Сцены за кадром

      Музыка тяжело бьет по ушам. После двух бессонных ночей из-за съемок Дженна едва держится на ногах. Ей бы поспать, но пропустить эту встречу она не может. Девушке не нравится обсуждать какие-то деловые вопросы на подобных мероприятиях. Слишком шумно, многолюдно и большинство уже не трезвы. А она не терпит пьяных людей, да и сама не пьет.       — Рад, что ты все же отыскала время, — ее приветствует Тим Бертон, который и позвал ее сегодня сюда. Что там за важное дело – оставалось до сих пор загадкой. — Я хочу лично тебя познакомить с одним человеком. Вам придется хорошо поработать, чтобы ваши персонажи стали живым воплощением моей идеи.       Ортега пока еще не знает всех тонкостей сценария и сюжета. Но судя по вкрадчивому голосу режиссера, дело пахнет подростковой романтикой и драмой. Господи, но почему? Для нее Уэнсдей Аддамс – это яркий, самостоятельный персонаж, который не нуждается в том, чтобы ее оттеняли дурацкой любовной линией.       — Перси, — мужчина тем временем подзывает к себе долговязого высокого парня и Дженна внутренне напрягается. Светлые волосы до плеч, зеленые глаза, широкая искренняя улыбка с ямочками на впалых щеках. В длинных пальцах стакан с алкоголем - ну кто бы сомневался.       — Уэнсдей Аддамс, — приветственным жестом руки машет на нее режиссер. — Ксавье Торп. Надеюсь, что вы поладите. Я вас отставлю.       Режиссер спешно удаляется, оставляя двоих «ладить».       — Перси, — он протягивает ей раскрытую ладонь, в наглую ее рассматривая. Ей неприятно от этого изучающего взгляда, и она подавляет желание свести вместе лопатки. — У тебя незаурядный вкус.       — Дженна, — игнорирует протянутую руку девушка. — А что не так с моим вкусом?       — Все так, — широко улыбается. — Ты прекрасно выглядишь. Платье возбуждает… интерес.       Она вспыхивает, как спичка. Это неуместный комплимент. И точно не с него следовало начать беседу. Ей все становится понятно об этом парне, можно даже не продолжать.       — Встречают по одежке, Перси, — ее тон колкий, хоть внешне она по-прежнему держит маску доброжелательности. — А провожают по уму. Жаль ты не можешь похвастаться ни тем, ни другим. И заканчивай с алкоголем, он убивает клетки головного мозга, а у тебя, как я поняла, их и так не шибко много.       Она окидывает его презрительным взглядом, разворачивается и уходит прочь, не удосужившись даже попрощаться. Да уж, феерическое вышло знакомство. Он вроде ничего плохого не сказал, но черт его знает, что творится в башке у этой красивой куклы.

***

      Перед отъездом в Румынию Нетфликс собрали съемочную группу и весь каст сериала в просторном конференц-зале. Гомон, болтовня, улыбки, смех - люди знакомятся, рассматривают друг друга. Первое впечатление – самое правдивое. Дженна знает об этом, как никто, поэтому максимально расслабляется, жмет руки, обнимается с незнакомыми людьми. Каждому – доброе слово и улыбка, комплимент, минутка внимания. Это мелочь, но это то, что позволяет завоевать доверие и расположить к себе.       Рядом с ней сидит Эмма, светлое и милое существо, абсолютно потерянное и всему удивляющееся. Для нее это первые масштабные съемки и ее голубые распахнутые восторгом глаза вызывают у Дженны легкую ностальгию. Она сыграет лучшую подругу ее героини. Как в сериале, так и в жизни, они обе невероятно разные, это заметно даже не вооруженным глазом.       На сцену выходит исполнительный режиссер проекта Тим Бертон с поздравительной речью, и все затихают. Но торжественность момента обрывает резкий грохот двери, что, распахиваясь настежь, угодила ручкой в стену.       