Show me the stars

Уставший со школы Чуя Накахара идёт домой, на улице тихо и уже темнеет, на улице приятно тепло, на небе постепенно тёплый закат переходил к приближающейся ночи. Рыжий думает, куда бы поступать после окончания школы, сильно сомневаясь в своём выборе, ибо, Коё ему всё говорила, что ему следует поступить на юриста, с чем то в принципе… был согласен. Но только вот душа где-нибудь внутри всеми силами давала понять, что Накахара далеко не хочет быть юристом. А в особенности лезть в блядское правительство. «Там как в болоте». — всё время твердил себе Чуя, идя по дороге домой, его слегка беспокоила мысль о том, что его выбор Тётке не понравится. Навязчивые мысли словно принципиально не давали Чуе покоя, начиная с самого утра. Пока он размышлял над этим, полностью ушёл в себя, то почувствовал как его сбили с ног со словами: — Ой-ой! Прошу прощения-я-я! — судя по этому тону, это был Осаму Дазай, который, видимо, сильно торопился и не заметил рыжего, Накахара не успел ему что-либо ответить, как Дазай уже убежал дальше по своей дороге. Бинтованный парень также уронил пару… плакатов? Объявлений на вступление музыкальную группу? Рыжий в начале не заметил бесполезных бумажек, и только сказал ему вслед, голосом полным ярости, что его сбили с ног, с не очень то, и легкой сумкой на плече: — Да чтоб тебя! — поднявшись на ноги и подняв свою сумку, встряхнув свою сумку от пыли и некоторой грязи с пола, которая уже успела приклеиться к одежде Чуи, а также сумки, и вообще его штанов. Накахара обнаружил постер, или же мятое и слегка порванное объявление которое явно был не самое свежое, а на объявлении гласил текст: «Набор в музыкальный клуб! Будем рады каждому, покажите, что умеете» и тому подобное. Чуя обнаружил что в адресе того клуба указана его школа, а точнее, тот самый школьный подвал за школой. К которому никто никогда не приближался. А теперь, там собирают музыкальную группу, он про себя тихо пробормотал: — Музыкальный клуб, значит… Недолго думая, Накахара решается пойти посмотреть, что же это за клуб такой, и какие люди там собирают музыкальную группу. Его любопытство было сильнее, чем желание угодить Коё. По крайней мере, на сегодняшний вечер, на крайняк можно будет придумать отмазку на ходу, что мол, учитель задержал после уроков, или другой абсолютный бред. Довольно быстрым шагом он направился к своей школе, на улице уже дело приближалось к ночи, а значит, логичнее предположить, что школа уже закрыта. Рыжий вздохнул, и пока он ходил вокруг школы в поисках тёмного подвала, он случайным образом заметил, что из их школьного подвала отдаётся слабый свет и тихий шум. Накахара решился тихо спуститься в этот школьный подвал. Спускаясь вниз по ступенькам, он рассматривает гирлянды и светодиодные ленты, которые были почти везде. И кажется, любая такая гирлянда, запросто могла свалиться ему на шею, или вообще отключиться.

