Моя вторая жизнь

После моих шокирующих излияний надолго наступила тишина. Я не мог позволить себе её нарушить, поэтому выжидал молча, да и горло болело от долгого рассказа. Нервы были натянуты до предела, мне хотелось услышать в ответ хоть что-нибудь. Теплилась надежда, что всё будет хорошо, что меня примут таким, каков я есть, но внутри копошился маленький червячок сомнения, неприятно царапая оголённые нервишки. Наконец, Ореа заговорил. — Знаешь, Элиль… Ну, всё, пиши пропало… Полным именем меня папа крайне редко называл. В основном, когда злился, или давал наставления, или на приёмах… За одно мгновение я сто раз пожалел, что открылся, но… я понимал, что так было нужно. В большей степени мне это нужно, чтобы сбросить камень с души и жить дальше без помех и сомнений. Жаль, я действительно полюбил свою вторую жизнь. — …а ведь я и не думал о чём-то подобном, — продолжал задумчиво родитель. — Да, ты очень сильно изменился после того несчастного случая. Как подменили. Особенно характером и вкусом, — усмехнулся омега. — Но я думал, что это из-за потери памяти… А скажи, — вдруг прищурился папуля, — в той, прошлой жизни ты был альфой? Или как там у вас называется — мужчиной? — Да, — ответил. — Тогда всё становится понятно. Особенно полная смена гардероба! Ох, сынок, сложно же тебе пришлось, — вздохнул сентиментальный Ореа и крепко обнял меня. — Но ты был, есть и будешь моим любимым маленьким сыночком. Не переживай, всё, что ни делается, всё к лучшему. Дрожащие руки сами прижали родителя сильнее, а из глаз хлынули слёзы. Слёзы радости и облегчения. Меня приняли, меня любят. Это очень ценно для меня, выросшего в детдоме. — Спасибо… спасибо… спасибо, — шептал я, икая и всхлипывая. Билис не выдержал и, рыдая пуще меня, обнял с другой стороны. — Молодой господин, не надо грустить. Нам дороги именно вы! Так мы и просидели, пока все не успокоились. Но нашу идиллию нарушил мой настойчиво и жалобно буркнувший желудок. — Ой, — хлопнул себя по лбу Билис, — молодого господина нужно накормить! И умчался вниз. — Я рад, что ты нам всё рассказал, Лил. И, поверь, твоё признание не изменит того, что ты — мой сын. — Спасибо, папа. Я очень люблю тебя. Всех вас. Когда с помощью Билиса я похлебал лёгкий бульон, — тяжёлую пищу мне ещё рановато кушать после двух (даже не верится!) лет комы, — я без сил откинулся на подушки. Даже такие скромные манипуляции забрали последние силы. Папуля связался с доктором Альвенсиа, тот сообщил, что приедет, как только освободится. Двигаться не хотелось, усталость взяла своё, и я благополучно заснул. Разбудили меня голоса. Доктор Альвенсиа оказался бетой в возрасте и главврачом больницы, куда меня доставили после аварии. Его цепкий взгляд просканировал меня всего. Подключённый аппарат считал мои показания, бета внимательно следил за монитором с какими-то цифрами, палочками и точками, потом ощупал мои ноги и руки, и покачал одобрительно головой. — Вы вполне здоровы, Элиль, только слабы, — заключил бета. — Я составлю вам программу по восстановлению, пропишу витамины. Уже скоро вы вернётесь к своей обычной жизни. — Спасибо, доктор. День выдался насыщенным и волнительным, поэтому, после вкуснейшего бульона, я снова заснул. Только в голове промелькнула мысль, что я так и не узнал, где же мой Тирион. Ладно, проснусь и спрошу Ореа, а сейчас — спать. Тирион Шаар Элиль не просыпался. Я терпеливо ждал, каждую свободную минуту проводил у постели любимого, но время текло, а всё оставалось как прежде. В какой-то момент его дурманящий ноздри запах стал тускнеть и исчезать. Если честно, я испугался. Впервые в жизни, сильно, до дрожи в руках, что могу его потерять только найдя, чуть с ума не сошёл. И тогда я решил, что сделаю всё, что в моих силах и даже больше. Я залез в сеть, начал искать… сам не знаю чего… докторов, лекарей, травников, да кого угодно, лишь бы они помогли моему солнцу. Ведь если Эли умрёт, то я уйду следом, потому что не представляю жизни без моей любимой пары. И я начал поиски. За полтора года я объездил все материки, отдавал бешеные