Однажды на Риджентс

      Кофе уже почти остыл, чашка кажется совсем ледяной. Погода сегодня ветреная, задувает под легкий клетчатый палантин на плечах, заставляя то и дело вздрагивать от пробегающего по коже холодка. Руки замерзают, приходится греть их собственным дыханием. Но девушка все равно продолжает сидеть. Он сегодня задерживается или вообще не придет? А может как раз из-за непогоды он решил остаться дома? Хотя не сказать, что было так уж противно: температура уже вышла на плюсовую, солнышко начинало греть по-весеннему, только ветер сквозил, пробирая до костей. "Еще десять минут и все, пойду работать, точно пойду", - твердила Катарина себе. Что-то подсказывало, что все же стоит еще немного подождать и, как ни странно, чутье не подвело. Было уже пол десятого утра, когда, наконец, он вышел из-за угла соседних домов, ведомый мимо парка взбудораженным хоть и запоздалой в этом году, но весенней погодой, спаниелем. Мужчина шел в наушниках-капельках, нахмуренный и разговаривающий с кем-то по телефону, активно жестикулируя свободной рукой. "Интересно, о чем он говорит? Может обсуждает какой-то новый проект?", - подумалось девушке. Проводив такой знакомый уже до боли высокий широкоплечий силуэт взглядом, она поднялась и, наконец-то, зашла в дом, облегченно снимая накидку и греясь у небольшого электрического камина.       Шел четвертый месяц, как Катарина переехала в Лондон. Как же долго она шла к этой мечте, каким трудом, порой жертвами собственного здоровья и нервов, но шла. Несколько лет безнадежных мечтаний и грез об этом городе, об этой стране, но вдруг что-то изменилось: работа почти без отдыха, удавшиеся тяжелые и долгосрочные проекты, принесшие хороший доход, и вот на горизонте мелькнула реальная возможность, за которую девушка тут же вцепилась мертвой хваткой. Теперь она здесь, снимает первый этаж в небольшом домике на дальнем конце Риджентс, который все равно стоит баснословных денег, а потому и сейчас расслабляться не приходится. Почти целыми днями она проводила за своим стареньким ноутбуком, до ночи ковыряя сразу несколько проектов для двух разных компаний. Захочешь жить недалеко от него и не так вывернешься. Правда, конечно, всегда стоял вопрос, на сколько ее хватит. Но пока что сбывшаяся мечта перекрывала все эти минусы. Во всяком случае, хоть в выходные Катарина могла позволить себе свободно гулять по району и окончательно проваливаться в свои грезы, не думая о работе. Ну, до первого звонка в послеобеденное время. Нюансы. Главное, что ей это приносило в итоге. Все ведь можно вытерпеть ради определенной цели. Да?       Только цель была странной. Даже для самой Катарины, не говоря уж о ее родных, знакомых или бывших коллегах. Она не распространялась, но все же часть людей знали, почему она уехала именно сюда помимо сумасшедшей любви в городу. И теперь каждое утро девушка подтверждала свое своеобразное безумие: сидеть с восьми утра на крыльце с чашкой кофе, какой бы ни была погода, и ждать, когда мимо пройдет Том, выгуливая своего пса или быстро несясь куда-то по своим делам.       Она уже точно знала: прогулка почти всегда попадает в промежуток времени с восьми до десяти-пол одиннадцатого утра. Учитывая гибкий график работы, Катарина могла позволить себе пару часов сидеть на лестнице своего дома, распивая кофе и разглядывая опушку парка перед собой, ожидая всего пары минут, когда он пройдет мимо нее. Всего пара минут несколько раз в неделю, но это было так важно, что все остальное терялось на фоне этих моментов. Только страшно было думать о будущем, ведь так не будет длится вечно, да и порой даже это утреннее, казалось бы, приятное мгновение больно било куда-то между легких.       