Возрождение Легенд.

      Стуарб сбежал вниз по лестнице на первый этаж Дворца и направился к маленькой коморке вниз. Он держал в руках связку ключей, один из которых подходил как раз к этой двери. Там, за ней, была ещё одна часть его расследования, которое началось абсолютно спонтанно и неожиданно.       Он, будучи младшим из Словунов, не застал того времени, когда Континент разделился на острова и, соответственно, жаждал узнать, что было до этого. И его в первую очередь интересовали целые огромные ветви исчезнувших монстров. Небожители, Огненные и Эфирные монстры. Одни остались на задворках истории как легенда, другие были запечатаны в сосуды, а третьи — и вовсе будто не существовали.       Но Стуарб не желал оставить это без внимания. Теперь он получил от Тавкера открытие к последней недостающей детали — к летописям, которые вёл старший словун со времён Континента. Наконец, прозвучал щелчок ключа в замочной скважине. С замиранием сердца Стуарб открыл коморку и подсветил свечкой. На полках у стены лежали нескончаемые свитки, воск в небольших мисочках, печати, верёвки, перья и засохшие чернила — всё это нужно было каждому уважающему себя летописцу.       Поставив подсвечник рядом на Пол, Стуарб стал рыться на полках, по очереди разворачивая свитки и смотря на их заголовки. «Начало новой весны», «появление нового элемента» (Стуарб взял этот свиток и положил его рядом со свечой). И вот наконец попался самый нужный свиток — «Небожители». Под ним лежало двенадцать карточек из плотного слоя бересты, с нацарапанными на них рисунками.       Прихватив всё сразу, Стуарб вышел, закрыл за собой дверь и отправился наверх, в свою комнату.        Парлсоны сегодня не было — она ушла на ночёвку к Маггпи, так что насчёт лишних глаз можно было не беспокоиться. Бояться, что кто-то не во время зайдет в комнату тоже не было резона. Стуарб лично предупредил Риффа о том, что будет проводить своё небольшое расследование и теперь он был в полной безопасности. Включив настольную лампу, Стуарб взял свиток " Небожители» и полностью развернул его. Взял лупу и стал рассматривать мелкий почерк Тавкера, складывая слова в предложения, а уже их — в текст.       «Небожители — верховные существа мира монстров. Они создали двенадцать элементов, за каждый из которых отвечал один Небожитель. Не все элементы удалось сохранить. Некоторые из небожителей — Синкопит, Скараситар, Людвиг, Пликси и Латальщик лишь однажды смогли создать своих собственных творений. На третий день после создания они исчезли.»       Стуарб остановился. Он взял стопки карточек. Перебрав их, он отложил шесть. Вот они, создатели. Шестой карточкой был Гальвана — создатель элемента «Сверхъестественный». Для словуна не было новостью то, что именно он создал Коробасов — защитников их мира. Тщательно рассмотрев эти карточки, Стуарб снова взял лупу. Он пропустил несколько строк и нашёл то, что ему было как раз нужно.       «Обитают Небожители на Стархэндже — строении, парящем выше облаков. Его можно увидеть только на северо-западе в безоблачную погоду с самой высокой точки континента.»        Стуарб воодушевился. Чтобы убедиться в правильности догадок, он достал из ящика стола гравюру с изображением Континента. Тот кусок суши, что потом перекочевал в отдельный остров — Остров Воздуха, был выше всех над уровнем Океана. Это был шанс!       Снова порывшись в ящике, Стуарб выхватил оттуда подзорную трубу и компас. Он выбрался на крышу Дворца, по стрелке компаса нашёл северо-запад и стал смотреть в трубу.       Эта ночь как раз подходила. На небе не было ни облачка. Стуарб настроил подзорную трубу, встал на самый край крыши, и стал смотреть. Поначалу он не видел ничего кроме крупных звёзд, но потом, на фоне одной, самой яркой, он заметил тёмное пятно. Оно было недвижимым и не очень крупным, но заметным. Подумав что на увеличительное стекло что-то попало, Стуарб протёр его, но пятно никуда не делось. Однозначно. Это был Стархэндж. Не веря своим глазам от удивления и счастья словун оступился, чуть не грохнувшись с крыши, но смог удержаться, схватившись за сердце от испуга. — Надо быть аккуратнее.       Отойдя дальше от края, Стуарб снова навел окуляры и просмотрел в небо. Его удивила ещё больше ещё одна странность. Пятно немного опустилось вниз. Совсем чуть-чуть, но это было заметно. Это взволновало монстра. Он опустил трубу и задумчиво погладил подбородок, прищурив все три глаза. — Ладно уж, с этим разберемся позже… Пока уже спать пора.       Да, уж точно, на сегодня впечатлений хватило. Конечно, придя в свою комнату, Стуарб далеко не сразу лёг спать. Он ещё долго сидел, рассматривая карточки с Небожителями и представляя, какими бы они были в жизни. Мудрыми старцами с добрыми глазами? Хорошими наставниками? Строгими учителями? Оставалось лишь гадать.       Лишь ближе к трём часам Стуарб смог уснуть. До этого его всё мучали мысли. Не только о Небожителях, но и о вдруг пропавших пятерых монстрах. Никто бы может и не заметил этого, не будь они уникальными — Эфирными. Единственными творениями пяти Небожителей, которые отныне остались без следа в мире монстров.       Ночь Словуна выдалась неспокойной. У него было ощущение, что он постоянно просыпался — совсем ненадолго, на пять-семь минут, но открывал глаза, смотрел в потолок и снова проваливался в пустую темноту. И сон снился только один. Он не имел точно картинки, только что-то странное, размытое… Он был на каком-то острове, а вокруг витала пыль, песок, и выл ветер. Стараясь отогнать странное видение прочь, Стуарб специально проснулся сам, и уже не засыпал, а просто лежал в кровати под одеялом, смотря через маленькое окошко, как за горизонтом поднимается солнце. Когда утро уже полностью наступило, первым делом, открыв глаза, Стуарб подумал: «интересно, а какими они, Небожители, были?» И его не интересовала внешность. Его интересовал характер. Какие эмоции каждый из них чаще проявлял? И какие из них были направлены к своим товарищам, а какие — к творениям? Нужно было это узнать. Не столько для надобности, сколько из-за личного любопытства.       Первым делом словун решил расспросить элементаль холода — Мамунта Бланка. Ведь именно его создатель был первым из Небожителей, появившихся в этом мире.