Останови меня

      Гарри с некоторым сомнением взирал на мрачное строение, возвышающееся перед ними. Слизерин Мэнор навевал мрачные ассоциации, будто бы само здание источало давно забытую скорбь.       Вокруг царили запустение и упадок. Массивные башни потемнели от времени, а трещины паутиной покрывали фасад. Засохший плющ горстями осыпался с каменных стен, обнажая их потрескавшуюся поверхность. Живые изгороди выглядели столь запущенными, что скорее напоминали клетки из переплетенных ветвей, лишенных какой-либо растительности.       Каменные статуи в саду за проржавевшим забором были похожи на само здание — тоже потрескались. В общем, один упадок.       — Ну вот, теперь я понимаю, почему ты избегал это место, — хмыкнул Гарри, ступая на потрескавшуюся плитку дорожки. — Честно говоря, я ожидал увидеть нечто более зловещее. Но это выглядит так, будто сама жизнь отсюда ушла.       — Так и есть, — бесстрастно ответил Том, последовав за ним.       В нем не было и капли жалости к состоянию Мэнора — хотя бы внешне. Однако в глубине его души шевелилось что-то, похожее на тоску.       Это место, когда-то бывшее домом великого рода, теперь представляло собой лишь жалкие развалины. Камни, некогда сложенные с такой тщательностью, трескались и крошились под натиском времени. Заросли плюща, когда-то украшавшие стены, теперь напоминали скелеты, нашептывающие мрачные истории о забытом прошлом.       Том окинул равнодушным взглядом обветшавшие башни и пожухлые газоны. Он словно отгородился от этого печального зрелища, не позволяя себе погрузиться в размышления о загнившем не только Мэноре, но и роде. Восстановит ли он былое величие?       Подойдя к покрытым коррозией воротам, Том достал палочку и открыл их. Холодный ветер был ему приветствием.       Совсем не то же самое, что в Капелле Блэков.       — А домовик твой где? — спросил Гарри, когда они вошли в дом. — Неужели он не может прибраться?       — Я не отдавал приказ о реставрации.       Мэнор был просто огромным, едва ли меньше, чем у Блэков. Но внутри все просто разваливалось, да и вообще не походило на дом одного из Первых Трех Родов.       Прямо в парадной прихожей был расположен спуск в подвал к родовому камню. Видимо, Слизерины никогда гостей не приглашали, потому что кто же дает хоть гипотетическую возможность чужакам спуститься в хранилище всех своих тайн? Иногда туда даже не все члены рода допускались.       А о том, что это именно парадный вход говорило то, что из прихожей широченная каменная лестница вела прямо в бальный зал. Гарри остановился у дверей в огромнейшую комнату, оглядывая проросший сквозь витражи плющ.       Зал был не шире блэковского, да и едва ли выше. Но у него были балкончики на втором этаже и большая люстра.       — Сколько тут никто не жил? — поинтересовался Гарри.       — С восемьдесят пятого, — пожал плечами Том. — Нашел дневник жившего тут предка.       — Оминиса, — понял он. — Дедушка рассказывал, что тот самолично закрыл Мэнор ото всех. А ведь даже Лордом не был.       — Помогла его школьная подруга. Он считал, что она была посланницей Покровительницы.       Гарри чуть не закашлялся. Еще одна посланница Смерти.       «Стоп. Это же времена Сириуса II? Если ее послала Смерть, то в каком-то из дневников Блэков того времени должна быть информация. Да вообще то и спросить можно!»       — Откуда начнем? — решил переключиться Гарри, рассчитывая, что сможет даже добраться до дневника Оминиса и узнать правду.       Поттер потер руки в предвкушении. Том смотрел на него с равнодушным непониманием. «И зачем ему это?»       — Тут все полуразрушенное, так что хоть откуда, — пожал он плечами, засовывая руки в карманы.       — Ну тогда в самое сердце! Родовой зал!       Гарри вознес кулак к потолку. Облупленному, прогнившему.       Он развернулся и промаршировал вправо, но Том просто взял его за плечо и повернул обратно, указывая путь. Гарри с улыбкой повиновался и почти с радостью запрыгал туда.       Но единственного, что его интересовало, там не было.       