Дым

Оглянувшись, я увидела, что это был парень примерно моего возраста, стоявшего на балконе семнадцатого дома. Он облокотился на перила, куря сигарету. В мгновение, как я на него посмотрела, парень крикнул — Эй, Фифа городская, что, наказали бедную? Жить теперь придётся здесь? — с издевательской жалостью говорил он. Мне даже стало немного обидно, но всё же не стала предавать большого значения. Я даже не стала задумываться, что ему ответить. А зачем? Наверняка какой-то гопник, это видно по его «стилю» общения. Но видя, что я не обращаю внимания на него, парень продолжил. — А ты мне кого-то напоминаешь… — к моему удивлению, он выдал не издевку. Этот пацан мне тоже напоминал кого-то. Мы как будто были давно знакомы, задолго до этого момента. К нему зашёл какой-то парень в очках — видимо его друг и он, затушив сигарету, ушёл, не дав мне крикнуть что-либо в ответ. Продолжая смотреть на этот чёртов балкон, я всё пыталась понять где его видела. Узнать бы его имя… *** Алексей же, приехав, застал меня будто бы загипнотизированной. Не знаю напрягло ли его это или нет, но что бы привести меня в чувство, он начал возмущаться? — Мне что и тебя в дом тащить? — его голос вывел меня из транса и я сломя голову побежала к нему. — Папа! — Алексей и правда стал для меня настоящем отцом. Он единственный меня поддерживал абсолютно во всём. Вот только перед родителями я его просто ненавидела, ведь отчим всегда делал так, чтоб мне было хуже. Никогда не могла понять, почему ко мне было такое отношение? Но я научилась этим пользоваться, притворяясь избалованной фифой. После пары минут крепких объятий, мы направились наконец-то в дом. С того момента, как мы переехали, ничего не изменилось. Попрежнему дом стоял боком, что вход смотрел на соседей слева, а балкон моей комнаты, находящийся на противоположной стороне дома, на соседей справа. Так же имелась беседка с небольшим деревянным столом, двумя лавочками и мангалом. Бросив все сумки по пути, я мигом рванула к входной двери. Папа совсем не удивился, ведь он знал как это место важно для меня и подобрав сумки направился следом. Остановившись в коридоре и слегка отдышавшись, я улыбнулась и понеслась в свою старую комнату. Когда мы уезжали, мне пришлось оставить немного своих вещей, в надежде на возвращение. Это были: гитара, мой дневник, несколько предметов одежды и моё любимое кресло-качалка. Аккуратно посмотрев комнату «новым» взглядом, я также быстро ввалилась на балкон, там и находился мой любимы предмет мебели. Присев на него, в мою голову потихоньку начали закрадываться воспоминания. Например, отсутствие двух балок в перилах — это не случайность, но всё же об этом попозже. Наслаждаясь всё тем же приятным тёплым ветерком, до меня дошёл голос папы, звавшего меня спуститься. И конечно, незамедлительно я отправилась к нему. Он хотел попрощаться, ему надо было спешить, ведь работа с хреновым начальством не ждет. Ещё папа сказал, что мне каждый месяц будут скидывать по 20 тысяч на еду и так далее. Мы обнялись так же, как при встрече, и проводив его до калитки, я побежала скорее обустраивать свой дом. *** Разложив практически всю одежду, а её было довольно много, мне пришло уведомление о том, что на карточку поступила обещанная сумма. Я доделала дела и срочном порядке, собрав с собой необходимые вещи, направилась за продуктами. Магазин находился не так далеко от дома, в 10-15 минутах ходьбы. Выйдя за калитку и нацепив наушники, я оглянулась, всё же ни могла уйти не посмотрев на тот балкон. Мне почему-то хотелось увидеть его, снова поговорить, но нормально, не как тогда. Увидев, что никого там нет, я с лёгкой грустинкой, которая быстро прошла, пошагала туда, куда и собиралась. Дойдя до небольшого здания под названием «Продукты 24 часа», и с надеждой на то, что увижу неподалёку знакомое лицо, мне безуспешно пришлось зайти в магазин. Там я набрала самую обычную корзину продуктов, состоящую из молока, хлеба, яиц и тому подобное. За всё заплатив и выйдя