Horny Yokohama

Брэм как твой друг:

• С момента как он получил обратно своё тело, его отношение к миру сильно изменилось. Что неудивительно, учитывая, что теперь он может самостоятельно познавать этот дивный новый мир; • Если его освободила именно ты, то он считает себя сильно тебе обязанным, поэтому он ни на шаг от тебя не отходит; • Ещё одной причиной, почему он везде с тобой, является и то, что он понятия не имеет как устроен этот новый мир. Помоги ему, окажи услугу; • Брэм по-прежнему ночной житель, поэтому днём его вытащить на прогулку это гиблое дело. Покажи ему солнцезащитный крем; • Терпеть не может современную моду, поэтому даже не пытайся уговаривать его примерить хотя бы строгий костюм; • С техникой не ладит, поэтому не удивляйся, если вдруг вместо звонка он пришлёт тебе письмо.

Брэм как твой мужчина:

• Ему по-прежнему режет слух современный сленг, поэтому привыкай к тому, что он будет называть себя твоим мужчиной, кавалером, воздыхателем и… Так, что там было после «Воздыхателя»? • Если ты приложила руку к тому, что он вернул своё тело, его благодарность не будет знать границ. Брэм буквально будет мнить себя твоим рыцарем, который боготворит землю, по которой ты ходишь; • Его сердце всё ещё болит, скованное скорбью по погибшей семье. Брэм редко делится такими откровениями, поэтому если он рассказал тебе, считай это жестом принятия. Ты теперь часть его не-жизни; • Не обратит тебя, как бы сильно ты его ни уговаривала. Он хочет дать тебе прожить свою жизнь ярко, а не лишать тебя разума, превращая в свою марионетку; • В совместном быту будь готова к тому, что он будет спорить с микроволновкой и прочей техникой. Наберись терпения и да поможет тебе бог; • С момента как он обрел своё тело обратно, он голоден до прикосновений. И это работает в обе стороны.       Это самое обычное утро, в которое ты готовишь себе завтрак. Брэм уже привык, что ты создаёшь много шума, хотя могла бы разделить с ним покой в его гробу, в котором он спит, отказываясь занимать кровать. Он утверждает, что это всё ещё напоминает ему, что он чудовище, которое недостойно жить как все люди.       Брэму всё ещё сложно привыкнуть до конца, что он может ходить, поэтому его шаги слышны, даже очень.       Ты напеваешь себе под нос незатейливый мотив, пока жаришь яичницу и сушишь тосты, когда холодные, бледные руки Стокера обхватывают тебя сзади. — Драгоценная душа моя, и почему же тебе не сидится на месте? Почему ты так стремишься покинуть меня как можно раньше? — Его голос бархатистый, он ласкает слух, особенно когда он звучит прямо над ухом. Брэм не дышит, ему, как вампиру, это не нужно, но это не мешает ему вдыхать аромат твоей кожи. И это то, что дурманит его сильнее любого вина, особенно когда твоя кожа всё ещё хранит это тепло после сна.       Руки вампира сами бредут по твоей талии, оглаживают животик, опускаются на бёдра. Брэм зарывается носом в твои волосы, оставляет поцелуй, и кажется не может насытиться тем, что перед ним. Тебе щекотно, но одновременно с тем это возбуждает. Твой смешок становится более хриплым. И как тут устоять?.. • Как утверждает сам Брэм, он не занимается сексом. С тобой это для него акт любви, очередной способ сказать без слов, что, он любит тебя. Он не напирает, мягок, внимателен и в меру страстен; • И ради одной тебя он всё же пересмотрит свои взгляды на современную моду.