В большом зале Мэнора, где должен был висеть родовой гобелен с генеалогическим деревом Мраксов, не было никакого намека на него. Вместо него по стенам были развешаны странные, неподвижные картины.       Гарри задумчиво оглядывал серебряные рамки застывших картин.       — Интересно, почему они убрали древо? — пробормотал он. — Может, не хотели, чтобы все видели их инцестные браки?       Том медленно брел перед ним. Взгляд бесцельно плыл от одной картины к другой, пока не остановился на деревянной рамке. Только сейчас Гарри заметил, что серебряные рамки были расположены только сверху и в середине, дальше уже были посеребренные, а на самых краях деревянные.       Тонкие пальцы поднялись и коснулись картины женщины. Но быстро упали обратно, а сам Том перевел взгляд на другие картины.       Гарри встал рядом с ним и внимательно вгляделся в мазки краски.       — Она не двигается.       — Никто не двигается, — немного сипло ответил Реддл. — Это из-за того, что Оминис законсервировал Мэнор.       Гарри проследил за его взглядом и внезапно заметил, что один из портретов привлекает особое внимание. На нем был изображен мужчина с заволоченными белой пеленой глазами. Он наклонил голову вбок.       — О, — Гарри указал пальцем на живой портрет.       Он прочитал надпись под картиной: «Оминис Мракс».       — Здравствуйте, — подскочив к нарисованному мужчине, он сложил руки за спиной.       Но, вопреки ожиданию, ему не ответили.       — Он не разговаривает, — бросил Том, разворачиваясь и направляясь к одному из кресел по середине зала.       Гарри нахмурился, разглядывая другие полотна.       — Может, это из-за того, что другие картины застыли?.. — предположил он. — То есть и на него распространилось, но не так сильно?       Том подпер подбородок рукой.       — Собираешься это исправить? — скучающе поинтересовался он, проводя палочкой по воздуху, чтобы очистить все поверхности от пыли.       Гарри с энтузиазмом кивнул. Он шагнул ближе к молчащему портрету и осторожно направил в него свою магию, как делал это с артефактами, которые создавал. Однако мужчина на картине по-прежнему не издал ни звука, лишь едва заметно повел плечами.       — Эй, вы там, — Гарри попытался обратиться к нему. — Не могли бы вы рассказать нам что-нибудь об этом месте?       Но портрет молчал, будто воды в рот набрал при рисовании. Лишь слабое движение плеч выдавало его реакцию на слова Гарри.       Том наблюдал за этими тщетными попытками с легкой скукой.       — Ты думаешь, я не пытался его разговорить? Да я все прошлое лето этим занимался, — бросил он, откидываясь на спинку кресла. — Нарги.       Очень старый домовой эльф Мраксов в черно-изумрудной рясе появился в зале, кланяясь хозяину. Взгляд вечной усталости прошелся по нему, а затем по гостю и портретам.       — Мы решили восстанавливать Мэнор.       Эльф заметно воспылал духом, поднимая уши.       — Ох, слава предкам, вы одумались, милорд, — глаза загорелись. Он оглянулся на портреты. — Нарги думает, что когда-нибудь вы сможете добиться того же, что утратили многие поколения вашей семьи. Величия.       — Да-да, — закатил глаза Реддл. — Приберись везде, аварийные…       Гарри решил не обращать внимания на то, как Том раздает поручения, поэтому продолжил исследовать дальше.       Его внимание привлекла другая картина, висевшая по центру одной из стен. Она была совершенно пуста, без каких-либо изображений.       — Вот это вообще загадка, — Гарри подошел ближе, рассматривая ничем не заполненное полотно. — Интересно, что это может значить?       Он задумчиво коснулся рамы пустой картины.       — Том, это для тебя? — спросил он, оборачиваясь.       Реддл, дающий эльфу поручения, на секунду посмотрел на Гарри, а затем пожал плечами. Зато старый Нарги, лучше знающий традиции этого места, несколько раз кивнул, а затем они продолжили свой разговор.       Гарри хмыкнул, уже представляя, как через сколько-то лет на этой картине появится это красивое лицо с прямым носом, острыми скулами и темными, топящими в себе, глазами.       «Ого. А еще о чем мы подумаем? Пошли-ка дальше».       — Том, пошли дальше!       И не дожидаясь никого и ничего, Гарри поскакал на выход.

