***
Сюэ Ян был учеником в монастыре Байсюэ. В семь лет он решил стать сильным. В семь лет он осознал, что был легкой мишенью для остальных. Его начало коробить просить милостыню, красть еду и зависеть от милости других. Если с ним что-то случится, он не сможет себя защитить. Эта беспомощность опротивела ему. И он ушел из родного города, чтобы стать заклинателем. В одном из городков на него наткнулся настоятель монастыря. Его сердце сжалилось над оголодавшим и ослабевшим ребенком, и он взял его в монастырь в качестве ученика. Сюэ Ян был учеником в монастыре Байсюэ. Он был умным ребенком и физические тренировки давались ему хорошо. Но его ненавидели остальные ученики и учителя. Сначала он мучился и пытался найти причину их ненависти, но со временем ему стало все равно. Казалось, как бы хорошо он ни учился, как бы не преуспевал в мастерстве владения мечом, его все равно не признавали и продолжали игнорировать его успехи. Ночевать в комнате для медитаций, в пустой и холодной комнате, крыша которой протекала и по стенам ползали сороконожки, было для него нормой. Главный учитель постоянно к нему придирался, находя самый малейший недочет, и отправлял ночевать в этой комнате. Остальные учителя не смели перечить, да и сами не питали к нему светлых чувств. Ученики же копировали во всем взрослых, и сам он не был способен с легкостью заводить друзей. Если его не отправляли в комнату для медитаций, его били одноклассники. Его тело никогда не успевало полностью излечить одни раны, как на нем тут же появлялись новые. Единственной отдушиной для него стала учеба. И редкие приходы настоятеля. Сюэ Ян был учеником в монастыре Байсюэ уже шесть лет, и когда ему исполнилось тринадцать, настоятель пришел в очередной раз. Он потрепал его по голове. Поинтересовался успехами. Уголки его всегда улыбающихся глаз были испещрены тонкими морщинками. Доброе лицо никогда не искажалось гневом. Он всегда выделял Сюэ Яна среди остальных, всегда приходил лично в его комнату, чтобы проведать. — Ты большой молодец, Сюэ Ян, — мягкий голос настоятеля заставил мальчика широко улыбнуться. — Расскажи мне про свой проект. — Я изучаю способы контроля над замутненным сознанием, — гордо произнес он. — В книгах написано, что состояние замутненного сознания делает человека наиболее восприимчивым к контролю извне. Мне стало интересно, что конкретно это за состояние и до какой степени возможен контроль. Сейчас я закончил изучать все светлые источники, но, настоятель, мне интересно, есть ли какая-то информация об этом в книгах... Вэй Усяня. Настоятель слегка нахмурил брови. Заметив это, Сюэ Ян начал оправдываться. — Я понимаю, что темный путь — это неправильно и опасно, и я не хочу ему следовать! Но Вэй Усянь, возможно, изучал этот вопрос, когда создавал своих марионеток. Я думаю, что, изучив контроль сознания, можно найти способ, как этому сопротивляться, именно поэтому я… — Тебе не нужно объяснять, Сюэ Ян, — настоятель успокаивающе погладил мальчика по голове. — Я знаю, что сердце твое чисто от темных замыслов. Рука настоятеля опустилась с затылка на спину, медленно поглаживая через одежду. Мальчик коротко вздохнул. И начал раздеваться. Настоятель навещал его редко, и Сюэ Ян каждый раз ждал с нетерпением, но каждый раз ему приходилось выполнять эту странную просьбу. Он снимал всю одежду и, ежась от прохлады, садился настоятелю на колени. Его прижимали к груди и гладили по спине, по ногам, иногда было очень щекотно. Но он не был против, ведь настоятель - единственный человек на всем свете, которому он нравится. Эта просьба ведь действительно пустяки. Но в этот раз все было по-другому. Сюэ Ян подошел к настоятелю, намереваясь присесть на его колени, но пожилой мужчина качнул головой и подтолкнул его к кровати. Мальчик не ожидал такого, а потому послушно сел на край кровати. Впоследствии он не мог понять, почему не начал сопротивляться раньше. Почему не убежал, пока не стало слишком поздно. Почему так доверял старику и беспрекословно слушался. Но в тот момент он все еще верил настоятелю. Мужчина всегда казался добрым и слабым. Да мальчик никогда и не думал, что старик может быть грубым и жестоким. Но именно таким он и оказался. Когда Сюэ Яна били прутью по пальцам, избивали кулаками или пинали ногами, он не кричал. Эта боль была ничем по сравнению с тем, что он когда-то пережил. Но в день своего тринадцатилетия он понял, что у боли нет границ. Он сорвал голос. В монастыре существовала строгая иерархия. Ученики занимали самую низкую позицию. Дальше шли учителя. Затем монахи. И, наконец, главой монастыря был настоятель. Можно