Королева драконов

Такемичи знала, что этот день настанет. Она знала, что с тех пор, как она разобралась во всей этой истории с путешествиями во времени, это не делает эту мысль легкой. Впервые она заметила, что что-то не так, когда её глупые мальчики перестали проводить с ней столько времени, как раньше. Сначала она подумала, что это странно, но у неё появились другие друзья, и ей тоже приходилось проводить с ними время, так что она не придала этому большого значения. Но потом отговорки стали странными и более частыми, и Такемичи начал беспокоиться. Каждый раз, когда она встречалась со своими новыми друзьями, её мальчики время от времени писали ей смс, просто чтобы узнать, все ли с ней в порядке. Она понимала это. Они волновались, всё в порядке. Но сообщения обрывались слишком резко, и они все время так обрывались. Что-то было явно не так, и она выяснит, что именно. «Что гложет тебя заживо, Мичи?» О, точно. Кадзутора вернулся. Ей было интересно, почему он так долго отсутствовал. Он сел позади неё, его ноги были рядом с ее ногами, его руки обхватили её торс в объятии. Ей это нравилось. Подумала она, прижимаясь спиной к его груди, ее руки касались его рук. Они знают друг друга всего три недели, но кажется, что они были друзьями всю свою жизнь. С Кадзуторой было так легко находиться рядом, и он был очень тактичным человеком, очень похожим на неё саму. Таким образом, объятия, домашние животные и прикосновения стали для них очень легко естественными. Черт возьми, иногда они ходят в разные места, держась за руки, и даже не замечают, что у них внутри становится тепло. «Мои мальчики что-то скрывают от меня. Что — то плохое, Тора — тян.» «Почему ты так думаешь?» «Они избегают меня, я знаю, что это так, и каждый раз приводят всё более глупые причины. Они так устали в последнее время, к тому же им грустно, я это чувствую. Даже не пытайся сказать, что я сумасшедшая, я знаю, что я видела». «Ты очень хорошо знаешь, что единственный раз, когда я усомнился в твоём суждении, это когда ты решила подружиться со мной. В остальном ты кажешься вполне вменяемой.» — Сказал мальчик, удобно положив подбородок ей на голову. «Я все еще не понимаю, что такого плохого в дружбе с парнем, который тратит час и все свои игровые фишки, чтобы купить случайной девушке плюшевого дракона, просто чтобы сделать её счастливой». «Ты выглядела такой грустной, я не мог просто пустить тебя туда. Красивые голубые глаза, полные слез.» Теперь он заставлял её краснеть. Будь проклят он и его способность видеть её насквозь. «Ты знаешь меня насквозь. У Тора — тян доброе сердце.» «Я нехороший человек, Мичи». «И все же ты остановился, чтобы заставить незнакомца улыбнуться». Он немного рассмеялся и крепче обнял меня, возвращая своё внимание к фильму. Такемичи тоже вернулась к просмотру телевизора. Завтра она вернется к расследованию, она выяснит, что не так, и она это исправит. Но сейчас ей было тепло и безопасно в объятиях Кадзуторы, так что она могла немного расслабиться. Её предчувствие оказалось верным, потому что уже на следующий день она узнала, что происходит с ее мальчиками. «Они снова бросили меня», — с горечью подумала она. Аккун сказал, что они не смогут пойти с ней домой, потому что они занимались важными преступными делами. Как будто они действительно преступники. Её мальчикам, конечно, нравится одеваться для показухи, но они не стали бы вступать в настоящую банду, она знает, что на самом деле они этого не хотят. Так что это ещё одно глупое оправдание, чтобы заставить её не следовать за ними, и это сводит её с ума. Она шла в ванную, чтобы умыться в попытке успокоиться. Ей нужно было подумать, и горячая голова ей не помогла бы. Девочка проходила мимо одного из