на улицу, мне как никогда повезло, я увидела знакомое лицо. — Тётя Маша? — очень хотелось, чтобы это и правда была она, ведь наши мамы хорошо общались и соответственно её сын был моим лучшим другом… Женщина, услышав, что ее зовут, обернулась. — Вы меня звали? — видимо не узнала меня, но это нормально. Наверное… Внимательно осмотрев меня, через пару секунд она выдала — Женя? Это правда ты? — поставив небольшой пакет на землю, я подбежала к ней и крепко обняла. Она сделала то же самое в ответ. — навестить приехала? А где остановилась? Как там мама? — женщина задавала много вопросов, на которые за раз я не смогла бы ответить. Она это увидела и сразу осеклась — Ой, что это я? Давай зайдёшь к нам на чай и всё расскажешь. — тётя Маша улыбнулась, держа меня за плечи. — Да конечно… Конечно зайду! Вы же всё ещё в семнадцатом живёте? — Мне пришлось спросить про дом, ведь я не была уверена в том, что тот парень — это Рома. Или скорее не хочу верить в то, что это он… *** Сборы оказались невыносимо сложными. Выбор состоял из удобной одежды и «Ульяниной». Думала я долго, но решила пока одеваться так же, как и всегда — в стиле чуть проще, чем «эту сумку мне муж купил». Пудрово розовые брюки, того же цвета топик с изящным декольте на самых тонких лямках. Этот образ был относительно удобным, что не скажешь о шпильках на завязках, которые я через силу напяливала на себя каждый раз, как выйду на улицу. Следующей была сумка. Обычная белая на золотой цепочке, ничего удивительного, больше впечатляло, что внутри неё. Нет, это не «огромные» суммы в кошельке, а то, что «несвойственно» носить девочкам, например сигареты, для них зажигалка и тому подобное. Время уже поджимало, но я не беспокоилась, пройти надо было всего пару метров. Посмотрев на себя перед выходом, меня окутало некое беспокойство. Из моего рта неожиданно вылетел шепотом вопрос: «А что я ему скажу, если он меня не узнает совсем?». Стараясь не думать об этом, я сглотнула и направилась к выходу. Уже у ворот моё внимание привлекли какие-то шорохи, а затем и вовсе чей-то пронзительный голос. — Ромка, ну ты чё там застрял, на? — Выкрикнул парень, ещё один друг Ромы. Я была уверена в этом, потому что его невозможно было не узнать, мы с Ромой и Хусойвечно тусили вместе, он был и моим другом тоже. Мы так сказать застали потерю зубов Хусы, в тот вечер Рома смеялся над ним, а я и слова сказать не могла, у самой словно зубы вырвали. Можно было услышать звук щелканья зажигалки и запах табака, но следом кто-то третий сказал не обычное «поделись» или «дай жигу», а какое-то как могло показаться странное «Ну я же просил хотя бы отходить». Сразу послышался ответ: «Да чё ты, на. Тогда не запалили, на, и сейчас не запалят». Голос одного был совсем не знакомым, возможно это был тот, кого я увидела на балконе сегодня днем. Совсем скоро подошел Рома и не отходя далеко от ворот, принялись что-то обсуждать. Внимательно прислушиваясь о чем они говорят, мне удалось знать, что ребята собрались идти к лесному озеру. Узнав много историй за последнее время, не думаю, что родители спокойно отпускали бы туда своих детей. А ведь в этом лесу пропадали дети и, по-моему, их так и не нашли, хоть теряться перестали. Он всегда меня пугал, непонятно, что это место в себе хранит. Слишком уж погрузившись в их разговор, я ненароком роняю ключи. Они звонко ударились о землю, ни секунды не думая сажусь, подбираю ключи и без задней мысли вставляю его в замок, отпирая вороты. Подняв взгляд, я резко вздыхаю, сделав шаг назад. Рома стоял прямо передо мной. Он оказался значительно выше, страшнее, чем могло показаться на балконе. Парень смотрел на меня с высока, как будто я убила сотни самых добрых людей. — Тебя не учили, что подслушивать некрасиво? — Оперевшись на косяк, он скрестил руки на груди, продолжая смотреть мне прямо в душу. Я усмехнулась, подняла подбородок и состроила самую противно приторную улыбку, показывая ему, как он мне неприятен. — Дашь пройти? — на выдохе проговорив это, я старалась оставаться вежливой, ведь при всём его отвратительном поведении, в нём по-любому скрывалась милая зайка, которая умеет заботиться и защищать. Но чтобы Рома относился хорошо к кому-то, этому человеку надо доказать, что тот достоин этого отношения. — Нет. Ответишь на мой вопрос — пропущу.