Рубиновая клетка

[ 20**.??.??

— Прыгай, – прозвучало под окнами. Руки Ли Минхо мёртвой хваткой вцепились в подоконник, разглядывая незваного гостя. Бан Кристофер Чан стоял под окном, протягивая младшему руки и широко улыбаясь. Полнолуние и мерцающие звёзды на небе украшали очередную ночь. Старшему не спалось, а младший как всегда был рад сбежать подальше из дома. Ссора с родителями, и Хо запирался в комнате, дожидаясь следующего дня, чтобы встретиться с Чаном и забыть обо всех бытовых проблемах. — Я боюсь, – Минхо выглянул в окно. — Всякий раз кажется, что разобьюсь. Ты представь, какая глупая смерть будет.. Убился со второго этажа! — Подумаешь, упал один раз с трубы, так живой ведь. Давай, котёнок. Чан не соврал — Минхо оказался в руках старшего. Пару секунд школьники смотрели друг на друга. Смущение как в первый раз. — Куда теперь? – спросил Минхо, слезая с рук друга. — Как обычно. Куда-нибудь, – ответил Чан и взял младшего за руку, заставляя бежать следом. Они бежали в неизвестном направлении. Каждую ночь была новая локация, но общая атмосфера не менялась. Лучший друг рядом, комфорт, общение и смех. Парни остановились около небольшой непримечателой реки и сели под деревом возле неё. Тяжело дыша, друзья приняли положение полулёжа, рассматривая сияющую луну. — Устроил марафон старому, – младший закрыл рот рукой. — Сейчас сердце выскочит. — Для здоровья полезно. Кто знает, когда тебе бег понадобится? Тем более ты же хочешь стать полицейским, а для этого нужна хорошая физическая форма. Или нет? — Я буду из засады стрелять, снайпером может стану, – Хо завёл руки за голову. — Или сяду в начальство, чтобы всех лентяев гонять. — С твоим характером быть начальником опасно — грохнут, только ты вступишь на пост. Да и не твоё это место. — Считаешь, что из меня получится плохой руководитель? Я бы поспорил. — Поэтому и не твоё, – посмеялся Чан. — Ты определённо станешь отличным полицейским, но я не особо верю, что у тебя получится искоренить зло. Оно есть в каждом человеке, просто у кого-то проявляется в большей части. — Полностью избавить мир от зла — это как найти иголку в стоге сена. Возможно, конечно, но абсолютно бесполезно. Какая–нибудь швея снова её выронит, и опять по кругу. Но всё же я на что-то способен, правильно? Если преступники не будут понимать ласковых слов, то стану говорить на понятном для них языке — языке боли, – грозно поднял сжатый кулак. — Всех посажу на бутылку правосудия. — Мне в момент стало страшно становиться преступником, – Крис приложил ладони к своим щекам и с наигранным испугом глянул в глаза младшего. — Если ты меня поймаешь, то мне точно не жить. — Кстати, – сел ближе, — а почему ты решил им стать? Шутки ради? — В шутку, но если обстоятельства сложатся подобным образом, то, думаю, я уже не остановлюсь. Если кто-то обидит дорогого для меня человека, то пощады пусть не ждёт. Теперь благодаря тебе не считаю такой расклад чем-то плохим. Задели меня, так почему я не могу задеть их? Как там? «Сильный побеждает слабых»? — Это называется: «Я чмо, которое ничего не может, поэтому самоутверждается за счёт других». Не могу называть подобных людей сильными. Обычные хлюпики. Нужно уметь давать отпор, но не более. Посмотри вон на этих придурков со школы. Ничего не могут, угрожают и идут втроём на одного. Разве это сила? Вряд ли. А насчёт преступной жизни.. Не по приколу связываются с этой темой. Всё почему? Человеческая жадность, будь то деньги, ревность или то же желание показать свою силу. Сколько не пытайся поймать таких, они продолжат появляться на свет. — И ты хочешь вступить на этот неразрываемый круг. А если тебе захотят отомстить за осуждённого? — Ненависть порождает большую ненависть, но кулаки я применять не стану. Сядут рядом за решётку и будут гнить там до конца своих дней. Мне же осталось отучиться, получить удостоверение и оружие.. — Навык стрельбы, – старший загибал пальцы, — умение контактировать с людьми, подвешенный язык, за который тебя не захотят побить свои же коллеги.. Вроде всё перечислил. — Ух ты, волчонок зубки показал? – в голосе прозвучал восторг. — Ты смотри, я без проблем могу их подпилить и не в щадящем режиме. — Я не так выразился, – Крис улыбнулся. — Но хочу тебе кое-что сказать. Спасибо, что ты стал моим другом. Минхо не заметил, как его губы расплылись в улыбке. Даже при слабом свете парень увидел, что щёки Чана стали розовее. — Не за что, – по-дружески похлопал по плечу, затем прошёлся рукой по спине. — Спасибо, что ты всегда на моей стороне, хён. ]