* * *

Различные постеры, плакаты из всяких музыкальных групп, аниме, известных исполнителей. Чем дальше он спускался, тем громче слышал диалог между его одноклассниками. Он слегка напрягся, голоса были знакомые, да и вдрул он кому-то помешал? Когда он окончательно спустился до конца ступенек, взгляд рыжего парня упал на музыкальное оборудование, которое по всей видимости, не то что бы прилично хорошего качества. Комбоусилители стояли где-то не далеко от хозяев своих электрогитар, хотя, может не всё так плохо, ибо даже барабанная установка есть, и неплохие хамбакеры стояли на чей то гитаре, но всё-таки первое на что он обратил внимание, так это ситуацию, как Танидзаки помогает Дазаю выбраться из гирлянды, так как шатен умудрился запутаться в ней. Словно… пытаясь повеситься на гирлянде? Совсем отбитый? — Как вообще можно запутаться в гирлянде? — немного раздражённо бормочет Танидзаки, пытаясь распутать Осаму из гирлянды, и лишь ругается про себя, когда не получается развязать Дазая из узких гирлянд. Да и желательно было, не поломать гирлянды, не порвать их, и всякое такое. — Понятия не имею, — сказал Осаму, тихо усмехнувшись, шатен выглядел так будто ему нравилась эта ситуация, Чуя почти сразу вспомнил, что тот с бинтами по всему телу (как кажется) сбил его с ног этим вечером. Теперь у Дазая болела адской болью шея, а этот товарищ терпеть не мог боль. Как физическую, так и моральную. — Я сказал что-то смешное, Дазай? — будешь сам выбираться из этой тугой гирлянды, понял?! Ну или в случае чего, — останешься так. — говорит Танидзаки уже слегка повысив голос, но стараясь видимо держать свои эмоции под контролем, ну подумаешь запутался Дазай, он ведь не виноват в этом, верно? — Что, чёрт побери, вы здесь делаете? — вступает в диалог Чуя, держа в руках помятое объявление, или, то был всё-таки постер? Чуя так и не разобрался, и после этого все обратили на него внимание. В комнате на долю секунды повисло молчание, будто моментально заставляя Чую жалеть о том, что он поддался своему любопытству. Уж лучше бы он Озаки оправдывался почему не явился домой рань… — О, здравствуй Чуя, не хочешь вступить в нашу музыкальную группу? Слухи поговаривают, что ты умеешь играть на гитаре — перебил поток мыслей Танидзаки, говоря всё это весьма довольно вежливым тоном. Независимо от того, что ему в край надоело распутывать Дазая из гирлянды. Он также сказал Чуе что-то вроде: «Щас, погоди секундочку Накахара». Потребовалось чуть больше шести минут, чтобы наконец освободить Дазая из тугой связки гирлянды. Вывод сделан, никогда не вешаться с помощью гирлянды. Танидзаки с облегчением выдохнув подойдя к Чуе, сказал, протягивая сложенную гирлянду, из которой только что выбрался Осаму: — Только, будь так добр, помоги пожалуйста повесить эту гирлянду во-он там! — Танидзаки жестом указал Чуе почти в небольшой угол комнаты, протянув последние два слова. И взгляд Накахары мигом направился туда, ему впрочем, и не было сложно помочь парням. — Нашёл кого просить повесить гирлянду. — с явной насмешкой фыркнул Дазай, походу не в настроении тем, что сам то ли по глупости и случайности запутался в гирлянде, то ли очередная попытка самовыпила, — Того кто даже до потолка этой комнаты, не дотянется. Чуя ловит себя на том, что перевёл злобный взгляд на высокого бинтованного как придурка парня. Обратился он к Дазаю, едва сдерживая гнев: — Обязательно лично тебя придушу этой же чёртовой гирляндой. — злобно прошипел он, а после тяжко вздохнул, не срыыаясь на одноклассника: — Не пойми меня не правильно, но я не хочу тратить своё время на клуб школьников-неудачников. — сказал Накахара с ноткой гордости в голосе, переводя взгляд на шатена, как бы намекая, кого именно в этой комнате считает неудачником. На миг был злобный зрительный контакт, Накахара вздохнул, добавив: — К тому же здесь будет просто невозможно записать нормальный трек. У вас нет ни хороших музыкальных инструментов, ни даже шумоизоляции, — с этими словами он кинул постер (или всё же объявление) на пол, уже собираясь уходить. Развернувшись спиной к остальным, Чуя