- Он самодовольно улыбнулся, всё также не сводя взгляд, что уже начинало бесить. Решив играть по его правилам, смотря прямо в душу и не колеблясь ни секунды, из моих уст сорвался невозмутимый краткий ответ на его вопрос. — Учили. — в тот же миг я шагнула вперёд. Рома в ответ сделал шаг в сторону не давая мне пройти. Можно было легко понять, что ему не достаточно такого ответа, но сейчас было не до него, я уже опаздывала. Вопросительно посмотрев на него и встав в ту же позу, в которой он стоял пару секунд назад, мне приходилось оставаться вежливой. — Я ответила на твой вопрос, так что, пожалуйста, отойди.- Четко и с расстановками выдавила из себя я — я опаздываю. Мне показалось, что он даже немного разозлился, возможно подумал, что при нашей первой встречи мне слов не хватило что-то ответить, мол, глупее чем он окажусь. Нехотя Рома отошёл, а я захлопнув дверь, взяла телефон и стала набирать номер тёти Маши. Краем глаза мне удалось увидеть, что он, в таком же положении рук, облокотился на забор и стал наблюдать за мной. — Ты же опаздывала.- мне показалось, что Рома стал возмущаться и не поворачивая на него головы, я ответила — Ну извините, сквозь стены проходить не научилась, а через заборы лазить некрасиво. — поднеся телефон к уху, я подождала пару секунд и мне ответили. Посмотрев на Рому через плечо и мило улыбнувшись, я сказала уже в трубку. — Да, тёть Маш, я уже подошла. — Он округлил глаза, ими же задавал вопросы: «что?», «как?» и «когда?», но огласить своё непонимание, Роме духу не хватило, или же вспомнив, что заждавшиеся его друзья, скорее всего пойдут купаться без Роминого участия и решив не затягивать этот разговор, он оставил все эти вопросы на следующий раз. — Хорошо, жду. — я сбросила звонок, смотря в спину уходящем Роме. Засунув руки в карманы, он направлялся туда, куда изначально собирался. Надо будет тоже сходить к этому озеру, но одной будет не по себе, так что это сделаю не в ближайшие дни. Мои мысли о столь красивом месте, сбивает приближающийся шум шагов. Я обернулась, в тот же миг передо мной возникла самая добрая женщина, которую я знаю. — Женечка, здравствуй! — она улыбнулась так искренне, что не сумев сдержаться, мне захотелось сделать то же самое.                                                                                            *** Я давно так долго и искренне не улыбалась. Эти стены были мне такими же родными, как и стены моего дома. И вот, сев на «своё» место за столом, меня вытянул из воспоминаний голос тёти Маши. Она всего лишь спросила о том, какой чай я буду? Но не удалось мне задуматься и на секунду, женщина добавила — У нас есть твой любимый, если, конечно, он ещё остался таким. — тётя Маша неловко посмеялась, ну, а я всё с такой же улыбкой ответила — Конечно буду! — с радостью согласившись, добавила — Охх, как же я его давно не пила… А откуда он у вас? Его же у вас никто не пьёт, а я уведомляла вас о своём приезде… Неужели с тех времён и лежит? — я и правда мне понимала откуда он у них, ведь каркаде вряд ли будут пить постоянно. Да, мои вкусы поистине уникальны. — Нет, нет, он совсем новый. Ты даже и не поверишь, но это Ромочка его пьёт, причём довольно часто. — я очень удивилась и правда была готова поверить в то, что эта бедная упаковка появилась здесь магическим образом, чем в то, что Рома «довольно часто» пьёт этот чай, он его терпеть не мог. Тётя Маша, увидев моё негодование, продолжила — через некоторое время после вашего отъезда, нашёл он этот чай. Мне рассказал, что он попробовал понять чем этот чай тебе так нравится, сам не понял как начал его постоянно пить. Но я то понимаю, что не смог Ромочка просто тебя так