Олегсандр Шепс

Саша решил, что давно они никуда не выбирались вдвоём, слишком внезапно. Олег от удивления чуть шею не свернул, когда быстро обернулся на попивавшего чай мужа. Ему было безопаснее находиться дома под защитой всего подряд, чтобы ни одна срань не прицепилась к биополю. После возвращения с дачи Саша был на улице лишь однажды, когда повёл Дымку на осмотр и все штатные процедуры к ветеринару. Олег переживал и, возможно, самую малость, лишь слегка боялся. Понял, какого это всегда было Саше, когда ещё зелёный и неопытный младший рвался куда-то в темноту навстречу приключениям и проклятьям. Понял по заботливому взгляду, что старший сам про это вспомнил. Подошёл с опущенной головой и обернул руки вокруг плеч, задушенно вздохнув на мягкий поцелуй в солнечное сплетение и прикосновение холодных ладоней к пояснице. — Я буду в порядке, маленький, обещаю. — Я всё равно боюсь. — Бояться — это нормально, Олеж, помнишь? Я за тебя постоянно боюсь. Что конкретно тебя беспокоит? — Вдруг не смогу тебя защитить? Вдруг меня рядом не окажется? — Не поверишь, но я за тебя переживаю по этому поводу постоянно. И частенько лажаю, вспомни хоть шрам или тот раз на болоте, когда не уследил. Наша жизнь сложновата, не без этого, но прятаться и убегать — не вариант. — Ты прав. Ладно, хочешь погулять — значит собираемся. Куда хоть? — Как обычно на безлюдное место. Заодно устроим тебе фотосессию. — С таким невероятным фотографом хоть каждый день готов. Олег любил, когда его фотографировал Саша. Тот вмиг становился таким серьёзным, но всё равно мягко указывал, как правильно встать и на него посмотреть. А как мило смеялся, когда видел на сделанных снимках щенячий взгляд! Такие фотографии отправлялись в личный архив Саши, который он лишь в крайних случаях расчехлял и выбирал самую-самую очаровательную для шантажа. Конечно же он ничего без разрешения Олега не выложит, оба это прекрасно понимали, но подурачиться всегда же можно. Особенно с младшим, что сейчас, спрятавшись под мостом со свечкой и веревкой, проводил обряд очищения. По чистой случайности он выглядел невероятно эстетично. Обряд, не Олег. Хотя, Олег всегда выглядел эстетично. В этих порванных на коленях чёрных джинсах. С локонами, немного отделившимися от волос и закрывшими треть лица. Со взглядом исподлобья с отражающимся в глазах огнём свечи. Саша уткнулся в телефон, просматривая получившиеся кадры, пока Олег укладывал всё обратно в сумку и собирал мусор. Потому что он культурный, а не из-за молодой молчаливой женщины в углу, упершейся руками в бока и смотрящей с тихим осуждением. Старший оторвался от экрана на секунду, когда уловил движение в свою сторону. Фантом приблизилась и попыталась дёрнуть за ауру, но помог новый оберег, отгородивший её от обладателя непробиваемой стеной. — Ты же её тоже видишь? — Сложно такую бойкую не видеть. Мне кажется, она тут давно, смотри, какая плотная, одежда ещё советская, у нашей бабушки такое платье было. Наверное, ещё со времён, когда тут поезда ходили. Ещё и на тот свет не хочет, совсем уже обезумела. — Как ты понял, что не хочет? — Те, кто отойти в другой мир стремятся, на нас так не реагируют. Видел, как меня дёрнула? Такие подпитываются другими, чтобы продолжать живых кошмарить. — Мы её тут и оставим? — Конечно. Она не хочет, а такие все соки выжимают, если по доброй воле захочешь помочь. Всё собрал? Пошли, я ещё хорошую локацию присмотрел. Олег достал из кармана джинсов пачку сигарет с зажигалкой и бросил на Сашу короткий взгляд. Тот достал телефон, поправил сумку на плече и снова