добавил: «удачи с вашей нищей группой». — Эх. жа-а-аль, — протянув эти слова, в голосе Танидзаки явно было разочарование и усталость, видимо, ему трудно найти участников группы, и похоже, ищет участников для группы, он не в первый день. — Ты хоть оцени наше собственное звёздное небо, Чуя, вдруг понравится! Накахара поднял голову на потолок увидел звёзды, которые отдавали тусклым светом. И которые походу рисовали вручную специальной краской. Кажется, люминесцентная. Но из-за количества света в комнате, их было не особо видно. Чую по правде, это ни капли не волновало, взглянув на их: «недозвёзды». Недовольно фыркнул и закатил глаза. — …Придурки. — едва слышно проговорил Чуя, а после принялся подниматься по ступенькам, быстрым шагом. Такими темпами он вышел из подвала, и как достал мобильник иж кармана, увидев время глаза расширились, и Чуя чуть ли не рванул домой. Накахара Чуя — слишком гордый пацан, чтобы признать что ему нравится даже такая мелочь как звёзды. К тому же, он ставил себя выше них, да, он и вправду играл на гитаре. И причём играл лучше среди всех остальных, был, и остаётся гитаристом на фестивале. Видимо все быстренько запомнили что этот клёвый рыжий парень играет на чёрной электрухе. Ах да, он опаздывает домой, время 20:34, а он ещё не дома, придётся оправдываться перед Коё, где он был, и чем был занят. Чуя шуршит ключами в замке, и приоткрывая входную дверь, чуть ли не молится, только бы Озаки была бы сейчас была на работе, или была бы занята. Но нет, Накахара ещё в коридоре, заметил до жути знакомые женские босоножки. А значит, время вышло, и пришла пора искать идеальные оправдания. Разувшись, Чуя поднимает взгляд на Коё, которая кажется надела бежевый халат на вечер, похоже подарок от рыжего ей всё-таки понравился. Могло показаться что Озаки выглядела в хорошем настроении, но Накахара давно на опыте. — Добрый вечер, Чуенька. — прерывает тишину Озаки, и кажется её скрытно строгий взгляд буквально вцепился в Чую, — Не расскажешь мне, почему опоздал на… минут тридцать? — она сделала паузу, взглянув на часы, что висели на стене. — Учитель по литературе задержал, пришлось немного опоздать, — начал рассказывать свои великие оправдания Чуя, — а ещё меня попросили остаться не надолго, и помочь учителям с документами. Чуя замолкает, и держит зрительный контакт с Коё, та видимо, в его взгляде пыталась понять, лжёт он или нет. А обманывать Накахара никогда не умел, все эмоции всегда выходили наружу. Так что Озаки вздохнула, сделав вид что якобы поверила в его рассказ, ушла на кухню. Надо же, настолько сильно устала на работе, что даже не устроила целую ссору на то, что Чуя не пришёл домой как в обычное время. Следом на кухню заходит Накахара, оставив свою сумку на ближайшей тумбочке в коридоре, похоже что на ужин Коё решила не заморачиваться. Чуя сделал себе чай, он и не был сильно голодный. Так что сегодня можно обойтись, и без ужина. — Я уже выбрала, на какой университет ты пойдёшь поступать. — внезапно заявляет Озаки, Чуя не сильно этому удивился, но на лице всё равно было заметно лёгкое недовольство. Хотя, начинать очередной некомфортный разговор насчёт его специальности, от слова «совсем» не хотелось. Оба слишком устали, то ли в моральном плане, то ли в физическом… не сильно важно. Да и споры что в правительстве до пизды тяжело, и так просто он туда не попадёт, можно было оставить на потом. По крайней мере, на сегодняшнюю ночь. Тётушка, окинув взглядом Чую, всё же покинула кухню. Перед этим добавив: «не засиживайся, до поздней ночи». Чуя слегка кивнул, хоть та и не заметила. Всплыло воспоминание, как она просила не называть её «Тётей» ибо чувствовала себя старой. На что Чуя когда-то усмехался, а сейчас, он лишь продолжает звать её Озаки. А её возмущения: «не надо так официально!» Чуя пропускал мимо ушей. Вот же блять. Коё даже не сказала, где тот несчастный университет находится… ладно, может быть она даст знать об этом утром. Хоть Накахара и обещал себе лечь спать пораньше, от сам засиделся до трёх часов ночи, за какой-то старой книгой, с его полки.

