Разговоры (?)

— Ащщ, аккуратней! — Я стараюсь в меру своих возможностей, капитан. — Так повысь планку, Аккерман. — Много чести. — В меру твоих обязанностей, рядовая. — Знаете ли, в круг моих обязанностей как вашего помощника не входила обработка ран. — Уроки первой помощи в полевых условиях - шутка для тебя? Ащщ... — Прошу прощения, капитан.       Подлатать капитана. Конечно, в данный момент это стало задачей Микасы. Почему, спросит многоуважаемый читатель. Проясним этот момент. — Черт, Аккерман! — Спокойно, капитан. Терпите. Вы могли обратиться к майору Ханджи. — Какая проницательность с твоей стороны... Очкастая не в духе.       Микаса даже удивляется. — Майор Ханджи? С чего бы ей быть не в духе? — Человек потому что, глупое отродье. Людям свойственно быть не в духе. — Будете ёрничать, вылью эту гадость в полном объеме. — Аккерман, когда я го... Блядь!! — Ой. Продолжайте, я нечаянно. — Тц. Когда я говорил повысить планку - уж точно не имел ввиду ставить условия. — Хорошо. Тогда слушайте меня.       И в глазах ее пробегает блеск. Тот самый, который является выражением либо ярости, либо заинтересованности. Если говорить о Микасе, в данный момент вперившей взгляд в серебристые радужки капитана, можно указать на оба варианта. — Я согласилась помочь вам, когда это не входит в круг моих обязанностей. Для этого есть лазарет или майор. Вы, вместо того, чтобы воспользоваться услугами специалиста, доверили эту задачу мне. Посчитав ничего не объяснять. Так что уж извольте, ваше преподобие, сидеть смирно и терпеть. Думаю, с вашей выдержкой, вы вполне на это способны. Я уж постараюсь делать все аккуратней.       Четко так проговорила. Почти процедила. Он молчит, думает и... любуется? — Садись. Я понял. — Действительно, в вашем-то случае не стоило приподниматься. — Тц, отродье... — Вам это нравится. — Делай свое дело. — Есть, капитан.       Улыбается, чертовка. Упивается властью этой. Неправильное чувство, ох неправильное, капитан - гордость в этот момент за нее испытывать. Субординация опять тихо ноет в углу. Зато, хорошим руководителем будет. После него. — Молодец, капитан. Не дергаетесь - дело проще идет. Неужели вам нужно сначала... сначала... хмм... — Проблемы с формулировками? — Да вот думаю, как бы лучше сказать о вашей беспомощности. — Судя по всему, кто-то сегодня возьмет двойной объем работы. — Или останется без помощи. Мне еще зашивать, сэ-эр. — Опять условия ставишь? — Учусь у лучших. — Польщен. Только не с тем человеком, рядовая. Знай свое место. — Вы каждый раз это говорите. И я все еще здесь. Не надоело? — Нет, у тебя опять забавно нос дергается. — О, конечно! Я уже успела забыть... Так, где у вас нитки с иголкой? — В третьем ящике слева.       Идеально. Все идеально разложено. И когда только время находит? — Кэп, сейчас будет немного больно. Стисните зубы.       Вам когда нибудь зашивали разрыв на коже? Вживую. Наверное, больно. Автор-то озадачен. Поэтому оставит этот момент без описания. — Вот и все! Вы, кстати, все таки не потрудитесь объяснить, что произошло? — Кто узнает - убью. — Нет необходимости мне это говорить. — Знаю. Поэтому к тебе и обратился. Лишний шум мне не сдался. — О чем вы? — Пришлось обезвредить кое-кого.       А вот это уже интересно. — Только не говорите мне, что Нил... — Твою мать, Аккерман! Забудь ты уже Биггинса. Этой свинье еще в прошлый раз все доходчиво объяснили. Он не бессмертный. — Так кто-же? — Собака.       