Однажды на Риджентс

      Мир словно все сильнее превращался в сюрреалистичный сон, мозг не понимал, как ему реагировать: соблюдать максимальную осторожность или все-таки, если это сон, то ловить момент и брать от него все, что сможешь: - Я… Д-да, это, эм… - замямлила девушка, пытаясь хоть как-то дышать. - Это… это мой ритуал… такой… утренний, да. - Даже когда холодно? - Виноватая улыбка не сходила с лица Тома, но от нее грело куда лучше, чем от весеннего солнца. - Ну… - а что на это ответить? - О, извини, - мужчина сделал шаг ближе, - Том, приятно познакомиться. - Ка… Катарина, - брюнетка спустилась на пару ступеней вниз, протянув руку в ответ.       Хиддлстон коснулся ее пальцев, мягко пожав. Ручка девушки на фоне его большой казалась такой крохотной, будто кукольной. А какая бархатистая у него оказалась кожа, и горячая. Катарина с трудом отпустила протянутую ей ладонь и постаралась улыбнуться как можно естественнее, хоть это и было очень тяжело: губы дрожали. - Я раньше тебя здесь не замечал. Переехала не так давно? - Угу, несколько месяцев назад. - Из другого города? - С… страны. - О, правда? Никогда бы не подумал. Значит Англия не твой родной дом? - Нет, эм… Я из Италии. Ну, родилась в Польше, но семья перебралась в Неаполь, когда мне было полтора года. - Здорово! - Томас, как и всегда, умел удивляться и восхищаться чему угодно. - В Лондон тоже вместе приехали? - Нет, я одна, после того, как брат и отец погибли… Прости, не знаю, зачем рассказываю тебе, - девушка махнула рукой, чувствуя, как к затылку и щекам прилил жар, от чего она приложила прохладную от ветра тыльную сторону ладони к лицу. - Нет-нет, что ты, я не против, если тебе хочется поделиться. И мне жаль. - Спасибо, - наконец-то, хотя бы дышать рядом с ним Катарина уже научилась и могла отвечать ровным голосом. - Так откуда этот ритуал, расскажешь? - А, это… - повисла неловкая пауза. И снова сильное ощущение нереальности происходящего, из-за чего контролировать собственный язык стало трудновато. - Честно? - Девушка состроила гримасу, прищурив один глаз и прикусив кончик языка. - Я всегда только за честность и искренность, - послышалось тихое «хе-хе». «О, боже», - только и успело пронестись в голове брюнетки: - Чтобы увидеть тебя. - Бум! Занавес. Сердце тут же рухнуло в желудок, совершив на ходу изящное сальто. - Оу, - Хиддлстон явно к такому ответу готов не был. - Прости, прости, - затараторила Катарина, - господи, извини, это… я знаю, как это выглядит. Я лучше пойду, и постараюсь больше так не де… - Стой, не надо, - мужчина неожиданно рассмеялся. - Я сейчас все же тороплюсь по делам, но… увидимся завтра утром? - Я… Да? - Только и смогла выдавить из себя девушка, будучи полностью сбитая с толку от реакции Тома на ее признание. - Отлично, - еще шире улыбнулся тот. - Буду пробегать мимо, загляну. До завтра, - мужчина помахал рукой и двинулся дальше по улице, на ходу подняв руку, чтобы проверить время на его серебристых Ролексах.       Вновь проводив его взглядом, Катарина вбежала по лестнице в дом, чуть не споткнувшись о свисающий край пледа и захлопнув дверь, прижавшись к ней спиной, приложила ладонь к груди, вслушиваясь в собственное сердце. Оно ухало так, будто его хозяйка только что пробежала трусцой пару километров без передышки. Том подошел к ней. Сам. Просто так заговорил, просто потому, что ему захотелось. Как такое возможно? И хуже того, не разозлился, узнав правду. Или... а может он счел это шуткой? Да нет, вряд ли, Катарина сдала себя с потрохами. И Томас пообещал встретиться завтра. По его собственному желанию. В какой-то момент девушка почувствовала себя так, словно выпила пару бокалов терпкого вина на голодный желудок, от чего перед началом работы пришлось зависнуть на кухне со стаканом холодной воды, пытаясь отрезвить себя.       А мысли о предстоящей новой утренней встрече все равно не покидали голову весь день. Сложно было сосредоточиться на своих задачах, а потому, выполнив только самое срочное и важное, брюнетка закрыла ноутбук, слегка вспотевшими с непривычки руками. Просто отставить работу, потому что переживаешь о чем-то, что случится в другой день, для нее уже было немыслимым. Глобализированная ответственность и страх, что вдруг не хватит копейки на оплату счетов превратили обычный рабочий день в жесткую зависимость с переработками и эмоциональным истощением. Бариста был прав: Катарина слишком привыкла к такому режиму, загоняя себя в жуткое состояние, забывая о простых радостях. А ведь на самом деле на накопительном счету ей уже удалось собрать достаточную сумму на критический случай. Уж позволить себе передышку среди недели она точно могла. И теперь для этого был повод. Не хотелось завтра утром выглядеть словно дворовая измученная кошка, нужно было более менее отоспаться и привести себя в порядок. И для девушки это означало именно "привести в порядок", чтобы волосы были чистыми, под глазами не висели мешки, а от кожи приятно пахло свежим мистом, а вот декоративной косметикой она почти не пользовалась. Максимум, что хранилось в косметичке Катарины - это консилер, гель для бровей, румяна и тушь. И то порой она пользовалась лишь половиной из перечисленного. И в целом ее внешность это позволяла. Девушка не считала себя красоткой, но чистая кожа, которой она добилась только правильным питанием и простым уходом, густые от рождения ресницы и смольные слегка волнистые волосы и без косметики создавали образ приятной миловидной девушки. Хотя как раз многие говорили ей, что из-за светлой кожи, контрастирующей с такими темными волосами и почти янтарными радужками, она похожа на темного, но завораживающего эльфа, Катарина все равно в это упорно не верила, считая банальной лестью.

