Я не могу без тебя дышать

Дима и сам не ожидал от себя такого. Просто не думал, что будет так зол на Кирилла. На того, кто любил его всем сердцем, и любовь эта была взаимной. На того, который часто говорил: - Если тебя не будет, то не будет и меня, Дим. На единственного человека, которому отдал бы всего себя, свое сердце, свою душу. И сейчас, спустя год их совместной жизни, был готов разорвать отношения.        А все началось с того, что Кирилл… не пропустил «скорую помощь»*. К сожалению, он иногда включал режим «мажорской мрази», доказывая окружающим свое превосходство. И правда, почему дорогая «Ламба» стоимостью в двадцать лямов должна пропускать кого-то?       Кирилл поставил тачку так, что она перегородила весь проезд. Не в своем дворе – там он загнал бы ее на парковку или вообще оставил в гараже. Нет, Кир заехал в какой-то двор, чтоб без помех выпить любимый латте. Оставил ламбу и пошел покупать напиток. То, что у одного из подъездов припаркована машина с красным крестом, он не обратил внимания. Пока ходил, прошло минут десять. И едва устроился возле собственной ласточки, выбежал не то врач, е то водитель скорой – внушительный мужик, про которых говорят «семь на восемь». - Эй, тачку убери. Кир не любил, когда к нему так обращались. Он показал на стаканчик с кофе: - Допью и уберу. Мужик – не то врач, не то шофер сжал кулаки: - Пацан, там у нас ребенок в машине. - Он же не умирает, - хмыкнул Кир. - В том-то и дело, что умирает. - Как умрет, так и воскреснет, вроде Божьего Сына, - ответил Кир. И, прежде, чем на него набросились с кулаками, быстро сел за руль и отогнал ламбу. Драться Гречкин не умел и не любил. «Скорая» уехала, уехал и он сам. И сам вечером после ужина рассказал историю Диме. Зачем – и сам не знал. - Прикинь, люди в скорой теперь воскресают. Как в Библии, прикинь! Врачи творят чудеса. «Хлоп»! Пощечина прилетела настолько неожиданно, что Кирилл не успел опомниться. Лишь ошалело моргал, как вытащенная днем из дупла сова. - Ты совсем офигел, Гречкин? – тихо и яростно спросил Дима. - Чего?ь Что опять не так? Кир так и не понял, отчего Дима так разозлился. - Ты просто мразь, думающий лишь о себе. Подумай, если б в той скорой был кто-то из твоих родных. А если бы они везли меня? - Дим, я же отогнал тачку! - растерянно выкрикнул Кир. - Знаешь, ты когда-нибудь смотришь по сторонам на что-нибудь, кроме твоей ламбы? Ты вообще думаешь о том, что вокруг люди, а не биомусор? Обычные люди. И в машине был ребенок! Ребенок!! Который мог умереть из-за того, что кому-то приспичило выпить кофе. Там счет на минуты идет, понимаешь? На секунды! Дима сам не заметил, что кричит. Кирилл терпеть не мог оправдываться, но сейчас забыл и об этом. - Ладно тебе, я сразу убрал машину. - Себе бы голову убрал куда-нибудь, - мрачно ответил Дима. Кирилл подсел поближе попытался обнять, но Дима стряхнул с себя его руки: - Отойди, - коротко сказал он. - Но, Дим, за что? - Отойди. И больше не произнес ни слова.       Дима достал папку с бумагами и начал просматривать их. На душе было мрачно и тоскливо. Конечно, Кирилл поступил мерзко что не пропустил машину скорой помощи, но ведь он же сам рассказал об этом. Зачем? Вряд ли хотел «поиграть в героя». Просто поделиться происшествием? И... кто сказал, что Кир полностью изменился за год? С чего бы он решил, что Кирилл способен измениться по желанию Димы? Да, Кир любит Димку, своего Димочку, но к другим людям он относится так, как привык. И ссорами это не «вылечишь». Дима старался сосредоточиться на делах, но это не удавалось. С верхнего этажа доносился звук телефона, какие-то музыкальные клипы. Наверное, Кир снова залипает в тиктоке и ни о чем не думает. А ребенок мог и вправду умереть. В машине скорой, из-за перегородившей дорогу красной дорогой машины. Если бы водителям скорой разрешали таранить мешающий транспорт, Кир был бы намного вежливее. Он свою «Ласточку» любит больше всего на свете. Намного больше, чем чужих детей. Звук телефона смолк. Дима тяжело вздохнул и посмотрел на Кирилла. Тот сидел на кровати, обхватив голову руками. - Как ты себя чувствуешь? - спросил Дима. Кирилл поднял голову и посмотрел в глаза Диме. В них не было ни капли обиды, лишь грусть и печаль. Они были такими же печальными, как и у Димы. - Нормально, - ответил Кирилл, хотя было видно, что это не так. - Ложись, уже поздно. Я еще поработаю. Дима ожидал, что Кир дернет плечом и ответит что-то по поводу того, что спать не хочется, но тот послушно поплелся в ванную. Заснуть оба не могли этой ночью. Дима ворочался на диване внизу, а Кир кутался в одеяло. Наконец, не выдержал – слез вниз и сел на корточки у дивана. - Дим, прости… я больше никогда… Я ж пропустил сразу, честно. - Только поэтому и прощаю, - вздохнул Дима.       Пару дней они жили как-то странно – Дима всячески избегал объятий и поцелуев, словно не мог простить Кирилла. Тот решил дать ему время, не лез лишний раз. А в выходной Дима разбудил Кирилла и попросил вывести машину из гаража. - Я сам сяду за руль, - сказал он. Кир удивился, но промолчал. Они приехали на КАД, и возле одного стенда Дима остановил «Ласточку». - Смотри, - сказал он Кириллу. На стенде была фотография малыша – пухлые щечки, удивленные, как у всех детишек, глаза. Внизу было написано, что Мария М. умерла в машине скорой помощи в возрасте 11 месяцев. Из-за того, что никто не пропускал машину "Скорой помощи". - Теперь ты все понял? – строго спросил Дима. - Понял, - еле слышно ответил Кирилл. - Тогда поехали домой. И обнял любимого – совсем как раньше, до ссоры.