С полсотни пар глаз, как по команде, переводят взгляд на вошедшего: худощавый долговязый молодой человек неловко переминается с ноги на ногу, засунув руки в карманы и склонив голову чуть в бок. На лице ни капли сожаления или досады, дерзкая улыбка, ямочки на щеках, вызов во взгляде.       — Кто это? — Эмма смотрит, почти восхищаясь, и это вызывает в Дженне легкое отвращение. О, она знает кто это. Бертон лично представил их друг другу на одной из встреч и более мерзкого молодого человека еще стоит поискать.       — Перси, проходите уже, вы и так опоздали, — недовольно с первого ряда окликает его Альфред Гоф и парню приходится войти. Он не тушуется, идет медленно и уверенно, плюхается на второй ряд, недалеко от Ортеги, вытягивая длинные ноги в проход, и небрежно их скрещивает. Голову дергает вверх и устремляет взгляд на сцену, словно все его появление – это изначально спланированная акция, а не тупое неумение планировать свое время.       Вот же самовлюбленный позер. Как Бертон мог на самую романтичную роль сериала выбрать вот это недоразумение? Ей дали прочесть почти весь сценарий, в тот момент, как остальные актеры лишь ближе к съемкам получат по первой сцене и только. Режиссер решил, что она должна знать больше, потому что ей придется воплотить на экран главную героиню проекта, обещающего успех.       И первое, что ей бросилось в глаза – дурацкий любовный треугольник! Серьезно? Что может быть избитей этого?       На сцене что-то вещал мужчина, который, по сути, вручает им всем сейчас билет в большой мир кино. Одно дело сниматься в малобюджетках у режиссеров, имена которых знает только узкий круг их же знакомых и другое - у легенды кинематографа. Она согласна делать что угодно, даже работать с этим недоумком, что в момент речи главного режиссера ставит лайки каким-то телкам.       Дженна быстро отводит взгляд от парня и мысленно абстрагируется, вникая в выступление Бертона. Да, это будет самая сложная и необычная ее работа. Она уже месяц учится играть на виолончели, посещает уроки фехтования. Ей придется в первый раз так надолго уезжать от семьи и вообще жить вне дома около девяти месяцев. Но об этом уникальном опыте мечтают миллионы актеров и только ей удалось получить роль! Она возьмет от процесса все, что сможет. Сделает все в лучшем виде и наконец-то оставит позади кошмар отказов ей в ролях. За нее еще будут бороться лучшие режиссеры проклятого Голливуда!       Меньше всего Перси хотел опоздать, но в чертовом Лос-Анджелесе просто невозможно нормально припарковаться. Делать хорошую мину при плохой игре он умеет с детства, так что, войдя в зал и собрав на себя внимание всей съемочной группы, он натягивает на физиономию самый безмятежный вид, игнорируя колкий тон Гофа, и садится на первое попавшееся место.       Голова трещит после вчерашней пьянки, не стоило смешивать виски с коньяком, еще и придавливать это все травой. Но здравые мысли не всегда приходят вовремя.       Парень не особо слушает бубнеж на сцене, все, что Бертон хотел ему сказать, он сказал ему лично. Поздравительные речи созданы для тех, кто не получит от мэтра такого шанса. Перси лениво листает ленту соцсети, порой задерживая свое внимание на чем-то интересном. Он затылком чувствует, что на него смотрят. Такое неприятное ощущение, от которого горит лицо и чуть дыбятся волосы на загривке. Он оборачивается и бегло встречается с колючим неприветливым взглядом молодой девушки. Дженна тут же отводит глаза, делая вид, что максимально заинтересована речью режиссера. Гребанные пассатижи, где Бертон ее вообще отыскал?       