Возрождение Легенд.

      Долго искать Бланка не пришлось. Он первый вышел утром из Дворца, чтобы прогуляться перед завтраком. Стуарб увидел его из своего окна и поспешил вниз, чтобы успеть расспросить обо всём. Подбежав к монстру, словун окликнул его. — Доброе утро, Бланк! — Мамунт тут же обратил на него внимание. Он широко улыбнулся и помахал Стуарбу лапой. — Доброе утро! Как спалось сегодня? — Ну… Просто прекрасно. Знаешь, я провожу свое небольшое расследование. — Так интересно! А о чём же оно? — О Небожителях, — улыбка Мамунта слегка померкла. — Оу… Да? — Да. Извини, если моя просьба будет странной, но не мог бы ты рассказать мне немного о Леднике? Ну… О ваших взаимоотношениях, о его общении с другими. Ты же помнишь, как это было? — Конечно… Конечно помню! Давай пойдём в мою комнату, я тебе всё расскажу.       И Бланк повёл Стуарба за собой. В своей комнате он закрыл дверь — на щеколду, чтобы никто не смог им сильно помешать, и усадил гостя на кровать, начав свой рассказ. — Я даже и не знаю, с чего начать… Наверное, с того, как он обращался с нами, Мамунтами, — Бланк тяжело вздохнул, — пожалуй, я за всю свою жизнь не видел монстра более доброго и открытого, чем он. У всех были свои страхи, переживания, свои секреты и тайны, но он, казалось, совсем был лишен этого. Он всегда помогал нам, да что уж — старался помочь всем, кто в этом нуждался. — А как вы проводили время вместе? — по выражению морды Бланка было видно, что он вспоминает всё с болью, но с такой душевной теплотой, что улыбка сама снова расползлась по его губам. — Мы часто ходили в походы вместе. Были на других островах кроме континента, повидали буквально все части Мира Монстров, куда только смогли добраться. Я даже как-то раз смог побывать на Стархэндже! Это очень мало кому удавалось и только в экстренных случаях. Монстры сами боялись туда идти — слишком высоко было. Тогда я сильно повредил лапу, было очень больно. И Ледник взял меня с собой. До сих пор помню, как Черебарабан и Гальвана наперебой читали мне лекцию о том, что надо быть аккуратнее, пока он делал мне повязку! — Мамунт гыгыкнул, — а потом я остался там на ночь… Но на самом деле я не спал м подслушивал, о чём они говорили. — А о чём? — Стуарб слушал рассказ Бланка внимательнее, чем слушал бы любой другой, самый интересный. — Я помню, как Атмоз предлагал Людвигу немного изменить его партию, потому что она была слишком длинной и всем остальным не хватало времени. Людвиг просил Гальвану петь чуть тише, потому что он перекрывал Атмоза. Потом остальные ушли и Атмоз остался с Ледником, пока тот сидел рядом со мной… Они еще долго о чем-то шептались, но я уже ничего не разбирал. Это была, пожалуй, что самая необычная ночь в моей жизни… А потом, на следующий день, он помог мне вернуться домой — на воздушную часть континента. По дороге мы нашли очень красивую клумбу цветов. Они были большие, красные… У меня даже один остался! Я засушил его тогда.       Подскочив с кровати, Бланк упал на пол и стал под ней рыться. Он достал оттуда большую, тяжёлую книгу, сдул с неё пыль и раскрыл. Между двумя страницами, оставив за собой красное пятно на бумаге, был зажат большой, полностью засохший цветок. Бланк аккуратно взял его за стебелёк и поднял, показывая Стуарбу. — Ещё Ледник часто заплетал волосы в хвостик… Дурацкий такой, коротенький совсем, но всё же… Когда у меня начала на голове сильно шерсть расти, он мне тоже предлагал, но я больше любил стричься. У меня ещё где-то лежит несколько резинок цветных… Послышался тихий всхлип. Стуарб с удивлением и ужасом увидел, что из глаз Мамунта уже давно текут прозрачные капли слёз, а мех уже изрядно намок. — Я бы всё отдал, чтобы снова хоть на минуту увидеть его…       Бланк бережно положил цветок обратно, закрыл книгу и задвинул её под кровать. Посидев так пару минут на коленях, утирая лапами слезы, он встал и через силу улыбнулся. — Извини… Что-то я совсем, хах, расклеился… Так вот, это всё, что я мог о нём сказать. — Спасибо тебе. Это ты извини, мне стоило догадаться, что для тебя эта тема будет болезненной… — виновато смотря в пол, Стуарб приобнял Бланка. — Ничего. Ты ничего плохого не сделал. Я думаю, уже пора идти. Надо помочь остальным с завтраком.       И действительно, внизу уже собрались остальные монстры, чтобы приготовить что-нибудь. Стуарб и Бланк в полной тишине вышли из комнаты и отправились к ним. По дороге словун снова погрузился в раздумия. Его очень напугала реакция Мамунта, ведь он никогда не видел его таким. Всегда улыбчивый, весёлый и немного летающий в облаках Бланк вдруг показал свою совершенно другую сторону — сторону монстра, потерявшего одну безумно важную фигуру в своей жизни.