Рубиновая клетка

[ 20**.?.?

Ли Минхо из того типа людей, которым всё равно на учёбу, но они всегда на первых местах в любых школьних мероприятиях. Зависть — грех, но Ким Сынмина этот факт не волновал. Каждый раз хотелось стереть нахальную улыбку с лица Ли, заставить его окунуться лицом в грязь и морально уничтожить. Ким навечно застрял на втором месте. — Вечеринка в честь окончания учёбы, — после появления Бан Чана в школе стало сложнее словить Ли в одиночестве. — Как на это смотришь? Отказы не принимаются, — Сынмин ярко улыбнулся. — Вечеринка пройдёт у моего дяди в коттедже. Можешь прихватить пару девчонок с собой. Найдём им кавалеров. — Боишься, что один не удовлетворишь их? — хмыкает Минхо и сцепляет руки между собой, а Сынмин смеётся, хотя внутри у него всё сжимается от злости. «Самоуверенный ублюдок», — вот что на самом деле думает. Ким Сынмин ненавидит в Ли всё, начиная от карих глаз и блондинистых волос и заканчивая его длинным языком. В глазах других Ли — крутой бэдбой, никого не боится, холодным взглядом смотрит, будто осуждает. Бесит эта выскочка. Однокласснику с комплексом неполноценности осталось тешить своё эго за счёт других, чем Ким и собирался заняться. Он проучит Ли за все свои поражения. Нужные помощники для этого есть. — Тогда смской напишу подробности, — Сынмин достал телефон, Минхо в ответ кивнул. — «Он наш», – отправил на другой номер. ]

***

На небольшом столе Ким раскладывал мешки среднего размера с белым порошком внутри, стараясь не смотреть на Ли. Бывший одноклассник внешне почти не изменился: то же высокомерное выражение лица, поджатые губы и взгляд исподлобья. Но Сынмин знал, что внутри у Минхо далеко не всё в порядке. В юношестве Мин слышал разговоры Хо и Чана о преступлениях и полиции, поэтому появление Ли в кругах «Бродячих Детей» не стало удивительной новостью. — Не объяснишь, как ты тут оказался? — не выдержав, спросил Ли Минхо. — Нравится быть в подсосах у того, кого чморил в школе? — Минхо, я.. — было видно, что Сынмин боится идти на контакт. — Пожалуйста, потом.. Он не знает, что я здесь.. — Девочки, — Чанбин пощёлкал пальцами, привлекая внимание, — кудахтать будете потом. Докладывай. — И-из «Цветущей Сакуры» поймали несколько на-наркоторг-говцев, — Ким начал заикаться. — Это их п-продукты. Ост-тальное лежит на ск-кладе, за который от-твечает Хан–хён. Те люди были из «Кайзеров», сейчас за ними следят, пока ждут.. — мельком глянул на Ли, — пока ждут приказа Бана. — Убить и Чана не ждать, — отрезал Со. — Дальше что? — П-полиция намерена с-сегодня зачистить «Сакуру», потому что т-там мало «Детей». Вот, — парень протянул смятую бумагу Чанбину. — Список новичков п-полицейских, к-которые будут учас-ствовать. — Надо позвонить Чану, — Чанбин глазами пробежался по списку. — Что-нибудь ещё? — Сапёры подт-твердили, что взрывчатка была не нашей. Хан-хён не подменял её, поэт-тому он чист. — Мне интересно, почему возле Чан-хёна в самый нужный момент появился Праведник, — Феликс сложил руки на груди, смотря на Чанбина. — Он же никогда не работал с нами бок о бок? Да и Канин.. Впервые слышу это имя, но Чон с ним явно в тесной связи. — К-канин? — спросил Сынмин, прикусив пальцы. — Ан Канин? Это он? — Кто это? — Бин вопросительно приподнял бровь. — Эй, ты чего дрожишь? — потрепал Кима за плечо. — Минхо, — сорвавшись с места, Сынмин сел перед бывшим одноклассником на колени и тревожно смотрел в глаза, — ты же помнишь его? Ты же знаешь его? — взял за руку и стал её трясти. — Минхо? Полицейский прикусил язык, но сдержать смех не удалось. Чанбин и Феликс непонимающие переглядывались, пока Минхо истерично смеялся. В секунды передышек улыбался, сосредоточившись на глазах Сынмина. Такого урода сложно забыть. Сложно забыть, как Ан по прихоти Кима сделал то, от чего Ли хотелось умереть на месте. Из-за чужой прихоти, дешёвой зависти Лино потерял самого дорогого человека в жизни. — Откуда мне его знать, Сынмин~и? — пальцами утирает капли слёз в глазах. — Первый раз слышу, — пожимает плечами. — Твоя реакция говорит об обратном, Ли, — сказал Чанбин, закуривая. — Выкладывай, иначе я убью тебя. — Не знаю, блять, — повторяет Минхо увереннее. — Много ли таких по миру ходит? Более чем. Имя смешное, поэтому извиняйте. Ты лучше скажи, — встал со стула и указал на мешочки с наркотиками, — куда вы это сливаете? Кому продаёте? Мне нужно для отчёта, чтобы пересажать вас всех. — Закидываем в себя, — начал Феликс, — потом нам кажется, что мы действуем по справедливости, поэтому.. — День потрясений. Не думал, что ты умеешь разговаривать сарказмом, хотя у тебя есть наглядный пример, — вздохнул Минхо. Ни Чан, ни Чанбин не сказали, что сейчас с Хёнджином, жив ли он. Если вечером планируется зачистка, то Бан однозначно поведёт на место. Вопрос в другом: будет ли Хван стрелять по коллегам? Неприятные картины в голове перебивает Со. — Нам нужно съездить ещё в одно место. Убери это, — Бин указал на наркотики и вышел из комнаты, Феликс и Минхо за ним. — Минхо, — позвал Сынмин, и Хо остановился у двери. — Я все эти года не могу н-нормально с-спать, — закрыл лицо ладонями. — Каждую н-ночь вижу тот п-повторяющийся кош-шмар. Я режу р-руки, но меня всегда с-спасают. Мне с-стыдно, что я не могу умереть. П-прос-сти меня. Я виноват перед тобой. — Бедный Ким Сынмин, — прохныкал Минхо. Столько лицемерия в нескольких предложениях он ни разу не слышал. Ким не сожалел, его не мучила совесть. — Кошмарики? Ручки режешь? К врачам сходи. Они, может, помогут с твоим недугом и сделают эвтаназию. Знаешь, было бы неплохо. И прощения проси у самого себя, — хлопнул дверью с обратной стороны.

