PS
9 октября 2023 г., 19:00
— Сделай потише! — возмутился Жан стонам и воплям, доносящимся из ноута Женька.
— Весь день сидит, в экран пялится, нет бы по дому помочь, — проворчал дед Слава и пошаркал на кухню. — Жанчик, отбери у него балабайку его! Пущай лучше хоть пол помоет, а то вон, опять Андрейка с Сергунькой грязи нанесли, конечно, переобуться-то лень...
— Ну нет, дядь Жан, — заныл Женёк, — это ж новая игра, Балдурс гейт три! Я еле до каникул дотерпел, поиграть мечтал!
— Обалдуй, геть! — Кривич дернул Женька за вихор. — И на что время тратишь… Тьфу!
За окном лил бесконечный осенний дождь, на раскисшие почерневшие поля-дороги стремительно падала тьма, в соседней деревне зажглись первые огонечки… Жан-Клод Дешам, заложив книгу пальцем, уныло смотрел в быстро темнеющее окно.
— Что свет не включаете? — Барановский щелкнул выключателем. — Чего, больных нет никого?
— По такой дороге разве что какого острого привезут, — вздохнул Жан.
— Посиди с Васьком, а? А я в магазин смотаю…
— А дед? — уныло возразил Жан. Стать объектом для укусов юного Перворожденного вампира Жану совершенно не улыбалось.
— Дед говнится, — махнул рукой Серега. — А памперсов, считай, на нуле.
— А вот на горшок всё ленитесь высаживать, — дед Слава подкрался незаметно, — надо ужо раковиной держать, чтоб туды пысал, привыкал!
— Да ну какой горшок, — вяло отмахнулся Жан, — рано еще, дед…
— Много ты знаешь. А вот посиди-ка с малыми, и впрямь, а я с тобой, Сергуня, в магазин смотаю, — сказал Кривич.
От такого поворота завопили все вампиры сразу, включая Васька, но если уж дед чего решил, то решил, так что Серёга, проклиная свою судьбу, повез Кривича в хозяйственный, а Жан остался сторожить фельдшерско-акушерский пункт, и Васька с Женькой заодно.
— Эжен! — Жан, перехватив Васька поудобнее, нарисовался в дверях гостиной, — дед с Серегой уехали, если вдруг появятся пациенты, учти, Васёк будет на тебе…
— А что Андрей? — не отрываясь от экрана, недовольно буркнул Женька.
— А что Андрей сделает с Первородным вампиром? Позволит ему себя загрызть? Он человек, не забывай, ему надо отдыхать, есть… Он себе ужин готовит.
— О! Точно. — Женька схватил телефон. — Дед! А купи чипсов мне! С луком и сметаной! Ну дед! Да блин, у меня каникулы, а радости никакой, ну… Дееед…
— Дедулей его назови, — посоветовал Жан, с трудом удерживая извивающегося Васю.
— Дедулечка любимый, ну позязя! — заныл Женек.
Жан сделал вид, что с трудом давит рвоту. Отвлекшись на свою пантомиму, он упустил Васька, и тот с размаху ударил пятерней по клавиатуре. Картинка ожила, и Васька с интересом уставился на экран.
— Ты чо?! — обернулся к племянничку возмущенный Женёк. — Дедуля, и газировки! Колы! Нету? Ну какая есть… Дядь Жан, убери его, а?!
— Тебе жалко, что ли? — Жан подвинул стул поудобнее. — Играй давай, а мы посмотрим…
— А это кто такой белобрысый? — через некоторое время спросил Жан.
— Типа вампир. Астарион. Я ща с ним замучу…
— М-м. А ты за кого играешь?
— Да за шалабуду одну. Ща. Тут надо дать ему крови у себя выпить, и всё будет чики-пики…
— Что за странный выбор, играть за женщину… — Жан пристально следил за происходящим в игре. — Да что ты делаешь?! — возмутился он. — Куда столько! Ты же ее сейчас досуха выпьешь! Жень, отгони его! Скажи, чтоб заканчивал, а то он ее сейчас добьет…
— Щас, щас… Да ничего, я сохранился, если что! О-о, теперь, типа сытый наконец. Хорошо ему… А мы когда ужинать будем? Астариону, по ходу, до этого давали только крыс пить… А мы можем животными питаться?