Лина. Иногда с Хиддлстоном они появлялись вместе, хоть и очень-очень редко, еще и преследуемые каким-нибудь назойливым мужчиной в очках и с камерой на перевес. Лина Аттвуд - британская актриса, с кем Том сыграл в одном мини-сериале семейную пару, у которой оказалось множество скелетов в шкафу, рождающих тяжелый и мрачный сюжет. После выхода этого сериала поползли слухи об их отношениях вне съемочной площадки, во что многие не верили, потому что пара тщательно скрывала это, стараясь лишний раз не светиться вместе, но… Прошло несколько лет. Теперь они официально помолвлены и ко всему прочему у пары появился ребенок. Эта новость взорвала соц сети за пару недель до переезда Катарины, что жестко ударило по ней и еще сильнее утяжелило и без того нервное состояние в этой безумной суматохе. Но отступать назад девушка уже не собиралась в любом случае. И вот теперь за эти несколько месяцев ей пришлось пару раз увидеть их вместе своими глазами.       Собственное отношение к ним она никак не могла объяснить даже себе: да, это делало жутко больно из-за той любви к мужчине, которую мало кто сможет понять, но было что-то еще. Что-то казалось неправильным в этих отношениях, холодным, но свои мысли Катарина старалась держать при себе. В конце-концов Лина была с ним рядом, на первый взгляд казалась приятной девушкой, почти того же возраста, что и Хиддлстон. Ее ярко-рыжие волосы, в отличие от темных, почти черных локонов Катарины, передались их малышке, прекрасно совместившись с кудрями Тома, от чего вновь больно щемило внутри. Так вот, вроде бы у них сложилась семья, но что-то было не так, а может быть Катарина просто на столько погрузилась в свои мечты, что резко ворвавшаяся реальность окончательно нарушила внутреннее и без того не стабильное состояние. И все равно, как бы плохо ни было, она держала все в себе: не поймут, осудят, отвернутся. Столько страхов вызывала одна мысль просто рассказать кому-то, что Катарина чувствовала на самом деле. Да и порой она напоминала самой себе: "Ты не знаешь его лично, не суди заранее, может все не так уж и прекрасно". Правда эта мысль тут же рушилась, стоило вспомнить эту искреннюю счастливую улыбку и крепкие объятия, подаренные тысячам поклонников, безграничную доброту и сострадание, живущее в том прекрасном сердце, что она полюбила безмолвно, еще будучи вдали от его обладателя.       Эта любовь. Необъяснимая, неконтролируемая, толкающая тебя на безумные поступки, на преодоление любых невзгод, трудностей, на работу над собой, только чтобы стать лучше. Ради того, кто о тебе даже не знает. Великолепно и вместе с тем ужасно. Это тяжелая ноша, которую ты тянешь в себе изо дня в день. Но все равно ни за что уже от нее не откажешься, как бы плохо ни было. В конце-концов это делает тебя тобой, тем, кто ты есть, кем должен был стать. И, возможно, именно благодаря ей ты делаешь что-то, что проносит и радость, вдохновение другим. Разве это плохо?       В случае Катарины это стало причиной, по которой она, будучи абсолютно уверенной, что никогда не сможет заработать и половины средств на то, чтобы переехать в Лондон, прошла несколько новых курсов, получила новое образование, новые навыки и работу, забыв про сон и усталость. Как и про страхи. Новая страна, новый язык, новые люди, дорогое жилье и очередное испытание для самой себя: видеть Тома так часто, как многие могут только мечтать, но лишь с расстояния десяти метров, не смея нарушить его личное пространство. Просто молча провожать его в новый день и вновь уходя упорно работать. Как бы то ни было, девушка чувствовала себя вполне комфортно. Теперь она была на своем месте, в городе, который давно казался по-настоящему родным, в лучшем для нее климате и подальше от того места, что оставило неприятный след в истории ее семьи. Новая жизнь.

