Олегсандр Шепс

Олег терпеть не мог, когда Саша оказывался прав. Ладно, если без лукавства, это дико заводило, но в равной степени и бесило. Шепс старший всегда делал такое лицо победителя с вытянутыми вперёд губами и играл бровями настолько вычурно, что младшему становилось стыдно. Он смеется, конечно, на весь дом до слёз, но всё равно испытывает дикий кринж. С чего всё началось? Ах, да, Саша прав. Два раза подмечал, что стоит купить новые сигареты, потому что с их курением «просто потому что скучно» пачки уходили в мгновение ока, но Олег всё пропускал из ушей. Пока не решил покурить на балконе наедине с собой и не наткнулся на лишь зажигалку внутри. — А я говорил тебе, что надо в магазин. Будь умничкой, сходи быстренько, я пока ужин приготовлю. Пришлось идти. Саша снова почти всё по дому делает сам, отгоняя Олега от всего, потому что «пол моется не так» и «пылесосишь некачественно», и с барского плеча позволяя разве что мыть посуду. Олегу стыдно, но делать нечего, приходится не крутиться под ногами и перебегать с Дымкой на руках из одной комнаты в другую. Проходит мимо очередного крыльца и замирает, замечая белые и голубые маленькие воздушные шарики. Задирает голову и читает небесного цвета вывеску. Пекарня «Синнабон». Проходит мимо, поставив цель зайти на обратном пути, услышав урчание собственного живота. В магазине, к его великому счастью, есть обе пачки их любимых сигарет, так что ближайшее время делиться не придётся, правда они последние. Скорым шагом поднимается по широкой лестнице, при входе задевая плечом верёвку с шариками. Мило звенит колокольчик над головой. Милая девушка за кассой радостно ему улыбается и тут же узнаёт, называя по имени. Олег отвечает ей сдержанной улыбкой и пробегается глазами по ассортименту. Не густо. — Вы к нам поздно, вот и пусто. Приходите к открытию, могу лично обещать, что всё будет. Саша долго не ложится в постель ввиду какого-то делового вопроса по поводу Мастерской. Олег хочет помочь и гуглит всё, о чём Саша его просит, когда по телефону нескончаемым потоком заваливают странными и слишком длинными юридическими терминами. Вскоре зачёсывает чужую буйную чёлку назад, скоро целует в лоб и тихо просит идти спать без него. Выходит из спальни и, по звуку, отправляется на балкон. Олег говорит себе не засыпать, но глаза слипаются сами собой. На периферии сознания слышит, как Саша повышает голос на вредную тётку. Олег видит, как Саша на него кричит, но ни слова не понимает. Не слышит. Смотрит на свои руки и пугается трясущихся пальцев. Переводит взгляд на старшего брата и пытается читать по губам. Всегда получалось, у Саши пиздецки развитая артикуляция. Сейчас тоже получается, но всё равно через слово. «Поддержка». «Помощь». «Отсутствуют». «Любовь». «Ушла». «Кольца». «Брак». «Ошибка». По щекам бегут слёзы. Дёргается вперёд в попытке взять за руку, но получает этой же ладонью по лицу. Саша никогда его не бил. Даже в детстве. Даже во время секса. Прикасается в щеке и чувствует, как по нижней губе течёт кровь. Саша перед ним что-то продолжает говорить, но не слышно теперь из-за стучащей в ушах пульсации. Олег снова дёргается вперёд, когда видит, как одни пальцы снимают с безымянного на другой руке кольцо. Нет-нет-нет, этого не может быть! Кольцо прилетает ему в грудь. Туда, где под кожей, мышцами и рёбрами остановилось сердце. Саша проходит мимо его тела с презрительным взглядом и скривлёнными в отвращении губами. Глаза закрываются, а рот открывается в беззвучном крике полным до краёв боли. Олег остался один. В ужасе открывает глаза и боится пошевелиться. Смотреть на вторую половину кровати страшно. Вдруг не приснилось? Вдруг Саша правда ушёл? Сейчас повернётся и наткнётся на холодную пустоту. Слёзы текут бесконечным потоком. Подрывается с постели, хватает телефон и одевается в первые попавшиеся вещи на стуле. На кровать так и не смотрит. На улице плачется хорошо. Сидит на крыльце, уткнувшись носом в голые из-за дыр в джинсах колени, и рыдает вдоволь. Дышать сложно, но ему похуй, пока слёз не остаётся. Поднимает голову и делает громкий, глубокий вдох. Оглядывается. На улице никого. Смотрит на экран. «5:49». Запускает пальцы в волосы и больно оттягивает для