было уйти после окончания обучения, можно было остаться и учить приходящих детей, со временем оттачивая свои собственные умения и становясь монахом. Сюэ Ян думал, что станет монахом, перед тем как уйти в мир, чтобы расширять свои знания и навыки. Сюэ Ян строил много планов. Он не обращал внимания на окружающих, ведь у него был человек, который поддерживал его, и ему этого хватало. Он потерял сознание. Очнулся он умытым и одетым, в своей постели. За окном уже стемнело. Настоятеля в комнате не было. Он был уверен, что его внутренности были разодраны вклочья. Сухие глаза застлали горькие слезы. Он плакал и плакал, не в силах остановиться. Ему было так плохо, как никогда не было прежде. Тело нестерпимо болело, сердце кровоточило, но сам он лежал на чистых простынях, от него пахло душистыми травами, одежда недавно постирана. Превозмогая адскую боль, он вышел из комнаты. Уже давно должен был быть отбой, никого не было снаружи. Он вышел в сад. Прохладный ветер холодил мокрые дорожки на его лице. Он шел на голоса. В саду стояли двое. Один — очень высокий молодый мужчина с мечом за спиной. Длинные черные одежды развевались на ветру. Он был молчалив. Второй — человек гораздо ниже ростом. Главный учитель. Сюэ Ян вышел к ним. Первым его заметил учитель. На лице его отразилась непонятная эмоция. Его собеседник обернулся, и мальчик отметил, насколько гордым и величественным выглядело лицо мужчины. Разговор затих. Мальчик знал, что шансы найти лояльного взрослого малы, но после раскрытия двуличности настоятеля, он уже ни в чем не был уверен. Он молча смотрел на мужчин, а в глазах его снова скопились слезы. Он открыл рот, еще не зная, что скажет, но его опередил учитель. — Зачем ты вышел? — Сюэ Ян закрыл рот, не в силах сдержать покатившуюся по щеке слезу. — Из-за тебя никто не мог сосредоточиться на медитации. Ты испортил всем практику своими криками. Убирайся к себе сейчас же. Сюэ Ян застыл. Переведя взгляд с исказившегося в презрении лица учителя на высокого незнакомого мужчину, он увидел лишь полное безразличие. Вдруг уголок рта мужчины едва уловимо приподнялся в подобии усмешки. Сюэ Ян все понял. Он опустил голову и пошел обратно в комнату. На следующий день он сбежал. Снова он шатался по городам, как беспризорник. Снова он занимался кражами. Снова просил милостыню. Зато теперь по ночам он охотился. Безжалостно разрубая свою цель, он представлял, что перед ним стоит настоятель. Учитель. Одноклассники. Каждый, кто жил в том монастыре. И тот незнакомый мужчина тоже. Тысячи раз он представлял их лица. Одной ночью он выслеживал особенно яростного духа. На него охотилась как минимум дюжина заклинателей, но он хотел быть первым, кто его найдет и уничтожит. И ему это удалось. Ночь была светлой, полная луна освещала лес. Сюэ Ян с яростью кинулся на мертвеца. Тот двигался неожиданно быстро и ловко. Бой длился дольше, чем он привык. Капли пота холодили спину. Наконец, лезвие меча прошло сквозь закоченелое тело. Сюэ Ян молниеносно вынул его и отрезал голову своему противнику. Тяжело и часто дыша, он уже собирался спрятать меч, как вдруг из-за спины послышался сдавленный вздох. Мальчик резко обернулся, вставая в стойку. Под одним из деревьев стоял молодой человек в белых одеждах. Даже такие просторные одеяния не могли скрыть худобу его фигуры, но от него шла сила. Большие глаза были широко раскрыты, и парень улыбнулся. — Это было невероятно! — воскликнул он, продолжая с восхищением смотреть на мальчика. — Твой стиль ведения боя очень мощный и яростный. Даже я скорее всего не начал бы битву с этим духом в одиночку. Сюэ Ян молчал, выравнивая дыхание и с силой сжимая рукоять меча. — Сколько тебе лет? Тебе, должно быть, не больше пятнадцати, совсем еще дитя. Мальчик нахмурился. Из угла послышалось шуршание листвы и треск сучьев. Мужчина повернулся на звук, чем он воспользовался и поспешил скрыться в тени деревьев. Погони не последовало. На следующий день Сюэ Ян понял, что нормально не ел уже третий день, а предыдущей ночью сразился с сильным противником. Ему нужна было нормальная еда, а не кое-как стащенная с прилавка лепешка. Скрипя сердцем, он шагнул в трактир. Сев за один из многочисленных пустых столиков, он попросил принести хозяина обед. Денег у него не было совсем. Тучный высокий хозяин заведения с подозрением покосился на грязного мальчишку и потребовал показать деньги. — Если ты на мели, убирайся отсюда! Ишь чего захотел, задарма отобедать. Пошел, говорю, отсюда! Сюэ Ян нехотя встал из-за стола, обдумывая свои дальнейшие планы. Знакомый голос появился откуда-то из-за спины так же