стал внимательным к мелочам фотографом. Разрешение получено. Рука в карман, взгляд сильно вниз в немного надменной позе, тонкая струйка дыма, растворившаяся на ветру. Кольцо на безымянном пальце потеплело. Саша выпрямился и протянул руку, забирая сигарету из тёплых мозолистых пальцев. Олег уже представил, как его зависимость упадёт на пол и раскрошится под тёмно-серым кроссовком, и в лёгком разочаровании закусил губу. Глаза широко распахнулись, когда увидел Сашу, выпустившего изо рта несколько колечек. Он курил его сигарету. Вот прямо сейчас, на глазах у младшего. — Надеюсь, я не доживу до дня, когда вредные привычки избавятся от меня. Снимки получились роскошные. Олег уверенно забрал телефон, убрал его в карман и притянул к себе обеими руками. Зубами вгрызся в нижнюю губу и прижался ближе. Саша улыбнулся, положил ладонь на щеку и сделал шаг вперёд, вынуждая пойти назад спиной. Отодвинулся немного, сделал новую затяжку и выдохнул в приоткрытые губы. Олег тихо застонал и поплыл, закрыв глаза. Ощущение сначала привычного табачного дыма, а потом Сашиного языка, огладившего нёбо, заставило колени подогнуться. Руки на спине вжали сильнее, язык продвигался всё дальше и дальше. Кислород на нуле, но хоть бы это никогда не заканчивалось. Ещё чуть-чуть, немножко, Олегу так это нужно. Саша сам завершил поцелуй и прижался лбом к плечу, переводя дыхание. Младший вплёл ему в волосы пальцы и слегка погладил, подняв голову наверх и прижавшись затылком к какой-то балке. Давно его так не разносило от простого поцелуя. На расколотый асфальт под ногами большими хлопьями падал пепел. Где-то далеко по побитой дороге на большой скорости проехал мотоцикл. Саша совсем легко поцеловал кадык и хитро посмотрел в затуманенные глаза, прикусив кончик носа. — Моя модель готова продолжить фотосессию? — Твоя модель пиздец как хочет кончить. — Уже завёлся? Так позволь тебе помочь. Оглушительно расстегнулась ширинка. Саша облизал ладонь и опустил её вниз, второй оттянул ворот футболки и огладил нежнейшую шею. Укусил, немного всосав кожу, довольно замурчал на судорожный вздох. Ладонь накрыла член осторожно, перед этим немного царапнув ногтями. Олег закатил глаза и вцепился мёртвой хваткой в плечи. Движения ускорились, дыхание стало громче. Их же могут в любой момент увидеть, на другом берегу речки недавно были рыбаки. Насрать, пока Саша прижимается и двигается так правильно. Целует и облизывает шею, шепчет какие-то влюблённые глупости в самое ухо. Захрустели позвонки, выгнулась спина. Открылись глаза за секунду до того, как Саша поднёс мокрую руку к своему лицу и принялся медленно всё слизывать. Олег застонал и прикусил губу, не сводя довольного взгляда с занимающегося своим делом мужа. Уже чистой рукой помог привести в порядок и распределил по прямому пробору пушистые волосы. — Мой маленький доволен? — А как же ты? — Со мной всё отлично, ты своей реакцией постарался. Блять, у тебя сейчас такой взгляд, я просто обязан запечатлеть. Где телефон? — У меня в кармане. — Хочешь, чтобы я сам достал и заодно тебя полапал? — Ммм, возможно. Олегу всегда нравилось сидеть с Сашей у воды. Ещё с детства, когда после очередного урока по плаванью или нырянию он прижимался к боку и крайне внимательно слушал про свои ошибки и как в следующий раз, когда они высохнут и напитаются энергией солнца, пойдут на глубину. Сейчас, когда они давно были далеко не просто братьями, ему всё так же нравилось не только прижиматься к боку, но ещё и чувствовать ладонь у себя на бедре и тёплое дыхание на шее, от которого волосы на макушке