классов для детей постарше, дверь в который была слегка приоткрыта, когда услышала. «Эй, ты пойдешь сегодня на бойцовский ринг в задней части школы?» Это заставило Такемичи немедленно остановиться. Боевой ринг? «Не знаю. Слышал, что парень, который дрался сегодня, был чертовски слаб. Какой-то мусор из средней школы.» Нет. Этого не может быть. Они бы не стали ввязываться во что-то настолько глупое. «Да. Но это легкие деньги, другой парень намного сильнее его. Кроме того, держу пари, это будет кровавая баня, не хочу пропустить шоу. Еще раз, как зовут этого беднягу?» Нет. нет. нет. «Такая или что-то в этом роде». Такуя. Её Такуя собираются избить, а он не умеет драться. Честно говоря, никто из них не умеет, но у него это особенно плохо получается. Это было, когда что-то щелкнуло. Был уже июнь, Такуя умер в июне. Он умер теплым летним днем, перед фестивалем, на который они должны были пойти вместе. Он умер внезапно и слишком молодым. Его тело поместили в слишком маленький ящик и держали закрытым, потому что кто-то сильно ранил его, и он был изуродован. И тут её осенило. Такуя был забит до смерти. Её маленький, добросердечный Такуя был забит до смерти кем-то большим и более сильным, чем он, перед аудиторией, и никто ничего не сделал. Она парамедик, её вызывали в подобных ситуациях, она точно знает, как выглядят эти жертвы, и от одного представления о своём друге в таком виде её тошнит. НЕТ! ОНА НЕ ПОЗВОЛИТ ЭТОМУ СЛУЧИТЬСЯ! Такемичи открыла эту дверь пинком, до чёртиков напугав двух парней внутри, но ей было наплевать. Брюнетка схватила одного из них за рубашку, чтобы подтащить его ближе, она, должно быть, была пугающей, потому что эти двое определенно выглядели напуганными. «Где находится этот бойцовский ринг?» Ацуши был обеспокоен. Такемичи подозревал их. Они знали, что она видит их глупые оправдания насквозь и начинает грустить. Они, блядь, хорошо знали. Но что они должны были сказать? Что их избили настоящие преступники, и теперь они рабы этих скотов? Что их заставляют драться на этом дурацком бойцовском ринге и большую часть времени их избивают? Нет. Они могли бы это вынести. Это была их ошибка, так что они столкнутся с последствиями. Кроме того, они могли попытаться воспользоваться Мичи, попытаться принудить её к чему-то, угрожая им, и они скорее умрут, чем позволят этому случиться. Так что да, о том, чтобы рассказать Мичи об этом, не могло быть и речи. Но теперь он беспокоился о Такуе. Он был самым слабым среди них, и что бы они ни делали, эти скоты требовали, чтобы он улетел сегодня. Ацуши боялся, что Такуе будет больно, по-настоящему больно. Он не мог оставить всё как есть, поэтому сегодня утром взял кухонный нож и принес его с собой. Если они причинят боль Такуе, он тоже причинит им боль. Мальчик почти вторгся на арену. Его хватка на ноже усиливалась с каждым ударом, который получал его друг. Он собирался кого-то убить, он чувствовал это. Но прежде чем он действительно смог что-то сделать, послышался крик, а не рев. «УБИРАЙСЯ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ ОТ НЕГО ПРЯМО СЕЙЧАС!!!» Все подняли головы и увидели эту крошечную девочку в школьной форме на вершине арены. Девушка вспотела, как будто бежала всю дорогу сюда, её волосы были растрепаны, кулаки сжаты от гнева, глаза широко открыты и гипер сосредоточены на драке. Она выглядела готовой убивать. Большинство людей, казалось, знали о ней, открывая пространство для неё, чтобы броситься к мальчику, истекающему кровью в центре этого места. «Такуя! Такуя, хорошо, успокойся. Я здесь. Все будет хорошо». Сказала Такемичи, осматривая раны, её руки были на его лице, пытаясь утешить его. «Нет Мичи. Пожалуйста, тебе нужно уйти. Они изобьют тебя». Мальчик