Останови меня

      — Я… умер?       Смерть цокнула. Рядом с ней возникло кресло — высокое, резное, из чёрного дерева. Она опустилась в него, закинула ногу на ногу и выпрямила спину. Её поза была небрежной и абсолютно властной одновременно.       — Я бы посочувствовала тебе, юный посланник, но… — она положила подбородок на пальцы, — мне так хочется тебя ударить. Посильнее.       Гарри поджал губы. Ком в горле мешал дышать, но дышать было нечем. Он был мёртв.       — Почему я здесь? — его голос охрип, звук потерялся в пустоте.       Смерть вздохнула, скучающе отвела взгляд.       — Потому что следующий Лорд вступил в свои права сразу после смерти предыдущего. Родовая магия перешла, и цепочка замкнулась без тебя.       Гарри почувствовал, как уходит последнее тепло. Осталась только ледяная, тяжёлая ясность.       — Но разве… не я должен был стать Лордом?       Смерть резко повернула голову. Её пустые глаза впились в него.       — А кто тебе сказал, что ты мог им стать? — её пальцы впились в подлокотники, и казалось, она сейчас сорвётся с места, но осталась сидеть, а тишина вокруг сгустилась, стала вязкой. — Если бы ты был из этого времени изначально — может, шанс и был. Но ты буквально, — она сделала паузу, чтобы слово прозвучало весомее, — потомок именно этого рода из другого времени. Ты тройной наследник. Мать Магия не позволила тебе стянуть все нити на Блэках сейчас. Даже мизерного шанса не дала.       Гарри опустил плечи. Сил не было — не было даже отчаяния, только пустота.       — Я не понимаю.       Смерть взмахнула рукой, и Гарри откинуло назад, а в следующее мгновение он сидел в таком же чёрном кресле напротив неё.       — Если умрёшь ты, а затем Реддл и все Блэки, то вся моя сила просто уйдёт.       Гарри открыл рот, чтобы спросить, но слова не сложились. Он просто смотрел на неё.       — О да, — она улыбнулась, и в этой улыбке не было ничего человеческого, — ты правильно подумал. От вашей силы зависит моя. Ну, и наоборот. Прямо как в той занудной книжке, — она начала качать указательным пальцем туда-сюда, подчёркивая каждое слово. — «Зависимость Магии от Первых Трех Родов и наоборот».       — Ты… есть Магия? — Гарри выдавил из себя.       — Та часть, которую вы обычно представляете, когда вспоминаете Мать Магию, — Смерть закатила глаза. — Вам сложно представить даже мой масштаб, а уж её — тем более.       Это был кошмар. Похоже, правила этой игры гораздо сложнее, чем ему казалось. Что над Смертью есть кто-то выше. Что он — пешка в партии не обычных шахмат, а королевского гамбита. И, похоже, пожертвуют им самим.       — Отправь меня к нему, — голос Гарри стал тихим, но твёрдым. Он наклонился вперёд, вцепившись в подлокотники. — Пожалуйста. Хоть на секунду. Я объясню ему всё…       — Объяснишь? На секунду?! — Смерть вскрикнула. Воздух — если он тут был — заискрился и потемнел. Её лицо, идеальное и мёртвое, исказилось, и Гарри едва различал его в набежавшей мгле. — Ты, видимо, не понимаешь, — её голос перешёл на шипение. Она поднялась и сделала шаг к нему.       Его стул исчез, но Гарри не упал — его будто переставили в пространстве, заставив выпрямиться. Он отступил, но костлявые пальцы уже впились в его руку. Больно. Очень.       — Я тебя не на прогулку отправила и не личную жизнь строить. Мне глубоко плевать, что ты там с ним делал. Но итог должен быть один!       Чёрные глаза Смерти загорелись изнутри. Мраморная кожа на лице пошла трещинами. Гарри не мог отвести взгляд — ужас сковал всё тело.       — У тебя было время от секунды до секунды. Но ты не смог и не можешь добавить себе ещё.       — Но почему? — в голосе Гарри прорвалось отчаяние. Он не обращал внимания на жгучую боль в руке, на трещины на её лице. — Ты же Смерть. Ты можешь всё…       Смерть отступила на шаг и дико рассмеялась. Звук был сухим, как ломающиеся ветки. Темнота вокруг рассеялась. На руке Гарри остались красные полосы — будущий синяк или шрам.       — Ты считаешь, что я главная? — она всё ещё смеялась, но в смехе не было веселья.       — Но ты только что говорила… о масштабе твоей силы!       — Так, идиот, — она резко оборвала смех. — У министра тоже много прав. Но у Короля — ещё больше!       Она крикнула это прямо ему в лицо. Гарри отшатнулся.       — То есть Магия… она… — слова путались, а мысли разбегались.       — У меня есть свои правила, — Смерть говорила уже спокойно, холодно. — Но существуют правила и для меня. Твоё путешествие организовывала вовсе не я. Весь наш мир существует, только пока есть магия. А магия существует, только пока живы её носители, как мы с тобой уже разобрались. Твой Лорд, твой Том, уничтожил рода, особенно моих Блэков — тех, кто не должен был вымереть никогда. Ни один Тёмный Лорд до него не делал такого, — её глаза снова вспыхнули. — Твоя цель была предотвратить это. Моя — вернуть баланс магии. Их — оставить человечество в живых. Потому что если нет… — Смерть наклонила голову, изучая его реакцию, — …мы уничтожим этот мир, пока ещё имеем над ним власть, и создадим новый. С нуля.       Гарри почувствовал, как внутри всё обрывается. Не сердце — оно уже не билось. Оборвалась сама связь с реальностью. Пустота в голове, в груди. Уничтожат мир. Весь мир. Из-за него. Из-за его неудачи.       — Уничтожите? Разве всё настолько плохо со всем миром? Со всей магией?       — Магия появилась в момент Большого взрыва, — голос Смерти стал повествовательным, отстранённым. — Формально, он сам и произошёл благодаря силе Матери. Потоки энергии создали Вселенную, но её нужно поддерживать. Потоки рассеиваются, поэтому звёзды взрываются, давая миру новую магическую энергию. Так — миллиарды лет.       Гарри поджал губы.       — А как появились Первые Три?.. — наконец выдавил он.       — Так вышло, что во всей Вселенной нашлась лишь одна планета, чьи обитатели научились использовать звёздную пыль — ту самую магическую энергию. И это не подарок для них. Это опасность для всего сущего. Потому что неконтролируемая магия способна убить саму Мать. Поэтому она создала лазейку. Кнопку отмены.       — Что?..       — Надоело, — Смерть вздохнула. — Сколько раз уже объясняю… Рано или поздно любая магическая цивилизация создаёт материю, способную уничтожить источник своей же силы. Мы следим, чтобы этого не случилось. Но история повторяется. Мы устали.       — И много таких было цивилизаций?       — Достаточно, чтобы знать: конец есть всегда. Сколько ни перезагружай мир, — она посмотрела на свои руки — одна была идеальной, обтянутой кожей, другая — только кости. — Но я решила, что хотя бы одну версию стоит попытаться спасти. Поэтому появились Первые Три. И Священные Двадцать Восемь. Чтобы нести нашу волю, делить нашу силу, удерживать баланс. Но люди — идиоты. Пришлось и посланников придумывать.       Она замолчала, давая ему переварить. Гарри не хотел слушать дальше. Но выбора не было. Никогда не было.       — Звёздная пыль… — начал он неуверенно.       — Была первым источником, — кивнула Смерть. — Её использовали первые рода. Но источник иссякал. К моменту рождения вашего Иисуса из остатков пыли создали родовые камни — огромные, малые. Кому-то дали много, кому-то один. Сейчас пыль, конечно, осталась, но в чистом виде её почти не используют. Новый ритуальный камень из неё не создать. Увы.       — То есть Двадцать Восемь появились с получением камней?       — Да. Двадцать восемь больших родовых камней — опора мира.       — А до этого не было аристократии? Чистоты крови?       — Ты вообще представляешь, что значит жить до нашей эры? — Смерть скривилась.       — Ну… Египет. Византия. Рим.       — Была знать. Но не все Двадцать Восемь были ею. Хотя Блэки, к слову, правили Византией, — она махнула рукой, как будто это неважная деталь.       — А Иисус? Он был магом?       — Звезда в небе появилась из-за активации ритуальных камней. Все решили, что из-за него. А потом он стал Лордом Гриффиндор и слегка заигрался в мессию.       — Иисус… Гриффиндор? — Гарри почувствовал, как голова начинает кружиться. Её уже не было, но ощущение было живым.       — Да. И очередной, кто умер слишком рано. Не справился с силой.       — Кошмар, — прошептал Гарри.       Голова действительно раскалывалась. Каждая новая информация била по сознанию. Над Смертью есть высшая сила. Она — лишь орудие. Том уничтожает рода — но почему? Гарри только что ушёл из времени, где Том этого не делал. Или… это после его предательства, после лжи?       — Они дали тебе время в период его обучения, самый податливый период, но ты не справился, — воздух снова похолодал, взгляд Смерти стал ледяным. Гарри поёжился. — Теперь баланс нарушен критически. Магия уходит через пробоины, которые оставляют мёртвые рода.       — Отправь меня к нему снова, — Гарри сказал быстро, почти умоляюще. — Я всё исправлю. Я сделаю всё, что нужно.       — Нет.       Отказ прозвучал чётко, без колебаний. Надежда в груди Гарри схлопнулась, оставив после себя ледяную тяжесть.       — Почему?       — Потому что твой следующий шанс — не в прошлом Тома. Он в прошлом тех, кто должен был принять силу, но не принял. Кто своим отказом приблизил катастрофу.       Смерть подняла руку, пока он пытался понять.       — Я могу отправлять тебя только во времена обучения сильных Блэков — будущих Лордов. Это не моя прихоть. Это правило. Ты существуешь там через их силу, через их род. Сначала Орион, теперь Сириус.       — Сириус?! — Гарри вскочил. Сердце — призрачное, несуществующее — бешено заколотилось.       — Я бы убила тебя за одну только эту глупую надежду в глазах, — Смерть закатила глаза. — Но ты мне ещё нужен. Сириус Блэк. Джеймс Поттер. Римус Люпин. Последние наследники своих родов. Будущие Лорды, которые титул не приняли. Магия умирает из-за этого. Теперь ты понял, чем это грозит? Всем?       — Да, — голос Гарри сел, стал тихим и хриплым. — Понял.       — Значит, знаешь, что делать.       — Подожди. Том… Он… Это он всё делает, или кто-то другой его подставляет и направляет?       Смерть усмехнулась.       — Идеология хороша, но не устойчива. Реддлом движут страх и гордость, и только ты мог его уравновесить. Сделай так, чтобы им перестали управлять, — она подняла костлявую руку, не давая ему перебить. — Седьмой курс. 1977 год. Последний шанс всё исправить. Если не сможешь — мир будет уничтожен. Постарайся. Хотя бы ради того, кого любишь.       Она щёлкнула пальцами. Звук был сухим, громким, окончательным.       Тьма сжалась и вытолкнула его.       Гарри открыл глаза. Над ним был резной потолок в чёрно-серебряных тонах. Он лежал на огромной кровати. Воздух пах старым деревом, воском и магией.       — Нисколько не удивлён, — раздался спокойный, низкий голос справа.       Гарри медленно повернул голову. В родовом зале стоял Орион. Он смотрел на Гарри усталым, всё понимающим взглядом.       — Добро пожаловать домой, братец, — сказал Орион.