***

      Гарри едва сдерживал дрожь, пока они продвигались сквозь зловещую атмосферу заброшенного Мэнора Мраксов. Ощущение гнетущего безмолвия и забвения буквально давило на него, вызывая непроизвольную нервозность.       Повсюду царили разруха и упадок — трещины в стенах, облупившаяся штукатурка, покрытая толстым слоем пыли мебель. Неживые, застывшие картины на стенах будто пристально наблюдали за их перемещениями, словно пытаясь проникнуть в самую душу.       Том, напротив, оставался совершенно невозмутимым. Он спокойно шагал рядом, равнодушно окидывая взглядом обветшавшие интерьеры. Казалось, гнетущая атмосфера этого места его абсолютно не тревожила.       Гарри исподтишка бросал на него косые взгляды, не понимая, как можно оставаться таким спокойным. Сам он все сильнее ощущал, как магия Мэнора давит на него, вызывая желание как можно скорее покинуть эти мрачные стены.       — М-мерлин, как же здесь жутко, — вырвалось у него против воли, когда по всему коридору второго этажа раздался жуткий вой ветра. — Почему такой сквозняк?       — Левая башня разрушена полностью, — пояснил Том.       — Надо починить, — уверенно заявил Гарри.       Реддлу оставалось просто кивнуть, мысленно записывая в список очередную вещь, которую Гарри хотел или уже починил. Они буквально сейчас шли из малой гостиной, в которой он по кусочкам складывал камин, пока Том предавал блеск ламинату — Гарри рассказал нужное заклинание.       Поттеру все сильнее хотелось как можно скорее привести это место в порядок, чтобы избавиться от мрачной атмосферы. Тому оставалось лишь выполнять инструкции, все-таки Гарри старался на благо Реддла. Хотя возможно, самого Реддла совсем не волновали мрачные стены с их скрытыми тайнами.       Гарри был настроен решительно. Он сосредоточился всей своей магией, наполняя каждую комнату ярким светом и очищающей энергией. Под его умелыми заклинаниями Мэнор словно оживал, преображаясь на глазах.       — Смотри, как хорошо вышло!       — Но комната была чёрной…       — А теперь бело-изумрудная, даже лучше.       Осыпавшаяся штукатурка быстро возвращалась на свои места, зарастали трещины. Выбитые окна и двери мгновенно восстанавливались, избавляясь от разрушений. Пыль и паутина растворялись, открывая былое величие замка.       — Почему вообще всё такое разрушенное? Мэнор же просто закрыли.       Том смерил его взглядом.       — Я иногда и забываю, что ты как не от мира сего, знаешь всё самое сложное, но в лёгком не разбираешься нисколько, — заявил он. — Мэнор потерял всю свою магию, на которой он держался не меньше тысячи лет. Конечно тут всё попадало.       — А окна почему выбило?       — Поток магии проносится по всему дому, а затем вылетает из всех щелей. Левая башня так вообще взорвалась.       Гарри понятливо покивал. Он водил взглядом по стенам, былое величие никуда не делось — просто обновился цвет.       — А это что? — вдруг нахмурился Блэк.       Проследив взглядом за почти сорвавшимся с места Гарри, Том тоже вскинул брови, когда тот поддел одно из молдингов. Ожидалось, что это просто деревяшка, но, неожиданно, стена отъехала в сторону и явила им проход.       Абсолютно пыльный, с паутиной, неприятным запахом и… светом?       — А вот и первые секреты! — воскликнул Гарри, воодушевленно потирая ладони.       — Ты уверен, что хочешь туда идти? — Том взмахом палочки очистил проход и с настороженностью заглянул в него.       Окно в конце туннеля.       — Да кто там может быть, — фыркнул он, отмахнувшись, и подтолкнул его к проходу. — Твой дом, ты и вперед.       Том закатил глаза, но вытащил палочку.       Ребята осторожно вошли в проход, их шаги гулко отдавались от стен. Том, ведя палочкой, освещал путь, а Гарри крался за ним, то и дело бросая заинтересованные взгляды по сторонам.       Через некоторое время они вышли к окну, за которым открывался вид на сад.       — Сад точно надо пересадить, — Гарри недовольно посмотрел на ужаснейшие скелеты деревьев и кустов. Том просто вздохнул и повернулся вправо.       