***

      Знала бы она, что своим трудом и упорством действительно изменила свою жизнь и далеко не только переездом. Сегодня было гораздо теплее, на деревьях, что уходили на период зимней спячки, уже начали пробиваться почки. Природа просыпалась. Теперь сидеть на крылечке было гораздо уютнее. Катарина чувствовала себя маленькой ящеркой, которая вылезла погреться на солнышке. Снова большая кружка с любимым ароматным напитком, рядом блюдце с сырной слоеной булочкой и книга, которую девушка только начала читать. Она сидела всего минут десять, наслаждаясь теплой погодой и видами на пока что безлюдный парк, когда из-за угла вновь показался силуэт в спортивных шортах и черной ветровке. Один. Полубегом. Наверное, ему о чем-то нужно было подумать во время пробежки. И можно было бы ожидать, что сегодня он все же зайдет в парк через маленькую калитку возле поворота к рынку, но Томас вновь двинулся мимо по тротуару, проходящему возле дома Катарины. Руки немного дрогнули. Брюнетка завороженно наблюдала за фигурой, приближающейся почти к ее дому, не ожидая того, что произойдет через мгновение. Мужчина, оказавшись почти напротив, вдруг поднял голову и улыбнулся, приветственно помахав рукой. И пробежал дальше, скрывшись за поворотом идущих полукругом соседних домов. Что это было?       Девушка вздрогнула и осмотрелась вокруг. На улице никого не было. Да нет, он точно посмотрел прямо на нее. И помахал ей? Почему? Тело словно сковало железом, невозможно было пошевелиться, даже дышать стало тяжело, будто легкие наполнили свинцом. Катарина с силой сжала кружку в руках, даже не замечая этого. Голова, кажется, стала ватной, вдруг резко стала пропадать связь с реальностью. Девушка так и сидела, почти не моргая, уставившись в одну точку перед собой и прокручивая в голове этот секундный момент. До тех пор, пока вновь по той же дорожке Томас не побежал обратно. Наконец, он остановился, оперевшись ладонями на ноги и тяжело дыша. Девушка же наоборот окончательно перестала дышать, смотря на мужчину прямо через дорогу от нее. Тот выпрямился, провел рукой по взмокшим растрепанным волосам, осмотрелся, вновь заметив наблюдающую за ним брюнетку, улыбнулся ей, и двинулся дальше.         Как же странно это было! Или все-таки нет? Город еще спал, сегодня отмечался Пурим, а потому официально был выходной день. Так может ничего необычного, в том, что Том увидел одиноко сидящую на крыльце девушку в такое раннее утро и решил ей помахать и не было. Однако выходной - выходным, а работать Катарине все же нужно было, а потому, попытавшись встрепенуться, хоть это и плохо вышло, с гулко стучащим сердцем, она зашла в дом, вновь садясь за приевшийся уже ей монитор. А куда было деваться? Нужно же на что-то жить.         Ничем таким особенным она не занималась, во всяком случае для нашего времени. Пару лет назад она обучилась на WEB-дизайнера с навыками верстки сайтов, но пока что опыта было маловато, его приходилось нарабатывать и не с такой оплатой, какую можно было бы получать с уже приличным стажем. Поэтому и была необходимость вести сразу несколько проектов, не сказать чтобы очень хорошо оплачиваемых. Но так было пока что. Катарина уверенно шла к цели - стать востребованным специалистом, чтобы в конце-концов подписать контракт лишь с одной компанией, которая приносила бы ей хороший доход и позволяла оставлять на себя и свои желания куда больше свободного времени. Главное дожить до этого, а не раньше времени свести себя в могилу. Но об этом девушка предпочитала не думать.         Особенно после сегодняшнего утра. Эти несколько секунд прочно засели в голове, образ мужчины, улыбающегося ей, отпечатался на веках, воспроизводя картинку снова и снова, не давая спокойно мыслить о важных сейчас вещах. Он увидел. Он помахал. Он улыбнулся. Даже на обратном пути. Он. Ее. Заметил. Что-то невообразимое и выходящее вон за рамки реального. Во всяком случае брюнетке так казалось.         