***

      Ну, вот и наступило утро. Уснуть прошлым вечером оказалось не так просто из-за бушующих эмоций, так что избежать заспанного вида уже не удалось. Одна задача провалена. Зато густые лоснящиеся волосы на удивление шикарно легки, обрамляя овальное личико. Катарина собрала их большим золотистым крабиком в аккуратную прическу, спустив по бокам от лица пару свободных прядок, подкрасила глаза тушью, накинула любимый свитер цвета распустившейся сирени и вышла на крыльцо, сладко потягиваясь. Девушка вышла даже раньше привычного, сложно было спокойно сидеть на месте. А раз еще оставалось время, тем более, что Том и не назначал час, в который он явится, то можно было и выпить кофейка. Так что брюнетка расположилась поудобнее поближе к калитке в этот раз предусмотрительно с закрытым термостаканом. И чем дольше приходилось сидеть, тем более нервным становилось ожидание, а в голову лезли навязчивые мысли, что Катарина сама себе все придумала, совсем и окончательно спятила. Но нет, спустя пол часа из-за угла показался все тот же высокий силуэт. Сегодня в джинсах и тоже в голубоватом свитере. Забавно. А впереди Тома вышагивал довольный пес, то и дело что-то вынюхивая в траве у тротуара. Невозможно было тут же не растянуться в улыбке. Мужчина осмотрелся по сторонам и, убедившись, что дорога свободна от машин, перешел ее к дому Катарины: - Доброе утро, - он махнул приглашающим жестом. - Пойдем с нами, чего сидеть на холодном камне.       Она и правда не прогадала со своим стаканом, чтобы не бросать его возле дома, а потягивать горячий напиток на ходу. Девушка тут же выскочила из дворика, быстро прикрыв за собой калитку, а снаружи ее встретили теплые объятия. И все это было странно, ведь они с Хиддлстоном все еще толком не знакомы. Хотя ему ведь не в первой обнимать совершенно не знакомых ему людей? - Привет, - наконец, произнесла Катарина, ответив на его легкое и быстрое прикосновение. Конечно, ей хотелось бы большего, но нужно радоваться и тому, что уже есть. - Идем, мы тут вдоль парка ходим туда подальше, - мужчина кивнул вперед. - А почему не в сам парк? - Простроившись рядом, спросила девушка. - Там людей много сейчас и, эм, не так часто стало получаться побыть наедине и в покое. - Ох, - выдохнула Катарина. - Но я... Я как раз хотела спросить, почему ты так спокойно отреагировал на мое... ну, поведение, так сказать, - она нервно хихикнула. - Привык, - Хиддлстон пожал плечами. - Понимаешь, люди чаще бегут к тебе за автографом или фото, или еще хуже фотографируют исподтишка. Так что то, что кто-то тихонько пьет чаек, когда ты выходишь на пробежку даже умиляет в каком-то смысле, - он рассмеялся, но снова добавил более серьезным тоном. - Ты все же ценишь мои личные границы, я это понял. А это важно. Вот и все. Спасибо. - И все равно я снова хочу за это извиниться, - брюнетка вновь ощутила прилив краски к лицу. - Все нормально, - подмигнул ей Том.       Минут за десять они обошли парк по Элберт Терас, перейдя дорогу к территории зоопарка. Только если не переходить мостик недалеко от птичника, а свернуть вправо, то можно выйти к узенькому тротуарчику, ведущему возле небольшого канала, что проходит полукругом через Парк Риджентс, куда и повел их Хиддлстон. Здесь тоже было тихо и безлюдно, все туристы и даже местные предпочитали идти сразу к центру парка, не обращая внимания на эту дорожку. Бобби все рвался вперед, вынюхивая то заборчик с одной стороны, то слегка зеленоватую воду с другой: - Боббс, тш-ш, куда ты так рвешься, - мужчина легонько потянул поводок на себя и достал что-то из кармана, приманивая внимание зверя к себе. - Рядом, - тихо произнес он, после чего из его пальцев сразу