вставали дыбом. Саша всегда у него ассоциировался с водой — спокойной, холодной, таинственной, притягательной. Хотелось погрузиться на самое дно и исследовать каждый хранящийся на глубине секрет. Стать единственным, покорившим эту водную гладь. И он смог. С годами, спустя тысячи проёбов и ошибок, Олег добился того, что может вот так вот сидеть рядом с Великим Александром Шепсом на равных и смело назвать себя Несравненным. Он смог заработать его уважение, любовь и самое главное — доверие. Саша доверял ему как никому другому, показывал это через слова и жесты, через взгляд, полный обожания и тёплую улыбку. Потому что Олег достоин. — О чём думаешь? — О том, что благодарен тебе за доверие. Я ведь не раз его подрывал, а ты до сих пор рядом. Другим бы давно не простил. — Ты ведь не другой. Ты — мой, а я — твой. Помнишь клятву? — Конечно, у меня несколько камней на кольцах после неё поменяли цвет, даже не смывается. — Такую романтику всегда портишь. Саша засмеялся и протянул открытую пачку. Ещё пару лет назад устраивал скандалы, а теперь сам в открытую курит и предлагает. Олег не глупый, поэтому и не отказался. Старший поднёс зажигалку к пухлым губам, в которых была зажата сигарета, и внимательно посмотрел в глаза, где отразился маленький огонёк. Сделал первую затяжку и откинулся назад на вытянутые руки, посмотрев наверх. Они уже давно проводили закат, небо потемнело, одна за другой показывались мигающие звёзды. Луна была особенно яркая, хоть и не полная. Где-то далеко залаяли собаки, которые почувствовали на своей территории чужаков, но не решались подойти. Сашу они всегда боялись. Прикрыл глаза и прислушался к тихому дыханию под боком. Конечно же, Олег на него смотрел своими большими и до невозможности яркими глазами. На языке заколол вопрос, который мучал последний месяц. Сейчас или никогда. — Ты будешь меня любить, когда я совсем состарюсь и буду уже не таким красивым? — Что за глупости, Саш? Конечно! Я же тебя не за внешность и возраст люблю, а за тебя, за того, какой ты и как на меня влияешь. Не совсем позитивно, как сейчас, и крайне хорошо, как когда заставил на даче пахать или пенсионерам помогать. Ну, почему ты не улыбаешься? Чё случилось? — Ты бы хотел обновить клятву? Уже без крови, а просто словами, чтобы связь усилилась? — Если тебе это важно, то можно. — Я спрашиваю про твоё желание. — Тогда давай сделаем это. Что нужно достать? — Ничего. Ты меня слышал? Сло-ва-ми. Просто сядь напротив меня и дай руки, чтобы ауры соединились. Как тогда, но без крови, чтобы я ничего не подцепил от прибежавших фантомов. Месяц ещё не прошёл, помню. Олег всё же уговорил зажечь свечу, чтобы хоть как-то Сашу в темноте видеть. С другого берега реки на них упорно смотрел висельник со сломанной шеей в классических выглаженных брюках, что до ужаса Олегу напоминал выпускника. Хоть бы белая диагональная лента ему казалась. Саша погладил большим пальцем по запястью и попросил туда не смотреть. Олег выдохнул и снова утонул в голубых глазах. Старший заговорил первым, продолжая улыбаться. — Я клянусь быть верным тебе и всегда быть на твоей стороне. Клянусь не осуждать любые твои действия и помогать тогда, когда смогу. Клянусь оберегать тебя и не разбивать твоё сердце. Клянусь варить тебе кофе со специями по первой просьбе. Клянусь любить тебя до конца моих дней. Олег прикусил губу и зажмурился, изо всех сил пытаясь не показать, как он расчувствовался. Вовремя одумался и дал самому себе подзатыльник. Сейчас можно, даже нужно заплакать. Это же Саша, у самого глаза на мокром месте. Всё ещё