***

Сильнее сжав рукоять ножа, Бан Чан ухмыльнулся. Одно действие — человека нет в живых. Человеческая жизнь ничего не стоит — её просто забрать. Человек — оболочка, которая физически не может долго жить. В конце концов все люди умрут, поэтому зачем так цепляться за жизнь? Почему Хван Хёнджин напрягся, когда глава «Бродячих Детей» приставил лезвие к горлу? К чему пытался перехватить руки Криса? — Смеешь сопротивляться мне, щеночек? — уголки губ опустились вниз. — Пару часов назад ты клялся мне в верности, а сейчас что? Не даёшь воткнуть нож тебе в горло. Ты меня разочаровываешь. Человека легко поймать на лжи, стоит только немного надавить. Ты знал? — Именно поэтому ты ничего не пытался выяснить у Минхо шесть лет назад? — Хёнджин отдёрнул руку старшего, и нож упал на крышу. — Противоречия в порядке вещей? Или ты боялся задеть его чувства? — Ты сам много знаешь? — Крис начал раздражаться, поднимая нож и морально останавливая себя от очередного убийства. Котёнок ждёт другие новости. — Ни-че-го, — проговорил по слогам. — Без понятия, что Лино тебе рассказал о нашем совместном прошлом, но мы с тобой находимся примерно на одном уровне — не знаем ничего о нём. Однако между нами всё же есть маленькая разница, Хван, — подходит ближе и притягивает за шею. — Я для него важнее, чем ты, — шепчет на ухо. — Всегда был и буду. — Пока не окажешься за решёткой или под землёй, — ответил Джин и сделал небольшой шаг назад. — Стреляешь ты отлично, не могу спорить. Ты принят, — Чан развернулся и направился к выходу. Для Хёнджина настал идеальный момент, чтобы атаковать со спины — этот вариант Крис и хотел проверить. Но Хван перекинул чехол со снайперской винтовкой через плечо, надел маску на лицо и последовал за Баном.

