Игрушка

Вернувшись обратно в деревню Какаши направился к хокаге. В кабинете было душно, воняло старостью и сигаретным дымом, огромное стопки бумак ( почти до потолка) лежали на столе, а на самом деле их было намного меньше, это так, у генинов жалость ввпросить чтобы сильно не надойдали руководителю. - Здравствуй, Какаши, ты с докладом или по поводу своей ученицы? - издевательская улыбка заставила парня вздрогнуть и радышать сильнее. - Откуда вы... С докладом - сглатывая вязкую слюну говорил учитель года. - Миссия выполнена успешно, за исключением того что на границе на нас напали... - мялся Какаши, вдохнув полной Грудью он выпалил на одном дыхании - Был убит джинчурики и объект сообщил, что никогда воспользуйся нашими услугами вновь. Хирузен мгновенно удивительно вскинул бровями, ещё не совсем принимая информацию и тут же его лицо исказилось злостью. Курительная трубка в его руках жалобно скрипнула и лопнула. На Какаши давили сильной ки, ему даже на мгновение показалось что хокаге со стены смотрели в немом осуждение. Третий подорвался с места и Хатаки окружили четверо анбу. Резкий удар в поддых. - Какаши, ты мне всегда не нравился, я был согласен на многое, ебешь детей - хорошо, у всех свои причуды, поставлял наркотики в академию - плевать, ладно, но как ты мог допустить убийство джинчурики?! А?! - кричал Сарутоби старший - К Морино его. Секунда и в глазах темнеет, «прими свою судьбу, Какаши» последняя мысль теряется в смеси грязи души. Воспоминание 1 - Отец, могу ли я спросить вас? К взрослому мужчине подошёл маленький мальчик с серебряными почти седыми волосами и красивыми карими глазами. - Что тебе опять надо? - грубо переспросил он - я сейчас дорежу мясо, пожарю и будем есть. - Что такое любовь, отец? - романтично спросил маленький Какаши. Гадко оскалившись, отец провел языком по ряду жёлтых зубов. Отбросов нож, Хатаке старший, поманил своего сына пальцем. - - Видишь? - указывая на кучку мяса на деревянной доске - это твоя - мама - слащаво пропел мужчина - это и есть любовь. Понимаешь? - Да... - успогоно говорил он пряча глаза за длинной чёлкой - Скоро обед, тв не представляешь как это будет вкусно. Воспоминание 2 - Какаши, - мялась девушка с фиолетовыми пластинами на щеках - я... Ты... Ты мне нравишься! Это взаимно? - уже намного тише спросила она. - Рин, - он подошёл ближе взял её за подбородок, заставляя смотреть в глаза - нет. - плюнув ей в лицо сказал Хатаке и развернувшись узел. Воспоминания 3 Смотря за маленькими детьми в его ситуации легко, мамочки смотрят с горящими злостью глазами, но сделать ему ничего не могут. Смешно же да? Конец воспоминаний * - Ку, когда мы уже... Обратно? - Завтра. - А что сейчас нам делать? - А я знаю что - глаза красноволосого многообещающе заблестели, а кимоно показательно затопоршилось. Повалив Наруто на кровать он стал целовать его, впиваясь в нежные, чуть искусанные губы проводя по ним языком и углубляя поцелуй. Блондин покорно приоткрыл ротик и тихо постановал и блаженно растекся лужицей, но отвечал так же страстно. Срывая одежду с усатого Курама утробно заурчал. Припав к тонкой шеи оставляя на ней фиолетовые засосы, покусывать и тут же зализывать места укусов, дальше ключицы, обводя их языком и поглядывая на затвердевшие соски. Бросив это дело кьюби стал ласкать бусинки - сосочки. Тело под ним извивалось и создавал прелестные звуки в виде стонов. Руками он стягивал ремень со штанов своего горячо любимого парня. Наконец освободив его от всей одежды он томно прошёптал. - К-ку, пож-жа-л-лу-й-ст-ста Голос его дрожал, а тело дрожало от неимоверного удовольствия. А Курама хотел поиздеваться, хотел насладиться стонами и умалениями. - Что пожалуйста? - ухмылка была слышала даже в голосе. - Т-т-ра-рахн-ни. - Кого? - Ме-н-ня - Что тебя? - хотелось выть от того как хочется что-то внутрь, а лучше чего-то Кураминого - Тр-рр-ах-ахн-ни - делая перерыв на то чтобы облизать сухие губы - ме-н-ня по-пож-алуй-ст-та. - Хорошо, солнце - почти промурлыкал ему в самое ушко Разведя ноги блондина он заметил колом стоящий член и упругий зад. Приставив к входу пальцы он уж было хотел вскавлять, но его остановил голос Наруто - Не надо, я сам... Себя пальцами - хоть ласки и прекратились, но голосок то дрожал. Удивлённо вскинув брови, Курама убрал пальцы и приставил головку к узкому входу, размазов предэякулят он тихо и нежно толкнулся внутрь вибив из блондина мазахисткий полу-стон полу-крик. Плюнув на удобство своего бывшего джинчурики Курама сорвался на бешеный ритм. Грубо втрахивая парня в кровать, слушая его стоны. Сам Наруто руками дрочил сам себе. Спустя двадцать минут этого сумасшедшего траха блондин спустил, а за ним и Курама через минуту пятнадцать. - Я люблю тебя, Наруто, с самого твоего рождения. - Пятнадцать лет... - Да.