неожиданно, как и в первый раз. — Хозяин, нам два обеда, пожалуйста, — в следующую секунду рядом с Сюэ Яном встал молодой мужчина в белых одеждах. Хмурый владелец трактира оценил явно качественные и дорогие одежды незнакомца, меч за спиной и благородное лицо, и, поворчав, отлучился выполнять заказ. — Меня зовут Сяо Синчэнь, — мягко улыбаясь произнес мужчина. — Приятно встретить тебя снова так скоро. Вчера я не успел представиться, прости. — …Приятно познакомиться. — Как я могу обращаться к тебе? — спросил заклинатель, присаживаясь за стол, из-за которого минуту назад встал Сюэ Ян. — Пожалуйста, присаживайся. Не против, если мы действительно пообедаем вместе? — …Сюэ Чэнмэй. И нет, я не против, — парень смотрел с подозрением на своего нового знакомого и в лучшие времена ни за что бы не стал садиться с кем-то за один стол и принимать оплаченный обед, но еще немного и он просто рухнет на дороге от истощения. Делать было нечего. Они молча закончили обедать. Сюэ Ян старался есть быстро, на случай, если его новый знакомый передумает оплачивать его еду. Он уже собирался встать из-за стола и потеряться в толпе, как Сяо Синчэнь опередил его. Он смотрел на кого-то за спиной Сюэ Яна. Оставив оплату хозяину, он попрощался с Сюэ Яном, поклонился и подошел к мужчине, стоявшему на выходе из заведения. — Сун Лань, ты, наконец, закончил? И как, есть успехи? — послышался ровный голос заклинателя. — Кое-что есть, — произнес мужчина, отворачиваясь и шагая в сторону от трактира. — Что ж, прекрасно! А, тогда мы… — речь мужчин стала невнятной, заглушенная гамом улицы. Сюэ Ян, сузив глаза, смотрел на удалявшиеся спины двух заклинателей с мечами за спиной. Ему напомнили о его цели. Он уже достиг того уровня, к которому стремился. Пришло время.***
Сюэ Ян встряхнул головой, отгоняя воспоминания. Они сидели на крыше и заделывали очередные дыры. День был пасмурный, ночью мог начаться дождь, а значит нужно было как можно скорее закончить латать крышу. Сюэ Ян наблюдал за Синчэнем, прилежно орудующим инструментами, ловко и быстро, уже набив руку. Он продолжал наблюдать за ним. Никогда не переставал. Но никаких признаков затаенной злобы, никаких странных выражений или слов в свою сторону так и не дождался. Выходило, будто заклинатель до сих пор оставался в неведении. Вечером действительно начался дождь. Они сидели внутри, и, чтобы разогнать тоску, Сюэ Ян предложил рассказывать истории. Закончив свою, он ощутил неприятное покалывание в районе груди. Он никому не рассказывал о своем прошлом, ощущения были не слишком приятными. Но добрые слова даочжана, к удивлению Сюэ Яна, действительно принесли каплю успокоения. — Очередь даочжана, — усмехнулся Сюэ Ян. — Мне очень интересно, что же ты можешь нам рассказать. — Мне действительно нечего рассказывать, — с улыбкой сказал заклинатель, но все же продолжил. — Могу лишь поведать о мальчике, который был юн, но силен не по годам. Он всегда был одинок. У него не было никого, кроме него самого. Не на кого положиться, некому довериться. Однажды он шел по дороге и встретил немощного старика. Мальчику стало жаль старика, но он ничем бы не смог ему помочь. У него никогда не было денег, а сил хоть и было достаточно, он ничего не умел делать по дому, лишь побеждал мелких демонов. На следующий день он увидел на дороге молодую девушку, но и ей он не смог помочь. Дальше он встретил женщину с ребенком, но опять прошел мимо. Мальчик был силен, но что было толку от его силы? И вот в один день он повстречал юношу. То был гордый и сильный юноша, он следовал такому же пути, что и мальчик. Вместе они стали способны по-настоящему приносить пользу другим. Их сила возросла. Но… Им пришлось разделить свои пути, — Синчэнь на секунду запнулся, но затем продолжил. — Мальчику было больно в начале. Грустно и одиноко, снова. Но судьба сжалилась над ним и на своем пути он встретил другого человека. Такого же одинокого, как и он. Мальчик понял, что с первым другом его не связывала нить судьбы. Но второй был именно тем, кто был ему нужен. Они преодолели все встречающиеся на их пути трудности, и жили, помогая другим, еще много долгих лет. — Даочжан… — начала А-Цин тихим голосом. — Твоя история очень странная. Сяо Синчэнь весело улыбнулся. — Действительно? Что ж, прости, — он задумчиво почесал затылок. — Я же говорил, что мне нечего рассказывать. — Да уж, даочжан, — протянул Сюэ Ян и сделал вид, будто зевает. — Ничего более скучного я в жизни не слышал. Боюсь, что этот конкурс историй выиграл я. Синчэнь вздохнул, будто смиряясь с поражением. На следующее утро Сюэ Ян увидел на подушке конфету.