***

Около девяти вечера Минхо и Феликс услышали, как на первом этаже хлопнула дверь. Через пару секунд закричали Чан и Чанбин, послышались звуки сильных ударов. — Хён, — Феликс схватил старшего за руку, только Минхо хотел выйти, — сейчас лучше сидеть. — Пока они там убивают друг друга? — пытается выдернуть руку. — Феликс, отпусти. — Нет, — захват стал крепче. — Мы должны сидеть здесь, как Чанбин-хён и сказал. Бан честно пытался не сорваться, держался из последних сил, но животное желание пересилило. Диалог с Хваном вывел из себя. На самом ли деле Кристофер важен для Лино? Или он сам себе придумал? Придумал, что бывшим друзьям выпал шанс начать всё с начала? Никто не хотел знать, что произошло, как это можно было исправить. Прошлое не вернуть, как и не вернуть искреннюю улыбку Ли. Первым попавшимся на пути оказался Со, которого Бан схватил за шиворот и потянул за собой в спальню. До Рюджин ехать далеко, поэтому воспользоваться подчинённым — единственный вариант. Закрыв комнату на замок, вдалбливает младшего в стену и кусает его губы. Чанбин шипит, дёргает руками, но Крис держит их намертво. — Блять, Чан! — привыкнуть к подобному поведению сложно. Чанбин пытается вырваться. — Опомнись! — Бин, малыш, — Чан немного отстраняется и устремляет взгляд в глаза подчинённого, — я завидую тебе. Завидую, что ты можешь контролировать себя. Завидую, что ты был счастлив. Завидую, что Ёна умерла, и теперь тебе не надо мучиться блядскими отношениями, постоянно что-то выяснять. — Да о чём ты.. — после слов старшего в груди неприятно жжёт. Бан не одобрял девушку Со, но говорить подобное в лицо, когда рана ещё свежая? — С мёртвыми отношения лучше всего. Тоже так считаешь? Завидую. Понимаешь, ублюдок Хван натурально хочет спиздить то, что по праву принадлежит мне. Это неправильно, нагло. Ради моего Минхо он убивал копов, не поведя и бровью. Скажи, — уткнулся в шею, — кто из нас псих? Я влюблён взаимно, а он нет. Я действую ради любви, а он нет. На чьей ты стороне? — Ты говорил мне, что любви нет, но сам сейчас твердишь об обрат.. — Заткнись, — проговаривая сквозь зубы, стал сдавливать горло рукой. Пульсация вен доставляет удовольствие. Кристофер не противоречит сам себе. Бесполезно ожидать мягких прелюдий. Такие процессы предназначены только для Ли Минхо, а Со Чанбин потерпит ради своего обожаемого босса. На кровати Кристофер поворачивает Чанбина к себе спиной и снимает с него одежду. Шея страдает от укусов, а упругую грудь трогают руки с застывшей на них кровью неизвестного убитого. — Прогнись, — приказывает Чан на ухо. — Ты же не хочешь, чтобы я сделал тебе больно? Стиснув зубы, Со упирается руками в кровать, а Бан спускает с него боксёры. На скорую руку растягивает младшего, ведь сам находится на пределе. Комфорт «партнёра» сейчас не важен, поэтому Кристофер достаёт презерватив, раскатывает латекс по собственному вставшему члену. Смазывает Бина и себя и резко входит в узкое пространство. Самому некоторое время неприятно. Чанбин вскрикивает, опускает голову вниз. Слёзы скатываются по щекам — их Чан не должен видеть. Но его подобное и не волнует, ведь он, думая, что младший уже привык к размеру, начинает двигаться. Медленные толчки сменяются быстрыми, ногти царапают спину, и старший закрывает глаза от незамысловатого человеческого удовольствия. Раньше все проблемы в жизни Бана решались сексом, но теперь всё иначе. Парень не может спустить внутреннюю энергию на одного маленького полицейского, ведь так только отпугнёт его. Сквозь пелену в глазах Чан видит, что он необходим Минхо. У них всё получится. Внизу Чанбин всхлипывает, а Крису плевать. Он снова представляет любимого человека. Редкие стоны доносятся до комнаты напротив, и Ли не понимает свои чувства. Недавно Бан клялся в любви, просил быть рядом и позволить себя любить. Для чего был весь этот цирк? — Ты же не думал, что ты у него единственный? — Ликс сочувствующе хлопает Минхо по плечу и уходит. Ли бьёт кулаком в дверь, а после спиной по ней сползает. Ноги отказывают держать, а уши — слышать эти постыдные звуки. Хочется кричать, но голос будто пропал. Остаётся ждать, пока Чан вдоволь наиграется Чанбином.