Он хорошо помнил их первую встречу. На небольшой камерной тусовке, куда его и позвал главный режиссер, мужчина представил их друг другу по именам их персонажей в будущем сериале. Что ж, выглядела Ортега и вправду чуть мрачновато и грустно, тогда-то он и решил пошутить. Это стало фатальной ошибкой, видно с чувством юмора у барышни все плохо. Шутку она не оценила, зато пробежалась оценивающим взглядом по нему, не забыв прокомментировать его небрежность во внешнем виде и осудить любовь к алкоголю. Перси оставалось лишь ошалело хлопать глазами. Он никогда прежде с ней не пересекался и даже не слышал о ней, но гонору в девчонке было столько, словно она играла главные роли в фильмах как минимум Тарантино.       На телефон приходит сообщение от Джорджи – парня, с которым он тоже успел познакомиться на той же вечеринке. Они быстро сошлись характерами и это не могло не радовать. Ему однозначно понадобится друг, который не даст Перси в один прекрасный момент убить свою партнершу по сериалу. А что такой момент настанет, он ни капли не сомневался.       «Признайся, чувак, это был твой план – опоздать и обратить на себя внимание» — пишет новый товарищ, и Перси быстро набирает ответ: «Как ты догадался, чувак?». Настроение сразу же улучшается, здорово найти того, кто будет с тобой на одной волне.       После выступлений и поздравлений всех приглашают на кофе-брейк, после которого кто-то поедет домой, а кому-то предстоит получить свои первые задания от режиссера. Поэтому вся толпа снова принимается за активное общение – поездка намечена через два дня, а съемки начнутся через месяц. И за следующие тридцать дней им придется найти со всеми общий язык, научиться работать одной командой и проводить вместе очень много времени, чтобы работа над сериалом была слаженной и четкой. У них не так много времени на съемки такого масштаба.       Жаль, Перси не знает доподлинно, что его ждет в роли Ксавье Торпа, депрессивного художника, влюбленного в главную героиню сериала. Но уже и одного этого достаточно, чтоб хмуро свести брови на переносице. Играть в чувства глядя на это – он бросает быстрый взгляд на Дженну, мило беседующую с симпатичной шатенкой – будет непосильным трудом.       — Слушай, пойдем, поболтаем с ними, — Джорджи кивает в ту же сторону, куда минуту назад глядел сам Перси. — Нам пора налаживать связи. Чур, я беру на себя ту, с голубыми глазами.       — Э нет, чувак! Я ни за что не стану портить себе настроение общением с Ортегой, — кивает на брюнетку парень. — Не смотри на ее ангельскую внешность – за милой улыбкой кроется дьявол.       — Ты ее знаешь? — Фармер удивленно вскидывает брови. — О, точно! Это же она сыграет Аддамс! Черт, она ушла с той вечеринки раньше, чем я успел с ней познакомиться.       — Тебе повезло, — ладонью отводит порядком отросшие пряди от лица. — Так что, я пас.       — Да не гони, чувак! Нам с ними работать, — улыбается парень. — Пойдем, я сейчас все исправлю!       В этом Перси точно сомневается. Вообще парадоксально, как в такой на первый взгляд милой коротышке, кроется сложный тяжелый характер. Он, после того неудачного знакомства, не поленился и перешерстил интернет в поисках информации о ней. Перси уверен, своего врага нужно знать в лицо. Но ничего стоящего не обнаружил, кроме пары заурядных сериалов и эпизодических ролей, низкосортного ужастика ну и комедии, которую он даже не включал. Ему и самому не было пока чем похвастать, поэтому парень и не понимал, откуда у нее такая корона на голове. А! Она же еще написала книгу! Срань господня, какая же она зануда!       Но стоит отдать должное Бертону, каким-то чудным образом он попал с ее внешностью в саму цель. Если не знать о дрянном характере, девушка обладала кукольным обликом – вся стройная, ладненькая, с большими карими глазами, пухлыми губами, россыпью веснушек, обворожительной улыбкой, бонусом к которой шли стройные ноги и крепкая задница. Ну и хрупкая миниатюрность – это его слабость.       