***

Полицейский держался до последнего, чтобы не наорать на малолетнего преступника и не дать ему смачного подзатыльника. Оказавшись в «темнице», Минхо сорвался и сделал задуманное, на что Феликс шикнул, подняв брови наверх и хлопая ресницами. — У тебя мозгов нет, но нахуй ты позволил ему залезть сюда, Феликс? – Лино ходит из стороны в сторону, рисуя разнообразные картины в голове, как Чан избавляется от младшего напарника, и не может остановиться. Что происходит в кабинете? — Зачем он пришел? За мной? Этот чёртов идиот никогда не слушает, что ему говорят! – совершенно забыл, что сам отправил смс с адресом. Настолько появление Хёнджина в дурдоме выбило из колеи. — Минхо-хён, мой братишка наконец-то одумался, так что я почти слёзно просил Бинни-хёна поговорить с Чан-хёном. Хёнджину выгоднее быть здесь, чем он будет насасывать вашему тупому начальству даже не за спасибо, – Феликс на мгновение получил презрительный взгляд. Такие острые словечки Хо слышал от Хёнджина. Сразу видно родственников. — Не смотри так на меня, я уже взрослый мальчик, – младший закатил глаза и характерно цокнул. — Что с Хёнджином сделал Со? – Минхо упёрся руками в комод и через зеркало смотрел на Феликса. Две стороны одной медали: нельзя сдавать Чанбина с его «приказом» переспать; нельзя сдавать Хёнджина с его: «Хорошо». В удобный момент Ли обоим головы открутит. — Отвечай, Феликс. — Обычная проверка, – пожал плечами. — Мы все её проходим при вступлении в банду. Стандартные вопросы: почему, зачем, кого и как, – на самом деле Бан избивал новых подчинённых, проверяя их громкие слова о преданности философии «Бродячих Детей». Младшего Хвана такая проверка обошла, ведь его под своё крыло взял Со. — Проверяют умение стрелять и связи с полицией, – одна правда. — С этим я дважды пролетел, ведь оружие в руках не держал, а мой братик один из лучших копов. Сам знаешь, что он никогда не промахивается, а нам такие ребята нужны. — Ты придурок, Ликс. Маленький мальчик, пока не понимающий всего пиздеца, на который подписал родного брата. Это твоя благодарность за многолетнюю защиту от вашего ебанутого отца? — Видишь, хён? У меня тоже есть причина быть здесь, – хихикнул. — Чтобы поменьше было таких, нас должно быть больше. С Джинни-хёном всё в порядке. Нам осталось ждать.