возвращения в реальность. Скулит от резкой боли, но мозг начинает работать. Мысли о доме приносят боль и что-то похожее на панику. Нет, нужно ещё немного побыть здесь. Аура сама почистится и станет легче. Его отпустит. Поднимается, отряхивается. Сигарет нет, но в кармане находит ашку. Работает. Жить можно. Ноги сами несут к пекарне. Двери приветливо открыты, на всю округу пахнет просто невероятно. Та же девушка с каштановыми волосами и бейджиком «Настя» улыбается, и вся загорается ярче долбанного Кремля ночью. Полки ломятся от булочек, выпечки и разного хлеба. Глаза цепляются за аппетитные даже просто на вид синнабоны. В пекарне больше никого в такую рань нет, так что всё внимание Насти приковано к нему. — Именно их я Вам и порекомендую, лучше в жизни не пробовала. С кофе самое то, особенно с латте. — Вот то, что Вы сказали, и возьму. Настя улыбается и несколько раз кивает, осторожно укладывая в картонный контейнер покрытую глазурью булочку. Олег продолжает смотреть на витрину и при виде маффинов его сердце сжимается. Саша их любит. А Саша вообще всё ещё есть в его жизни? Несгибающимися пальцами достаёт телефон. Три пропущенных. Четыре сообщения в одном мессенджере и пять в другом. И везде имя начинается с «Сашенька». Поднимает в миг посветлевший взгляд на маффины, потом на спокойно ожидающую Настю. — Я так понимаю, что их Вам тоже с собой? — Да. Олег не помнит, как он оказывается в прихожей. Саша выбегает из гостиной к нему на встречу и быстро пробегается взглядом по всем частям тела. Младший отточенным движением ставит покупку на обувную тумбочку и дёргает на себя чужие ладони. Кольцо на безымянном пальце есть. Саша зовёт его несколько раз, но Олег не слушает. Всё было сном. Всё в порядке. Саша здесь. Всё ещё с ним. Кладёт его холодные ладони на свои щёки и прикрывает глаза. Всё в порядке. — Олеж, что такое? На тебе лица нет. Что случилось? Где ты был? — Я тебе маффинов купил. — Ч-что? Олег срывается с места и, прихватив пакет с логотипом новой пекарни, влетает на кухню. Дымка, испугавшись столь резкого появления, наоборот, вылетает и убегает куда подальше. Чайник быстро включается, всё необходимое к завтраку ставится на стол. Глаза цепляются за грязную посуду в мойке. Тут же начинает всё оперативно мыть, складывая на специальную полочку неподалёку. Наверняка побил какой-нибудь рекорд по скорости. Чувствует спиной взгляд и как аура пытается подобраться ближе, но не смотрит в ответ и не позволяет накрыть пуховым одеялом. Он докажет, что не бесполезный! Саша же поэтому от него..? Нет-нет-нет, нельзя так думать! — Саш, ты садись пока, я сейчас всё организую. — Олежа, что с тобой происходит? — Всё в порядке. — Олег. Посмотри на меня. Олег смотрит. Не отрываясь. Погружается в эти голубые бездонные серьёзные глаза с головой и тонет. Слышит следующую команду — «Выключи воду». Исправно выполняет. «Подойди ко мне». Останавливается на расстоянии вытянутой руки. Саша протягивает свою и кладёт большой палец на подбородок. Олег послушно открывает рот и немного высовывает язык. Саша опускает руку ниже и легко, но всё равно ощутимо сжимает шею. Взгляд напротив всё такой же покорный. — Почему ты и слова против мне не говоришь? Где твоё «Я тебе чё, псина какая-то?» и грозный взгляд? — Ты можешь делать со мной всё, что хочешь. — То есть я могу хоть сейчас разложить тебя на столе и выебать без смазки? — И я ни слова не скажу. Саша толкает спиной назад на стол и ногами отталкивает мешающие стулья в разные стороны. Те падают оглушающе. Нависает над почему-то дёрнувшимся от звука Олегом и вдыхает рядом с кадыком. Не пил. Ни капли. Тогда почему так странно себя ведёт? И в глаза снова не может посмотреть. Что, блять, произошло? Опускает руку на ширинку и расстёгивает, наскоро снимая всё. Прижимается вплотную и внимательно смотрит на родное лицо. В уголках глаз блестят слёзы, но в ответ не смотрит. Даже не пытается. Вновь прижимается лицом к шее и успокаивающе целует. — Я никогда не наврежу тебе, маленький. Разденься пока, а я за смазкой. — Х-хорошо, папочка. С Олегом точно что-то не так. Они всегда трахаются лицом к лицу, потому что младший любит целоваться. В любой непонятной ситуации его первое действие — поцеловать. Сейчас