медленно гладил кожу, а смотрел в самую душу с особенным трепетом. Олег судорожно выдохнул и посмотрел в ответ. — Ты же понимаешь, что мне это не переплюнуть? — Я и не прошу. Я сказал, что решил сказать. Как я тебя учил, помнишь? Мы никогда не заучиваем… — И всё от сердца. Ладно, только не смейся. Я клянусь защищать тебя от всех уёбков, что хоть когда-нибудь попытаются тебя задеть. Клянусь стараться верить тебе без доказательств и заглушая собственные сомнения. Клянусь быть лучшей версией себя и не расстраивать тебя. Клянусь мыть посуду и убираться, когда ты заёбан. Клянусь любить тебя до конца моих дней. На время всего своего монолога Олег опустил взгляд на их сцепленные руки и сжимал пальцы слишком сильно, когда слышал Сашину улыбку. Вспыхнул спичкой, посмотрел в глаза и сразу же захотел обвинить в чём-то, как минимум в неуважении к его стараниям говорить красиво, как замер. Солёные слёзы оставили на щеках две блестящие в свете огня дорожки. Освободил одну руку и прикоснулся к скуле. На губах обоих расцвели улыбки. — Какой же ты чувствительный. — Не говори, что тебе не нравится. — И не собирался. — У меня есть для тебя подарок. — Не нужно. — Я тебя не спрашивал. Дай руку. Саша ждал, что тёплая ладонь уйдёт от лица, но вместо этого рассоединились вторые руки. Аура уже давно свернулась вокруг них в защитный кокон, оберегая от подступивших фантомов. Снял своё кольцо и поднял над ладонью печаткой вниз. Олег, когда впервые его увидел, сразу сказал, что по стилю она старшему не подходит. Конечно, корона с крестом на верхушке больше подходит пацану, чем аристократу. По хитрому взгляду стало понятно, что до сих пор так думает. Аккуратно положил и засмеялся на вылезшие из орбит туманные глаза. — Оно изначально для тебя покупалось. Чувствуешь от него силу? — Как будто вся твоя энергия в нём. Как? Откуда? — С того обряда с мамой. Больше ничего не скажу, даже не пытайся. Может, когда-нибудь сам через такое пройдёшь, но буду делать всё, чтоб так не пострадал. Оно поможет, если энергия будет на нуле. Не хочу, чтобы тебе пришлось когда-нибудь так помучиться. А теперь отдай, я сам тебе надену. Зря клятвами обменивались, что ли? — Надевай. Саша забрал кольцо обратно, в последний раз напитывая своей силой, и приблизил ладонь к лицу, поцеловав первую фалангу на каждом пальце, продолжая смотреть в глаза. Всё равно заметил, как покраснели щеки. По-мальчишески забавно улыбнулся и в одно слитное движение кольцо оказалось на пальце. Олега как волной накрыло. Энергия прошлась по всему телу миллиардами искорок и вернулась обратно, запечатавшись в украшении. Удивлённо засмеялся и погладил кончиком большого пальца печатку. Кольцо Всевластия, не меньше. — Это я теперь наследник? Официально? — Да, в случае моей смерти тебе достанется всё моё имущество и вся сила. — Ага, очень смешно. Подожди, ты не шутишь? Са-а-аш… — Материальный договор дома покажу, а про силу тебе напоминать кольцо будет. Я люблю тебя, маленький. Всей душой. — Я тоже люблю тебя, любимый. Всем сердцем. Саша улыбнулся и потянулся первым. Пальцы потушили свечку одновременно с первым соприкосновением губ. Поцелуй нежный, неторопливый, пропитаний всеми чувствами, что невозможно передать словами. Олег приподнялся и накрыл скулы ладонями. Кожу приятно охладило новое кольцо. Доказательство безоговорочной любви и полного доверия. Нужно будет придумать что-нибудь в ответ. Но потом, когда Саша перестанет так приятно трогать и шептать его имя, что так правильно и нежно соскальзывает с языка. Лучше любого другого. Вне конкуренции. Навечно.