был в отчаянии. Он был в ужасе от того, что что-то случилось с его драгоценной подругой. Он не мог защитить её. «Эй! Кто позволил этой сучке войти?» Голос заставил Такемичи остановиться. «Ты такой жалкий, что твоей девушке пришлось прийти и спасти тебя?» Такемичи заглянула за плечи и увидела высокого мальчика с короткими черными волосами и в потрёпанной школьной форме. Он курил сигарету с самодовольным выражением на лице, и ей захотелось вырвать ему челюсть голыми руками. «Это ты причиняешь боль моим мальчикам». «Эти слабаки? Они бесполезны, заставляют меня тратить деньги впустую. Но избивать их, конечно, приятно …» Он не закончил свою фразу. Девушка уже уложила его на землю силой своего удара. «ТЫ ПРИЧИНИЛ БОЛЬ МОИМ МАЛЬЧИКАМ!» Она была быстра, у него не было времени подняться, она уже была на нём, нанося удар за ударом. «НИКТО НЕ ПРИЧИНИТ ВРЕДА МОИМ ДРУЗЬЯМ! НИКТО!» Костяшки её пальцев уже покраснели, но она не может остановиться. Она продолжает видеть маленькую шкатулку Такуи, его фотографию, он такой молодой, Аккун был в тюрьме, а Ямагиши и Макото исчезли. И лицо Такуи было на телах её пациентов, тех, кого она не смогла спасти, потому что у них было слишком много крови. Такуя был ранен, он истекал красной кровью на земле. И никто ничего не сделал. Красный. Ты слышишь? Кап кап кап красный красный КРАСНЫЙ Она услышала звук чего-то дробящего, и это заставило ее остановиться. Она посмотрела на мальчика под ней и, о боже мой, что она наделала? Он все еще дышал, но там было так много крови. Он был неподвижен, и она сломала ему челюсть, вот что тогда издало звук, подумала девушка. В заведении стояла мертвая тишина. Все смотрели на неё, большинство со страхом, а некоторые с восхищением? Она знает, и у нее нет на это времени. Она может ненавидеть этот кусок дерьма, но она не позволит ему умереть, и её мальчики тоже нуждаются в медицинской помощи. Она берет свой телефон грязными руками и вызывает скорую помощь, говоря им поторопиться, потому что мальчику очень больно, и нет, она не видела, что с ним случилось. В ту же секунду, как она выключает телефон, она снова поднимает взгляд. Там по-прежнему тихо. «Чем бы ни было это дерьмо, оно закончилось!» Девушка сказала, что не оставляет места для возражений. «У Киемасы больше нет власти, ты свободен!» Казалось, это возымело желаемый эффект. Толпа закричала от радости. Большинство из них были вынуждены находиться там и жили в страхе возмездия, но эта крошечная девочка освободила их всех. Она была героем. Такемичи, с другой стороны, чувствовал себя кем угодно, только не героем. Она забрала своих мальчиков и убралась оттуда так быстро, как только могла. Она игнорировала обеспокоенные взгляды Ямагиши, нервный шик Макото, Аккуна, зовущего её по имени, Такую, сжимающего ее руку, и кроваво-красную каплю, капающую, капающую с костяшек пальцев. Ей просто нужно было обеспечить их безопасность, ей нужно было оказать им медицинскую помощь, а потом, потом она подумает. Кадзутора был в разгаре воссоединения Valhala, когда ему позвонили. Его настроение сразу улучшилось, когда он услышал песню ring, которую выбрал для своей любимой девушки, и не стал медлить с тем, чтобы поднять трубку. * шмыг* «То — Тора». * шмыг *. У него похолодела кровь. «Мичи?! Мичи, расскажи мне, что происходит?» “ П- ты не мог бы * шмыг* забрать меня, п-пожалуйста?» «Я уже в пути. Где ты находишься?» Когда она закончила сообщать ему своё местоположение, он уже садился на свой байк. Кадзутора никогда в жизни не водил байк так быстро. Он не знает, сколько законов он нарушил, и, честно говоря, ему было наплевать. Единственное, что имело значение, — это найти Такемичи. Он нашел её именно там, где она сказала, что будет, но ему