— Крыс! Ужас какой. Что там крови, в той крысе-то. Очень недолго можем, Жень. Пару дней, не больше. Лучше, чем ничего, но потом резко тупеешь, слабеешь и тебя... Не важно. Одним словом, нельзя. Когда все приедут, тогда и поедим. Или тебе надо отдельно подавать?! Так, покажи, а что ты теперь делаешь?..
Жан даже позабыл про Васька, увлеченный происходящим в игре. За что неизбежно поплатился. Юный Перворожденный вонзил в него свои клычки.
— Васька! Чтоб тебя! Вот ты паразит! Жень, поставь на паузу пока, я сейчас.
— Послушай, Эжен… — уже когда приехали дед с Серегой, и Женёк споро побежал помогать им с разгрузкой машины, надеясь на чипсы и газировку, Жан придержал его за рукав и спросил, — выходит, за этого… м-м, вампира, тоже можно играть?
— Ну да, — пожал плечами Женёк и убежал.
Жан взял Васька на руки и вышел на крыльцо.
— Ну что, накатались? Кровь вам греть уже? — спросил он Серёгу. — Вон, смотри, папка твой. Вот он сейчас тебе своей крови даст, а меня не кусай больше, понятно? Андрей! — крикнул он, — дед и Серж приехали! Подержи Васю, я пойду ужин накрою…
Жизнь шла своим чередом. После ужина посидели все вместе в гостиной под новости, не столько слушая, сколько разговаривая, потом Жан прибрался на кухне, Серега искупал Васю, перед сном Андрей, как обычно, обошел весь ФАП, проверяя, закрыты ли окна-двери. Логичней было бы положиться на вампирское сверхвосприятие, но на Серегу надежды нет никакой, Женёк пока еще пацан без башки, что там себе Вернидубович думает, вообще никто не знает, а Жан… Да что с него взять. После всего-то. Пусть отдыхает спокойно.
Окна гостиной светились тусклым синеватым светом. Ну да, Женёк, небось, сидит, гоняет своих чертей компьютерных. Андрей со вздохом завершил обход и пошел спать. Но, к своему удивлению, Жана на раскладушке не обнаружил.
Сердце нехорошо ёкнуло. Опять какие-то… чудеса начинаются?!
Андрей спешно прошел через гостиную… и замер в недоумении. Жан сидел перед компом и, ругаясь сквозь зубы, пытался разобраться в меню компьютерной игрушки.
— Ты что это? — удивился Андрей.
— Да ничего не понятно тут… А… это… ну, просто так. Отвлечься…
В синеватом отсвете монитора было не заметно, но Андрей готов был поклясться, что Жан покраснел.
— Все равно же не сплю, решил скоротать ночь. Лучше, знаешь ли, чем кошмары смотреть. Вот… — Жан нервно усмехнулся.
— Ладно… на всю ночь-то не засиживайся только… — с сомнением сказал Андрей и пошел спать.
— Только не говори никому! — вдруг попросил Жан.
— Я ж не крыса… — хмыкнул Андрей.
Вампиры, конечно, не нуждаются во сне, и, тем не менее, Жан за завтраком зевал и тер покрасневшие глаза. Дед Слава смотрел на него с подозрением.
— Слышь, Андрейка, — прижал он фамилиара в уголке, — Жанчик-то чего, у себя не ночевал? Никак баба у него в деревне завелась? Сказывай, кого он там подцепил? Клавку-продавщицу, да?! Самогонщицу эту страшенную?
— Нет. Нет, Святослав Вернидубович, зря вы так думаете…
— Да ведь по всему видать, всю ночь шлялся! Акромя Клавки-то, тут ебсти некого, все остальные бабки уже старые! Всем за пятьдесят!
— Точно вам говорю. Это не Клавдия.
— А кого ж тогда?.. Аль он куда подальше бегает?! Если б машину брал, я б услышал! Неужто летал?! А куда? Андрейка, не ври мне! Сказывай, как на духу, тебе-то он, поди, признался!
— Святослав Вернидубович, вам показалось…
Андрею с трудом удалось отбиться от озадаченного деда.
Больных на пункте было мало, по такой погоде и впрямь, не добраться. Жан сидел на приеме, зевал, выписывая доковылявшим старухам таблеточки «от давления» и мазь «от суставов», лениво черкал что-то в амбулаторных картах, посматривал в окно — кажется, снег собрался пойти… Не успеют Серёга с Андреем дорожку залить, не успеют, так и будем по уши в грязи ползать. Помочь им, что ли?...