***

      Они пришли в зал с родовым гобеленом. Гарри с невыносимой печалью смотрел на даты смерти тех, кто для него ещё несколько минут назад был жив. Старшие Блэки, Поллукс, Ирма, Мелания… А Рег?..       — Я убью тебя! — в зал влетел знакомый голос.       Гарри с восторгом посмотрел на «отца», сорвался с места и влетел в его объятия.       — Пропал он на тридцать лет, — всё же проворчал Регулус, но уткнулся в тёмную макушку.       — Я рад тебя видеть, Рег, — Гарри отклонился и улыбнулся ему.       Регулус был хоть и старым по возрасту, но выглядел хорошо — гладко выбритый, матёрый, с морщинами стального оттенка, а в чёрных волосах серебряные всполохи.       — Судьба самого сильного — долго жить. Что Смерть сказала, меня ещё не забирают? Кстати, снова выглядишь будто тебе стукнуло семнадцать, — усмехнулся он, но Гарри вздохнул.       — Отец, я… — в комнату ввалился человек, из-за которого сердце Гарри замерло. Молодой, красивый, ещё не прошедший Азкабан… — Джеймс, ты чего?.. — но Сириус оборвал себя, нахмурившись. — Ты не Джеймс. — он посмотрел на Ориона. — Это он?       — Гость из будущего, — кивнул Орион.       — Он знает? — спросил Гарри.       — Да. Я, Сириус и Теят.       Гарри бросил взгляд на гобелен. Дочка Регулуса — двадцатипятилетняя девушка, которая формально считается его сестрой с того времени. Но сам Гарри выглядит всё ещё на семнадцать. Хоть ему в реальности и больше. Что же теперь делать?       — Какая легенда на этот раз?.. — спросил он у Регулуса.       — Брат-близнец Джеймса с глазами… О Мерлин, ты сын Джеймса и Лили! — закричал Сириус, указывая на него пальцем.       — Сириус, — одернул его Орион. Парень быстро опустил руку, но взгляда не свёл. — Придётся изменить тебе внешность. Потому что это не нормально.       — И так вопросы про моего «сына» будут, — вздохнул Регулус.       — Моргана… — протянула девушка, вошедшая в зал. Красивая. — Я подумала, что ты Джеймс.       — Я тоже! — воскликнул Сириус. — Ты его сын!       — Да, Сириус, да, — вздохнул Гарри, сжимая переносицу. Это будет сложно. — Что вы придумали, когда я исчез? И что вообще произошло?       — Сядем, — предложил Орион.       Все разместились на диванах. Орион занял кресло Лорда, Теят усадила рядом с собой племянника, который почти сел с Гарри, проедая того взглядом. От последнего это его, конечно, не остановило.       — Мы сказали, что Гарри, который мой сын, отправился учиться на артефактора в Америку, потому что не хотел быть Лордом, — начал Регулус. — Позже мы говорили о тебе некоторые факты.       — Он мне пятнадцать лет скармливал историю о брате, которого я никогда и не видела! — заявила Теят. Регулус поджал губы с улыбкой. Гарри улыбнулся.       — Вообще-то я тоже, только когда Лордом стал, узнал, — заметил Орион. — Нам стоит изменить тебя буквально сейчас. В доме Альф, — Гарри не смог сдержать вздоха, вновь посмотрев на древо Блэков. Он жив и даже завёл детей.       — О Господи! — Гарри подскочил на месте, оглядываясь. Все удивлённо посмотрели на него. — Мы в Блэк Мэноре?       — Да, а где ещё должны быть? — фыркнул Сириус, складывая руки на груди.       — Он не трогает Блэков, — сказал Регулус, прекрасно понимая, о чём он думал. Потому что знал. Потому что видел.       — А в остальном?.. — он боялся. Потому что Гарри здесь, значит, Том не остановился. «Но и он орудие…».       — Пожиратели набрали мощь. У нас почти магическая война.       — Мы о ком? — нахмурился Сириус. — О Белле?       — Беллатрис? — вскинул брови Орион. Сириус поджал губы, замирая.       — Она Пожиратель, — сглотнул Гарри, глядя на крестного. — Ты в ладах с семьёй?       — С чего ты спрашиваешь? — сразу напыжился Сириус, но, видя серьёзный взгляд, почесал затылок. — Не особо после того, как поступил на Гриффиндор.       — Но ты всё ещё тут. Сбежать не хотел?       Сириус вскинул брови. Все посмотрели на него.       — У меня, конечно, не идеальные отношения со многими, но чего мне сбегать?       — Я поработал, — шепнул Регулус. Но, разумеется, все слышали. — Валь отнеслась к тому, что он поступил на Гриффиндор, почти нормально, когда Теят закончила Когтевран.       — Но Белла недовольна, — закатил глаза Сириус.       — Если у меня выйдет, но не до конца, то никогда не ходи в Отдел Тайн. И на суде попроси сыворотку правды, — попросил его Гарри. Сириус хлопнул глазами, но кивнул. — Хорошо. Что с Томом?       — Том, это?.. — тихо спросила Теят у отца.       — Волдеморт.       Теят и Сириус округлили глаза, но не сказали ни слова. Далее их рты раскрывались с каждой фразой всё больше.       — Он появился сразу, как ты пропал. Пришлось придумывать на ходу, — Регулус поджал губы. — Он считает, что ты бросил его, обманывал и сбежал.       — Мерлин, — Гарри прикрыл глаза.       — Бросил? — Сириус бегал глазами от отца к Гарри. — Ты?..       — Встречался с ним.       — Сын Джеймса и Лили…       — Ещё твой крестник; мой парень убил моих родителей, когда мне был год; он пустил в меня Аваду, но моя сила остановила её; я был крестражем…       — Ну-ну-ну, — Регулус остановил его. — Разошёлся.       — Успокойся, — сказал Орион, хоть и хотел бы чуть больше информации. — Нам нельзя знать будущее.       — Мне срочно нужно к Тому, — Гарри подскочил.       — Ещё чего! — Регулус палочкой посадил его обратно. — Он тебе не просто Том, к которому ты можешь попасть, когда захочешь.       — Он должен знать всё!       — Будет слишком, если я закажу попкорн у домовика? — донесся до него вопрос Сириуса.       — Гарри… — вздохнул Регулус.       — Нет, Рег, должен. Ты не понимаешь всех тонкостей. Я только что узнал такое, что понимаю — один я не справлюсь!       — Есть Мародеры! — нашёлся Сириус.       — Нет! — закричал Гарри на него. Сириус хлопнул глазами. — Сиди, не лезь. Мне надо, чтобы вы трое остались в живых.       — Трое?..       — Хвост не в роду. И не дружите с ним. Он крыса.       — Я знаю его анимаги…       — Настоящая крыса. Мои родители умерли из-за него, а ты сел, — Сириус опешил. — Слушайте, мне, вероятно, нельзя рассказывать вам ничего из того, что рассказала мне сейчас Смерть. Но есть один факт: дело приобрело совсем другие краски.       Он снова встал, но никто его уже не остановил.       — Мне нужна Белла, или Регулус… — он сжал переносицу. Голова закружилась. — Когда он?.. Не важно. Белла, — он развернулся и пошёл прочь.       — Эй-эй, постой, — Теят первой нагнала его. — Ты выглядишь как Джеймс, который в этом доме бывает чаще, чем в своём. Если тебя кто-то увидит…       — Извини, конечно, но мне сейчас так плевать!       — Ты говоришь сгоряча, — Регулус встал перед ним. — Успокойся.       — Я не могу! — его уже натурально трясло. Синие искры стали появляться. — Мне надо с ним поговорить.       — Ты думаешь, что любой смертный знает, где находится Волдеморт? — поинтересовался Орион.       — Смертный нет, но Пожиратель — возможно.       — Белла в Лейстрендж Мэноре, туда в гости просто так не ходят, — Теят беспокоилась за него.       Гарри схватился за голову и опустился на колени с протяжным стоном. Он не знал, что делать. Мир умрёт, Том умрёт, Блэки умрут. Гарри всё это нужно решить, но ему буквально ставят палки в колёса!       — Остановись, давай подумаем, — попросил Регулус, кладя руку на его плечо.       — Ты не можешь вызвать Беллатрис для допроса, если не хочешь быть раскрытым, — сказал Орион. Гарри простонал ещё раз.       Всё было хуже некуда.       — Мне надо стать Пожирателем, чтобы добраться до Тома. Так что стать Гарри Блэком, вернувшимся из Америки, уже не выйдет, — вздохнул Гарри. — Вероятно, он меня просто убьёт.       Регулус вздохнул, а Сириус что-то зашептал Теят.       — Предлагаю собрать всех родственников на семейный вечер, там ты сможешь поговорить с Беллой, — начал Регулус. — А затем уже подумаем над дальнейшим планом.       Гарри вздохнул.       — Я так понимаю, сегодня двадцатое августа?       Ему кивнули.       — Ладно, время есть. Если что, придётся снова поступать в Хогвартс. Нужно понять, кто манипулирует Томом…