шанс с Мальбонте?       Хотя, какой шанс? Если они с ним до прихода Чумы уже начали отдаляться друг от друга. Если встанет вопрос что выбрать, Мальбонте не поставит их отношения на первое место. И он при любой возможности убеждал Айлин, что ему на нее все равно.       — Иди сюда, — Астарот переместил свою руку на ее шею и притянул еще ближе. Айлин уже прикрыла глаза в ожидании поцелуя, но Астарот не спешил. Он с довольной улыбкой всматривался в её лицо, изучая его так близко, что она чувствовала его дыхание.       — Будешь меня мучить? — еле слышно произнесла Айлин, приоткрыв глаза.       — Я разве мучаю? Тебе плохо? Или больно?       Его пальцы приятно растерли кожу на шее Айлин. Она судорожно выдохнула.       — Нет… Но я еще тебе не принадлежу. Или… репетируешь?       Он засмеялся.       — Я ведь должен попробовать сначала.       — Ты уже попробовал.       — Твоя правда. Только я давно решил, что хочу тебя в свое подчинение. Еще до первого поцелуя.       Айлин не выдержала и сама поцеловала его.       И едва не сползла на пол. Хорошо, что Астарот ее держал. От удовольствия прикосновений их губ, из нее врывался непродолжительный звук, похожий на мычание. Словно ей вкололи сильный транквилизатор, от которого тело слабеет и не слушается. Её сильнейшее перенапряжение начало растворяться. И именно поэтому она не могла выбросить из головы поцелуи с Астаротом.       Ноги подкосились сильнее, когда языки соприкоснулись. Айлин уперлась ладонями в твердую грудь, пытаясь не разорвать поцелуй. Пальцы не слушались, но все же она как-то расстегнула три пуговицы на рубашке Астарота. И теперь она может проводить ладонями по его гладкой коже, чувствовать рельефы мышц…       «Позорище! Мне никогда не было так стыдно за тебя!» — пронеслось в ее голове.       Мать права.       В кого она превратилась? Хотя может она так и не познала своей истинной силы, не раскрыла её. А теперь Айлин вообще сомневалась, что она у неё была.       — Я прошу… Останови меня… — тяжело дыша произнесла Айлин, приложив огромные усилия, чтобы оторваться от сладкого поцелуя. Она прижалась лбом ко лбу Астарота, пытаясь сдерживать закипающий внутри нее огонь страсти. Так не хочется в реальность… В эти мрачные будни. Без всякой радости и удовольствий. Но она должна попытаться! Она обещала матери.       От этих мыслей Айлин едва не захныкала. Глаза не хотят открываться, а губы тянет как магнитом к его губам. Она словно выпила литр глифта залпом. Ладони по-прежнему гладят мужскую грудь, и у нее нет ни капли желания прекращать это делать. Эта внутренняя борьба наверно доведет ее до обморока. Тем и лучше. Хоть так ее остановит.       — Уверена, что достаточно? — в голосе Астарота, который раздается у самого уха, слышится легкая насмешка.       — Нет… Не достаточно, — ей хотелось прокричать это во все горло. Но ее так расслабило, что это опьяненное состояние не позволяло сейчас даже немного повысить голос. — Хочу еще…       Айлин снова целует его мягкие губы и прижимается к груди, запуская руки в волосы, которые до сих пор были немного влажными. Запах свежести после душа дурманит голову. Она чувствует ладони Астарота на своей спине, пояснице… Они плавно спускаются ниже. Поглаживают ягодицы через ткань платья, и снова поднимаются наверх.       Айлин чувствовала, что он не будет настаивать на продолжении. Он просто позволяет ей брать то, что нужно. Астарот умело сдерживал ее. Это была какая-то странная игра, но со строгими правилами. Которые Айлин постоянно пыталась нарушить. Это само собой происходило. Как и любые другие правила. Видимо, в этом ее отличительная черта характера.       В действиях Астарота, как и в прошлый раз, присутствовала этика. Она чувствовала его интерес и одновременно сталкивалась с холодностью и равнодушием.       Это, наверно, было общей чертой характера метисов. С Мальбонте Айлин ощущала то же самое.       Опять он влез в ее голову!       Нет. Это просто совпадение. Потому что Кристофер — тоже метис и близнец Астарота. Но о его симпатии к Мими знает уже наверно вся школа. И никакой «холодностью» там не пахнет.       Тело покрылось испариной, в комнате становилось невыносимо жарко. Вроде еще недавно через открытое окно комнату наполнял ночной прохладный воздух.       Астарот очень медленно оторвался от ее губ. Айлин потянулась у нему снова, но встретилась с его взглядом. И поняла без слов. Он остановил ее. Сделал то, что она просила. Она осторожно шагнула назад, немного пошатнувшись. Жар сразу стал ослабевать, как только она выбралась из его объятий.       Айлин не знала, куда себя деть. И где вообще дверь? Но Астарот, заметив ее растерянность, соскочил со стола и застегивая пуговицы, подошел к ней.       — Все в порядке?       Та кивнула, стараясь не смотреть на него.       — Я пойду… Увидимся, — она быстро развернулась и направилась к двери.       