пришлось сделать шаг назад, когда он увидел ее. Ее руки были покрыты кровью, немного крови было и на ее одежде, и она обхватила себя руками в попытке немного успокоиться, но это не особо помогало. Он подбежал туда, оставив свой байк где попало и опустился перед ней на колени. Мальчик положил руки ей на плечи, чтобы привлечь ее внимание. «Мичи». Она смотрела на него своими большими глазами лани, полными слез и боли, но она казалась такой счастливой видеть его. «Тора». Девушка бросилась к нему на руки, и он немедленно заключил ее в объятия. «Давай, Мичи, пойдем домой». Сначала он хотел отвезти её к ней домой, но она отказалась, сказав, что её друзья отправятся туда искать её, а она не может встретиться с ними лицом к лицу прямо сейчас. Он также не мог привести её в своё крыло в Валгалле, оно было бы большим и уединенным, но он не потащил бы не в бандитский приют. Так что оставался только один вариант. Он привёз её в свою однокомнатную квартиру в центре города, она была маленькой и тесной, но в ней было все, что ему нужно для выживания, так что они могли там спрятаться. Девушка была вялой, и Кадзуторе действительно не хотелось думать о том, что случилось, чтобы довести её до такого состояния. Он поговорит с ней позже, сейчас ей нужно было принять ванну. Он помог ей раздеться, стараясь ничего не видеть, и отвёл не в ванную, закрыв дверь, чтобы дать ей немного уединения. Тем временем светловолосый мальчик искал одежду, которая могла бы пригодиться девочке, у него её было не так уж много. Мальчик остановился на просторной рубашке, которая была ему велика и которую можно было использовать как платье, и паре новых шорт, всё ещё находящихся в упаковке, так что на ней было бы что надеть под рубашку. Он дважды постучал, чтобы дать ей знать, что он здесь, и подождал, пока дверь приоткроется, чтобы она могла получить всё, что ей нужно. Когда Такемичи выходит, Кадзуторе приходится не забывать дышать, потому что она так прекрасна в его одежде. Может быть, ему удастся убедить её носить их почаще. Но это принятие желаемого за действительное на другой день, сейчас его девочка страдает, и этого нельзя выносить. Она идет в его сторону и садится к нему на колени боком, их ноги прижаты друг к другу, а все её тело прижато к его. Он обнял её и нежно начал ласкать её волосы. Они оставались так долгое время, просто ощущая тепло тел друг друга, в полной тишине, если бы не звук их дыхания. «Тора». «Да, Мичи?» «Я чуть не убила кое-кого». О, он этого не ожидал. «Что?» Такемичи глубоко вздохнула и обвила руками его торс, пытаясь сделать расстояние между ними еще меньше. Как будто на данный момент таковое вообще существовало. «Какой-то грубиян по имени Киёмаса делал рабов из моего кузена и моих мальчиков-мизо». «У него был бойцовский ринг, и он заставлял их драться. Мои парни из Мизо не умеют драться, Тора.» На её глазах выступили слезы, но Кадзутора просто продолжал гладить её по волосам, ожидая продолжения. «Когда я узнала об этом, я побежала так быстро. Я бежала и молилась, чтобы я добралась туда вовремя. Ты знаешь, что я обнаружила, когда добрался туда?» Выражение лица девушки помрачнело при этих словах. «Такуя лежал на земле, истекая кровью. Там с ним была эта скотина, которая вела себя высокомерно, потому что он побеждал «. «Этот сукин сын сказал ему продолжать избивать моего друга. Что если он остановится, то причинит ему боль. Они собирались забить Такую до смерти за школой, и никто ничего не сделал «. «Я видела красное». Не хватка на нем усилилась, но мальчик не двигался. «Я спустилась туда и всё остановила. Клянусь, я просто хотела вытащить своих мальчиков оттуда. Я клянусь тебе Тора. Но когда этот зверь пришел, единственное, что я могла