В коридоре царил полумрак, но всё же можно было различить дверь.       — Никогда бы не подумал, что здесь есть такие потайные ходы, — тихо произнёс он.       — Это же Мэнор древнего рода, один из Лордов которого основал школу и Тайную комнату там открыл. Ты серьезно был уверен, что мы тут ничего такого не найдем?       — Ой, отстань, — отмахнулся он и открыл дверь.       Лучше бы не открывал.       — Мерлин! — закричал Гарри, присаживаясь, когда ему почти что в голову прилетело фиолетовое пятно.       Том от неожиданности оказался рядом на полу. Они переглянулись, а затем посмотрели на рой пикси, летящих в их сторону.       Без раздумий слизеринцы вскинули палочки. Они обрушили град заклинаний на надоедливых тварей.       Гарри ловко отбил атаки, послав в пикси заклинания оглушения и связывания. Маленькие существа, издавая пронзительные визги, с трудом увернулись от его атак.       Том же действовал более агрессивно, применив огненные чары и заклятия, сражаясь на грани дозволенного. Сверкающие вспышки озарили темный коридор, пока одна за другой пикси падали, объятые пламенем.       Бой продлился всего несколько минут, но казалось, что время замедлилось. Гарри и Том сражались в безмолвном синхроне, их движения были выверены до мелочей. Наконец, последняя тварь рухнула на пол, жалобно пискнув.       Даже не запыхавшись, они опустили свои палочки. Том посмотрел на Гарри с возмущением во взгляде. Тот лишь пожал плечами.       — Ну я откуда знал, что сюда идти опасно? Да и мы всех убили.       — Потому что это всего-лишь пикси. Как ты думаешь, кого еще можно встретить в Мэноре рода одного Лорда, который создал Тайную комнату с Василиском? — съязвил он.       — Ой, отстань, — усмехнулся Гарри и зашел внутрь.       Комната была ужасающе чистой — скрипуче, и непонятно, как пикси это все не разнесли. Черный паркет начищен настолько, что Гарри видел в нем себя. Стены были сплошные, без молдингов и окон с одной дверью. А из мебели только большая кровать по середине.       Мысль у Гарри была только одна.       — Даже знать не хочу, — заявил он, поворачиваясь назад.       Но не успел сделать и шагу, как Том схватил его за локоть. Пришлось вернуться обратно.       — Ты разве не хочешь пойти дальше? — почти с издевкой поинтересовался Реддл.       Взгляд Гарри сам упал на кровать.       — Слушай, что за намеки последнее время? — возмутился он, делая шаг назад.       Том даже бровь вскинул.       — Намеки, что ты, бессмертный, приключения себе на задницу ищешь? — уточнил он, проходя мимо.       Впрочем и мимо кровати он тоже прошел.       Гарри с открытым ртом наблюдал, как тот буквально открывает ровную стену. Если сам Поттер заметил зазор между молдингом и обоями, то тут вообще все было гладко и идеально!       — Это как?! — он подбежал и удивленно стал открывать и закрывать дверь. — Не видно же ничего…       — Я совсем забыл, что ты слепой, — Том просто взял и указал на стену. Пустую и ровную. Гарри свел брови. — Почему ты просто не вылечишь это?       — Может это тебе надо что-то вылечить? Тут нет ничего, — он указал на всю ту же стену.       — Да как нету?! — уже не выдержал Реддл и начал пальцем водить по видимому ему одному узору. — Вот, две змеи сплетены вместе.       Гарри очень сильно старался увидеть, но у него очень сильно не получилось, поэтому он просто поднял палочку и произнес «Ревелио». Тут же узор засветился золотым.       — А, так ты и правда не видел, — понял Том. Гарри уже хотел ответить что-то едкое, но тот продолжил, проходя мимо. — По тебе иногда не понятно. Вообще шебутной какой-то.       — Тебе повезло, что мы друзья, — заявил Гарри вбегая в дверь и обгоняя Тома.       Он уже не удивлялся ничему.       На этот раз они вышли в коридор. Такой же до ужаса чистый и очень длинный — похоже, он тянулся через все левое крыло Мэнора. Три двери располагались на расстоянии около десятка метров. Окон не было, свет источали зеленые факела.       — Тебе не кажется это странным?       — Что именно? — Том спокойно шел по коридору.       — Ну что дверь в обычной комнате мог заметить любой, а эту видел только ты?       — Ну, думаю, это вполне нормально. В подземелье в малом ритуальном зале тоже есть такая дверь. Похоже ее тоже могут заметить не все, — Том посмотрел на него. — А вход в ту комнату прост, потому что в ней проводили обряды, связанные с сексом.       И пошел дальше.       — Я же сказал, что не хочу знать!       Они вошли во вторую дверь. Чисто географически — а у Гарри плохо с географией — он мог предположить, что комната смежна с родовым залом, где висели картины. Не географически, а просто посмотрев, можно было догадку подтвердить.       Картины здесь были, да. Все такие же, безмолвные и застывшие. Но на этот раз висели они исключительно правильно, связанные серебряными нитями.       А также здесь присутствовали те, кого в родовой зал не повесили.       — Эдуардус… — Гарри с поднятой головой застыл у самой стены.       — Тот самый Э. Блэк? — вспомнил Том, подходя ближе. — Он был и Мраксом, и Блэком?       — Больше тебе скажу, он был Лордом Блэк.       Том шокировано вскинул брови.       — Разве так можно?!       — Не нравится мне твой взгляд, — покачал головой Гарри. — Ты же сейчас только ради идеи стать двойным Лордом за меня выйдешь.       — А ты предлагаешь? — хитро усмехнулся он, наклонившись.       Закатив глаза, Гарри легко оттолкнул его и снова посмотрел на Эдуардуса. К нему не вели никакие линии из других родов: ни матери, ни детей.       — Оминис — брат моего деда, — хмыкнул Том.       Единственная более менее живая картина висела на поколение ниже, чем Марвало. А Морфин и Меропа на два поколения ниже своего отца. На каждой из стен было расположено по пять поколений. И последняя стена была самой малозаполенной. На четвертом уровне была расположена только пустая рамка, серебряной нитью связанная с Меропой.       Гарри посмотрел на Тома. Всегда равнодушный, холодный, он смотрел на всю свою семью, на линии между ними… Глаза выдавали, по меньшей мере, вселенскую грусть. Во что превратился род? Большой, многочисленный. Но со времен Слизерина увядающий, исчезающий…       Ему хотелось чего-то такого же, как у Блэков. Большая семья, совместные приемы пищи, вечера, поддержка… А что получил он? Пустой, поломанный Мэнор с иногда пугающим своим непрезентабельным видом домовиком, сквозняком и засохшим садом.       — Ты позволишь мне что-то тут поменять? — осторожно спросил Гарри.       — Да.       В этот раз он был точно уверен.       — Мы поменяем все. Абсолютно все.

***

      В этот раз Том самолично перекрасил стены в комнатах на более светлые, а затем взорвал стену под крики Гарри. Но все обошлось, потому что парочка заклинаний и на месте дыры появилось большое витражное окно под манер родового зала.       Вторая дверь в комнату обнаружилась за пустой картиной.       Первую, третью комнату — в ней была мастерская зельевара — и коридоры, они также перекрасили и добавили окон.       — Тебе просто нравится взрывать все.       — А тебе ломать, — Том указал на щепки от кровати позади себя.       Специфические наклонности Мраксов конкретно не нравились Гарри, поэтому он разбил в мастерской все банки с головами существ и дезинтегрировал остатки, а кровать расщепил.       — Что сделаем в этой комнате? — спросил Гарри, заставляя остатки кровати исчезнуть.       Том, смотревший в новое окно, повернулся к нему и присел на подоконник.       — Не знаю, — пожал он плечами. — Что можно сделать в бывшей комнате для оргий?       Покривившись, Гарри все пораскинул мозгами.       — Сделаем комнату для дуэлей.       — Места мало.       — Снесем соседнюю комнату.       — Ты же с таким энтузиазмом ее чинил, — усмехнулся Том.       — Отвергаешь, предлагай, — насупился Гарри.       Том на какое-то время замолчал.       — Давай решим потом, — он поднялся и пошел на выход.       — Вот точно что-то придумал, — прищурился Гарри. Но пошел следом.