* * *

Танидзаки проводил уходящего Чую уставшим взглядом, а после вздыхая, взглянул на помятое объявление на полу, и поднял его. Пару минут, будто всматриваясь в буквы: «Будем рады каждому!». Повернувшись к Дазаю, он оторвал взгляд от бумажки, и сказал: — Что ж, видимо нам нужно ещё больше времени, на новых участников. — слегка печальным тоном сказал Джуничиро. — Слушай, Танидзаки, если не получилось сразу, то это не значит, что вообще не получится. Ты справишься и соберёшь хорошую группу. Я в тебя верю, а времени у нас, вполне предостаточно. — он мягко улыбнулся, говоря эти слова, но в самом деле, Дазаю не было особо интересно заниматься музыкой, он больше увлекался литературой, да так, что почти вся его комната заполнена «от» и «до» книгами. Только вот после, так называемого, «тяжёлого периода», он от слова «совсем» перестал что-либо читать. Ему многое не было интересно на тот момент. Но почему-то слегка искренне надеялся, что Танидзаки сможет собрать собственную группу. — Спасибо тебе, Дазай, — коротко поблагодарил Танидзаки, и ушёл собирать вещи, так как было уже поздновато, а добавлять излишний шум не хотелось, Осаму же на последок улыбнулся Джуничиро, и позже направился гулять по заброшенным зданиям. Это, по сути, единственные места, где он чувствует спокойствие и умиротворение. Где нет ни души, только он, со своими размышлениями в голове, под тишину, и тихий тусклый свет луны. По правде говоря, Дазай искал во всём некое спокойствие: в людях, в хобби, в определённых местах, и так далее. Было время, пока Дазай мог подумать, куда поступать за время школы, но казалось, что планов на жизнь у него нет. Особенно, так считал его отец, когда строгий взгляд в Дазая буквально сжирал его до костей, после очередной попытки самоубийства. Вот его отец, Мори Огай, беспокоится за него, жаль только Осаму не понимал смысла этого некого «беспокойства» он предпочёл бы, чтобы его отец и вовсе забыл его, и каждый раз то ли наигранно обижался и делал трагедию что ему вновь не дали пойти в объятия смерти, то ли всерьёз держал скрытую злость на тех, кто спасал ему жизнь. Никому никогда не удавалось понять, что там думает этот Осаму Дазай. Полный придурок, который не ценит жизнь, впрочем, как и все остальные суицидники. Осаму до раннего утра гулял по городу, и любимым заброшкам. Лишь он только потом заметил сообщения от Мори: Мори Огай: 20:45: — Осаму, ты только не гуляй там долго, ладно? Уже решил куда поступать будешь? Мори Огай: 21:38: — Дазай, время уже позднее, не хочешь вернуться домой? Мори Огай: 23:12: — Осаму, ты там порядке? С тобой ничего не случилось? Полпятого утра, Дазай наконец решается ответить ему. Без единого желания возвращаться в пустую наверняка, квартиру, и гнить там до вечера. Всё равно, уже можно было предположить, что Огай на работе, ибо с утра лично Осаму никогда его не видел. Вы: 4:23: — Всё нормально. Сразу ответа не было. Вернувшись домой, Дазай замечает, что Огая снова нет дома. Он тяжело вздохнул и направился на кухню, в поисках сигарет. Да, Дазаю стоило бы бросить курить, но причина, по которой он курит не самая лучшая. Он даже не решился глянуть в холодильник, зная, что мышь там давно повесилась. Хотя, жаль что только мышь. Не найдя ни черта на кухне, настроение Осаму окончательно испортилось. Впрочем, на кухне всегда было довольно пусто. Дазай даже не стал сильно задумываться про свои бинты, и стоило ли их, уже менять. Благо платить за отопление было уже ни к чему, ведь на улице конец мая, а удача, видимо, была на его стороне. Мори Огай вернулся домой только в полшестого утра. Будто что-то забыл взять с собой. Заметив Огая в прихожей, на лице Дазая появилась действительное удивление, ибо не ожидал его увидеть, таким утром. А отец же, Увидя Дазая, он улыбнулся, и весьма ласково спросил: — Как дела в школе? Уже решил, куда будешь поступать? — он слабо улыбнулся, стараясь очень аккуратно общаться с шатеном. И похоже сам Мори, не ожидал увидеть дома Осаму. Ибо зная привычки этого суицидального парня, он мог днями и ночами пропадать где угодно, но только не дома. Особенно, если тот уже гулял на заброшенных зданиях, где осколки битого стекла от какого-то дешёвого алкоголя и окурки от сигарет на полу. — Нормально, пока не решил. Наверное, в первый попавшийся поступлю, — сухо ответил Дазай. Судя по его настроению, он не сильно хотел продолжать разговор, поэтому бледное лицо почти сразу же отвернулось от Мори, и взгляд упал на шею, с его бинтами. Но Огай снова воздержался спрашивать смысл этих бинтов, почти по всему телу Осаму. И правильно… — Рад, что у тебя всё нормально. Но, Осаму, нельзя же так, поступи туда, куда твоё сердце пожелает, у тебя ведь отличное образование! — подбадривает его отец, но его слабая улыбка сразу упала с лица, когда посмотрел в пустые глаза. Где давно не царит жизнь. — Для тебя, отец, я всё ещё Дазай. У Дазая и в самом деле было шикарное образование, в его классе он был больше «ботаном», хотя, если хорошо знать Дазая, то это далеко не так. Шатен испортил слегка себе зрение, вот и ходит теперь в очках которые ему подходили, сам он, конечно, так не думал. Поэтому те очки давно лежали где-то на пыльной полке, не считая обходимым, носить их даже при чтении. В его классе не только он был таким отличником, но и Чуя Накахара, который тоже был «белой вороной», только рыжий был на фоне всех остальных будто ярким солнцем, его проявлением эмоций, стиля, характера. Не то чтобы он сильно отличался от остальных, но почему-то для Дазая он сильно выделяется. Хотя, они и вовсе кажется, не общались. Просто знали о существовании друг друга, и если судить по слухам которые услышал Осаму, Накахара Чуя — даже чересчур вспыльчивый. Глядя на своего отца, у Осаму проскочила мысль, а кем его отец работает? Он слышал от своей матери, что Огай работает в правительстве. Однако, это очень смутное воспоминание.