видеть, было мертвое, окровавленное тело Такуи. Я потеряла его». «Я повалила его на землю и продолжала бить и бить его. Я даже не чувствовала, что делаю. Всё, о чём я могла думать, это избитое тело Такуи и слишком маленький гроб, и я просто не могла остановиться «. Брюнетка теперь открыто плакала, моча рубашку своей подруги. «К — когда я в — вернулась, я думала, что у — убила его. Там б — было так много к — крови. Я сломала ему ч -челюсть, выбила н — несколько зубов и п — почти проломила ему череп. " Я- я была так н — напугана, Тора». Кадзутора на мгновение замолчал. Он позволил ей свободно плакать, нисколько не заботясь о беспорядке. Его голова тоже была в смятении, что он мог сказать на это, чтобы не расстроить её ещё больше? «Это не твоя вина, Мичи». Наконец он сказал. Такемичи убрала голову с его груди, чтобы лучше рассмотреть его. Черноволосый мальчик глубоко вздохнул и продолжил. " Ты просто хотела защитить своего друга. Ты видела, как он пострадал и потеряла контроль. Это нормально». «Я не жалею об этом». " Что?» «Я не жалею, что избила этот кусок дерьма. Я не хотела заходить так далеко, но мне не жаль.» «Это делает меня монстром?» «НЕТ!» сказал он, крепче обнимая её. «Нет. Ты НЕ монстр. Ты самый бескорыстный, добрый и любящий человек, которого я когда-либо встречал «. " Ты способна испытывать жалость к этому бесполезному куску мусора и остановила себя, когда решила, что с тебя хватит. Это лучше, чем то, что я бы сделал, это точно «. «Ты прекрасна внутри и снаружи, Мичи, никогда не сомневайся в этом». Она улыбнулась ему сквозь слезы, чувствуя такое облегчение от того, что он не убежал от неё. Она не знала, что бы сделала, если бы он это сделал. Она спрятала лицо в изгибе его шеи, глубоко вдыхая. От него всегда так хорошо пахло, и это так быстро успокаивало её. И Такемичи очень, очень понравилась его татуировка. «Ты снова смотришь на неё». — Сказал он с юмором в голосе. " Мне действительно она нравится. Она тебе так хорошо подходит. Мой тигр.» «Твой». Через мгновение она снова нарушила молчание. «Я когда-нибудь показывала тебе свою?» «Свою?» «Мою татуировку». " Нет. Мне кажется, я иногда видел, как что-то выглядывает у тебя из-под рубашки, но это было всё.» " Тогда посмотри поближе». Она улыбнулась ему и немного отодвинулась, просто чтобы было достаточно места, чтобы повернуться. Затем она задрала заднюю часть рубашки до самой шеи. Ее обнаженная спина была полностью открыта для него. Кадзутора потерял дар речи. От кончика её шеи до поясницы, доходя до лопаток и стекая по бокам, на него уставился огромный дракон. У него были черные чешуйки, которые сияли в полумраке комнаты, золотые детали, которые выглядели как драгоценные камни, стекающие по её коже. И глаза. Прекрасные сапфиры смотрели на него в ответ с яростью бескрайнего неба. Это было очаровательно, это было прекрасно, это была… это была она. Она была драконом. «Ты можешь потрогать её, Тора — тян». С её разрешения мальчик с темными волосами начал обводить рисунок. Это было так замысловато и детально. Он задавался вопросом, сколько времени потребовалось, чтобы завершить это, как сильно это было больно. Он зашипел, когда вспомнил свою собственную боль тогда. Его татуировка довольно сильно болела, и она была намного меньше. Но она сильнее его, всегда была, Мичи перенесет боль с чистой решимостью и злобой. И результат прекрасен. «Моя бабушка всегда говорила, что я маленький дракон. Я была маленькой, но я бы завоевала весь мир». Такемичи снова на мгновение замолчала, прежде чем продолжить. " Она сказала, что если кому-то понадобится помощь, я приду с ревом и буду бороться с проблемой. Будь то моими кулаками, моими словами или моими действиями, я всегда буду сражаться