Дороже меня?

Вечером того же дня, после столь насыщенного дня обе женщины решили провести вечер у себя в покоях. Леди Лессо лежала на диване, так, чтобы наблюдать за Клариссой, которая сидела за столом и что-то дописывала. Она уже переоделась в ночную сорочку, а так как в комнате было уже прохладно, сверху она накинула халат в пол. Ее волосы были распущенны и красиво обрамляли ее лицо, которое сейчас было полностью сосредоточенно на бумагах. —Ты когда-нибудь думала о своей Немезиде? — вдруг спрашивает Леонора. —Я фея-крестная. У меня нет Немезиды, — ответила декан Добра, не отрывая глаз от работы. —Но ты выпускница Школы. У тебя автоматически есть Немезида, — не унималась женщина. —Я в это не верю. —Ты просто не хочешь признавать очевидного, — Наступает молчание. —Это бред, и я не хочу больше об этом говорить, — раздраженно ответила фея-крестная, все настырно не смотря на супругу. —Как хочешь, — пожала плечами Лессо и прикрыла глаза рукой, снова возвращаясь к отдыху.

***

Вокруг был только густой серый туман и неприятная духота. —Хоть в чем-то я могу тобой гордиться, — раздается знакомый голос из пустоты. —Рафал? — Лессо спрашивает с надеждой в никуда. —Ты хорошо справляешься с Немезидой, — поясняет голос. Кажется, он стал ближе. —О чем ты? —Кларисса. — раздается около ее уха, а потом, наконец-то, перед ней появляется владелец этого голоса. —Ты уничтожаешь в ней все хорошее, сделав ее своей собачкой. Иногда мне кажется, что она могла бы убить по твоей просьбе, что совсем не позволительно для декана Добра. —Она не моя собачка. —ведьма сжимает кулаки и делает шаг вперед, дабы доказать свое убеждение. —Она просто любит меня. —Но все твое коварство заключается в том, что ты ее нет. Лессо садиться на кровати, тяжело дыша. Вдруг она чувствует поцелуй в плечо и мягкие руки, что сжимают ее предплечье. —Это просто кошмар, — шепчет успокаивающий голос. —Это не просто кошмар, — бесцветным голосом отвечает декан Зла. Ее глаза смотрят пустым взглядом перед собой, пока в голове из раза в раз повторяются слова Рафала. —Иди сюда, дорогая.

***

Лессо чувствует себя отвратительно. Чувство вины не покидает ее. Вчерашний день полностью выбил ее из колеи. Кларисса любила ее и в этом не было сомнений. Но любила ли ее Леонора? Женщина сама не знала ответ на этот вопрос. Но в чем она была точно уверена, это в своей благодарности Доуви за годы, проведенные вместе, за то, как она поддерживала и заботилась о ней, как не уставала говорить как она прекрасна. Может быть леди Лессо и не любила ее, ведь ее любовью был Рафал, но из-за чувства благодарности, она искупит свою вину перед Клариссой. Она должна дать достаточно за ее любовь. И выбор пока падает на букет цветов.

***

Доуви шла на занятия, прижимая к груди стопку работ, что она проверяла вчера перед сном. Дверь открывается от движения пальцем и вот уже все ученицы поворачивают свои головы, чтобы поприветствовать педагога. Фея-крестная улыбается им в ответ, делая поклон головы. Только дойдя до стола женщина замечает прекрасный букет белых роз. —Спасибо, девочки, — благодарит Кларисса и вдыхает чудесный аромат полной грудью. —Но это не мы, — почти хором отвечают девочки. —У Вас появился поклонник? — интересуется самая смелая из них. —Нет, не думаю, — задумчиво отвечает декан Добра, размышляя от кого же это. —Наверное, это ошибка. Но цветы слишком прекрасны, чтобы их выбрасывать, — и блондинка снова лучезарно улыбается, откладывая букет.

***

Доуви любила вечера, потому что это было единственное время суток, когда они с Леонорой могли просто провести время, как близкие люди. Не как коллеги, обсуждая важные школьные дела и не как супруги, предаваясь страсти, а просто вот так сидеть в тишине и готовиться ко сну. Кларисса стояла перед большим зеркалом в полный рост и медленно расчесывала свои волосы, успокаивая себя тем самым, снимая стресс, накопленный за день. Лессо сидела на кровати в своей черной шелковой рубашке и таких же спальных штанах. Она не сводила с феи-крестной взгляд, но женщину это ничуть не смущало. —Ты что-нибудь скажешь? —наконец-то подала голос ведьма. —О чем? — уточнила Кларисса, не понимая, о чем идет речь. —О цветах,— раздраженно ответила декан Зла. —Ох, —наконец-то стала понятна причина состояния ее супруги —я честно не знаю от кого они, но они были слишком красивыми, чтобы выкидывать их. Но если ты хочешь, я буду отныне их выбрасывать. Лессо встала и молча подошла к окну. Она была так ужасно напряженна и на секунду фея-крестная подумала, что Леонора ревнует ее, что наполняло ее сердце надеждой, что та ей не безразлична. —Вообще-то эти цветы от меня, — послышался тихий голос, что Кларисса даже не сразу разобрала, что сказала женщина, боясь, что это лишь плод ее фантазии. —Ох,— только и смогла сказать Доуви, чувствуя, что теряет способность говорить от переполняющих чувств. —От тебя? —Да, я не такая холодная сука, как ты могла подумать, — она звучала обижено, отчего на лице декана Добра появилась понимающая улыбка. —Леонора, — ласково позвала Доуви —я так совсем не считаю. — женщина подошла и прислонилась к любимой спине, обвив руками талию декана Зла, —Просто я знаю, что у тебя другой способ показывать — Кларисса сделала паузу. Она хотела сказать «любовь», но передумала. —свои чувства. —Лессо сжала ее руки на своей талии. — Цветы и вправду были чудесными —счастливо прошептала блондинка и поцеловала любимую под линией роста волос. Лессо развернулась в ее объятиях и прижала женщину к груди, зарывшись в ее золотистые локоны. Декан Добра в очередной раз за вечер счастливо улыбнулась и положила голову Леоноре на грудь, пока бабочки в ее животе порхали, а сердце ликовало. —Пошли спать. Уже поздно, завтра рано вставать, а тебе еще нужен твой любимый сон красоты —последние слова женщина скорее проворчала, но Доуви это совсем не обидело, а даже наоборот, показалось очень милым.