***

Бан Кристофер Чан не может назвать себя больным человеком. Разве жертвы обстоятельств — это больные люди? Они были вынуждены стать такими. И сейчас глава «Бродячих Детей» наблюдает за шоу: Хван Хёнджин, второй ненавистный человек в жизни Бана, смотрит на тесак. В карих глазах полицейского неподдельный страх. Этот ужас в глазах Бан видел у каждой из своих жертв. Приятно, когда боятся. Приятно, когда уважают. Чан сильнее прижимает Чанбина. Дыхание срывается от последующих действий, но тем становится интереснее. — Давай, малыш, – с предыханием говорит Чан. — Отрежь его. Лезвие маленького тесака тупое. Настолько ли сильна любовь Хвана к Ли? Определённо. Ради напарника Хёнджин покорит горы и опустошит моря. Ржавое лезвие заставляет сердце биться чаще положенного. Один взмах, и Джин пожертвует собой. Растопырив пальцы, полицейский упирает мизинец левой руки на угол стола и вздыхает. Мельком замечает, как Бан поворачивает лицо Со к себе, сжимает щёки младшего и впивается в его губы, не отводя взгляда от Хвана. Кристофер не на шутку возбудился, а Чанбин как обычно попался под горячую руку. Один взмах, и две фаланги мизинца валяются на столе. Лезвие тесака застревает в деревянной поверхности. Хёнджин не кричит и не всхлипывает. На месте удара — жуткая пульсация, и полицейский смотрит, как начинает лить алая кровь. На столе образуется маленькая лужа, а Хван прикусывает губы. Глаза застилают слёзы. — Умница, щеночек, – хмыкает Чан. Бессознательное тело полицейского падает на пол. — Блять, и этот в обморок. Они слишком слабые. Чанбин~а, – ведёт носом по шее, пока Со в тупую глядит на Хвана, – обработай нашему мальчику пальчик. По гостеприимству кинь Хвана в подвал. — Ты уёбок, Чан, – говорит Чанбин и слезает с колен старшего. Парнем снова воспользовались. — За это ты меня и любишь, Чанбин~а, – и они оба знают правду.

***

Стоя возле двери в комнату младшего, Бан закрывает глаза и шумно втягивает воздух. Не таким образом парень хотел притянуть Ли к себе. Глава «Бродячих Детей» не верит, что Хван поменял своё мнение касаемо деятельности банды. В жизни каждый второй человек врёт, чтобы уловить свою выгоду. Если Хван будет слишком близко к Ли, то младший уйдёт, как шесть лет назад. Чан не может этого допустить. Минхо всегда должен быть рядом. — Чан, – Минхо подрывается с кровати и подбегает к старшему, хватая его за руки, – пожалуйста, я хочу его увидеть. — Котёнок, – Чан отдёрнул руки и нежно погладил младшего по щеке, наслаждаясь паникой в глазах напротив. — Пока нельзя, – мягкая улыбка. — Ликси, ты молодец. — Спасибо, Чан-хён, – Ликс поклонился, не скрывая радости в глазах. — Надеюсь, что мой брат добьётся твоего уважения. — Ага, я тоже надеюсь, – Бан чмокнул Ли в лоб и потрепал Хвана по волосам. — Вечером увидимся.

***

Со кидает тяжёлое тело на пол в подвале. У Хвана рука не дрогнет, чтобы выстрелить в человека, но собственноручно лишить себя пальца — вычерно. Чанбин видел много жестокости со стороны главы, но сам полгода назад потерял сочувствие. Почти каждодневные убийства в порядке вещей, и это Бину надоело. Надоело постоянно прятаться, надоело играть в догонялки с полицией и стабильно у них выигрывать. Надоело идти за спиной нестабильного человека и убирать за ним трупы. — Малыш крепко выстоял, – Чанбин обрабатывал раны Хёнджина, которые сам же ему и нанёс на пару с Чаном. На месте мизинца был буквально обрубок. — Чан заберёт тебя через пару часов, а пока выпей таблетки и можешь поспать. Специально для тебя выпросил у хёна подушку, – подумаешь, что в подвале. Пусть Хван радуется хотя бы этому, ведь Бан мог без промедления убить.

