Между нами только музыка

Разговор между Питом, Вегасом, Танкхуном и двумя подростками произошёл ближе к вечеру, когда позвонил Кинн и дал добро на посещение Кима, который пришёл в себя. Порче едва не сорвало и не потащило, но Пит отловил его и на пару с Макао убедил не спешить. Всё собрались в многострадальной гостиной, маленький Венис тут же играл в манеже под присмотром Вегаса. Говорил в основном Пит, кузены только вставляли по паре слов. По всему выходила неутешительная картина того, что несколько мировых теневых корпораций, сплотившись, решили уничтожить семью Терипаньякул. И не только в финансовом смысле, что было, мягко говоря, неприятно, но объяснимо, но и физически. "Китайские друзья" с незримо присутствующими "русскими товарищами" долгие годы сотрудничали с Кхун Корном, а появление у руля управления семейным бизнесом малолетнего, на их взгляд, Кинна было воспринято теневыми представителями обеих стран как оскорбление. Но до недавнего времени все вялотекущие переговоры просто заканчивались впустую, пока на горизонте не забрезжил свет крупной поставки оружия и боеприпасов такого класса качества, что возникла необходимость этот Гордиев узел разрубить. Вновь китайские поставщики прыгнули выше головы, изобретя у себя в подвалах корпораций принципиально новое оружие и взрывчатку, и упускать её Терипаньякулам не хотелось. И тут в игру вступил ни кто иной, как Кхун Корн, по официальной версии - давно отравленный кем-то из врагов. Но официальная версия на то и официальная, чтобы за ней скрывалась парочка версий посложнее. Правда, половина из них были результатом аналитической работы юридического блока Кинна - и Кима в том числе. Вполне можно было предположить, что не только геноцид отдельно взятой семьи был нужен "коллегам" из других стран, но и возможность заткнуть навсегда одного из аналитиков, который, возможно, одним из первых вышел на всю эту паутину. По крайней мере, по версии Кинна. Кхун Корну было нужно это оружие. Даже не Кинну, а его условно мёртвому отцу. И если зарубежные "коллеги" готовы были просто запугать актом насилия Кинна, чтобы тот согласился на их условия, то Корн, видимо решил под шумок расчистить плацдарм... На будущее. Взгляды всех в гостиной обратились к ребёнку в манеже. Вегас тихо зарычал, и Макао тут же повис на плечах старшего брата. - Убью, - медленно проговорил Пит, в руки которому общими усилиями впихнули Вегаса. Тот поднял на своего мужчину совершенно бешеный взгляд: - Отец регулярно говорил, как он разочарован во мне и Макао... - под крепкой хваткой Пита Вегас притих, только на виске, выдавая ярость, билась жилка. - Я не обольщался, но не мог предположить, что это у них семейное. Поздравляю, бро, - он обвел взглядом молчаливого Танкхуна. - Ты тоже не удался. Но тот только пожал плечами: - Я понял это после очередного похищения. Ты же не думал, что я настолько слеп? Когда я начал гонять бесов по особняку после своего возвращения, отец не мог скрыть, как его бесит даже не это, а то я... сломался. Танкхун покачал ногой в воздухе. - Кстати, после этого меня больше не похищали. Пит кивнул: - Кхун Кинн об этом говорил. Коротко вздохнув, Танкхун заключил: - Если рассуждать так, под ударом все мы. И даже Кинн, хотя вроде как самый удачный... - У Кинна есть страшная слабость... - пробормотал Вегас, сжимая Пита в объятиях до синяков. Тот терпел - это было меньшее, что он мог сделать для того, чтобы у Вегаса не сорвало стоп-кран. - И это не деньги и не власть. - Порш... - Че вскочил на ноги. - Брат тоже в опасности! - Как и ты, - припечатал Ткхун, усаживая подростка обратно. - Все мы, кроме малыша, - и