***

      Через несколько часов ремонта они стояли в одной из гостевых спален.       Кровать с балдахином, укрытая толстым слоем пыли, выглядела совершенно безжизненной. Но стоило Гарри направить на нее магический поток, как балдахин вновь заструился мягкими складками, а покрывала приобрели прежнюю роскошь.       Тумбочки и комоды, избавленные от пыли, сверкали отполированным деревом. Треснувшие стекла в окнах мгновенно восстановились, впуская в комнату солнечные лучи. Едва уловимый аромат свежести вытеснил былую затхлость.       Гарри с довольной улыбкой окинул взглядом обновленную спальню. Теперь она выглядела такой уютной и жилой, будто ждала своего хозяина. Он с воодушевлением направился к следующей комнате, с нетерпением предвкушая ее преображение.       Уже вечером, когда за окнами было темно, а Мэнор озарял теплый свет свечей, Гарри остановился посреди восстановленной столовой — оказалось, Том просто ел на кухне.       — Видишь, теперь здесь совсем другая атмосфера, — произнес он, с довольной улыбкой поворачиваясь к Тому. — Уже не так жутко.       Том на мгновение задержал взгляд на Гарри, прежде чем одобрительно кивнуть. Люстра поблескивала от огоньков. В очередном камине приятно трещали поленья. Серебро приборов сверкало на красивых шелковых салфетках.       — Да, неплохо получилось, — признал он, а затем добавил. — Давай уже поужинаем. Мы с твоим маниакальным желанием все восстановить, даже обед пропустили.       — Эй, я же для тебя стараюсь! — с наигранным возмущением воскликнул Гарри, но послушно занял свое место за столом. Правда, чувствовал он себя довольно уставшим после целого дня напряженной работы. А ведь они даже пол Мэнора не прошли.       Том занял место во главе стола, лукаво фыркнув. Гарри мысленно отметил, что уселся слишком близко к нему, но промолчал.       В этот момент в столовую вошел Нарги, уши подпрыгивали при каждом шаге. На его лице отражалась неподдельная радость.       — Ох, как Нарги рад, милорд, как рад! — воскликнул в очередной раз за день эльф, левитируя перед ними тарелки. — Сначала вы вернулись, не оставили Нарги одного, а теперь еще и это! — он обвел руками восстановленную столовую.       Интересно, как давно здесь никто не ужинал?       — Нарги сделал все, что вы приказали, милорд, — почтительно сообщил он. — Ни в одной комнате больше нет пыли, чтоб вам было легче.       Он с улыбкой посмотрел на Гарри, который на его слова громко чихнул, высвобождая остатки пыли из гостевой спальни.       — Все опасные участки пола и стен отремонтированы, — продолжил эльф. — Но с левой башней мне все же потребуется помощь.       Том мельком покосился на Нарги, но затем кивнул.       — Завтра сделаем, — сказал он.       Нарги заметно воспылал духом, его глаза загорелись радостью, когда он услышал, что хозяин будет здесь и завтра.       — Нарги рад, милорд! — воскликнул он, торопливо кланяясь. — И он сердечно благодарит молодого господина Гарри за возвращение Мэнора к жизни.       Довольный эльф поспешно исчез, оставив их наедине. Устало вздохнув, Гарри принялся за еду.       Какое-то время они ели в тишине. Видимо, у Гарри закончилась вся энергия, раз он даже ничего не мог придумать какое-то время. Но не долго Тому оставаться в спокойствии.       — Так ты здесь уже был прошлым летом? — начал Гарри, накалывая помидорку на вилку и размахивая ей. — И что, Приют совсем не волновался, что ты не вернулся?       Том задумчиво покрутил вилку в пальцах, прежде чем ответить.       — Думаю, они просто решили, что я умер, — спокойно произнес он. — Вряд ли они стали бы разыскивать меня.       Гарри сочувственно покачал головой, но решил не развивать эту тему. Вместо этого он с любопытством спросил.       — И что еще, по-твоему, может хранить в себе этот загадочный Мэнор?       Они встретили несколько интересных комнат на своём пути. Изумрудная гостиная — изумрудная в прямом смысле слова, пол, камин, он удивился, что диван был кожаный, а не из этого камня — с фонтаном посередине. Гарри нашёл это максимально странным, но решил не трогать.       Потом был ещё змеиный питомник с клетками, но те были пусты, даже змей не осталось. Ну и ещё интересные комнаты.       — Я видел потайную дверь в коридоре, — припомнил Том.       У Гарри тут же загорелись глаза.       Переговариваясь, они сосредоточились на ужине, окруженные уютной атмосферой возрожденного Мэнора.