Тишина. Так, приглушенный смех из открытого окна. Конни, кажется. Тренировка через полчаса, рядовые собираются. Пока Микаса тупит в одну точку, Леви надевает кофту и закрывает окно. Возвращается. Смотрит и прищуривается. Кого-то вот-вот прорвет. Выдыхает лениво: — Да не сдерживайся ты.       И Микаса хохочет. Вот зачем окно закрыл. — Вы... вы... пффф... — Смейся, девочка, смейся.       Дает ей время. Через минуту она выдыхается. — Святая Мария... Не помню, когда в последний раз так смеялась. — Вот видишь, как здорово. Мрачным девочкам вроде тебя полезно.       Уже успел воды налить. Смачно так пьет, большими глотками. — Можно воды? — Все в твоих руках.       У Микасы нет сил возражать. Идет, наливает воду. Пьет. Вода у капитана вкусная. Конечно, думает, этому чистоплюю мирская влага не по чести. Небось, из золотого источника набирали и провели через дюжину степеней очистки. Девушка невольно ухмыляется своим мыслям. Закончив, возвращается. — Мне хочется узнать продолжение этой увлекательной истории. Как вас угораздило сцепиться с собакой? — Кого еще угораздило.       Кто-то за окном явно шлепнулся, за чем последовал дружный взрыв хохота. "Фигней страдают, отродья, надо кончать с этой историей" - проносится в голове Леви. — Ханджи изучает какое-то средство от бешенства. Нужен был человек - удерживать животное, если эксперимент выйдет из-под контроля. Спросишь, почему я? О, поверь, мне самому чертовски интересно было узнать. Наболтала что-то, пришлось подсобить. Зверюга оказался бойким. Самое то для охоты. Бешеный только. Пока держал, вырывался, будто бес вселился. Ханджи ввела какую-то хрень. Ну и вышла ситуация из под контроля. Взбесился только больше. Бросился на очкастую, пришлось действовать быстро. Дальше - сама видишь. — Как майор? — В порядке. Ее, сумасшедшую, ситуация только подзадорила. Убежала инъекцию проверять, что-то прокричала про "попроси кого-то из рядовых". — А лазарет? — Безрукие они. — А я, выходит, вариант подходящий? — И язык за зубами держать умеешь. — Как будто кому-то есть до вас дело. — Поторопился с выводами, однако. — Да ладно вам, капитан, не благодарите. — Тц, и не собирался.       Леви встает, направляется к шкафу. Достает платок. Микаса недоуменно таращится. Тот невозмутимо, впрочем, как всегда, вытирает пару капель, упавших на стол. Замечает одну на бумагах - недовольно кривится, но не трогает. Высохнет само. — А что с собакой? — Пока удерживал, Ханджи выпустила дротик со снотворным. Оттащили в клетку. — Дротик со снотворным? Интересно. — Этот взгляд не сулит ничего хорошего. Даже не думай, Аккерман. — С чего вы взяли, что я хочу использовать его на вас? — А с чего ты взяла, что я имел ввиду себя?       Наконец, раздражение. Скучали, капитан? — Вам бы не помешало высыпаться, это верно. Может, подобреете. — Для этого достаточно будет молчать и приказы выполнять как надо. — Да с вашими требованиями! — Не справляешься? — Я не о себе. — Йегер жалуется? — Вам будто нравится меня бесить! — Почему "будто"?       Сеанс метания молний объявляется открытым. Жаль, всего на пару секунд. — Успокойся. Тренировка начинается. Поднимай свою задницу, бегом за снаряжением, и вперед, в строй. Скажи, буду через 5 минут. — Вот же, коротышка...       Тихо так, про себя цедит. Леви делает вид, что не услышал. У выхода Микаса оборачивается. — После тренировки сюда? — Отдыхай сегодня. Сам справлюсь. — Но... — Документов мало. Всё, не мозоль глаза. — До свидания, капитан.       И дверь закрывается. А подлатала-то неплохо. Возьмет на заметку.