деньги, привозил к Элилю всех, кто говорил, что сможет помочь. Но ничего не менялось. Мой омега спал и не просыпался. Лил сильно исхудал, но не выглядел больным. Почему? Почему он не просыпается? А потом я встретил «ведуна» — бету Хориса, и уговорил его поехать со мной. То, что говорил Хорис, не укладывалось в голове, но я почему-то ему верил. Вспомнились некоторые неувязки, сказанные вскользь слова, иногда непонятные, редкие моменты, в которые Элиль вел себя странно. И что-то в моей голове щёлкнуло, заставив поверить в то, что мой Лил это вовсе не тот Элиль Эфилсон, с которым я встречался много лет назад. Во-первых, у того, другого, был совершенно иной феромон, который не вызывал у меня внутри бурю чувств и нестерпимого желания, во-вторых, само поведение омеги наводило на странные мысли. Все на Лилее ищут и с нетерпением ждут истинную пару, а он… он прятался от меня, убегал, не принимал. Такое поведение не свойственно обычным омегам нашего мира. В-третьих, Эли вёл себя иначе. Он больше походил на альфу или бету, но уж точно не на типичного омегу Лилеи. Уж я об этом знаю, наблюдал за ним. Уверенный, сильный, гордый, с железными нервами и волей, Элиль любой ценой добивался своего, решал проблемы своими силами, не был нежным домашним цветочком. Да, он выбивался из канона, но именно это мне в нём и нравилось. Не такой, как другие, единственный в своём роде, неповторимый. Моя идеальная пара. Сейчас я направлялся на материк Лордо на корабле. Дорога занимала примерно неделю, но мне нужно было проветрить голову, подумать и успокоиться. А мерная качка и необъятная гладь воды очень способствовали этому. Недавно в сети появился сайт одного альфы, который утверждал, что прибыл из другого мира. Он рассказывал про летающие машины, про огромные небоскрёбы, которые доставали до облаков, про каких-то женщин, которые напоминали наших омег, но сильно от них отличались. Многие писали, что альфа псих, а вот я, сопоставив слова Хориса и свои наблюдения, решил этого альфу проверить. Связался с ним, расспросил обо всём, настоял на личной встрече, а он, как оказалось, живёт на материке Лордо. Перед отплытием позвонил дядюшке Ореа, но измений в состоянии Элиля не наблюдалось. Ещё немного, и я совсем отчаюсь! Эли, любимый, когда же ты вернёшься ко мне? Элиль Эфилсон На следующий день, проснувшись, я сразу спросил про Тириона. Нам с ним многое нужно обсудить, о многом поговорить. Папа ответил, что тот направляется на материк Лордо, и связь с ним будем не раньше, чем через неделю. Я, конечно, расстроился, но ничего поделать не мог. — Неужели наш спящий принц проснулся? Я обернулся на звук родного голоса и… снова расплакался. В дверях стоял отец и так нежно смотрел на меня, что я не сдержался. — Отец, — захныкал я и протянул руки. Родерик в три шага добрался до кровати и поднял меня, как пушинку. А я повис на нём, ощущая себя маленьким беспомощным ребёнком. Даже младенцем! Феромон родного альфы окутывал, даря защиту, тепло и покой. Я вцепился в отца, как утопающий в спасательный круг, уткнулся в шею и рыдал на его плече, шмыгая носом и подвывая, а он гладил меня по спине и по голове своей мощной, но нежной рукой, второй легко поддерживая на весу, и шептал всякие нежные глупости, утешая. Не знаю, почему меня так накрыло, может потому, что рядом с Родериком можно было не стесняясь быть маленьким и капризным? Альфа защитит, укроет от бед, утешит и успокоит. — А кто это тут сырость разводит? — услышал я ещё один голос. Подняв заплаканные глаза, посмотрел на брата. Престон подмигнул мне, а я фыркнул. — Уйди, протиииивный, — прогнусавил я, ещё и демонстративно уткнулся обратно в шею отца. Пару секунд стояла тишина, а потом её нарушил громкий задорный смех. — Иди сюда, мелочь, — отобрал меня у Родерика брат и крепко обнял. — Я, знаешь ли, соскучился. С возвращением. — И я. И вот я уже обнимаю Престона и вдыхаю его феромон. А братик-то вырос, скоро отца догонит. Но в этих родных объятиях мне тоже хорошо и спокойно. Я знаю, если вдруг случится беда, то Престон первым побежит