— Ну что, хоть один платный был? - спросил Андрей, заходя.
— Да как же, — снова истошно зевнул Жан. — Который день сплошная благотворительность. Разоримся и закроемся, до весны не дотянем… все, пора обедать!
— Вздремни хоть после еды. Всю ночь ведь сидел. Неужто так увлекательно?
— Да… так… от мыслей спасает, — отмахнулся Жан.
И сразу после обеда, пока Женёк с кем-то трепался по телефону, запустил игру и с головой нырнул в мир таинственных приключений. Теперь уже Женёк сидел рядом и ныл, чтобы Жан дал поиграть ему.
— Вам хорошо, всю зиму делать нечего будет, а мне на учебу возвращаться, ну дядь Жан!
— Сейчас. Должен я узнать, чем кончится?!
— Так на ю-тубе посмотрите! — огрызнулся Женек.
— Как посмотреть?!
— В поиск забить надо, и всё, — буркнул Женька.
На его счастье, до фельдшерско-акушерского пункта все же добралась партия несчастных с вечернего автобуса, и Жан неохотно ушел вести прием. Женёк снова завладел ноутом нераздельно.
Жан играл в ту треклятую игру уже третью ночь подряд. Андрей, который сам не то чтобы интересовался чем-то подобным, знал, что, вообще-то, компьютерные игры — вполне себе распространенное увлечение среди взрослых мужиков, бывшие его коллеги резались в «Танчики», парни из Восьмого играли в «Тарков», но в одержимости Жана было что-то нездоровое.
Ночами Дешам отбирал у Женьки ноут, а весь день, сидя в кабинете, смотрел видео на ю-тубе с телефона. Все с этим придурошным белобрысым вампиром. Андрея уже тошнило от каких-то нарочито-манерных интонаций идиотского компьютерного кровососа.
Под утро, часа в четыре, Андрей, проворочавшийся без сна полночи, встал со своей кровати, обнаружил, что Жан еще даже не ложился, и пошел на кухню попить водички. А заодно и призвать его к ответу. И нашел бывшего офицера наполеоновской армии, хирурга, двухсотлетнего упыря Жан-Клод Дешама позорно расклеившимся, в слезах и соплях прокручивающего снова и снова финальные сцены дурацкой компьютерной игрушки.
Андрей молча сходил на кухню и вернулся со стаканом воды, пакетиком крови и рулоном бумажных полотенец.
— Что там такое, Жан?
— В конце концов, он освободился, Андрей, понимаешь? — спустя, наверное, минут десять больным голосом сказал Жан. — Понимаешь?!
Андрей только тяжко вздохнул, протягивая ему полотенце. Свобода! Свобода это иллюзия...
— От ты только глянь! Что старый, что малый! Ладно, этот еще, подпёсок, упырь молочный, а ты-то, Жанчик! Андрейка! И ты?! Сурьезный же человек был! Государев! Это все тебя Жан испортил…
Кривич застукал Жана с Андреем у компьютера в процессе активного совещания. Они уже в третий раз переигрывали битву.
— Деед?! — после завтрака побежал жаловаться Кривичу Женёк, — они у меня теперь вдвоем ноут отняли!
— А кто тебе его покупал? — огрызнулся Жан, вручая Женьку его технику. — Кровопийца ты неблагодарный! Ладно, я в клинике…
— «В клинике!» — передразнил его дед Слава. — То же мне, клиника! У борова тваво клиника в Москве, у Глеба Васильевича вот — клиника, а у тебя тут — шарашка!
— Да и та не моя, а Генрихова, — пожал плечами Жан, — я бы и такую не осилил.
Андрей сидел в саду на опрокинутой тачке и смотрел в телефон. Серега, засыпавший песком выкопанную под будущую дорожку траншею, не выдержал и подошел, глянул ему через плечо.
— Это чо за фигня? Слушай, ты листья будешь сгребать, нет? Устал, может? Дед ведь не слезет, я тогда Женька дерну…
— Да нет, нормально, сейчас. Мы там с Жаном застряли, вот, смотрю советы по прохождению…
— Ну вы это, совсем…
— Слушай, Жана это отвлекает, вот и хорошо. Чем бы не тешился, лишь бы не вешался, согласись?