Два дня пролетели как в тумане, кое-как возвращая рассудок обратно своей хозяйке. На следующий день Хиддлстон не появился, возможно, и к лучшему. А в субботу Катарина, решив проветрить переработавшую за эту неделю голову, наспех собралась, накинув на себя, как бы сказала ее мама: «что выпало из шкафа», быстренько накрасила ресницы и вышла на прогулку. Хороший день, чтобы зайти в небольшую забегаловку за более хорошим кофе и направиться по району, куда-то, где девушка еще не гуляла. Дойдя до центра улицы Риджентс, она завернула в небольшое скромное заведение, где ее уже запомнил местный бариста, приветливо улыбнувшись и спросив:   - Тебе как обычно?   - Да, спасибо, - кивнула Катарина.   - Тяжелая неделя? - Как и для многих британцев, для паренька было вполне нормально с каждым посетителем вести беседу как со старым другом.   - Так сильно заметно?   - Прости, - смущенно рассмеялся Джеймс. Его имя девушка уже давно запомнила.   - Да нет, ничего. Я правда очень устала.   - Тебе надо почаще давать себе отдых и где-то вне твоей норы.   - Ты же знаешь, я не могу пока. Где-то не доработаю сегодня, завтра будет нечем оплатить аренду дома.   - А мне думается, ты себя сильно накручиваешь и нагнетаешь, - подмигнул парень, протягивая стаканчик с горячим содержимым. - Ну правда, позаботься немного о себе. Чтоб через неделю я увидел тебя цветущей и благоухающей, понятно?   - Да, да, хорошо, - рассмеялась брюнетка, протягивая ему карту для оплаты.   - Привет, - послышалось с другой стороны, что от неожиданности девушка подпрыгнула на месте.         Катарина резко обернулась, вновь застыв с открытым ртом:   - Я... а... эм, при... вет, - кое-как выдавила она.         Том стоял совсем рядом, сегодня одетый в простые джинсы, красный джемпер и короткое серое пальто:   - Американо, пожалуйста, - обратился он к бариста, когда тот вернул карту Катарине.         Брюнетка с трудом сделала шаг в сторону, нервно сглотнув и стараясь не уронить собственный стакан. Но пару секунд спустя до нее дошло, что, наверное, она выглядит странно, застыв тут как музейный экспонат, ведь уже получила свой заказ и могла теперь уходить, уступив место очереди. Собрав все силы, какие смогла найти в себе, она кинула Джеймсу:   - Пока, увидимся через неделю, - и выскочила на улицу, пытаясь отдышаться. Будто марафон пробежала.         Мысли хаотично забегали. Срочно куда-то уйти... Куда? Куда она собиралась? Или остаться здесь? А если он выйдет и снова ее увидит, не подумает ли, что она его преследует? Наверняка ведь на то оно и похоже. Парк? Дальше по улице? Одновременно хотелось не двигаться с места и вместе с тем убежать куда угодно, лишь бы вновь не попасться Хиддлстону на глаза. И здравомыслие, во всяком случае как считала Катарина, победило. Она поглубже вдохнула теплый воздух, в котором уже во всю ощущался аромат зелени, распускающейся листвы и благоухающих цветов, что уже цвели в небольших садиках возле домов, и двинулась выше по Риджентс. Ноги с трудом делали шаг. Они сейчас казались безумно тяжелыми. А разошедшееся сердцебиение только ухудшало ситуацию. Нужно было как-то успокоиться. Девушка, наконец, вспомнила, что в руках несла любимый напиток и сделала большой глоток, слегка обжигающий горло. Слишком много эмоций всего за пару дней, а поделиться ими даже не с кем. Были пару подруг, с которыми она общалась в интернете, но ситуация казалась настолько необычной, что делало ее в каком-то смысле интимной, хотя бы для нее самой. А потому даже им рассказать было страшно. Нужно было переварить происходящее самой, а потом уже подумать, делиться ли этим с кем-то еще.       Ноги несли сами. Девушка даже не заметила, как дошла до моста, ведущего в сторону Чок Фарм, и остановилась на нем, только-только приходя в себя. Она сделала глубокий вдох и последний глоток своего напитка, подойдя к металлической опоре, облокотившись на неё и смотря куда-то в даль, ни за что особо не цепляясь взглядом. Слишком. Много. Эмоций. Всего за пару дней. Хотя, наверное, стоило ожидать, что однажды Том заметит странную девушку, сидящую каждый день на одном месте? Но это все равно не укладывалось в голове. Хуже того, он запомнил Катарину и поздоровался в кафе, будто со старой знакомой. Для него это ерунда, а вот для девушки в мгновение целый мир перевернулся. Жаль, что он даже представить себе не сможет, на сколько это ценно для нее.       