***

Полностью удовлетворенный Бан накидывает на себя первые попавшиеся вещи и подходит к шкафу, из которого достает бутылку виски. Всегда к месту выпить и закурить после полового акта, наполненного эмоциями. Кристофер затягивается и выдыхает в потолок, пока обесиленный Чанбин в полуживом виде валяется на кровати. В самом начале знакомства Со знал, что с этим человеком будет непросто, но что-то в голове мешает в полной мере ненавидеть его. Привязанность, верность или страх? — Сколько ты стоишь, малыш Бин~и? Называй любую сумму за предоставление качественной услуги, — разум Чана посчитал шутку забавной и уместной. Чанбин всего лишь подчинённый, у которого нет права выбора. Сегодня по указу Бана убивает людей, а завтра стонет под ним. Выгодная сделка. — Чтобы через пять минут тебя не было в моём доме. На завтра даю тебе выходной, — отпивает прямо с горлышка. — Думаю, день не сможешь нормально функционировать, а мне такого добра не надо, — хмыкает и выходит из спальни. Опустошит половину бутылки, скурит несколько сигарет и только потом отправится к Минхо, полностью успокоившись от сегодняшнего дня.

***

Нутром Феликс чуял, что день сегодня один из самых ужасных. Кто же знал, что в криминальном мире всё так сложно и отвратительно? Часы пробили час ночи, и наконец Чанбин пришёл домой. Хотя не пришёл — вбежал, снося всё на своём пути. — Блять! — Чанбин кулаком ударяет по стене, и на ней появляются едва видимые капли крови. — Придушу, застрелю, расчленю этого ублюдка! — бас становится ниже, а пальцы на руках превращаются в кровавое месиво. — Хён, что прои.. — Иди отсюда на хуй, Феликс! Отъебись от меня! — старший поднял голос на ни в чём неповинного Феликса. Холодок пробежался по спине последнего. Хван Феликс — единственный человек, который может успокоить Со Чанбина, в каком бы состоянии тот не был. Хван не обиделся на слова, подошёл и обнял со спины, укладывая голову на плечо. Выступающие слёзы на глазах старшего не были увидены младшим. Бин расслабился в руках Ликса. Даже после изнасилования привязанность к Бану не ушла. Все они нездоровые и неадекватные люди. — Чанбин-хён, — тихо произносит Ликс, — я буду с тобой. Можешь поделиться со мной, а можешь промолчать. Я приму любое твоё решение. — Кажется, я следую не за тем человеком.

***

Изрядно выпив, Чан еле переставлял ноги по лестнице, держась за перила. Несколько шагов, и глава «Бродячих Детей» сможет крепко обнять полицейского. Лино лежал в постели, почти уснув от общего самочувствия, что выражалось тупой болью в голове и хрусту в теле. И продолжался бы этот названный отдых, если бы в комнату не влетел Кристофер и ещё больше не вдолбил парня в кровать, нависнув сверху. — Котёнок, я скучал, — Хо чувствует мерзкий запах алкоголя вперемешку с ненавистными сигаретами и со всего размаху впервые даёт Крису пощёчину. Алкоголь притупляет все эмоции. Почему Минхо злится? Всё же было хорошо? — Блять, не трогай меня! — пока Чан пытался осознать всю ситуацию, второй удар пришёлся по животу. — Я ненавижу тебя! — Лино ногой спинывает Криса с кровати, но тот хватает Ли, после чего оба тела оказываются на полу. Снова удары по лицу от младшего. Так действуют люди при состоянии аффекта — сам полицеский не ощущает тяжесть своих ударов. — Почему ты не бьёшь меня в ответ?! С опозданием до Бана доходит, что Со, вероятнее, было слышно во всём доме. Причина агрессии Ли кроется в такой невинной шутке? — Котёнок, — Чан перехватывает руки Минхо и пьяно глядит в его глаза, — не стоит обижаться на меня. Это был обычный секс. Мне нужно было выпустить всё накопившееся за день. Не мог же я прийти к тебе и трахнуть без разрешения? Нет, ты создан для любви. Бин же только помог. Пойми меня, — для пьяного человека звучит убедительно. — Обычный секс? — повторяет эхом младший, наполовину прикрывая свои кошачьи глазки и смотря куда-то в сторону, глупо улыбаясь. — Воспользовался им, как мной? И сколько он стоил? — тело становится тяжелее, Бан чувствует это собой, Ли руки сжимает и прогибает спину, чтобы не упасть. Вот значит как Кристофер его любит и заботится? — Блять, какой же я дурак, ахах. Смех заполнил комнату. Наивный мальчик повёлся на красивые слова, а теперь видит, что всё это пустая ложь. На деле Чан никогда не любил Минхо, а игрался, избавляя себя от скуки. — Ненавижу тебя, — вырывает свои руки и опять ударяет ладонью по груди. — Тебе похуй на меня, — Минхо запрокидывает голову назад и вновь смеётся через ком в горле. — Оставь меня в покое, – произносит, смотря в глаза старшего. — Сдохни. Хо через силу встаёт с Криса и идёт к выходу из комнаты. Старший не думает подниматься, зная, что младший не сбежит. — Код 0311, — с чего вдруг Чан расщедрился? Алкоголь в голову ударил, поэтому стал таким добрым? — Иди на хуй.