***

«Бродячие Дети» ненавидят полицейских, и Ли Минхо чувствует на себе каждый презренный взгляд. Некоторых подчинённых Бана он видел и приносил им увечья не один раз. Довольный младший Хван идёт впереди возле Со, здороваясь с «коллегами». Дети не умеют рассуждать здраво. Феликс в полной мере не понимал, куда ветер его занёс. С одной стороны, Минхо завидует наивной детской глупости, но сам осознаёт, что ничем не отличается от Хвана: веры в чудо давно нет, но в груди теплилась надежда, что всё ещё можно исправить, повернуть рубильник в нужную сторону и пойти в нормальную жизнь. Банда беспредельщиков — запуганные обществом дети. Детям не объясняли, что такое хорошо и плохо, как верно поступать в сложившихся обстоятельствах. Дети боятся получить помощь опытных людей. — Нахуй он сюда припёрся? — Босс хочет видеть его рядом. Скорее бы его голова была на троне. — Тише вы, идиоты. Чанбин-хён услышит, и нам всем пиздец. Члены преступной группировки перешёптывались между собой, вслед кидая в Ли окурки. Полицейский сжимал кулаки в карманах пальто и рассматривал окружающее пространство: узкая улочка, украшенная красными флажками, работающие бары с сомнительным контингентом и «Бродячие Дети» с нашивками на рукавах. Со Чанбин повернул в сторону, и компания оказалась в тупике. Заместитель главы «Детей» трижды стукнул по стене. Через минуту послышался звонкий голос, сопровождающийся хлопанием. Где-то стукнули обо что-то металлическое, и перед парнями появился юноша около 25-ти лет, с длинными седыми волосами и серой накидкой с капюшоном. — Ким Сынмин? – Ли не верил глазам. Перед ним стоял бывший одноклассник, вечно завидующий успехам Минхо. Тот самый Ким Сынмин, из-за которого всё в жизни полицейского перевернулось вверх дном. — М.. Минхо? – Ким попятился назад. — Что ты здесь.. — Любезностями обменялись, теперь пиздуй, – сказал Чанбин и толкнул Сынмина в стену, из-за которой последний вышел. Дела ждут. Потом разберётся, как эти двое связаны.

***

Раненый человек в подвале родного пристанища. Как карикатурно, как предсказуемо. Данное действие вызывает ребяческий смех, но Бан сдерживается, смотрит на Хвана сверху вниз, довольно ухмыляясь. Чан — хозяин положения. Только ему решать, будет ли полицейский жить или преступник выстрелит в голову. Кого же напоминает эта ситуация? Но разница всё же есть — Лино не безразличен. Он остался родным человеком, в ногах которого Кристофер готов ползать, держать рядом с собой и любить больной любовью, запрещая контактировать с остальным миром. Запрещая даже думать о младшем напарнике, харкающем кровью сейчас. — Поднимайся, – Чану не противно смотреть. Он, забавляясь, носком ботинка приподнимает лицо Хёнджина. — Я непонятно говорю? – садится на корточки и притягивает пленника за шиворот. Языком слизывает остатки крови с чужого подбородка. Горький вкус. Не такой, как у Минхо. — Не испытывай моё терпение, – шепчет в губы. — Последствия тебе не понравятся, щеночек. Хван пытается подняться. Левая рука перемотана, и повязка пропиталась кровью. Хёнджин переключает взгляд на Кристофера. Как Минхо мог любить этого садиста? Что произошло у Бана, если сейчас для него жизни людей стали игрушками, которые не жалко сломать? — Не драматизируй, – Чан закатывает глаза и складывает руки на груди. — Всего один палец. У тебя в запасе ещё есть. Бан вёл Хвана до машины, держа его за горло. «Дети», которые дежурили возле входа, сели в машину и контролировали полицейского. Дорога до Хана заняла считанные минуты. Кристофер приказал переодеть Хёнджина во всё чёрное, включая маску на лице, открывающую только глаза. Остальным рано знать, кто пытается вступить в банду. Два копа со стороны руководителя — предательство. — Сегодня зачистка «Цветущей Сакуры», там ментов навалом. Заебали наши точки крыть, суки, – Джисон, объясняя план, зевал. — Раз, два.. А ты кто? — Тебе знать не надо, – Чан притянул Хёнджина за руку. Хван спустил ткань на лице пониже, как и было приказано. — А мы нигде не виделись с тобой? – Хан приоткрыл губы и вопросительно поднял бровь, рассматривая гостя. — Выглядишь знакомым. — Нигде, – кратко отвечает Джин. — На этот раз копы подготовлены не через пизду, – говорит Крис и кладёт руку на талию Хёнджина. Младшему мерзко от такого прикосновения. — Обычно на облавы приезжали Минхо и Хван, однако не сегодня. Я кину тебя в пекло событий. Чем больше убьёшь, тем выше шанс вступить к нам. Если нет, то земля пухом. Справишься? – сам Чан в бою участвовать не будет, а только посмотрит, как справляется Джин. Напряжение из-за события в кабинете никак не отпускает, и Бан глазом не поведёт, если кто-то не так посмотрит в его сторону. Сразу убьёт. — Ты знаешь, как я работаю, – выплёвывает Хёнджин сквозь зубы. — Я помню, щеночек. Будет тебе снайперская винтовка. И даже не думай испробовать её на мне. Уяснил? — Так, всё, хватит твоих лобызаний хер знает с кем, – Джи щёлкнул пальцами. — Видать, ты много знаешь, да? – обратился к незнакомцу. — Расскажи, кто там тусуется обычно. — Новички. Начальство проверяет на деле, как те справятся с поставленной задачей. Патрулирование — один из вариантов. Ликвидировать их проще. Полиция так и раскидывается людьми, как пушечным мясом, – изложил Хван и получил одобрительный кивок от Бана.