и я бы победила «. «Когда она умерла, я сделала эту татуировку, чтобы напомнить себе, что я всё ещё её маленький дракон, чтобы напомнить себе, что за жизнь всё ещё стоит бороться, даже если иногда становится одиноко». «Я думала, моя бабушка будет разочарована мной сегодня, но ты успокоил меня и заставил чувствовать себя менее одинокой. Спасибо тебе, Тора — тян.» К этому моменту она обернулась и так мило улыбнулась ему, что он почти смог убедить себя, что это была любовь. Что она действительно любила его. «Тора — тян». «Да, Мичи?» «Ты мой тигр, Тора — тян». «Таким я и являюсь». " А я — твой дракон». Кадзутора мог точно почувствовать момент, когда слезы начали капать с его лица. Сколько времени прошло с тех пор, как кто-то принадлежал ему в последний раз? Что кто-то заботился о нем? Это было так давно, что он почти забыл, на что это было похоже. Он почти забыл об этом счастье. Улыбка на его лице была такой широкой, что у него заболели щеки. «Так и есть, Мичи». Вчерашний день был наполнен эмоциями для Кадзуторы, некоторые из которых были более знакомыми, чем другие, но это истощило его. У него всё ещё было то теплое чувство внутри с тех пор, как Мичи сказала, что она его. Поэтому, когда он увидел свою подругу у своей двери, его сердце ёкнуло. С ней все было в порядке? Неужели она ввязалась в очередную драку? Расстроили ли её так называемые друзья? «Привет, Мичи». «Привет, Тора — тян». «Уже соскучилась по мне?» " Всегда. Но я пришла, потому что у меня есть для тебя очень важные новости «. «для меня?» " Ага. Хотя было бы лучше, если бы мы сначала зашли внутрь.» Черноволосый парень не придавал этому большого значения, у его подруги всегда было что-то новенькое. Поэтому он просто впустил её в свой дом и приготовил чай для них обоих, пока они разговаривали. " Тора — тян, я ходила к тебе домой». «Я знаю, Мичи. Я привел тебя сюда.» " Нет, Тора — тян. Я пошла в дом, который должен был принадлежать тебе. И я поговорила с твоей мамой.» У него похолодела кровь. Что она там делала? Зачем она туда пошла? Хуже. Что эта женщина сказала Такемичи? Теперь он весь вспотел, и его беспокойство росло очень быстро. «Почему?» Это было единственное, что ему удалось вытащить. " Потому что я хотела тебе кое-что подарить, и это место было указано в качестве твоего официального адреса, поэтому я поехала туда». «Теперь я понимаю, почему ты здесь живешь». О нет. Ему нужно успокоиться. Может быть, эта женщина просто обругала его, ей нравилось это делать. Может быть, она вообще не говорила об этом инциденте. " Она рассказала мне, почему ты попал в колонию для несовершеннолетних. Предупреждала меня о тебе.» О’кей, теперь он в панике. Он не может потерять и её тоже. Она — единственное хорошее, что случилось с ним за долгое время, но с каких это пор ему позволено делать хорошие вещи? Его жизнь — это череда разочарований, он должен был ожидать этого. В любом случае, она слишком хороша для него, слишком чиста. Такемичи не должен быть запятнан им. «Я дала ей пощечину». Что?! Что она сделала?! «Я была так зла. Ты был ребенком и остаешься им до сих пор, но ты был маленьким и напуганным ребёнком, и она бросила тебя.» " Ты совершил ужасный поступок, это правда. Но ты не хотел этого делать, это был несчастный случай. У тебя были очень добрые намерения, просто ты пошел по неверному пути в отношении них. Ты заплатил за свои ошибки, и теперь у тебя есть еще одна возможность всё исправить «. Подождите, она была на его стороне? Невозможно, никто никогда не будет на его стороне. Должно быть, у него галлюцинации, это единственное объяснение. " Вот почему я ударила её. Я надеюсь, ты не рассердишься из-за этого, Тора — тян, но я не могла позволить, чтобы так продолжалось «. Она передала ему в руки какие-то бумаги. Кадзутора был смущён и немного не в себе от этого разговора, но, тем не менее, попытался прочитать его. Он не может в это поверить. Нет, он, должно быть, неправильно это прочитал. Никто бы не сделал этого за него, он того не стоил. Нет никакого способа. «Все в порядке, Тора — тян?» — тихо спросила она его и казалась такой обеспокоенной за него. Мальчик поднял голову, слезы текли ручьем, руки дрожали, держась за края бумаги. «К- как?» «Это было несправедливо. Поэтому я заключил с ней сделку. Я бы не стала сообщать в полицию о жестоком обращении с детьми, и она бы перевела деньги на содержание ребенка, которые вынужден выплачивать твой отец, и часть своих собственных тоже на твой счет. Похоже, ей это не понравилось, но она больше боялась полиции, поэтому сделала это «. Он немедленно проверил свой аккаунт, и они был там. Деньги были там, ему больше не нужно было зависеть от денег банды. У него есть свои собственный. " Также. Если хочешь, можешь переехать жить ко мне». " Т — ты бы х — хотела жить с — с кем-то вроде м-меня?» " Ты можешь готовить, убирать и гладить одежду. У тебя есть сумасшедшие навыки в купонировании, и ты всегда можешь найти вещи самого высокого качества, когда мы идем покупать, будь то продукты, электроника и т.д. Ты можешь справиться с моей прилипчивой задницей и глазом не моргнешь, когда я вся облеплю тебя и ты часами слушаешь, как я говорю о чем-то, о чем ты понятия не имеешь, просто потому, что это делает меня счастливой «. Брюнетка положила руки по обе стороны от его лица. " Ты хороший человек, Тора — тян». К этому времени он уже всхлипывал. Он чувствовал так много любви. Никто никогда раньше не делал для него ничего подобного. Никто не думал, что он достоин такой заботы, такой любви. Такемичи позволил ему поплакать у неё на плече. Заключив его в надёжные объятия, она позволила ему излить на неё свои эмоции, в то время как сама ласкала его спину и волосы. В конце концов он перестал плакать, но его хватка была такой же крепкой, как и раньше. Как будто он боялся, что если он отпустит её, всё это исчезнет. «Тора — тян». «Да, Мичи». «Давай пойдем домой». «Хорошо». Они взяли всё, что могли унести, и вышли на весь день. Они вернутся за остальным, но прямо сейчас нужно было сделать более важные вещи. Они всю дорогу держали друг друга за руки, оба нервничая и возбужденные. Теперь они были в доме девушки или, точнее, в их доме, и разве это не было захватывающе? Они просто сидели за столом, но их сердца бились так быстро. «Ох. Я чуть не забыла. Подожди здесь, Тора — тян.» Брюнетка вернулась почти сразу, как только она ушла, и принесла с собой желтый пакет. «Вот. Все это вроде как началось, потому что я хотел подарить это тебе. Я надеюсь, тебе это понравится «. Кадзутора осторожно открыл подарок, стараясь не порвать упаковку. Боже, когда в последний раз кто-то дарил ему подарок? Ему нужно держать свои эмоции под контролем, сегодня он уже выплакал слёз на два года больше. Когда он наконец вытащил подарок, он знал, что все это впустую, мальчик почувствовал, как слёзы снова наворачиваются на его глаза. «Это вязаный плюшевый тигр. Я сделала его в тон тому драконьему, который ты купил мне в аркаде.» «Ты приготовила это для меня?» «Конечно. Это немного, но я сделала это с любовью. Тебе нравится?» «Мне это нравится. Большое тебе спасибо». — Сказал Кадзутора, обнимая свою плюшевую игрушку. «Это хорошо, потому что это будет твоим подарком на новоселье». Затем Такемичи взяла свободную руку Кадзуторы в свою. «Добро пожаловать домой, Тора — тян». Ее улыбка была такой широкой, когда она сказала это. «Я дома, Мичи». И впервые за столь долгое время его улыбка тоже была ослепительной.