меня спасать. И спасёт. Неделя длилась изнурительно долго. Благодаря прописанным процедурам доктора Альвенсиа, я заново учился ходить и управлять своим ослабевшим телом. Всё-таки два года неподвижности здорово подорвали состояние моего тела. Но я упорно тренировался, хочу назад свои мышцы, свой пресс и свою идеальную фигуру! Отец одобрительно кивал, глядя на мои потуги, а Престон готов был на руках меня таскать. Но я отказался. Как только мои друзья узнали, что я очнулся, тут же все разом и прикатили ко мне. Ой, сколько шума и суеты было, сколько слёз и искренних поздравлений, крепких объятий и дружеских поцелуев… Что уж говорить: омеги такие… омеги. Эмиль еле от меня оторвался, даже пижама намокла от его слёз. Правда руку мою он так и не отпустил, то сжимая, то ослабляя хватку, но держал крепко. Мой зайка за два года стал ещё краше (хотя куда уж больше?). Омега год назад всё-таки поступил на дизайн и успешно учился, став первым по всем показателям. Ну, в этом я не сомневался. Его брат стал работать на компанию моего отца вместе с Престоном и оправдывал надежды, а его папа полностью освоился в новой жизни и стал посещать курсы по флористике, где обзавёлся несколькими друзьями-омегами. Теперь дома у Эмиля постоянно шумно и весело. Вилли и Хигос налаживали отношения, узнавали друг друга, позволяя себе некие вольности (всё-таки помолвка давала кое-какие преимущества!), ведь скоро у них состоится свадьба. — Но если бы ты не проснулся, мы бы её обязательно отложили, — говорил мне Вилли, — это ведь только благодаря тебе мы с Хигосом встретились! Ну и без свидетеля свадьба — это не свадьба! Ты согласен, Элиль? И что мне было ответить на это? Конечно, я согласился. Аарон, застеснявшись, признался, что нашёл себе пару. Им оказался альфа с факультета права, такой же правильный и консервативный, как сам Аарон. Но они на редкость смотрелись хорошо, омега мне много фоторгафий показал. Томас издал за эти два года три новые книги, которые стали очень популярными. Его гонорары росли, он купил небольшой домик и перевёз туда родителей, которые теперь гордились своим сыном. Во всех его работах стояла благодарность… мне! Конечно, я получил в подарок все три книги с личным автографом автора. — «Тому, кто заставил меня поверить в свои силы», — прочёл я. Скажу честно, в этот момент испытал огромную гордость и благодарность. Томас отличный добрый парень. Надо бы ему омегу найти. Хи-хи. Пасси как всегда озарял пространство вокруг себя светом и смехом. Рыжее беспокойное солнышко меня чуть не придушило в своих объятиях! А потом щебетал без умолку, сидя у меня в ногах. Успокоил его, как ни странно, приход моего брата. Престон заглянул поинтересоваться моим самочувствием, и Пасси вмиг замолк и… что? Он покраснел??? Ой-ёй, чем-то тут явно попахивает, симпатией, например. Надо надосуге об этом подумать, и моё лицо преобразила нехорошая такая улыбочка. Я проверил свой электронный кошелёк и не поверил глазам. За два года накапало столько, что я был способен сам оплатить строительство ресторана, да ещё и останется! Залез, проверил свою страничку и прифигел во второй раз. «Тысяча плюс» сообщений, коментов и лайков. Пролистал ради приличия: «Автор, где вы?» «Не бросайте нас!!!» «Ваши работы — глоток свежего воздуха для меня!» «Возвращайтесь скорее.» И всё в таком же русле. Приятно, чего уж скрывать. Напишу, хорошие мои, обязательно напишу, подождите ещё немного. Звонили из типографии (откуда только узнали, что я очнулся? Или уже вся Лилея в курсе?), Филворд слёзно умолял написать новую сказку. И тут я вспомнил, что пересмотрел и перечитал много чего, пока болтался призраком, так что заверил, что как только немного окрепну, обязательно напишу что-нибудь интересное. У остальных не было особых изменений, но я был очень-очень рад всех увидеть, хоть и утомился изрядно. Когда же Вилли уходил, то обернулся у порога и сказал мне: — Ты давай выздоравливай скорее, ресторан сам себя не построит, — подмигнул и упорхнул. Помнит. Вот чёрт, опять наворачиваются слёзы! Через пару дней после