***

Хван Хёнджин, к сожалению, как всегда на отлично справлялся с каждым порученным ему заданием по зачистке территории. Но в этот раз он был по другую сторону и выполнял приказы ублюдка Бана, за которым два года гонялся вместе со старшим напарником. Чтобы доказать мнимую верность и готовность действовать приказам, замаскированный Хван стрелял по своим, не испытывая сожаления. Прицел снайперской винтовки, задержка дыхания и спусковой кручок. Десять человек в полицейской форме упали замертво. В полицейский отдел уже передали, что у «Бродячих Детей» появился новый неизвестный человек, который хорошо держит в руках ствол. — Шен Ки, – Хёнджин стянул маску и глянул на Чана. — Продавал наркотики детям, грабил инвалидов. Отец выкупил его из тюрьмы, и он стал работать у нас. — Зачем ты рассказываешь мне биографию каждого убитого тобой? Думаешь, так искупишь свои грехи? – Крис курил, вытирая окровавленный нож. Всё же не сдержался от жажды воткнуть нож в горло копу. Посмертные конвульсии — настоящая радость в глазах. При таких моментах Бан живёт, а не существует. — Так не работает. — Доказываю, что я на твоей стороне, хотя давно мог скинуть тебя с этой крыши, – складывает снайперскую винтовку в чехол. — Среди полиции много мудаков, любящих деньги. Копы должным образом не выполняют свою работу, а ты таких презираешь. И я теперь тоже. — Цирк уродов, – кидает окурок с крыши. — С вас мне нечего брать, но вы вечно мешаете мне защищать тех, кто в этом нуждается. Знаешь, как меня это раздражает, щеночек? Конечно, откуда тебе знать? Ты же у нас весь благородный рыцарь, выросший в любви и заботе? Тебе нас не понять. — Отец избивал нас с Феликсом за любую провинность. И у меня, и у брата на телах шрамы от отцовской любви. Я защищал Ликса, как ты «защищаешь» своих «Детей». Поэтому я решил пойти в полицию, чтобы добросовестно выполнять работу тех, кто её вовсе не делает. Достаточно благородно? — Раздражаешь, – стонет Чан. — Мало тебя избивали, раз выбили все мозги, и ты допустил, что младший братишка убежал под защиту другого человека. Травмированные детки.. Какая жалость! Почти плачу! — Ты травмирован больше нас, Бан, – съязвил Хёнджин. — Но не хочешь себе признаваться. — Завали ебало, Хван, – подходит ближе и приставляет острое лезвие ножа к горлу. Надавить немного, и из-под тонкой кожи хлынет кровь. — Не забывай, что и кому ты говоришь. Не хочешь перед смертью увидеть Минхо? Без проблем, – кровь в венах на шее Джина запульсировала быстрее.