Я не могу без тебя дышать

      Дима всегда любил Пасху. Еще с того времени, как бабушка брала их с Верой в церковь на всенощную. Они стояли со свечками, слушая церковное пение, глядя на мерцающие огоньки свечей. Эти свечи грели душу, дарили ощущение покоя и света. А потом шли домой, пешком, в темноте, несли куличи и освященные крашеные луковой шелухой яйца. Со временем впечатления подзабылись. Мама никогда не ходила по ночам на пасхальную службу, а бабушка уже не могла. Да и Диме было некогда – то учеба, то дежурство в участке. Но днем он старался попасть на службу, или хотя бы во двор церкви с куличами, которые порой покупал в магазине поблизости. А потом с освященными куличами шел домой.       Праздничным вечером, как обычно, вся семья собиралась за столом. Все поколения Дубиных. Мама и Вера нарезали салаты, в центр стола ставили пасхальный венок с курагой и орехами. И праздновали тепло и радостно, поздравляя друг друга словами «Христос Воскресе». На стол ставили веточки вербы в вазе и букет цветов.       Кирилл в прошлом году был за границей, в клинике в Швейцарии. Поздравил Диму с праздником, и на этом все закончилось. А в этом году Дима решил взять его к родителям. Не первый праздник Гречкин отмечал в семье Дубиных. И все привыкли к нему, к тому, что он сидел рядом с Димой за столом. - Дим, сбегай за сыром. Этот купили, да что-то неважный, - сказала мама, то ли просрочился, то ли вкус такой странный. Ни в нарезку, ни в салат не положишь. Дима понюхал сыр. - Точно, просрочка. Давайте, выкину по дороге. А домой самый свежий принесу. Хотел взять с собой Кирилла, но решил, что сам сбегает быстрее. Кир пока увлеченно залипал в телефон. «Он и не заметит, что я уходил, вон, хоть небо на землю рухнет, не оторвется от своего тиктока», - подумал Дима, закрывая двери. Едва он вышел на лестницу, у Кирилла зазвонил телефон. Тот, нехотя, нажал на зеленую трубку: - Ты что там делаешь, бездельник? - вместо приветствия спросил Всеволод, - почему поставки груза задерживаются? Забыл? - Не забыл я, - мрачно ответил Кир, жалея, что ответил на звонок вообще, - это не ко мне вопрос. Таможенники задержали груз на карантине. Я-то тут при чем? - При том. Надо было ехать на таможню… Отец еще что-то говорил, Кир старался не воспринимать его слова. Хотя бы сейчас не думать про рабочие моменты. Их и в будни хватает. И главное, он сам говорил отцу о том, что груз задержали. Тот что-то буркнул и отключил вызов. А теперь все грехи, как обычно, свалил на сына.       Кирилл разговаривал с Всеволодом, закрывшись в ванной, чтоб никого не посвящать в свои дела. И, когда в трубке замолк голос отца, просто сел на коврик возле ванны. Кирилл никогда не плакал от боли, но сейчас слезы полились ручьем. Почему – он и сам не понимал. Когда-то вот так слезы лились из глаз, когда его привезли в больницу прямо из клуба. Врач тогда сказал, что организм очищается от всякой гадости, которую подмешали Кириллу в коктейль. А сейчас-то - ни клубов, ни коктейлей. С чего слезы лить, от чего очищать организм? Кирилл старался не всхлипывать, но ничего не получалось. - А вот и я, а вот и сыр,- раздался веселый голос Димы. - Кир, где ты? Детвора, Кирилл не с вами? - Нет, Дим, - раздался голос Лизы, - мы в динозавров играем. - Мы думали, вы вдвоем пошли, - сказала мама, натирая свежекупленный сыр в салат. Дима дернул дверь в ванную, безошибочно определив местонахождение Кирилла. - Кирь, открывай. Ответом было тихое шуршание. Кир не собирался демонстрировать всему семейству красные глаза и опухший нос. - Кир, там лоток Барсика. Если ты перекроешь двери в ванную, он сделает дела в углу где-нибудь в коридоре, и не факт, что не в твои кроссы, - тихо сказал Дима. Это возымело действие – шпингалет щелкнул. Дима шагнул через порой и сразу понял, что с любимым творится что-то неладное. - Кто тебя? Кир отчаянно замотал головой, а потом уткнулся в плечо Димы. Тот обнял Гречкина, притянул к себе: - Все хорошо, я рядом. Он догадывался о том, кто мог испортить настроение любимому, но озвучивать не стал. Просто обнимал, давая выплакаться. Наконец, Кир посмотрел на него заплаканными глазами, сейчас они казались зеленоватыми. - Я сам не пойму, что на меня нашло…Не бери в голову, Дим. - Давай, умывайся, я тебе воды принесу. Из комнаты раздалось: - Дима, Кирюша, за стол! Только вас и ждем! - Мам, минуточку, - отозвался Дима, - сейчас будем. Кир уже успокоился, но глаза были все еще красными и нос – распухшим. Дима сразу же переставил вазу с нарциссами на подоконник со стола. - Аллергия на цветы, - объяснил он домочадцам вид Кирилла. Тот смущенно кивнул – мол, так и есть. А потом все ели салаты, чистили крашеные яйца и мазали вкуснейшую творожно-шоколадную пасху на куличи. Мама разрезала пасхальный венок. Папа Димы рассказывал про экспедиции восьмидесятых, Дима вспоминал смешные случаи из жизни отделения полиции. И всем было легко и весело. А потом Лиза и Леша, племянники Димы, потащили его смотреть «динопарк» и играть в настолки, и Кирилл шутил и веселился, как ребенок. А когда выяснил, что проиграл, то упал на пол и заявил, что не встанет ни за что. Потому что не привык проигрывать. - Тогда мы тебя будем мелками раскрашивать, - заявил со смехом Леша. - Хорошо, хоть не обводить, - ответил Кир. И пояснил: - На ковре мелками лучше не рисовать. - А пошли на кухню! Там просто пол. Оттирать цветные мелки от линолеума пришлось сначала Диме, потом – Вере. Но это все были пустяки. Дима менял воду и думал – главное, что Кирилл повеселел. А полы отмоются.