Леди-альфа

      Ярмарка крикливо и ярко влекла внимание, кипела лоскутным морем. Две дворцовые парочки, Джин с Кантоллой и Шуга с Хосоком, не спеша прогуливались вдоль рядов. Джин и Кантолла были поглощёны выбором подарка одному из младших к окончанию линьки, зато близнецы так и зыркали по сторонам. Шпионы — они и на отдыхе шпионы, а уж все сплетни, новости и непонятности нигде лучше, чем на ярмарке, и не сыскать.       Кантолла на пальцах, не стесняясь, объясняла Джину разницу между настоящими и поддельными безделушками-редкостями. Торговцы такому повороту не то, чтобы были рады — гоняли их от прилавков, никак не опознав в простецкой одежде.       Позади раздался гудок, требуя уступить дорогу. Шуга оглянулся, поморщился. Прямо за ними по широкому торговому ряду плыла Импала Шевроле с посольскими номерами, раздвигая людское море дипломатической неприкосновенностью и игнорируя недовольный гомон вслед. Их четверых вжало толпой в прилавок, парни машинально окружили Кантоллу, взяли в кольцо — хотя бывшая воровка была последней, кого вероятные враги могли сделать мишенью в этой толчее.       — Офигели в край, — проворчал Хосок, силясь разглядеть пассажиров сквозь затемнённые окна. — Хрен с ней, с неприкосновенностью, но совесть-то иметь тоже надо!       — Это ж арроганцы, у них совесть в доле с высокомерием. Вон, закрылись намертво, хоть бы нос высунули извиниться, — прицокнул языком Шуга.       — Может, течка у кого или гон? — предположила Кантолла.       — Так нефиг тогда по ярмаркам шататься, сиди себе с партнёром в спальне и не отсвечивай, — возразил Хосок. Кантолла хмыкнула, оглядываясь назад. Продавец был заодно с толпой и возмущался вслед медленно отъезжающему экипажу. Рука бывшей воровки неуловимо скользнула по деревянным доскам прилавка, подцепила редкую глубинную ракушку и смазанным движением сунула в карман.       — С блокадой и закупорившись — почему бы и нет? — заметила она. — Таких ярмарок в княжестве, небось, вообще не бывает. Она даже в Королевстве всего раз в год.       — А Луна — два. Перетерпели б как-нибудь, наши и так их недолюбливают, — наставительно заявил Джин и запустил руку в карман Кантоллы. Демонстративно вытащил кошелёк девушки, вложил ей в ладонь и кивнул на продавца, неуступчиво сдвинув брови. Кантолла сморщила нос, но за ракушку заплатила.       А Джин поднял голову и потянул густой, насыщенный ароматами со всех концов материка воздух, включая волчье обоняние. Импала ни струйки чужого запаха не выпустила наружу, и он не мог угадать пассажиров. Старший принц и наследник Королевства с большинством послов был знаком лично, с арроганским пресс-секретарём вообще водил близкую дружбу, и сейчас жутко хотел знать, кто позволил себе вот так разъезжать. Арроганцы — заносчивые, гордые, высокомерные, о смирении знали только понаслышке, но послы, в силу профессии, старались не отсвечивать, а Джину информации про новичков из посольства пока не поступало. Судя по озадаченным лицам близнецов-шпионов, те тоже были не в курсе происходящего.       Импала проехала, людское море затянуло широкую прореху за экипажем. Близнецы залипли всё-таки на один из прилавков, углядев там одноатомные сюрикены. Кантолла с Джином приценивались к любимому младшими морскому крыжовнику.       Они и не заметили, как впереди, уже скрытая ярмарочным людом, Импала вдруг притормозила. Одно из окон приоткрылось, и оттуда торговцу прилетел вопрос. Водитель получил ответ, закрыл окно и вывернул на проезжую часть. Импала стремительно набирала скорость, унося пассажиров в сторону посольства.       Да только волна запаха вырвалась из экипажа наружу и, рассеиваясь всё больше в обильных ярмарочных ароматах, дошла всё же до носа Хосока.       — Блять! — выругался парень с такими рычащими нотами, что вокруг него мигом образовалось свободное пространство. Народ поспешно расступался от взвившегося парня в простецкой одежде — с оборотнями шутки плохи. — Бро!       — Мм? — Шуга сначала глазами попытался найти грядущий пиздец, но Хосок схватил его за шкерятник, приподнял в воздух, будто это могло помочь в ловле исчезающего аромата. Шуга, впрочем, понял, чего хочет брат и тоже сильно и глубоко вдохнул.       — Хёёёооон! — заорали оба, и Джин с другого конца ряда поднял голову, включая волчье обоняние снова. Увидел замерших на свободном пятачке близнецов, высоко задравших носы, и тут же рванул к ним. Чтобы они там не уловили, но нюх у кошек слабее волчьего в разы, и без его оборотневого носа тут точно не обойтись.       — Блять! — рыкнул Джин так, что пустота вокруг принцев стала ещё просторнее. Мало того, их узнали, и Кантолла замерла на самом краю людского круга, не зная, куда кидаться: то ли к ним на помощь, рискуя тоже быть узнанной, то ли остаться на месте. Шуга оглянулся, поймал её взгляд и еле заметно качнул головой — стой, не дёргайся. Кантолла мигом вспомнила вбитые с детства навыки и слилась с толпой, изобразив из себя зеваку.       — Арроганцы! — Джин снизил голос так, что выплюнутое слово прочитать по губам могли только братья. Он оглянулся на девушку, и Кантолла понятливо только кивнула — валите, мол. Будь вместо неё Тоника или Миэль, Джин бы в жизни не ввязался в гонку, но за бывшую воровку принц был спокоен. И рванул следом за Импалой — плавным движением уже на бегу влился в волчий облик, ловко ныряя между прохожими. Те, впрочем, издали заприметив благородный серый, отливающий голубым, цвет монаршей шерсти, убирались с дороги сами. Хосок перевоплотился, взлетел рыжей молнией на крышу ларька, и понёсся длинными упругими прыжками почти по воздуху, едва касаясь лапами опорных столбов.       Шуга закатил глаза. В этой толпени только тигра и не хватало с его-то весом и ростом. Добежал до проезжей части сам, матюками и уже не прячась, освобождая себе дорогу. В скорости от ягуара с волком он отстал, зато мигом поймал на шоссе наёмный экипаж — и тот, повинуясь блеснувшему из-под куртки знаку короны, рванул следом за Импалой, быстро нагнав братьев.       Аррогана Королевству стояла костью поперёк горла. Фактически — в прямом смысле этого слова. Маленькое княжество (в три раза меньше Королевства) привольно раскинулось в горах, отделяющих Королевство от их собственных Островов, и за переход через единственный перевал требовало приличную годовую пошлину. Будь правители Арроганы поглупее, они бы так за счёт этой пошлины и жили, но та являлась всего лишь малой частью казны. А большой — добываемые из шахт металлы, да воины-наёмники, что своими навыками славились на весь континент. Вот из-за арроганских бойцов и сложностей войны в горах, где ирбисы, основная составляющая населения, были действительно дома и знали каждый уголок, Королевство, стиснув зубы, платило, но завоевать княжество не пыталось.       Горный народ был гордым и непокорным, с ледяным презрением наблюдая за окружающими. А Джину, как посреднику многих дипломатических встреч, ещё и казалось, что ирбисы-оборотни с тайным злорадством делают многие вещи назло, с кошачьей ловкостью заметая следы. Например, посреди изящных построек столицы отгрохав посольство, будто навалив кучу необработанных камней, с залами и кабинетами наподобие родных пещер, тесными и давящими. Привычным к просторам волкам было там жуть как неуютно. Там только Намджун с Чонгуком нормально тусоваться и могли, этим двум демонам что пещеры, что просторы — один хрен. А Джину вечно воздуха не хватало и хотелось убраться побыстрее.       Вот и сейчас он тихо и недовольно шипел сквозь зубы, глядя, как Импала с таким нужным близнецам запахом скрывается за воротами посольства Арроганы.       — И чего, так туда и вломимся? — озадаченно спросил Хосок. Джин оглядел их обоих. Заколдованные браслеты, не спадающие ни с человеческой кисти, ни со звериной лапы, обрядили братьев при смене ипостаси в стандартную форму дворцовой стражи, позволяя не сверкать голым задом при всём честном народе, и магически переместив всё, что на них было, во дворец. К сожалению, ко «всему» относились и документы с украшениями, в том числе и дипломатический значок Джина. Впрочем, Джин был уверен, что ирбисы их и так опознают, и если не пустят, то исключительно из вредности.       — Хён, а ты уверен, что это вообще наш суженый?       — На восемьдесят пять процентов.       — Ты в прошлый раз давал восемьдесят восемь, вот только это оказалась старушка и рыбный прилавок рядом, — Джин метнул на появившегося из такси Юнги такой недовольный взгляд, что дырку мог бы прожечь, но тигр только насмешливо искривил губы. — Арроганское посольство не торговый прилавок, чтобы туда вломиться и наделать шороху…       — А чёб и нет, если да? — мигом завёлся старший и решительно направился к воротам. Шуга покачал головой и двинулся за ним.       — То есть, мы всё-таки опять за ним во что-то ввяжемся? — со вздохом спросил Хосок, следуя за братом.       — А если это действительно наша суженая? Она может оказаться всего лишь гостем посольства и проездом, а потом ни разу не появиться в Королевстве. Я не хочу упускать этот шанс.       Джин близнецов ждать не стал — обернулся снова волком, за пару прыжков преодолел площадь, и запрыгнул на кучу камней забора, с широкой площадкой наверху, прямо под которой находились ворота. Покрутился вокруг статуи Ирбиса Первого с таким видом, будто лапу на неё намеревался задрать, и спрыгнул вниз уже с той стороны, наверняка вызвав переполох не только среди охранников на стенах, но и внутри посольства.       — Ну дебил, ну, — вздохнул Шуга, стучась кулаком в узкую калитку для персонала рядом с парадным входом. Не открывали им долго, а когда всё же открыли, без слов и вопросов пропуская внутрь, то глазам предстала чудная картина. Пресс-секретарь посольства тащил за ухо здоровенного волка, который, впрочем, сопротивлялся только для вида, волчьими фырками обозначая откровенный хохот.       — Ну дебил же, ну! — орал на Джина Кен, давний друг и собутыльник. — А если бы мы стрелять начали? Вот ты не можешь по-человечески, да? Выйди и зайди нормально!       — Модельной походкой? — проскулил сквозь смех Джин, наконец-то выворачиваясь из цепкой руки и снова меняя ипостась.       Кен с размаху впечатал ладонь в лицо, качая головой. Кивком обозначил приветствие Шуге с Хосоком и упёрся разгневанным взглядом в горе-налётчика.       — Бухать не пойду, и не проси, я ещё после прошлого раза не отошёл! И вообще я на тебя ещё с прошлого раза злой, поэтому…       — Поэтому я этот цирк и устроил, хрен бы ты меня впустил, — перебил его Джин, отряхиваясь и морща нос, старательно принюхиваясь. — Но я по другому делу вообще-то. У вас тут наша суженая не завалялась?       Кен с подозрением уставился на Джина, а потом острым взглядом окинул близнецов. И тут же загородился руками, устраивая клоунаду, к стрёмной позе прибавив визг:       — Это не я! Я занятый!       — Это не ты, хоть ты и не занятый, — Джин мигом пережал Кену шею, притянув к себе и потрепав кулаком по макушке. Кажется, оружие охраны, направленное на них со всех сторон, его ни грамма не смущало. — Это кто-то из Импалы, которая только что въехала в ворота.       Кен замер.       — Отпусти! — тут же потребовал он совершенно другим тоном, разогнулся и отошёл на шаг. Изменился молодой ирбис разом, из дурашливого парня превращаясь в очень почему-то напряжённого пресс-секретаря.       — За последние пять минут сюда вернулась только одна машина, — сухо поведал он. — И в ней только один человек, которого вы не знаете, Ваше Высочество.       — И кто же? — Джин с растерянностью справился быстро, следом невольно выпрямляясь, подтягиваясь и голос делая строгим.       В сухом официальном голосе Кена проскользнули почти неслышные нотки растерянности:       — Дипломатический пиздец!