— Ну не знаю, как-то это… тупо, — пожал плечами Сергей.
— Там главный герой вампир. Мне кажется, Жан видит в нем себя.
— Он чё, совсем больной?! — Серега фыркнул и вернулся к работе.
— Да не то, чтобы очень здоровый… — протянул Андрей, глядя вслед Барановскому.
Серёга мрачно махал лопатой, а потом с размаху вонзил ее в землю, чуть не сломав (с совковыми такое делать, вообще-то, не рекомендуется), утер нос рукавом, мрачно оглядел погрустневший сад и уныло сгребающего под моросящим дождичком листву Андрея, и решительно зашагал в дом.
— Слышь, ты, упырь молочный! — роняя с сапог ошметки глины, Серега пересек гостиную. — А ну жопу поднял и пошел помогать! Женька, там надо щебенку срочно утрамбовать! Пока снег не пошел, хотя бы часть дорожки зальем, а то же утонем в грязи! Не пройти к дому будет!
— Ну а чего бригаду не нанять, — неохотно отозвался Женёк, даже не повернувшись, — за день бы сделали…
— Бляха-муха, мы деньги не печатаем! Анька нас всех не прокормит! Четыре упыря в доме, и не сможем сами дорожку залить?! В чем вы там все зависаете сутками, вон, отцы и те влипли?!
Серега решительно захлопнул крышку ноутбука перед носом Женька и потащил его на каторгу. Но после обеда поддался всеобщему сумасшествию и тоже присел к ноуту, бортанув уныло разглядывающего заживающие мозоли Женька.
Астариона в качестве персонажа Барановский решительно отверг.
— Пидор, — заявил Серега. И почти час потратил на то, чтобы создать своего перса, брутального, бородатого и рогатого тифлинга, долго, придирчиво выбирая ему татухи и одежку.
— Главное, что рога на месте, — хмыкнул глянувший ему через плечо Жан, оскорбившийся за любимого перса, и это мимолетное замечание чуть не закончилось очередной вампирской дракой. Андрею даже пришлось Кривича звать, разнимать их.
— Ну теперь и этого, певуна ртом, затащили к себе, задроты! — ворчал дедушка. — А эту, лабудайку твою электрическую тебе зря, что ли, покупали?! Бренчи себе! Вы почто малого обижаете?! Бородатые мужики все, — старшие вампиры и Андрей уныло выстроились в рядок перед рассерженным дедом, — а вот тоже… в бирюльки играть. А ну! Что там у вас такое… за блудодейство-то там… Женёчек, найди-ка очки мои…
Для удобства деда Женёк вывел изображение на экран большого телевизора.
— Ну вот, это, типа, значит, они сначала очухиваются у пришельцев этих…
— Мозгососов, — уточнил дед Слава, в очки щурящийся на экран.
— …слушай, а у него очки с диоптриями, вообще? — спросил Андрей Жана, — давно хотел спросить.
— Вообще зрение у деда не сто процентов, успел испортить до обращения, видимо. Хотя кто его знает, на таких сроках жизни может, и у нас уже падает, — вздохнул Жан. - Он же не дастся проверить.
— …это, типа, значит, Астарион присоединяется к игровой партии…
— А главный там этот, черт с рогами?
— Ну это Серега себе такого перса выбрал, я вообще за Шедоухарт играю, — ответил Женёк.
— За кого?
— За дуру эту с челкой, — буркнул Серега.
— А дальше что?
— Дальше там много чего, сейчас я тебе, дед, покажу… Серёга не доиграл еще просто. Воот… — Женёк полез на ю-туб, ища видео с прохождением.
— Этого мне, белобрысого, покажь.
— Значит, его квест называется «Бледный эльф». Он, типа, вампир, двести лет назад его обратил один гад…
— Обратил, значит, надо было, — дед Слава глянул поверх очков на Жана, сидящего, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу.
— Короче, этот, обративший, Касадор, мог им управлять... А вот еще один главный перс, это типа маг…
— Ведун, ага…
— Ну, он в медведя обращается. Друид, не маг.
— Оборотень, значит, ага, — покивал дед.