***

— Хёнджин.. — картина ужасная: на Хване не осталось живого места, будто на нём отрабатывали приёмы карате. Ли сидел перед младшим на коленях, глядя на перебинтованную руку и сдерживая рвотные позывы. Зачем ради Минхо Хёнджин настолько далеко забрался? — Он сказал, что я принят, — говорит младший. — Давай сбежим отсюда, хён? Убежим так далеко, что даже он нас не найдёт. — Максимум мы сможем добежать до ворот, а потом получим по выстрелу, — Хо неуверенно берёт Джина за руку. — Мы.. — Я люблю тебя, Минхо, — на что надеялся младший, когда решил выкинуть такую речь посреди диалога, находясь в заложниках у самого опасного преступника Кореи, который положил глаз на Ли? Слова так похожи. Смешная шутка в неподходящий момент перешла все границы. Любовь? Минхо охватывает гипервентиляция, Хёнджин ловит панику и, не придумав ничего лучше, целует напарника, чтобы тот восстановил дыхание. Ли не отталкивает. Почему Бану можно гулять налево, а Лино нет? В вечной верности они не клялись. — «Прости, Хёнджин», — Минхо смотрит в глаза напротив и говорит сам про себя. — «Прости, что пользуюсь тобой», — поцелуй до безумия сладкий, и губы Хвана очень мягкие. Дыхание немного восстанавливается, но самый нежный поцелуй ни один не хочет прерывать: Джин от большой любви, а Хо от чувства мести Чану.

***

Для себя Бан всё давно решил. Пользоваться, когда выгодно. Избавляться, когда приспичит. Преступник стёр с лица капли крови. Как Ли не видит элементарной истины? Тело старшего целиком и полностью находится в подчинении Лино. Крис должен «сдохнуть» ради счастья любимого человека. Но Чан выбирает иной способ: инсценировать суицид, а потом надавить на чувство вины полицейского, чтобы он ползал в ногах и вымаливал прощение. А что? Посмотрит на последствия своих слов. Поднявшись с пола, Крис растирает шею ладонью. В подвале Минхо однозначно пытается поддержать бывшего напарника и злится на Чана из-за отрезанного пальца. Ревность гложет. И Бан сорвался бы с места, чтобы ударить Хвана, но таким действием ничего не добиться. Ли не почувствует вину, а возненавидит Бана в геометрической прогрессии. На кухне Чан ищет в ящиках лезвие и находит. Острое и тонкое лезвие так и манит воспользоваться собой. Бан не переживает за сохранность кожи — пару швов ничего не будут значить. Сначала Кристофер слегка проводит лезвием по руке, царапая верхний слой кожи. Адреналин заиграл в груди. Не каждый день парень целенаправленно наносил себе увечия, но ради «воспитательной» цели не жалко. Чан делает надрез и прикусывает нижнюю губу, выдыхая. Холодный металл щипит кожу, и из-под первого слоя начинает выступать кровь. Красивая красная кровь скапливается в одном месте. Главное не переусердствовать с нанесением увечий. Второй надрез ощущается масштабнее. Чан давит сильнее и ведёт лезвием, задевая вены. Ровно три надреза поперёк. Кровь хлынула ручьём, пачкая пол на кухне. Парень спиной упирается в барную стойку и опускает порезанную руку вниз, улыбаясь. Внутри смешался страх, который испытывают все живые существа, и ненормальное возбуждение. Кровь очень тёплая и липкая, и её с каждой секундой становится меньше. Кристофер чувствует головокружение и надеется, что Минхо найдёт бессознательное тело Бана как можно раньше.

***

Поцелуй прерывается от громкого шума наверху. В пустом доме это слышится намного отчётливее. Что случилось? Бан опять разносит дом в поисках Ли? Сердце чуяло, что произошло что-то из ряда вон выходящее, а в глазах Минхо читалось волнение. Для Хёнджина эти чувства были чем-то инородным, ведь он не знал, что в прошлый раз Чан сделал Минхо. Старший напарник пулей вылетел из подвала, младший за ним. На кухне парни увидели Чана в луже крови, возле которого валялось погнутое лезвие. — Это наш шанс сбежать, – Хёнджин схватил Минхо за руку. Ли застыл на месте.