Тут на ум пришла его бывшая и настроение совсем испортилось. Он хорошо помнил, чем закончилась их поездка с Кэтти в Италию. К списку бывших добавилась еще одна девушка, которая предложила остаться друзьями. Что ж, это будет несложно. Она хорошая девчонка, дружить ему с ней понравится больше, чем встречаться. Перси до сих пор сам не понимает, как тогда вляпался во все это дерьмо с отношениями еще и на площадке. Сколько раз зарекался и все по новой. К счастью, они почти закончили работать с ней над сериалом, да и количество проведенного вместе времени сократилось.       — Ты чего завис? — в плечо прилетает ощутимый тумак от товарища. — Идешь?       Идея наладить контакты – прекрасна, если этот контакт не Дженна Ортега. Но Перси сдается на уговоры Джорджи и неторопливо плетется за ним к группе девчонок, к которым подошли еще две с экзотической внешностью.       Джорджи заводит неторопливую приятную беседу, представляется сам, представляет его, болтает о каких-то глупостях и шутит. Перси отделывается от беседы парой колких фраз в тему и замыкается, ловя на себе неприветливый взгляд Дженны. Ее усилие держать на губах улыбку в его присутствии, кажется, замечают все, а возможно он сам себе это нафантазировал. Но ему неуютно. Он переключает внимание на Джой – девушка громкая, яркая, даже если ей неловко от беседы с незнакомцами, она этого не показывает.       — Вы уже знаете, как мы будем жить? — задает вопрос Эмма. — Меня просто съедает любопытство!       — Не знаю, вроде кто-то говорил, что всех расселят рядом, — быстро поднимает и опускает плечи Фармер. — Но я на той вечеринке столько выпил, что, возможно, это мне приснилось!       — Не только ты, — в тоне Ортеги щедрая горсть осуждения.       Парень смыкает зубы. Сучка. Ну вот где таких делают, а? Это камень в его огород, он точно уверен. Зря она его цепляет.       — Ты тоже? — перехватывает реплику Перси. — Странно, я бы такое о тебе не подумал. Бог не против алкоголя?       Она растягивает губы в неискренней улыбке, прожигая его насквозь тяжелым взглядом карих глаз. Это хлесткий удар неспроста. Ему не нужно знать ничего о ее вере, но на ней написано, что она ходит по воскресеньям в церковь и исповедуется по три раза в неделю. Еще бы, шестеро детей в семье! Ее родители явно противники абортов. Перси не первый раз встречаются заядлые католички. До изжоги правильные и праведные. Как же приятно спускать их с небес на землю.       — Ты мне скажи! — она складывает руки на груди.       — Я атеист, — зеркалит ее жест. — Моя религия: живи красиво - умри молодым.       — Видимо ты невероятно целеустремленный человек, — дергает бровью девушка.       — О, ты даже не представляешь, насколько, — ухмыляется, чуть прищурив глаза.       — Эм… — в беседу пытается вклиниться Джорджи. Напряжение, которое создается между Перси и Дженой можно потрогать руками, оно искрится и колется. Это чувствуют все ребята, и становится по-настоящему неуютно. — Ребят, по-моему, эта дама идет по наши души.       Да, к ним и вправду приближается помощница режиссера, миловидная брюнетка средних лет Джованна Блер. Ее мысленно благодарит вся компания, пока Перси окидывает Дженну в последний раз изучающим долгим взглядом. Это от нее не укрывается, девушка отвечает тем же. Со стороны это выглядит должно быть странно. Фармер наблюдает за этими двумя, едва удерживаясь от пошлой шутки. Да, им однозначно всем будет весело на съемках.       — Народ, буквально пару минут вашего внимания и вы пойдете собирать чемоданы, —Джованна улыбается широко и искренне. — Пойдемте, вас ждут.       