Айлин на дрожащих ногах шла быстрым шагом по коридору, стараясь вообще ни о чем не думать. Ей просто нужно немного прийти в себя. Быстрая ходьба очень хорошо этому способствовала. Хотя ноги от слабости не очень ее слушались, но получалось идти более ли менее ровно.       — Айлин!       Она едва не споткнулась, услышав голос Астарота за спиной. Айлин замедлила шаг и развернулась, увидев, как он бежит к ней с какой-то книгой в руках.       — Ты просила порекомендовать что-то почитать… Тут про внутренние терзания, эмоции… Может, будет полезно.       Айлин приняла книгу из его рук, но он не спешил отдавать. И когда их пальцы соприкоснулись, оба замерли. Они какое-то время так стояли, сжимая книгу и получая удовольствие от простого прикосновения.       — Кто это тут у нас? Айлин?.. И Астарот? Как интересно!       От этого голоса Айлин сжала зубы, чтобы не заорать. Астарот тут же опустил свою руку. Она на секунду зажмурилась, стараясь не выдать эмоций и с натянутой улыбкой обернулась.       У противоположной стороны коридора рядом с лестницей стояла Чума со своей свитой. Но Айлин даже не понимала толком, кто там. Она сразу увидела возвышающегося рядом со всадницей Мальбонте.       Айлин заметила, что он тоже смотрит на нее, но как обычно — бесстрастно, словно никогда не видел раньше.       — И что это вы тут делаете вдвоём так поздно? — с противной ухмылкой спросила Чума.       — Я обещал Айлин книгу. Она просила, — нашёлся Астарот.       Всадница хмыкнула, разочарованная таким неинтересным ответом.       — Госпожа, я уже спрашивал у вас. Вы отказали. Но, все же, нельзя ли чтобы Айлин стала моей «игрушкой»?       Айлин резко повернула на него голову. В её взгляде можно было сейчас прочитать: «Ты что, спятил? Вот так при всех просить!»       — Айлин принадлежит Люциферу, — сказала Чума, пристально глядя на них.       — Он не справляется. А моя «игрушка» мне совсем не нравится.       — Что скажешь, Мальбонте? Стоит ли отдать Айлин Астароту? Насколько я знаю, к метисам у нее особое отношение, — Чума не сводила с Айлин своего пронзительного издевательского взгляда. А та хотела провалиться куда-нибудь. И не стой сейчас рядом Астарот, Айлин бы наверняка выдала свои чувства.       — Как хочешь. Мне без разницы, — равнодушно отозвался Мальбонте.       Айлин встретилась с ним взглядом. Он же сейчас может прочесть по ее энергетике, что было недавно между ней и Астаротом!       Она с вызовом вздернула подбородок, как бы молча говоря: «Ты больше не имеешь права контролировать мою личную жизнь. После всего, что было. Мы теперь каждый сам по себе. Ты от меня отказался!»       Айлин знала, что Мальбонте почувствует эти слова.       — Я подумаю. Но не обещаю, что ответ будет положительным, потому что на Айлин у меня есть другие планы.       — Лучше отдай её близнецу, — недовольно бросил Мальбонте.       Чума тут же подозрительно прищурилась, обернувшись на него.       — Это ещё почему? Ты только что сказал, что тебе без разницы.       — Я просто не понимаю, зачем с ней возиться. У неё нет силы. Она ничего не может. Если уж оставила в живых, пусть тогда хоть кому-то будет польза в виде развлечения.       Айлин с такой силой вцепилась в обложку книги, что не знала, как не продавила её пальцами насквозь.       Как у матери получается не показывать эмоций!       Когда Айлин была готова сейчас разнести все вокруг. Оттаскать за волосы Чуму, влепить пару затрещин Мальбонте и вообще всех послать и свалить отсюда, как недавно попыталась сделать Мими.       Чума снова взглянула на Айлин и Астарота, стоявших неподалеку.       — Я подумаю. Но ничего не обещаю, — она направилась к лестнице. Свита тут же последовала за ней.       — Буду ждать вашего решения, — улыбнулся Астарот.       — И вы тоже расходитесь, — бросила Чума через плечо, даже не обернувшись. — Я вам еще не разрешила быть вместе. Будете наглеть, запрещу даже разговаривать.       Айлин смотрела в спины уходящей Чуме и других и не могла шевельнутся. Слезы подступили к глазам, когда всадница погладила Мальбонте по плечу, что-то тихо говоря ему, а потом рассмеялась противным смехом.       — Задавила бы эту тварь… — еле слышно произнесла Айлин себе под нос. Она едва не вскрикнула, когда ладонь Астарота легла на ее спину.       — Идем. Провожу тебя до комнаты.       Айлин кивнула, стараясь сдержать слезы. Это была первая встреча с Мальбонте после того, что она узнала про него и Чуму, и она с трудом ее вынесла. Каким-то чудом. Но сколько еще таких встреч будет? И она даже на секунду боялась представить, что бы с ней творилось сейчас, если бы не Астарот.       — Это было смело. То, что ты попросил, — сказала она, пока они молча шли по коридору к ее комнате. — Ты мне очень помог… Спасибо.       — Чем?       — Всем, — она повернула голову и улыбнулась ему.       — Если Чума разрешит мне стать твоим «хозяином», тебе придется отрабатывать. Поэтому не благодари раньше времени.       Айлин засмеялась и покачала головой…