забыть, напоминает ему чай этот о тебе. И когда грустно, заваривает себе и на балконе пьёт, на твой смотря… — так внимательно я никогда ещё не слушала, не ожидала, что он так часто вспоминает меня. А тогда почему не узнал…? Женщина налила нам по чашке, поставив их на стол и сев рядом, спросила. — Так что же, как ты тут, сегодня приехала? — Выводя меня из раздумий, я сразу же ответила — Да, сегодня… Очень рада наконец-то приехать, очень скучала по всем вам. Возможно я здесь и не надолго, но поскольку мне скоро 18, а дом по праву мой, я всё равно сюда сбегу… — после этих слов мне стало и правда грустно, я старалась дальше мило улыбаться, но это выходило плохо. — сбегу…? — на лице тёти Маши явно играло непонимание, моя мама видимо с ней совсем ни как не общалась. — Вы видимо не в курсе… Мама вышла за какого-то богатого урода, но ему очень не нравилось меня называть Женей и он решил поменять мне полностью фио на «Митину Ульяну Дмитриевну». Я терпеть это имя не могу, мне пришлось с ним жить почти 10 лет. И этот урод поменял меня всю, так сказать, подстроил под себя. — по моей щеке медленно, но верно сползала слеза. Я закусила губу и отвернулась. Женщина аккуратно подошла ко мне, положила свои ладони мне на лицо, повернула голову к себе и большими пальцами вытерла эти горькие слезы. — На твоё восемнадцати летние я подарю тебе тот сервиз, в котором кто-то как-то отколол от чайника ручку, и мы будем пить из него чай, с твоим самым любимым тортиком, за твоим столом, в твоей гостиной, в твоём доме. — мне было так важно слышать её поддержку и не колеблясь мы обнялись настолько крепко, что можно было почувствовать, как она делится своей любовью со мной. В этот момент, стоя всё так же, я была абсолютно честна с тётей Машей. — Это Рома оторвал… — лёгкий мешок сорвался с моих губ, такой же послышался за спиной. — спасибо… — одного слова было достаточно, она и так понимала, что если я продолжу, одних объятий не хватит, чтобы меня успокоить.                                                                                                                                                                   *** Попивая свой чаёк, я с головой ушла в рассказы тёти Маши, даже и не заметила, что прошло уже несколько часов и что было выпито чашек так 4. Когда была закончена одна из историй, мне надо было сказать тоже, что-то важное — Тёть Маш, вы же можете не говорить Роме, что я Женя, для него я пока Ульяна. Да и хотелось бы самой ему сказать. — настроение немного да и подпортилось от одного упоминания этого имени. Но её это не смутило и кивнув, не стала вспоминать тот разговор, продолжила рассказы. Ещё через час, я заметила, что на улице уже порядком потемнело, и надо было идти домой, благо недалеко. Тётя Маша как будто прочитав мысли, сказала, что уже пора спать, тем более за сегодня я наверняка устала. Попрощавшись, я вышла во двор, а за тем направилась к воротам. Открыв замок и толкнув дверь, передо мной снова возник он. Ему видимо очень нравилось так сталкиваться, но, кстати, в этот раз рядом были его «братаны» — Городская, ты ещё не свалила? — в голову мне пришло, что это было похоже на какую-то сцену из мелодрамы, где главный герой — плохой парень, переспал с какой-то девицей и уйдя в душ отправил её на все четыре стороны. Но по возвращении увидел её и спросил это. По-прежнему я остаюсь к нему вежливой — Рома, у меня есть имя — Ульяна, прошу так меня и называть. А на твой вопрос я могу ответить также некультурно, например: «А ты че, сам не видишь?», также я добавила бы ещё пару существительных, унижающих тебя как личность, но в данной ситуации считаю это некорректным. — На самом деле, мне не хотелось улыбаться, ведь он не узнает меня и из-за этого мне чертовски обидно. Он дал мне пройти, и кажется, даже не попрощавшись со своими друзьями, направился домой, громко хлопнув калиткой. Рядом непонимающе смотрели да парня, в одном из них я сразу же узнала своего «братку» — Привет… — Мне так хотелось, чтобы