The Special One

      — Джин, я ухожу! — закричал Чимин, надев простую белую рубашку на пуговицах и какой-то кардиган поверх неё, потому что ночью прохладно, он уложил свои темно-каштановые волосы, как обычно (он расчесал их несколько раз), и попытался уйти незамеченным.       Только это не сработало.       — Куда ты идешь и с кем? — крикнул ему вслед Джин, так что Чимин остановился и повернулся лицом к своему любопытному брату.       — Просто посмотреть фильм с другом… — сказал Чимин так обыденно, как только мог.        — С Тэ?       — Нет.       Чимин действительно ненавидел лгать, и обычно не видел в этом смысла.       — Тот парень, с которым ты виделся прошлый раз?       — Да.       Джин скрестил руки на груди и прислонился боком к стене, с любопытством смотря на Чимина.       — Итак, второе свидание?       — Нет. На самом деле мы виделись больше двух раз.       Что? Зачем я только что это сказал?!       — О, правда? Значит теперь ты не говоришь мне, когда ходишь на свидания, как будто это для тебя что-то естественное. Отлично, — Джин был настроен осуждающе.       И, кажется, он ещё волновался.       — Это потому, что это ненастоящее свидание… Больше похоже… Как бы на тусовку… — Чимин пытался подобрать нужные слова, но это было трудно, потому что как он мог сказать: «Я встречаюсь с парнем, который должен стать твоим новым бойфрендом, чтобы мы все снова могли быть счастливы и вернуться к нашей повседневной рутине».       — Ну, обычно так всё и начинается, Чимин…       — Ничего не происходит. Я просто…пытаюсь… Наверное, у меня появился новый друг…Я не знаю… — Чимин запнулся на собственных словах, поэтому Джин подошел ближе и с нежностью посмотрел на него.       — Хорошо. Он тебе вообще нравится? Он добр к тебе? По крайней мере, он хорошая компания? — Джин проявлял любопытство и заботливость.       — Я… — Чимину понадобилась секунда, чтобы всё обдумать.       — Ну… Он мне действительно нравится. Он милый, и я чувствую себя в безопасности, когда я с ним, — заключил Чимин и даже сам удивился сказанному, потому что, произнеся это вслух, его новая дружба стала более реальной.       — Это хорошо. Мне нравится, что ты чувствуешь себя с ним в безопасности. Это, пожалуй, самое важное, когда дело касается тебя. Тебе действительно нужен кто-то, кто поймет тебя и твои потребности, кто будет рядом с тобой.       Чимин кивнул.       — Он в некотором роде и есть всё это… По крайней мере, таким он был до сих пор… — заверил Чимин своего брата, стараясь не говорить лишнего, но не в силах скрыть всё, и, наконец, попытался уйти.       — Чимина…       Чимин обернулся ещё раз, прежде чем выйти из дома.       — Нам действительно следует поработать над твоим гардеробом, потому что те несколько вещей, которые есть у тебя в шкафу, больше не подходят, — сказал Джин, самый стильный брат в семье, и Чимин закатил глаза.       — Меня устраивает то, как я выгляжу, и я вообще не хочу думать об одежде. Но спасибо за предложение.       Чимин решил придерживаться своих собственных правил, которые гласили: «одежда не имеет значения» и «вещи должны быть удобными, и всё».       Подойдя ближе к кинотеатру, Чимин сразу же заметил Чонгука.       Он стоял впереди, но не близко к двери, вероятно, пытаясь избежать толпы, которая входила внутрь, и эта мысль засела внутри Чимина.       — Привет, — Чимин поздоровался первым, и Чонгук вежливо поклонился с легкой улыбкой на лице.       — Надеюсь, ты не возражаешь, но я пришел немного раньше и уже купил билеты, ну знаешь, просто пытался уберечь нас от слишком большого количества людей, — сказал Чонгук, протягивая Чимину один из билетов, который тот застенчиво взял.       — Спасибо. Это действительно тактично… Эм… Могу я отдать тебе деньги? Я старше, так что я должен заплатить за них…       Чонгук покачал головой.       — Ни за что, Чимин-щи. Меня это не волнует. Мы будем платить поровну за всё, что собираемся купить. В любом случае, это была моя идея.       Чимин глубоко вздохнул.       — Хорошо. Тогда я куплю нам попкорна и каких-нибудь сладостей, если тебе это нравится.       — Конечно. Есть что-нибудь, что ты можешь поесть? — спросил Чонгук, уже думая о привычке Чимина не есть ничего, что не имеет круглой формы.       — Не знаю. Обычно я ничего не покупаю. Мой брат и Тэ любят попкорн, но я его не ем…       — Ладно, пойдем внутрь, фильм скоро начнется, и реклама мне тоже нравится, — с энтузиазмом сказал Чонгук, и Чимин направился ко входу.       И снова, всё это время Чонгук был перед ним, на несколько шагов впереди, но всегда рядом, высокий и сильный, излучая вокруг себя это чувство спокойствия и безопасности.       Когда они рассмотрели варианты сладостей, то, конечно, там было все, что угодно: шоколадки, немного чипсов, попкорна и печенье Орео. Чонгук взял себе большую порцию попкорна, Орео и несколько карамельных конфет на потом, Чимин прикинул варианты, но решил ничего не покупать.       Фильм начался, поэтому они в основном продолжали смотреть на большой экран, любуясь происходящим перед ними. Они комментировали актеров и другие фильмы Marvel, которые они посмотрели, и даже если они не смогли решить, кто является лучшим персонажем Marvel из комиксов, они оба согласились, что в фильмах — это Железный человек.       Съев весь попкорн, который был в большом ведре, Чонгук достал печенье «Орео», которое купил для него Чимин.       — Эй, Чимин-щи, хочешь одно? — прошептал Чонгук, показывая идеально круглое черное печенье, но Чимин скорчил гримасу.       — Я пробовал их, но мне не понравилась белая штучка посередине.       Глаза Чонгука расширились.       — Быть не может. Это самая лучшая часть.       — Эта белая липкая штука? Нет, — не согласился Чимин.       — Ну, когда ты так говоришь… — шутит Чонгук.       — Что? — Чимин ничего не понял.       — Ничего. Как насчет такого? Я разделю их и возьму ту сторону, на которой белая начинка, а другую часть отдам тебе.       Чимин задумался…       — Я съем это, но не хочу, чтобы на нем было что-нибудь белое.       — Вау, ты многого требуешь… — снова шутит Чонгук, и Чимин этого не понимает.       — Я не требовательный, мне просто это не нравится…       — Я шучу. Не принимай всё так серьезно, — Чонгук попытался объяснить свое чувство юмора.       — Я вообще не понимаю шуток…       — Не волнуйся. Мы дойдем до этого, — сказал Чонгук и открыл маленький пакетик с печеньем внутри, и как раз перед тем, как он собрался потянуться за первым, Чимин дал ему упаковку своих дезинфицирующих салфеток, очевидно, убеждаясь, что руки младшего будут чистыми.       — О, прости. Я забыл. У меня даже есть свои, но мне просто в голову не пришло…       Чонгук вытер руки так тщательно, как только мог, а затем взял первое печенье.       Он взял его обеими руками и начал крутить половинки в противоположном направлении, пытаясь разломать печенье на части, не прилагая слишком больших усилий.       Печенье наконец раскрылось, но на обоих половинках осталась белая начинка.       — Чёрт, — тихо выругался Чонгук.       — Шшшш… — шикнул на него Чимин.       — Белая начинка с обеих сторон, — Чонгук показал печенье, и Чимин надулся.       — Всё в порядке. Съедай обе.       Чонгук вздохнул и убрал печенье в пустой стаканчик из-под попкорна.       — Нет. Я попробую ещё раз. Их тут четыре. У меня есть ещё три попытки.       Чонгук был упрям.       