* * *

Утром уже этого дня, и уже будучи одетым в простую серую футболку и шорты, Накахара на кухне обнаружил записку на столе, где говорится о его новом университете, местонахождении и т.д. Спросонья он эту бумажку сложил, и куда-то положил. Не сильно вчитываясь в предложения. Долго идти до университета не пришлось. Так вышло, что Дазай и Чуя попали в один университет, по причине того, что за их двоих выбрали решение старшие, а Осаму не стал выбирать что-то своё, лишь сказав своему отцу: «ты решай, куда я буду поступать, я доверяю твоему выбору». Хотелось также добавить: «доверяю твоему выбору, но не тебе». Ну и вот, они двое стоят возле входа во всеми известный университет. Здание большое, то ли трёхэтажное, то ли больше. Чуя не заметил шатена, слишком уж был занят своими мыслями. Когда Накахара начал подходить ближе к университету, Осаму подставил ему подножку и Чуя не заметив, автоматически свалился на асфальт, вместе со своей сумкой. — Придурок! Какого чёрта ты творишь, а?! — возмущённо и слегка повышая тон голоса сказал рыжий, поднявшись и забрав свою сумку. Он почти сразу же догадался, кто это сделал. Но его глаза сужаются в злобном взгляде, и брови встречаются у переносицы. — Смотреть под ноги надо, нервный-карлик. — сказал Дазай с противной ухмылкой на лице, будто смотря на Накахару сверху вниз, уже заходя в университет. — На себя посмотри, шпала ты чёртова! — Накахара быстрым шагом пошёл за Осаму. Точнее, направился к входной двери университета. Войдя в университет, Осаму будто специально пошёл за Чуей, начиная друг над другом стебаться. Да и вдобавок, окружающие вокруг некоторые студенты и преподаватели, обратили на них излишнее внимание. А ведь всё могло закончиться на слове Чуи: «отъебись». Но всю дорогу они ругались между собой, дело дошло чуть ли не до драки, когда Дазаю удалось совсем разозлить Накахару, взяв шатена за воротник, рыжий сказал грубым тоном, сжимая край рубашки: — Ты у меня доиграешься до того, что я тебя лично убью! — на слова Чуи, Осаму театрально закатывает глаза и хихикает. А после чего замечает строгий голос преподавателя. — Что вы здесь устроили? — строго говорит преподаватель. Кажется, его звали Куникида Доппо, — в первый же день захотелось устроить здесь дурдом? Держу вас в курсе: здесь студенты ведут себя вежливо и тихо, и все конфликты решают вне учебного заведения, это ясно?! — Куникида повысил голос так, что многие студенты обернулись, чтобы посмотреть, что происходит. Накахара хотел было ответить представителю, но его остановил шатен, сказав преподавателю: — Простите, такого больше не повторится. — со слабой улыбкой на лице, маловероятно, что то была искренняя улыбка, особенно к такому преподавателю как Куникида. — Очень надеюсь на это надеюсь. — после этих слов, Доппо Куникида ушёл в свой кабинет, а Накахара про себя обматерил его всеми возможными словами матерными словами. Парни направились в нужный кабинет, на пару. Зашли в аудиторию вместе, но сели на разные места, кто-то ближе к преподавателю, а кто-то ближе к окну. После первых занятий Чуя сидел на ступеньках, где-то около входной двери университета, о чём-то раздумывая. Ему послышался диалог где-то недалеко от него, он решил подслушивать чужой разговор, ведь любопытство в этот раз было сильнее его. — Но, Ода! Я всю школу не мог найти настоящих друзей, почему ты решил, что я найду их в университете? —возмущённо говорит Дазай, идя по дороге на выход университета, а слева от него шёл Ода Сакуноске, кажется, его двоюродный старший брат. Высокий, с сумкой на плече, и