Хуса сразу меня узнал. Это приветствие было довольно неловким, но по-другому не получилось. — Привет? Ты кто, на? — я и правда расстроилась, но отступать не планировала. — Хуса, да брось, не так уж я и изменилась… — он прищурил глаза и приблизил голову, дабы рассмотреть меня внимательно. Пока он меня «изучал», я поставила руку на пояс и оперлась на одну ногу, ожидая когда он поймёт кто перед ним. Пока Хуса старался изо всех сил узнать меня, рядом с ним, не понимая, стоял белобрысый парень в очках. Я его уже видела на Ромином балконе, не думала, что они могут быть друзьями. — Женька, на? — он вопросительно поднял бровь. Мне уже не хватало самообладания, чтобы не накинуться к нему в объятья. На моём лице была самая широченная улыбка, меня прямо разрывало от счастья. Я развела руки в стороны для объятий и Хуса ни секунды не думая вцепился в меня, параллельно радостно повторяя моё имя. Эти эмоции давно не чувствовала, самую сильную радость за последние годы я испытала только когда вечером сбежала через окно моей комнаты, чтобы пройти некоторое количество километров до небольшого магазинчика и купить там семечки. И грызя их на ближайшей лавочке, я могла наконец спокойно вздохнуть, до звонка папы, который сказал, что так не делается и что мне надо возвращаться домой. Наконец-то разлепившись друг от друга, мы посмотрели на того парня, тот в свою очередь, скрестив руки на груди вопросительно смотрел на нас. Улыбнувшись, я протянула ему руку. — Привет, я Женя — в ответ он пожал её и назвал свое имя. — Я Антон, приятно познакомиться — и вот я узнала его имя. До сих пор не могу поверить, что он и Рома друзья. Пусть мгновение он продолжил — У меня только два вопроса: Первый — почему ты его называешь каким-то Хусой? Второй — почему ты Роме сказала, что ты Ульяна? Вообще их у меня намного больше, но думаю ты, сама всё расскажешь. — мне кажется, я даже не удивилась тому, что Хуса назвал ему другое имя, ему оно никогда не нравилось. — Охх, я посмотрю он тут под другим именем славится? И каким же? — возмущённо я поставила руки на пояс, поочерёдно смотря на обоих парней. В ответ на мой вопрос, можно было услышать лишь короткое «Бяша», Антон так же как и я не понимал ситуацию. — не у что потому, что волк в овечьей шкуре? — мой взгляд метнулся к Бяше, он в свою очередь поставил одну руку на пояс другую закинул мне на плечи, крепко приобняв, гордо улыбнулся и сказал — Вот поэтому мы лучшие друзья, на! — Антон тоже улыбнулся и решил не тратить время впустую, поскольку уже темно. — А что насчёт второго вопроса? Почему ты представилась Ульяной? — он немного нахмурился. На самом деле я сама до сих пор не понимаю, почему ему прямо не скажу? Тем более мне уже известно, что Рома часто вспоминает меня. — Это долгая история… О и могу ли я попросить вас называть меня при нем Ульяной, хочу ему сама сказать.? — всё же хотелось верить, что они меня поймут, но капля сомнения присутствовала. Ребята переглянулись и, словно сговорившись, одновременно посмотрели на меня. — Да без б, на! — ответ Бяши словно камень с души. Улыбнувшись ему, я продолжила — Уже поздно, вам наверное надо по домам… Вы это, завтра приходите, я всё вам расскажу.                                                                                                                                                                   *** Обменявшись номерами, мы попрощались. Обхватив руками плечи и смотря себе под ноги, я быстрым шагом направилась к дому. На участке горела только одна лампочка, которая находилась над столь в беседке. Подойдя к двери, быстрым движением руки я вставила ключ в замок параллельно включая единственные свет. Дома была такая же темнота, как и на улице. Когда-то это помещение было живым, сейчас же оно отвратительное, сухое, даже дышать становилось труднее. Хочу поскорее вернуть ему былую теплоту. Переобувшись в заранее подготовленные тапочки и не включая света, я аккуратно побежала вверх по лестнице, в свою комнату.