Младший снова повторил ту же процедуру, и в тот момент, когда он посмотрел на печенье, он увидел то же самое. С обеих сторон была начинка.       — Чёрт…       — Чонгук… — снова отругал его Чимин.       — Как насчет того, чтобы я слизал с него начинку… — казалось, у Чонгука появилась идея.       Лицо Чимина было бесценным.       — Отвратительно.       Чонгук усмехнулся.       — Я попробую ещё раз.       — В этом нет необходимости… Я даже не голоден…       — Тссс, мне нужно сконцентрироваться, чтобы это сработало, — Чонгук остановил Чимина на середине предложения, просто чтобы уделить всё своё внимание проклятому печенью.       К сожалению, следующая попытка тоже была неудачной, на этот раз получилось ещё хуже. Печенье сломалось посередине, из-за чего потерялась круглая форма, а сверху была белая начинка.       Чонгук открыл рот, чтобы, вероятно, снова выругаться, но Чимин оказался быстрее. Он поднес указательный палец ко рту Чонгука, но совсем не прикасаясь к нему, и серьезно посмотрел на него.       — Не ругайся. Мы смотрим фильм. Вокруг люди. Мне плевать на печенье, — сказал Чимин, а затем отодвинулся, чтобы снова сесть нормально.       Лицо Чонгука немного покраснело, но опять же, он не хотел есть печенье. У него осталось последнее, и он собирался приложить все силы, чтобы сделать это правильно.       Со всей возможной осторожностью он взял последнее печенье и попробовал сделать по-другому: он разорвал печенье на части быстрым и сильным рывком, и на этот раз произошло волшебство.       — У-у-у! — закричал Чонгук, Чимин закрыл лицо ладонями, поэтому младший извинился перед людьми, которые сидели рядом с ними, а затем повернулся лицом к Чимину. — Я сделал это, — прошептал он, словно не кричал об этом несколько секунд назад.       — Я так и понял.       — Теперь ешь, — Чонгук отдал идеально круглое печенье без единого пятнышка Чимину, поэтому, бросив на него беглый взгляд, старший съел его, и хуже всего было то, что ему оно так понравилось, что он хотел попросить ещё одно.       — Так вкусно, — сказал он с довольным хмыканьем, и всё это время Чонгук не мог оторвать от него взгляда.       — Тебе понравилось?       — Понравилось. Это действительно вкусно. Спасибо тебе.       Чонгук встал и вышел, не сказав больше ни слова, оставив Чимина одного, смущенного и немного нервничающего, но всего через несколько минут младший вернулся с ещё двумя пачками того же печенья, так что Чимин хмуро посмотрел на него.       — Почему ты ушел в середине фильма? — Чимин тихо отругал его.       — Ты сказал, что тебе понравилось, и я захотел попробовать ещё раз, потому что ты съел только одно.       Чимин почувствовал тошноту в животе. По крайней мере, именно так он описал бы порхающих вокруг бабочек.       — Ты не обязан этого делать. Ты пропускаешь фильм… — сказал Чимин, но ему понравилась идея съесть ещё одно печенье.       — Ты посмотришь, а потом расскажешь мне, что случилось.       Чонгук был занят печеньем ещё полчаса, пока Чимин смотрел фильм, молясь Богу, чтобы Чонгук накормил его большим количеством печенья, в которое он влюбился.       Время от времени он поглядывал на младшего, который был сосредоточен на разделении печенья, высунув язык из уголка рта, что придавало ему сосредоточенный и решительный вид. Может быть, даже милый, но что об этом мог знать Чимин?       После того, как фильм закончился, и Чимин съел ещё три идеально круглых и чистых печенья, они подождали, пока толпа разойдется, и вышли из кинотеатра.       Пока они шли по улице, Чонгук продолжал расспрашивать Чимина о фильме, потому что он, очевидно, мало что видел.       — Тебе серьезно стоит посмотреть фильм ещё раз, ты почти ничего не знаешь.       — Ну, это потому, что я пыталась накормить тебя этим печеньем.       — Тебе и не нужно было этого делать. Я же сказал тебе, что не голоден.       — Ты также сказал мне, что они тебе очень понравились после того, как попробовал первый.       Чимин остановился.       — Это правда. Тем не менее, это не значит, что ты должен был это делать…       — Я ничего не должен делать, но я хотел.       Чимин был сбит с толку ещё больше.       — Но почему?       — Потому что тебе понравилось, — сказал Чонгук и продолжил идти по улице, которая не была той, что вела к кофейне, где, как думал Чимин, они собирались выпить по чашечке кофе и обсудить то, ради чего они вообще собрались.             План «Свидание с Джином».       — Куда ты направляешься? — Чимин зашагал быстрее, пытаясь догнать его, поэтому Чонгук остановился.       — О… Я подумал, что мы могли бы выпить кофе у меня дома. Это действительно близко, и там нас никто не побеспокоит, так что мы могли бы действительно спланировать всё это сегодня вечером.       Чимин задумался. Это была не такая уж плохая идея. Кофейни обычно были заполнены людьми, там всегда довольно шумно, кофе не такой уж и вкусный…       — Хорошо. Мы могли бы сделать это. Твой сосед дома?       Чимин вспомнил про Юнги, и последнее, что он хотел сделать, это вторгнуться в чью-то частную жизнь.       — Нет. Он гуляет с Хоби хёном. Я думаю, у них вечер покера или что-то в этом роде.       — О. Ладно. Это хорошо.       Чимин почувствовал, как его захлестывает облегчение, потому что он действительно не знал бы, что делать или как себя вести, если бы с ними был кто-то новый.       Примерно через десять минут, или около того, они, наконец, подъехали к зданию, которое было не так уж далеко от дома Чимина, вероятно, где-то в 20 минутах ходьбы.       Чонгук провел их внутрь, и, поскольку их с Юнги квартира находилась на втором этаже, они решили подняться по лестнице, вместо того чтобы воспользоваться лифтом.       В тот момент, когда они вошли внутрь, Чимин почувствовал приятный и успокаивающий запах свежевыстиранной одежды, мягкий и приятный кондиционер для белья наполнил его ноздри и заставил принюхаться, как какое-нибудь животное.       — Пахнет приятно, — сказал Чимин, глубоко вдыхая, и Чонгук показал ему на первую дверь слева в коридоре, на которой был значок ванной комнаты.       — Я постирал нашу одежду, и мне нравится использовать хорошие порошки и кондиционеры для белья, — объяснил он, указывая на стиральную машину, и Чимин кивнул.       — Нам следует вымыть руки, — у Чимина были свои приоритеты.       — Конечно, — согласился Чонгук.       Они вошли вместе, и оба посмотрели друг на друга в зеркало. Там была одна раковина, и Чимин не знал, стоит ли ему первым помыть руки.       — Хочешь начать первым? — спросил Чонгук, и Чимин пожал плечами.       — Я не против, если ты хочешь быть первым… — он хотел быть тактичным.       — Нет, Чимин-щи. Ты старше, ты должен пойти первым.       У Чонгука были хорошие манеры. Чимину это нравилось. Старший кивнул и, аккуратно закатав рукава, тщательно вымыл руки.       — Насчет того… Что я старше… Эм… Ты можешь называть меня хёном, если хочешь. Я имею в виду, если ты собираешься встречаться с моим братом и если мы будем видеться постоянно, не будет ли странно, если ты будешь обращаться ко мне так официально?       Чимин думал об этом несколько раз, и он чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы Чонгук называл его хёном. Его это действительно устраивало.       — Я буду называть тебя хён-и, как я называю своих друзей, — сказал Чонгук с широчайшей улыбкой.       — Нет. Просто хён вполне подойдет, — Чимин ненавидел ласкательные имена.       — С тобой неинтересно, — Чонгук надулся и, наконец, начал мыть руки.       — Я знаю, — согласился Чимин, наблюдая, как Чонгук намыливает руки.       — Я пошутил. Ты забавный. Перестань говорить, что это не так, — отругал его Чонгук.       Чимин лишь пожал плечами, всё ещё внимательно наблюдая за младшим.       Когда Чонгук закончил, ну, по крайней мере, он думал, что закончил, Чимин указал на свои руки, точнее, на большие пальцы.       — Ты забыл вымыть большие пальцы.       Чонгук посмотрел на свои мокрые от воды руки и нахмурился.       — Разве ты не моешь их вместе с другими пальцами, когда моешь руки?       — Нет. Тебе нужно тщательно их вымыть. От основания вверх, а затем ногти.       Чонгук кивнул и включил воду, пока намазывал немного мыла на большие пальцы.       — Почему ты позволяешь всей этой воде пропадать впустую? Тебе следует намылить руки, а затем включить воду.       Чимин, очевидно, был ориентирован на детали, когда дело касалось мытья рук.       — Я не знаю. Привычка? Но ты прав.       — Конечно. Может быть, ты сможешь изменить эту привычку? — почему Чимин вдруг стал таким экологичным?       — Я буду стараться изо всех сил. Спасибо, что указал мне на некоторые вещи.       Чонгук был таким милым.       — Люди обычно ненавидят, когда я это делаю. Они находят меня раздражающим.       Чонгук усмехнулся и направился в гостиную. Чимин следовал за ним.       — Я думаю, что ты очарователен, — сказал младший небрежно, и Чимину снова стало плохо. Вам знакомо это чувство, когда вас немного подташнивает, потому что что-то давит на желудок и заставляет гореть всё лицо. Вот что чувствовал Чимин.       Он ничего не ответил, в основном потому, что не знал, что сказать, но также и потому, что в тот момент, когда они вошли в гостиную, Чимину действительно понравилось то, что он увидел. Само пространство было не таким уж большим, но оно было безупречно чистым, и каким-то образом всё было минималистичным и совершенным, и Чимин влюбился в это место.       — Ух ты. Мне нравится эта комната.       Он не мог скрыть своей привязанности.       — Правда? Я был тем, кто выбирал мебель. Юнги был так упрям в этом, потому что он занимается дизайном интерьеров, но он сдался в тот момент, когда я сказал, что буду громко плакать посреди магазина, если он не согласится на этот диван.       Чимин снова посмотрел на младшего своими теплыми глазами, его глаза казались меньше и теплее, уютнее…       Что это?       — Я всегда так поступаю с Джином, когда он не хочет покупать мне что-нибудь, и я просто говорю, что это из-за синдрома Аспергера, но мы оба знаем, что я просто капризничаю.       Чонгук улыбнулся. Широко. Чимину нравилось смотреть на его зубы. Хотя он понятия не имел, почему.       — Тогда мы оба дерзкие, — Чонгук закончил и показал Чимину сесть на этот удивительный, удобный серый диван, что Чимин с радостью и сделал.       Он сел, и ему понравилось, как всё его тело подпрыгивало вверх-вниз, поэтому он сделал это снова.       Он встал, потом сел.       Снова.       Вверх и вниз.       Это весело.       — Я вижу, ты веселишься.       Чонгук отвлек его от веселого времяпрепровождения, поэтому Чимин решил, что будет лучше, если он просто сядет. Ему стало немного стыдно.       — Прости, диван действительно удобный.       — За что ты извиняешься? Я всё время прыгаю на нём, — сказал Чонгук и сел, держа в руке только одну бутылку пива.       — Я не знал, что тебе принести, поэтому подумал о том, что ты мог бы посмотреть, что у нас есть в холодильнике, и выбрать самому. Это нормально?       Чимин огляделся, пытаясь понять, где находится кухня, и затем заметил дверь справа, которая, вероятно, вела на кухню.       Он встал и указал в направлении двери, и Чонгук кивнул.       — Вперёд. Я подожду тебя.