кажется с голубыми глазами. — Потому что найти друзей можно всегда, при желании. Даже несмотря на твои интересы, возможность есть. Тем более, все пока даже не в курсе, о твоих попытках самоубийства. — Одасаку говорил спокойным тоном, даже слишком, а у Дазая промелькнула мысль: «лучше бы им и не знать». — Ты бы для начала, Осаму, наладил бы отношение с отцом, он ведь старается. — Пытался я уже наладить с ним отношение! — Осаму замолкает, и говорит чуть тише, — а что в конечном итоге было, ты и сам знаешь. В ответ Ода только усмехнулся, а перед тем как уйти, добавил: «ты справишься», как бы банально не звучало. Он исчез из поля зрения за пару минут, уходя по своим делам. Дазай, не заметив Накахару сел на ступеньки, тяжело вздохнув. И слегка уставший взгляд Чуи, упал на тёмные волосы шатена, а затем и вовсе на бинты, что были на шее. — Что, тоже никак не получается наладить отношения с близкими? — разрывает тишину и спрашивает Накахара, обращая внимание на собеседника рядом, Дазай запустил одну ладонь в свои тёмные волосы, и прикрыл глаза, видимо мысли были заняты чем-нибудь, и ответил Накахаре только короткое: — Ага. Сам Осаму Дазай был одет в мешковатую футболку с принтом от группы Nirvana*, чёрные конверсы, и одна чёрная серёжка в ухе. Чуя слегка удивился этому стилю, (или это не стиль вообще) так как привык видеть Дазая в самой обычной одежде, ещё со школы шатен не выделялся в плане одежды.

* * *

Поздновато было, время приблизилось к вечеру, да и солнце уже за горизонтом. Чуе не хотелось опять идти одному, и оставаться наедине со своими мыслями, но деваться некуда. Как бы Накахара не любил одиночество, многие вещи приходилось делать самому, вот он теперь и самостоятельный. Взяв свою сумку рыжий направился домой, по дороге домой он полностью погрузился в мысли. Вспоминая также лекции преподавателя, и весь материал за сегодня. И почему только ему так запомнился образ Осаму? Зайдя домой, в коридоре его встретила Коё, мягко улыбаясь и сказав: — Чуя, ты уже вернулся! Как дела в университете? — она слабо улыбнулась. А сам Чуя заметил на кухне… кажется, Мори Огая? Сидящего на кухне, за столом. Он немного нахмурился, это смутило, но он ничего не спросил у Озаки, ведь судя по всему, те снова что-то обсуждали по работе. Накахара мало что знал о Мори, только как Коё упоминала его в разговоре о работе, правительстве, и т.д. Если он не ошибался, то по словам Коё, Огай был важной шишкой в правительстве. Разувшись, и оставив сумку в коридоре, он пошёл в свою комнату и заметил там Дазая, мало того что он удивился, так и сильно разозлился, он возмущённо и грубым тоном чуть ли не закричал: — Какого чёрта ты делаешь у меня в комнате?! — едва ли не забегая в комнату сказал Накахара, он взглянул на хитрую морду, что сидела на стуле, ещё и бинтами на руках. И добавил: — Не трогай там ничего! В ответ Осаму просто тихо рассмелся, и, подойдя к рыжему ближе, забрал у Чуи шляпу, отчего Накахара разозлился ещё больше в попытках вернуть себе головной убор. Да и почти сразу забыв, какого хуя, простите, какого чёрта Дазай здесь забыл? — Что, высоко слишком, Чу? — с насмешкой сказал Осаму, не давая забрать шляпу из своих рук, — между прочим, головные уборы стоит снимать дома. — Не твоё дело. Отдай уже, кретин! — повышая тон, говорит Чуя. Ах да, позже ему удалось вернуть свой драгоценный головной убор, и то, это сделал Осаму, нацепив шляпу, почти Чуе на глаза. Несмотря на такое, рыжий оставил шляпу где-то на полке, ведь, Дазай всё-таки в этом плане был прав. Головной убор стоит снимать в помещении, и