В небольшой комнате часть основного каста - в основном, это молодые актеры, уже без съемочной группы, рассаживаются на неудобные складные стулья и получают на руки планы своего ближайшего будущего. Перси читает список из того, чему ему придется научиться и искренне не понимает, зачем? Рисование, гребля, стрельба из лука, танцы, фехтование. Что это за кружок бой-скаутов? С каких пор отменили дублеров?       — Первое, что я вам хочу донести, — Альфред серьезен и собран. — Это будет не развлекательное путешествие с экскурсиями в другую страну. У нас очень много работы. Настраивайтесь заранее, вам придется вставать в шесть утра и приступать ко всем тренировкам, что указаны у вас в плане. А с началом съемки вам придется еще все это совмещать.       — Альфред, ты убиваешь все веселье своими словами, — Тим Бертон сдержанно улыбается. — Мы не снимаем психологическую драму, мне не нужны замученные актеры. Вас всех, ребят, ждет на самом деле очень интересный процесс, в котором каждый откроет для себя самого себя с новой стороны. Да, иногда будет очень сложно, но раз вы прошли кастинг и получили роль – я в вас поверил. Это точно вам под силу. Есть ли у вас какие-то вопросы?       — Что делать с греблей, если я не умею плавать? — скромно спрашивает Наоми. — Я обязана научиться?       — Мы что-нибудь обязательно придумаем. Многие ваши коллеги не умеют делать то, с чем великолепно справляются их выдуманные персонажи. Вот Дженна, например, уже месяц осваивает виолончель.       Все смотрят на Отрегу и она искренне смущается. Пожалуй, эта первая настоящая эмоция, которую подмечает Перси. Не такая она уж и уверенная в себе, как хочет казаться.       — Так что, запасайтесь терпением и главное – оставьте вашу неприязнь дома. Мне нужна команда дружных молодых людей, которые если не станут лучшими друзьями, то хотя бы будут надежными товарищами, хорошо?       Народ оживленно кивает. Видеть на расстоянии вытянутой руки известного режиссера Голливуда – это уже вызывает шок, а слышать его обращение к себе, видеть его расположенность и добродушие – невероятная удача.       — Я не смею вас задерживать, коллеги, — он улыбается, отчего его лицо приобретает трогательный вид. Мужчина берет в руки протянутый помощницей листок и опускает на глаза с макушки очки. — Эмма, Дженна, Перси, Хантер – останьтесь еще на пару слов. Всем остальным – увидимся уже в Румынии!       Народ удаляется, оставив в комнате перечисленных актеров.       — Перед вами будет стоять непростая задача, — режиссер опирается поясницей о стол, скрещивая ноги. — Я вышлю вам на почту заранее первые эпизоды, которые мы снимем. Но никто кроме вас не должен знать о сюжете. Это убережет нас от лишней утечки информации и вопросов, которые никому не нужны. Эмме придется играть лучшую подругу, было бы здорово, если бы вы побольше общались и в реальной жизни, девочки. А вам, парни, суждено стать теми, кто покажет, насколько юная мисс Аддамс привлекательна.       — Что? — Хантер, похоже, ожидал чего-то иного, когда на пробах ему говорили, что основные сцены у него будут с главной героиней сериала.       — Любовный треугольник? — до Перси все доходит быстрее. — Серьезно? Но ведь Аддамс даже по фильмам максимально нелюдима и холодна. Это же самое настоящее безэмоциональное бревно, как в нее можно влюбиться?       Фразу «безэмоциональное бревно» по-видимому Дженна принимает близко к своему сердцу, потому что с девичьего лица слетает маска приветливости, а на ее место возводится чистая и живая злость.       — Это ты по сериалу полное бревно! — коротко комментирует, не сводя с него тяжелого взгляда. — Хотя, может, и не только по сериалу.       — Я готов доказать тебе обратное, хоть сейчас, — он парирует сразу же, чувствуя раздражение. — Проверим, кто из нас большее бревно?       — Так, народ, а ну прекратите! — Альфред переводит встревоженный взгляд с них на Бертона. — Что за глупая перепалка?       — Да, ты прав, это будет любовный треугольник, — Тим никак не среагировал на конфликт двух людей. — Мы как раз-таки и покажем, что в моей вселенной Уэнсдей – живая и настоящая, а вся ее холодность – это просто образ, желание подростка оградиться от реальности. Я напомню, сериал для подростков.       Перси не хочется вообще как-то взаимодействовать с этой выскочкой, а тут еще нужно будет что, ревновать ее? Дурацкая идея.       — Есть шанс, что сюжет будет переписываться? — Дженна складывает руки на груди.       — А что тебе не нравится, звезда моя? — Бертон обращает на нее все внимание, мило улыбаясь. Это явно сбивает с девушки всю спесь и смущает.       — Просто любовный треугольник весьма заезженная тема и я…       — Мисс Отрега, вы будете меня учить создавать сериалы? — в разговор вклинивается Гоф. — Я не понимаю, почему актриса вдруг решила, что может иметь какое-то влияние на сюжет? У вас будет сценарий, и ваша задача ему следовать.       — Альфред, ну ты чего? — его снова осаждает Бертон. — Дженна, милая, мы все обсудим во время съемочного процесса. Возможно действительно, какие-то сцены уберем, что-то добавим. Но тебе придется ужиться с мыслью, что эти два парня твои основные партнеры на время всего сериала.       Девушка в ответ лишь сдержанно кивает. Она зла. Ладно Хантер, но черт подери, как играть в любовь с этим недоумком, который обозвал ее бревном?       — Давайте так, — главный исполнительный продюсер и режиссер глубоко выдыхает. — Я открыт к конструктивному обсуждению ваших персонажей. Но основная канва сюжета останется неизменной. Есть страдающий от неразделенной любви талантливый художник, есть влюбленный бариста, сын главного шерифа, и есть Уэнсдей Аддамс, которой сложно с этим всем определиться. Вот это мы не сможем изменить. Все остальное – ваша фантазия! Привнесите в своих персонажей что-то свое и тогда образы на экране будут живыми и вам поверят. Это ваша главная задача - чтобы зритель вам верил. А теперь вперед собирать чемоданы, учиться новому и поменьше ссор, ребята. Они только усложняют творческий процесс.       Дженна уходит первой. Она всем снова улыбается, мило прощается, словно это не она две минуты назад была готова придушить Перси своими крохотными ручонками. Перси на выходе ловит Бертон, ощутимо впиваясь длинными крючковатыми пальцами в предплечье и горячо шепча на ухо:       — Не стану давать тебе советов, парень. Но… Ее корона – это напускное. Она проще, чем хочет казаться, — и два уверенных хлопка по плечу.       Перси не хочет знать, какая она настоящая. Обычно его попытки сблизиться со своими партнершами по съемкам заканчивались одинаково – либо одноразовым сексом и неловкостью до конца рабочего процесса, либо дурацкими отношениями, которые тоже неизбежно заканчивались. Ему не хотелось от нее ни того, ни другого. Простой перепихон чреват скандалом, а заводить с ней нечто большее – легче сразу удавиться. Но и кидаться друг на друга - плохая идея. Нужно как-то наладить приятельские отношения. У всех других ведь это вышло. Отчего у нее к нему какое-то предвзятое отношение?       Дженна всю дорогу до дома молчит. Ее не трогает агент, а охранник и вовсе никогда не лезет с расспросами. Почему ее так задевает этот парень? Что в нем ее бесит? Его бравада? Наглость? Простота? Дерзость во взгляде? Что? Почему ей хочется спрятаться от его изучающих глаз? Да ничего из этого. Он просто нахальный среднестатистический актеришка, которой считает, что знает, как жить эту жизнь. Что ж, ей явно придется пересилить себя, чтоб наладить с ним маломальский контакт, ибо никому не понравиться на площадке, если они будут бросаться друг на друга со склоками. Ничего, и не с такими находила общий язык. В конце концов – это ее работа и она не даст никому испортить такой важный и ценный опыт.       