Погода разошлась, солнце начало печь, что захотелось снять с себя уже надоевшую куртку и прогуляться как можно дальше, на сколько хватит сил. Что Катарина и сделала. Выбросив стаканчик в урну и содрав верхнюю одежду, она проложила себе путь до Камден Тауна, до которого ноги тоже до сих пор так и не донесли, хотя райончик привлекал своей яркостью и неординарностью. Да и совсем не давно девушка завела свой блог, в котором делилась фотографиями города, стараясь делать красивые снимки и писать что-то интересное о тех местах, что посещала, хоть это было и крайне редко. Потому и блог не особо набирал аудиторию, но пока что ее это мало волновало. Занятие в первую очередь проносило удовлетворение душе и влюбленному в город сердцу, а остальное было не важно.       Через пару часов девушка добралась до Оукли сквера, не удержавшись, чтобы не сделать пару фото и не выложить в блог с забавной подписью. А пройдя чуть ниже, она нашла красивую христианскую церковь из темного камня со стрельчатыми высокими окнами и ярко-синей дверью, посчитав это место отличной точкой для завершения долгой прогулки. Катарина аккуратно прошла внутрь. Людей не было, деревянные лавочки перед алтарем пустовали. Девушка не сказала бы, что относила себя к верующим, но любила атмосферу таких храмов, а потому спокойно села на одну из первых лавок, погрузившись в эту тишину и аромат воска плавящихся свечей. Что-то было в таких местах особое, что полностью раскрывало, обнажало душу, вытаскивая все чувства наружу. И Катарина вдруг почувствовала сильную потребность их выплеснуть. Людей так и не было, а потому ничего не мешало тихо расплакаться в своем уголочке в тени каменной колонны. Она даже не знала, почему именно ей этого захотелось, ведь, казалось бы, во всяком случае так бы сказали окружающие ее люди, что ничего сверхъестественного не случилось. Не для нее. Повезло, что эмоции вышли быстро и легко, так что брюнетка быстро стерла слезы, убедилась, что с ней все в порядке и, наконец, отправилась в обратный путь. А дома упала без ног, моментально провалившись в сон.       Ей приснился Он. То и дело проходя мимо нее и улыбаясь. Голова на утро разболелась, но мысли продолжали крутиться вокруг вчерашнего дня и повторяющегося сна. Хорошо это или плохо? Во всяком случае в ближайшее время Катарина решила больше не выходить на прогулки и в кафе, боясь получить новую дозу адреналина. Но, конечно, она не отказалась от утреннего ритуала. Это казалось уже невозможным: просто вдруг перестать встречать день с видом на парк в ожидании коротенького, но особого мгновения. Правда теперь руки начинали трястись. А что, если это произойдет снова? Или все-таки это была единоразовая акция? Оставалось лишь гадать. Но в этот раз Хиддлстон просто не появился, как и в ближайшие пару недель, что было уже крайне долго и непривычно, а потому девушка начала шерстить интернет и все возможные паблики в поисках хоть какой-то информации, но кругом все молчали, никаких новостей не было. Стало даже как-то тоскливо, будто из виду пропал близкий друг. Чушь какая! Том ей никто.       Уже заканчивалась третья неделя, а Катарина все продолжала встречать дни в привычном режиме. А, собственно, какая разница есть он или нет? Свежий воздух, любимый напиток, вдохновение расцветающей природой, что еще нужно для настроения и бодрости перед предстоящим рабочим днем? Кроме, конечно, снова нагнетающих и вводящих в тоску мыслей. Уже почти одиннадцать, что-то Катарина засиделась сегодня. Брюнетка мысленно отвесила себе отрезвляющую пощечину, отряхивая свой уже изношенный уличной погодой плед и поворачиваясь к двери, когда совсем рядом вновь так неожиданно прозвучал знакомый голос, в который раз заставив вздрогнуть: - Привет.       Девушка резко развернулась, пошатнувшись на лестнице, но все же устояв на ногах. Том расположился возле небольшой кирпичной колонны, поддерживающей металлическую калитку к дому. Выглядел мужчина немного уставшим, но совершенно спокойным, выражающим разве что легкое любопытство, но не более того. - Эм, прив... - голос будто совсем пропал. - Привет, - еще раз повторила Катарина, чувствуя, что начала дрожать, но вовсе не от холода. - Извини, возможно, я немного нагло нарушаю границы, - Хиддлстон виновато улыбнулся, - просто, интересно стало познакомиться с таинственной девушкой, встречающей буквально каждый день на крыльце в любую погоду.