***

      После ужина, к тихому недовольству Тома, они не вернулись в Блэк Мэнор, а пошли к той самой потайной комнате. Правда пришлось потратить немного времени, ползая по коридорам, чтобы найти ее.       — Да как у тебя вообще не возникло желания раньше сюда зайти?!       — У меня нет шила в заднице, как у некоторых.       Том толкнул дверцу. И перед ними открывалось поистине поразительное зрелище.       Просторное помещение от пола до потолка было заставлено зеркалами всевозможных размеров и форм. Свет свечей и канделябров отражался в них бесконечными бликами.       Гарри в изумлении замер, разглядывая комнату.       — Зеркала?       Он притронулся к одному из них и тут же в ужасе отскочил, видя перед собой вовсе не то, что должно было происходить в действительности.       — Еиналеж…       Том непонимающе смотрел на него, но Гарри этого уже не видел, отступая назад. Прямо на середину комнаты…       Стоило ему немного сконцентрироваться, и он уже видел, как в абсолютно всех зеркалах отражается его собственная фигура. Но вот что его поразило — в них собственная фигура Гарри стояла к нему спиной. А за ней блестел острый кинжал. Над ним самим склонился Том…       Взгляд Тома был темным и пронзительным, точно пожирая отражение Гарри. Его губы были приоткрыты, будто в немом намерении, а кончик языка нервно облизывал разомкнутые губы. Том нависал над фигурой Гарри, будто подкрадываясь, его движения были плавными и хищными.       Гарри невольно дернулся, будто наяву ощутив на себе этот обжигающий взгляд. Однако в реальности Том находился в паре метров от него, всецело погруженный в созерцание своих многочисленных отражений. За спиной Гарри не было никакого кинжала, которым, казалось, он собирался замахнуться на Тома в зеркале.       Или не собирался?..       Сердце Гарри бешено заколотилось, пока он пытался осознать увиденное. Что это могло значить? Неужели зеркало вскрывало его сокровенные желания и страхи, о которых он даже не подозревал? Его отражение, так уязвимо обращенное к Тому, вызывало в нем мешанину чувств — ужас, смятение и… Влечение?       Том неспешно двинулся вдоль стен, разглядывая свои бесконечные отражения. Гарри осторожно последовал за ним, чувствуя, как накатывают сомнения и терзания.       Все отражения слились в одно большое зеркало Еиналеж…       Гарри судорожно сглотнул, чувствуя, как по позвоночнику пробегают мурашки. Что же это значит? Ужас от мысли о возможности убийства Тома сменился зарождающимися иными чувствами. Что он на самом деле испытывал к этому загадочному и жестокому парню?       Гарри обхватил себя руками, будто пытаясь защититься от накатившего смятения.       «Зачем я вообще согласился на это безумное путешествие?! Что вообще происходит?! Это что ещё за немыслимые желания?..»       Том, погруженный в свои размышления, даже не заметил душевных мук Гарри. Он неторопливо продолжал изучать взглядом свое отражение.       «И что он там видит?..»       Возможно, что-то похожее, как и у него? Или его поглощали мечты о власти и господстве над миром, подобно тому, как отражение Гарри, казалось, готово было броситься с кинжалом на Тома?       Охваченный внутренней борьбой, Гарри прикрыл глаза, стараясь собраться с мыслями.       — Что-то я устал, — тихо произнес он. — Пошли в Блэк Мэнор.       Том развернулся и посмотрел на него такими же, до ужаса топящими в себе, глазами. Казалось, и отражение посмотрело прямо на него.       — Что ты увидел? — спросил он негромко.       Гарри невольно напрягся, не зная, что ответить. Признаться о пугающих видениях, которые зеркала явили ему, он не решался.       — Ничего такого, — отмахнулся он.       Том не поверил.