это если выкладки Проныры верны. - Я практически уверен в этом, - сказал Пит. Порче прижался к Ткхуну в поисках поддержки и зажмурился. Это звучало так бредово, так дико - вырезать свою собственную семью, чтобы начать с нуля новый круг истории семейства Терипаньякул. Сердце Порче противилось принимать такую реальность. Он пробормотал куда-то в грудь старшему: - Можно мне, пожалуйста, к Пи'Киму? Пит и Вегас переглянулись, потом Пит кивнул: - Тебя отвезут, сейчас там безопасно... насколько это вообще нынче возможно. Я предупрежу охрану. Только, Порче... Кхун Ким пострадал довольно сильно. Опасности для жизни нет, но все-таки постарайся не слишком на него давить. *** В первый момент Порче хочет отвернуться и сбежать. Да, его предупредил Пит, его встретил врач и повторил просьбу, но Порче всё равно не был готов к увиденному. А посмотреть есть на что. Примерно наполовину Ким виден из-под ослепительно белых бинтов, тот же изящный абрис губ, ставшая прозрачной кожа в изгибе плеча, левая рука, свободно лежавшая поверх тонкого покрывала... Всё остальное теряется в повязках, а правая нога упрятана в лангете. Ким спит или просто лежит с закрытыми глазами под капельницей, когда в палату заходит Че, но тут же реагирует на чужое появление. - Порче?.. - Это я, - подросток медленно приближается к кровати, видя как единственный нескрытый повязками глаз Кима расширяется в шоке и неверии. - Я действительно здесь, Пи'Ким. Он тихо переставляет стул от окна ближе к Киму и аккуратно садится, упираясь руками в постель. Ким, кажется, думает, что это галлюцинации от лекарств. - Так себе у нас получилась встреча... - тихо говорит Порче, отводя взгляд. - Я не... предполагал, что... такое может произойти, - выдыхает Ким. - Если ты скажешь, что это был такой хитрый план, чтобы вызвать у меня жалость и вымолить прощение, я задушу тебя подушкой, Пи'Ким, - серьёзно сообщает Порче свою вчерашнюю дикую мысль. После долгих разговоров со старшими ему просто необходимо немного развеять тяжесть нового знания капелькой бреда. Ким это словно чувствует, полуулыбается свободной от бинтов стороной лица, а его мизинец прижимается к тыльной стороне ладони Че. Они соединены легчайшим прикосновением, крохотной точкой контакта кожи, но от неё разбегается такая волна жара, что её крайне сложно игнорировать, - Че вспыхивает щеками и, повернув руку, цепляется в ответ мизинцем за мизинец. - А если бы... это так и было?.. - Пи'Ким! - Я могу хотя бы... надеяться? Единственный видимый из-под повязки тёмный глаз наблюдает за подростком, не отрываясь. - Можешь, - великодушно разрешает Че. Он вообще мальчик добрый. - Точность формулировок, Пи'Ким. - Слышу тон побочной семьи... Кузен был бы счастлив... - Киму хватает сил улыбнуться половиной рта. - О, да... - тут же подхватывает волну Порче, чувствуя, как узел в груди постепенно отпускает. - Побочная семья недовольна действиями некоторых представителей основной семьи. - Как же теперь жить? - трагичности тона Кима позавидовал бы Танкхун. - Какое же наказание меня ждёт? - Так вы признаете свою вину? - Целиком и полностью... - Тогда ваше наказание! Состоит в том! Чтобы жить долго и счастливо. И только попробуйте ослушаться. Порче не выдерживает и утыкается лбом в ладонь Кима, вздрагивая от сухих рыданий, а тот и не может ничего сделать, только мягко перебирает пальцами чужие волосы в безмолвной поддержке. - Я очень постараюсь, Че. Обещаю... Но только...если ты будешь со мной. - Это шантаж. - Чистой воды. Они молча смотрят друг на друга, очень долго. - Мне десять раз сказали не беспокоить тебя, - шепчет Порче. - Но можно я тебя поцелую?