моего благополучного и неожиданного пробуждения Нильс привёз Грега с братьями. Омега сильно изменился, окреп, округлился, похорошел. Грегори до сих пор работает в «Капризе». Ему там безумно нравится, да и платит ему Вилинс, супруг Нильса, хорошо. Я не ожидал, что меня затискают в четыре пары рук, но избежать этого мне не удалось. Все были возбуждены и перенервничали. Грег искренне пожелал мне скорейшего выздоравления. — Придёшь в салон, заценишь мои умения, — говорил он. — Не отвертишься, так и знай! — И не планирую, с удовольствием приду. Элли и Лукас остались такими же милыми и шабутными омежками. Они наперебой рассказывали, как пошли в дошкольный класс (оказывается и такое на Лилее есть!), как им там нравится, какие красивые наряды им купил Грегори. Конор возмужал за эти два года, вырос и окреп. Что ни говори, а альфа есть альфа. Нильс иногда заезжал к нему, и они вместе копались в движке автомобиля. Похоже, увлечение Конора Куперса машинами вскоре перерастёт в полноценную работу. Доктор Альвенсиа сбалансировал мой рацион, разработал комплекс упражнений, прислал своих лучших работников помочь с восстановлением. Из «Каприза» каждый день приходил массажист и разминал моё тело. Оно неимоверно болело от моих потуг, но я упорно и целенаправленно занимался, чтобы быстрее вернуться в форму. Медленно, но верно это получалось. Тирион Шаар Я прибыл на Лордо и тут же связался с Ореа. На воде связи не было, и я целую неделю не разговаривал с Эфилсонами, а на душе у меня было не спокойно. Началось это вскоре после отплытия корабля, я проснулся как-то посреди ночи от неясного волнения. Сердце колотилось, как бешеное, на лбу проступила испарина. Сперва даже не понял, где нахожусь. Потом, правда, полегчало, будто и не было ничего, да и на душе стало спокойно (впервые за два долгих года!), но шестое чувство гнало меня на сушу. Блуждали неясные мысли, что всё связано с моей парой. А вдруг произошли какие-нибудь изменения в состоянии Лила? Надеюсь, что в лучшую сторону. Ответа пришлось ждать не долго. — Привет, Тирион, — слишком уж радостно поздоровался омега по видеосвязи. Да и выглядел Ореа намного лучше, чем раньше: исчезли тёмные круги под глазами, лицо светилось улыбкой, в глазах задор, кожа с румянцем. — Здравствуйте, дядюшка. — А у меня для тебя сюрприз! И тут Ореа перевернул экран и появился ОН… нет, я не верю своим глазам, это же… это моё солнце! — Элиль? Это правда ты? — от волнения я даже охрип. — Да, Тирион, я очнулся. Прости, что заставил поволноваться. И я почувствовал, что у меня по щекам текут слёзы. Слёзы облегчения и счастья. Я смотрел и не мог оторвать глаз. Длинные светлые волосы были красиво уложены, маленькая родинка приманивала взгляд, здоровый цвет кожи, в глазах стояли слёзы, а лицо озаряла самая лучшая улыбка на свете. У меня сердце на миг остановилось, а дыхание сбилось. — Элиль. Мой Элиль, — повторял я, не отрывая взгляд от экрана своего головизора. — Это не сон? — Нет, это не сон, — засмеялся Эли. — Хватит с меня! Кажется, я выспался на лет десять вперёд! Лучше скажи, а где ты сейчас? — Я только приехал на Лордо. Точнее приплыл на корабле. Я направил экран в сторону, где у причала стоял пришвартованный корабль. — Ух ты! Он огромный! Я тоже хочу! — Раз хочешь, значит обязательно всё будет. Можем отправиться в круиз после свадьбы. — После свадьбы? — Ага, — улыбнулся я. — Чьей? — Нашей. — А меня никто замуж не звал, — сказал Элиль, надув соблазнительно губки, а у самого в глазах смешинки пляшут. — Как не звал? Ты, наверное, просто забыл. — Ничего не помню, ничего не знаю. И вообще, я соскучился! Когда ты вернёшься? — Я тоже очень соскучился и прямо сейчас побегу брать билет назад. Мы ещё поболтали немного, а потом нехотя попрощались — Лилу нужно было идти на занятия, что ему «прописал» доктор Альвенсиа. Я купил билет на ближайший лайнер, чтобы быстрее доплыть до Кардино. Всего пару дней, и я увижу свою пару. Скорей бы! А ещё душу мне грели слова, произнесённые моим Элилем на прощание: — Я люблю тебя, Тирион, очень сильно люблю…