в присутствии женщин. (А может и нет) Оставив шляпу на полке, Чуя выпалил внезапный вопрос: — А ты как вообще оказался в моей квартире? — без злобы. Кажется, он уже был более спокойным. В конце концов, подумаешь, его однокурсник в его комнате. Дазай посмотрел на Накахару, и чуть задумавшись ответил довольно спокойным тоном: — Отец сказал, что его в гости позвала его приятельница, — начал рассказывать будто маленькую историю Осаму, — и предложил мне пойти с ним. Было желание также добавить мол: «а что мне ещё делать в пустой квартире?» Но он воздержался. Парни без причины переглянулись. — Так, значит, ты всё ещё у родителей живёшь? — спрашивает Дазай, чувствуя как некая тишина начинает напрягать. Осаму воспользовался случаем, и его взгляд бегал по предметам в комнате, соответственно рассматривая комнату рыжего, в которой были также различные плакаты и постеры, какая-то гитара в углу, конспекты на рабочем столе, и кажется, книги на полках. к Чуе в комнату пришёл его сиамский кот, он запрыгнул ему на колени. Поглаживая кота, Накахара ответил: — Нет у меня родителей. Я присматриваю себе квартиру, и пока что, ничего интересного не нашёл. — Оу, соболезную, — минута молчания. Снова прибежала тишина. Взгляд Дазая задержался на руке Чуи, и то как он поглаживает кота. Надо было чем-нибудь занять себя, и товарища по комнате, на сегодняшний вечер. Наверняка втыкать в стену и неловко молчать, никому не хотелось. И случайно переводя взгляд на стол где был ноутбук, возникла одна идея, посмотреть фильм. (Хотя, это было бы немного странно) Практически самая оптимальная идея, учитывая, что кое-кто оставил свой телефон дома. Накахара же немного подумав, всё же согласился. Долгое время они спорили с друг другом пока выбирали фильм, то ли: «нет, это скучная хуйня» или же: «что за бред, я такие сопли смотреть не буду». В итоге они решили посмотреть фильм, который им посоветовала когда-то Коё, точнее, не им, а только Чуе. — Чуя, если это скучная херня, то лучше уж я повтыкаю в потолок. — Помолчи уже. Пока они смотрели фильм, и прочее, уже настал поздний вечер. И похоже, что Мори не сильно торопился таки домой. — Ну и что теперь? Идиоту понятно, что у них проблемы будут. — бормочет Дазай, — Предсказуемо, в конце фильма наверняка окажется, что он жив. — Блять Осаму! Ты можешь заткнуться, задрал уже весь фильм нести всякую чушь! — Чуя снова разозлился на шатена, но зато потом можно было спокойно посмотреть фильм.

* * *

После окончания фильмов им обоим стало скучно. В особенности втыкая в экран ноутбука, и почти не вникая в сюжет фильмов. Осаму случайным образом увидел в углу комнаты Накахары старый скейтборд. Оказалось, что когда-то давно Чуя Накахара интересовался этим, но потом у него не было времени на всё это от слова «совсем». Да и, этот скейт было бы лучше выкинуть, серьёзно. Проще купить новый, чем пытаться вернуть этот, в нормальное состояние. Почему-то перед глазами Дазая, появился некий образ, как Чуя катался на скейтборде. Дазай доставал Накахару, говоря: «ну, Чуу! Давай исправим этот твой скейтборд, и можно будет покататься по городу». Не самое лучшее время, исправлять этот скейт. Ему так надоел Осаму, что Чуя всё-таки согласился. До утра они оба исправляли этот скейт, как только могли. Или, если быть точнее, только Чуя, потому, что этот кое-кто, ни капли не разбирается в скейтбордах. «Этот бинтованный видимо совсем ни черта не знает». В частности, если бы гости не решились остаться на ночь, то пыльный скейтборд, так бы и стоял в углу комнаты, ожидая своего звёздного часа.