— С ним тоже переспать можно…
— Срамота! Тебе бы лишь бы оборотням их задницы мохнатые нюхать! — возмутился дед Слава, — смотри, притащишь в дом блохастую — и близко не подпущу! Один с русалками, значит, мутит, вообще уже все равно, кого уестествлять, что рыбину чешуйчатую, что Клавку-самогонщицу… — дед остро глянул на Жана, но тот даже не заметил: он, кривясь, смотрел как белобрысый вампир умоляет девицу дать ему крови.
— Короче, этот, Касадор, обративший, им управлял, посылал охотиться, людей приводить. Ну, не только людей, тут много всяких, а его самого кормил крысами и на спине выжег какие-то знаки. Ща покажут. Вот. Тут еще вампиры в зеркале не отражаются. Щас еще смешно будет, где он просит описать свою внешность!
Жан оторвался от экрана и странно посмотрел на Женька.
— Воот, — протянул дед Слава, — видите, какие обратившие-то бывают! А я с вами как с родными! Тетешкаюсь, как вот… С Васенькой!
Жан криво усмехнулся.
Женёк комментировал происходящее на экране, Серёга украдкой зевал, потом толкнул Жана в бок локтем.
— Слушай, у нас там красненькой лишнего пакетика нет, а? Жрать хочется, как не в себя…
— Есть, — вздохнул Жан, и зашевелился, намереваясь встать.
— Да ты код скажи, и всё.
«Скажи из вас кому код, ага, — Жана аж перекосило. — Мигом всё сожрете».
— Наломался? — сказал он вслух. — Ну вы сегодня много сделали, да. Пойдем, заодно мазь тебе дам, поясницу помажешь, и руки.
— Да я ж упырь, чо!
— Болеть все равно будут, — пожал плечами Жан.
— ...ща еще прикол будет, покажу! Как он орет, типа, "после двухсот лет дерьма"… Вот!
— А что такое «пьюа щит»? - поинтересовался дед.
— Ну, типа, конкретное дерьмо…
— Чистое дерьмо, — бросил на ходу Жан. — Pure shit! — с с чувством повторил он, подражая интонациям Астарииона, и пошел за Серегой на кухню.
Пока они там ходили на кухню и мазались мазью, Женёк с дедом добрались до финала квеста «Бледного эльфа».
— …ну и тут, у него, короче, типа, выбор. Завершить этот обряд, и самому стать главным, и завалить всех остальных вампиров, эта, братьев и сестер, или отказаться. Ну вот… Ща посмотрим, чо они тут выберут. Ну вот тут герой его типа отговаривает. Не надо, говорит, быть таким, как этот, Касадор… Это, значит, короче, хороший конец. Ща он его…
— Нормально, — протянул Серега, глядя, как Астарион, двухсотлетний вампир, в крови по пояс закалывает своего обратившего, Касадора.
Жан меж тем вцепился в спинку дивана, побледнел и аж подался вперед, глядя на происходящее на экране.
— Ну и вот типа они…
Андрей оглянулся на Жана и поднялся со стула.
— Это что это? — хмурясь, спросил Кривич. — Это чего это? Вот, значит, во что вы там играете-то, а?! Что вы там… — он обернулся на Жана. Тот, ничего не замечая, смотрел в экран, шевеля губами и повторяя за залитым кровью Астарионом слова про свободу.
— Жан… — Андрей успел сделать только один шаг к нему.
— Эх, Жанчик, Жанчик… Вот значит как… Вот о чем-ты мечтаешь-то, а! Вот ты за кого меня считаешь, лягушатник ты поганый! А я ли тебя не миловал, я ли не пестовал…
— Дед, ты чо, это игра просто… — начал было Женёк.
— Э, э, дед Слав! — вскинулся Серега.
Жан вышел из оцепенения и даже успел было шарахнуться в сторону, но куда там! Святослав Вернидубович Кривич метнулся сгустком стремительной тьмы, и материализовался, уже впиваясь зубами ему в шею.
— Так вот о чем ты мечтаешь, значит, гаденыш, вот чего ты ночами не спишь! — чавкая и рыча, приговаривал дед, пока младшие вампиры с трудом отдирали его от Жана. — Деда зарезать желаешь! Наглядеться, значит, никак не можешь, как отродья поганые хозяина сваво убивают! Ах ты ж! Тварь неблагодарная!
Кровь лужей растекалась по полу, Жан упал и скорчился, зажимая разорванную шею, и теряя сознание, еще успел подумать, что свободы-то ему не видать всё-таки никогда...