даже ответить не пытается, что уж говорить об инициаторстве. Он лежит на столе и стонет будто на автомате. Саше такое не нравится. Может, кому-то было бы всё равно на то, о чём там его партнёр думает, пока его потрахивают, но точно не Саше. Наклоняется к заплаканному лицу и приказывает посмотреть на себя. Олег слушается. Настораживает, а не возбуждает. — Олеж, что тебя тревожит? — Ты ушёл. — Что? Саша замирает на автомате, отчего Олег на его члене скулит и, наконец-то, выражает какую-то эмоцию. Недоволен, хоть на этом «спасибо». Старший раз за разом прогоняет два несчастных слова в голове, но всё равно ничего не понимает. Куда он ушел? Это Олег непойми куда с утра пораньше смылся без весточки в пару слов, а Саша был дома в ахуе и непонимании. Даже Диму из мира сновидений выдернул, правда безрезультатно, а тут, оказывается, он сам куда-то ушёл. Может, его маленькому что-то плохое приснилось? Пропускает волосы сквозь пальцы и прижимается ко лбу своим, меняя угол. Снова скулёж. — Куда я ушёл, Олеж? — Не знаю. Ты ударил меня. Снял кольцо. И ушёл. Бросил меня. — Ты ведь знаешь, что я никогда тебя не брошу, маленький. Зачем мне куда-то уходить и бросать тебя? Мою маленькую, ехидную, очаровательную, колкую, сексуальную, самодовольную, дерзкую, вредную булочку… — Ну Саш, прекрати… Олег неловко и смущённо улыбается, а Саша не может не улыбнуться в ответ. Руки сцепляются за шеей и тянут на себя, впиваясь жадным, жарким, голодным поцелуем. Целует так, что на языке оседает вкус крови. Вот это уже его Олег. Возобновляет возвратно-поступательные движения и радуется первому закидыванию головы назад и громкому стону. Точно его маленький. Сидят на кухне максимально близко друг к другу. Олег тихо рассказывает про всё, что приснилось и произошло за утро, вилкой отламывая от синнабона небольшие кусочки, а Саша внимательно слушает и запоминает каждое слово. Его маффины продолжают стоять на столе и ждать своей неминуемой участи, но муж важнее. Всегда. При любых обстоятельствах. Олег заканчивает вещать и утыкается взглядом в стол. Саша улыбается и накрывает его пальцы своими, не очень удобно для себя переплетая. Рука может хоть нахрен отвалиться или отмереть, он ни при каких обстоятельствах своего младшего не отпустит. — То, что с тобой произошло, очень похоже на приступ тревожности. Серьёзный такой, раз ты не решился проверить, сон ли всё это, и даже на улицу убежал. — Мне теперь мозги вправлять надо будет? — Не думаю. У меня такое было, когда мы с тобой только сошлись, таблетки помню, какие надо. Организую тебе без рецепта. — Это те, которые ты.? — Нет, это другие. Торчком не станешь, обещаю. — Блять, Саш, я тут ссусь за своё состояние впервые, а ты шутить удумал. — Всё будет хорошо, обещаю. Олеж, ты ведь знаешь, что мне, кроме тебя, никто не нужен? Вообще никто. Только ты. — Даже мама? — Даже мама. Ты для меня — всё, солнышко. Представить себе не можешь, как я испугался, что тебя нет. — Прости. — Прощаю. У тебя глазурь под губой, кстати. — Ну так убери, раз она тебя отвлекает. — Вот ты ехидна, а. — Только твоя. — Только моя. Как и я — твой. Веришь? — Верю. Саша осторожно тянется и смеётся, когда Олег сам подаётся вперёд. Собирает всё пальцем и собирается слизать самостоятельно, но только младший проворнее. Щеки втягивает показушно, сразу же расслабляясь. Улыбается инкубом. Смотрит в глаза пристально, с вызовом. Саша ведётся. Первый признак, что с Олегом что-то не так — следует командам. Второй — трахается без удовольствия. Третий — не лезет целоваться. Саша прокручивает эту поистине святую троицу, пока Олег под ним выгибается кошкой и царапает его спину, страстно сминая губы своими. Смотрит туманными глазами слишком трогательно и нежно, тянется переплести пальцы и просит его не отпускать. Саша не отпускает, пока тело младшего, закутанное одеялом по самые ноздри, не начинает тихо сопеть. Осторожно поднимается и следует на кухню. Включает чайник. Открывает контейнер. Делает первый укус одновременно с заходом в приложение по доставке лекарств на дом. Маффины ахуительны. Сердце после зелёной галочки о подтверждении заказа перестаёт бешено биться. Справа раздаётся глухой щелчок. Теперь можно и позавтракать.