Странное дело, но, несмотря на ее приветливость и улыбчивость, особо вступать с ней в дружеские отношения никто не спешит. Не то, чтобы это ее заботило сильно, все еще впереди. К тому же, ее методы работы на площадке точно не всем актерам придутся по вкусу, стоит просто очертить для себя небольшой круг знакомств, с кем она будет общаться во время жизни в другой стране. Так ей посоветовала мама, а она лучше разбирается в людях, нежели Дженна.       Ортега честно посмотрела хотя бы по одному фильму с участием актеров будущего сериала, чтоб оценить уровень их мастерства. Стоит отдать должное Хайнс Уайту, он один из немногих молодых актеров в касте может похвастаться приличной фильмографией. Она долго думала, почему их знакомство пошло по какой-то кривой непонимания и пришла к выводу – проблема в том, что они слишком разные. У нее четкие планы на жизнь, свои моральные устои и принципы, в то время как у Перси, на первый взгляд, вообще никаких принципов нет. Не говоря уже о морали. Маме хватило одного взгляда на его фото, чтобы сразу же недовольно поджать губы и предупредить ее об этом парне: «Держись от него подальше, дорогая. От таких, как он – одни проблемы». Что ж, предупреждение не безосновательно.       Натали очень долго не выпускает ее из объятий перед самолетом. Маме сложно свыкнуться с мыслью, что Дженна будет так далеко. Хорошо, что к ней чуть позже приедет Энрике - будет не так одиноко, да и родителям спокойнее.       — Мам, я опоздаю. Уже объявили регистрацию! — она уворачивается от очередного объятия. — Я все запомнила! Мне ведь не пять лет!       — Мне было спокойнее, когда тебе исполнилось как раз пять, сейчас тревог однозначно больше, — женщина утирает непрошеную слезу. — Мы договорились! Я жду от тебя звонок по приезде и прошу, поспи в самолете! Ты так вымотана этими своими съемками!       Да, поспать – очень хорошая идея. Она едва успела перекусить перед полетом и до этого не спала почти два дня – нужно было подогнать все свои дела перед отлетом в другую страну. Что она чувствует сейчас, пристегивая ремень безопасности? Страх. Не перелета, нет. К ним она привыкла. Ей страшно от неизвестности. Работать и жить с абсолютно незнакомыми людьми – это всегда испытание. Тем более, она в курсе своего характера. Родная мать не раз говорила ей, что она бывает тяжелой и невыносимой. Вряд ли кому-то такое придется по вкусу.       Она отвлекается от мыслей, когда на пустеющее рядом с ней сидение пытается усесться тот, кого Дженна хотела бы видеть меньше всего. Какого черта? Он разве не из своей любимой Канады должен был вылетать в Румынию? Хотя чего она ждала после своего фееричного выступления перед Бертоном? Наверняка ему не понравилась та их перепалка. Билет ей передали курьером, всеми организационными вопросами занимался Нетфликс. Видимо кто-то посчитал, что четырнадцать часов полета с пересадкой в компании Перси Хайнс Уайта должны сделать их если не друзьями до гроба, то хотя бы приятелями.       — Прости, но это мое место, — он поднимает с пустующего кресла ее небольшую сумку, ставя ей на колени, и сам пытается уместить непослушное долговязое тело в тесное пространство салона самолета. Да уж, Нетфликс мог бы расщедриться и на первый класс.       — Тебе не за что извиняться, — она отворачивается к иллюминатору и включает музыку в наушниках. Старый джаз приятно расслабляет голову, ограждая ее от мира. Дженна прикрывает глаза, игнорируя инструктаж стюардессы. Она летала столько раз, что сама кому хочешь расскажет, что нужно делать в случае авиакатастрофы и в каком направлении находятся эвакуационные выходы.       Она чувствует, как неприятно поджимаются внутренние органы при взлете и цепляется пальцами в подлокотник, активнее грызя чертову карамель, чтобы не заложило уши. Господи, почему к полетам не вырабатывается иммунитет, как к ветряной оспе, например? Раз пережил взлет-посадку и все, больше никаких неприятных ощущений. Девушка бросает косой взгляд в сторону попутчика. Перси кажется максимально расслабленным, спокойным. Ей даже завидно по этому поводу.       Дженна вновь отворачивается к иллюминатору, выдергивает из ушей наушники, делает пару глубоких вдохов и выдохов, а потом вздрагивает от неожиданности, когда ее руки касается горячая мужская ладонь. Она отдергивает свою ладошку, чуть сдвигаясь в сторону, чем вызывает у парня удивление.       — Понял, без рук, — он выставляет ладони вперед, словно демонстрируя свою безоружность. На его лице улыбка, тонущая в озорных ямочках на щеках. — Прости. Как насчнет послушать нормальную музыку?       Она плохо соображает, что от нее хотят. В ушах противно звенит от перепада давления. Парень протягивает ей свой наушник, и она глупо моргает, переводя взгляд с него на девайс.       — Наушник вставляют в ухо, ты точно должна об этом знать, — ему ситуация однозначно кажется забавной. Ей бы ответить что-то колкое, на ум ничего не идет. Она берет предложенный наушник и затыкает им себе одно ухо. Тут же включается умеренно громкая музыка, она не знает исполнителя, но звучит вполне сносно и даже неплохо. Хотя честно, Ортега была уверена, что сейчас ее будут поражать чем-то вроде убогого репа или тяжелого рока. Но она ошиблась.       — Это Bonzo Dog Doo Dah Band, — замечая ее интерес, отвечает на незаданный вопрос Перси. — Британская группа, мне Джорджи сбросил пару треков. Прикольно, да?       Дженна закрывает глаза, позволяя музыке себя поглотить, и отстраняется от мыслей. Он по-прежнему ее напрягает. Есть в этом парне что-то, вызывающее в ней острое неприятие его, как личности. Какая-то червоточинка, заноза, что-то ей непонятное, но не дающее покоя. И ей придется с этим разобраться до съемок – ведь нельзя повторять ситуацию на мероприятии Нетфликса. Она выставляет себя как неуравновешенная скандалистка, а режиссеры такое не любят. Так что, придется закусить удила и сделать вид, что не так сильно уж он ее и бесит. Задача не из легких, но она справится.       Самолет чуть встряхивает, и Дженна распахивает глаза. Музыка в наушнике плавно сменяется новым треком. Она переводит взгляд на парня, сидящего к ней так близко. Тот машет в такт головой, закусив губу и прикрыв глаза. Светлые пряди отросших почти до плеч волос шевелятся в такт размеренным движениям, длинные пальцы выстукивают ритм на его ноге. Девушка впервые задумывается о том, что, возможно, в тот злополучный вечер считала его слишком поверхностно. Что если он просто тоже носит маску, как и она? Только ее роль в обществе - это образованная приветливая и до ужаса милая особа, а у него – противоположная, отталкивающая, желающая отсеять ненужных людей.       А потом до нее доходит, что она не просто думает о нем, а какое-то время в наглую его рассматривает. И это ее смущает еще больше. Какого черта она на него пялится? Девушка снова порывисто отворачивается к иллюминатору, чувствуя, как горят ее щеки. Это все от недосыпа и только.       Перси занимают мысли о своей соседке, угрюмо уткнувшейся в иллюминатор. Что он о ней знает, что так быстро сложил свое впечатление? Да, по сути, ничего. Слова Бертона долго кружили в его голове, и он попытался отстраниться от первого обманчивого впечатления. Возможно, узнай он ее немного лучше, им и общаться станет легче. К тому же, первый тест на музыкальный вкус она сдала на отлично. А схожие предпочтения в музыке – это ли не повод для дружбы?