же было выхвачено явно очень вкусное лакомство. Пес послушно пристроился сбоку. - А можно спросить? - Девушка прикусила губу, но любопытство давило. - М? - Тебя не было три недели... - О, ну да, готовлюсь к одному проекту. Но сказать пока ничего не могу, прости. - Ничего. Мне достаточно того, что намечается что-то новое. - У меня тоже вопрос, - Том хитро ухмыльнулся. - Как решилась на Лондон? Город дорогой достаточно, тем более этот район. - О, ну, я давно хотела, на самом деле. И не только из-за тебя, - Катарина замахала свободной рукой. - Меня он привлекал еще со школьных времен, мы однажды прилетали сюда с родителями на несколько дней. Хотя я уже смутно помню ту поездку, но запомнила, как мне было здесь хорошо. А там, дома, почему-то нет. Там более жаркий климат, довольно частные землетрясения. Да и в целом, бывает, что место просто не твое и все, даже если прожил в нем всю свою жизнь. - А здесь твое? - Да, я это ощущаю целиком и полностью, даже не смотря на то, как ты сказал, что город довольно дорогой и тяжеловато выживать. - А кем ты работаешь, если не секрет? - Ничего такого, web и UX дизайнер. - Оу, интересно, - кажется, Томас сказал это весьма искренне. - Web знаю, а ю... что это? - Ну, это более углубленное изучение поведения человека на сайтах, в интернете, как и что он ищет, куда кликает и как сделать тот или иной сайт более комфортным для пользователей. - Круто! Правда. - Наверное, - девушка пожала плечами. - Я не так давно этому обучилась и еще продолжаю учиться. - Мы учимся всю жизнь, это нормально. Тем более сейчас профессии более гибкие и постоянно развивающиеся. Прогресс. Мир не стоит на месте. - Да! - Воодушевленно воскликнула девушка, чувствуя, что беседа с Томом становилась все более комфортной, простой. Они легко находили общий язык.       Что же казалось погоды, она сегодня как-то сильно контрастировала с настроением: тучи заволокли почти все небо, оставив только тонкую светлую полоску на горизонте. Дождя не было, но ветер вновь стал холодным, а где-то в далеке слышался гром. Гуляя в одиночку Катарина наверняка продрогла бы, а тоскливая атмосфера передалась бы и внутреннему состоянию, но не рядом с этим мужчиной. И дело было не только в том, что все же легкая нервозность и все еще небольшой шок от происходящего кидали в жар. Просто от Тома исходило особое тепло и уют, что согревало даже физически, как и его чарующий голос. Интересно, когда пройдет это ощущение нереальности, сновидения на яву? И так не хотелось, чтобы эта прогулка хоть когда-то заканчивалась. Но дойдя до следующего моста, они перешли на Аутер Серкл и двинулись в обратную сторону, хоть и медленным прогулочным шагом. - Значит, у тебя здесь совсем никого нет? - Спросил мужчина. - Неа. - А друзья? - Нет, - Катарина опустила голову, уставившись на носки своих серых ботиночек. - Только интернет-друзья и они разбросаны по миру. Здесь никого. - Звучит печально и... одиноко. - Нет, на самом деле мне комфортно, меня это устраивает, - улыбнулась ему девушка, заглянув в смотрящие на нее бездонные глубины лазурного моря. Вот-вот и она утонет в нем. - Мне п... я так... привыкла, - запнулась она. "Спасибо, хоть слюна по подбородку не потекла", - фыркнула Катарина на себя мысленно. - Ну, все же один друг у тебя теперь будет. Двое, - Томас покосился на пса, наконец-то, пристроившегося к дереву дабы выполнить прямое предназначение своей прогулки.       "Друг". К горлу подступил старый добрый комок. И нет, не потому, что девушке хотелось другого, хотя, отчасти, скорее всего, и это тоже было причиной. Но и быть ему хотя бы просто другом - предел мечтаний. Если он доверится ей, будет делиться своими эмоциями, хоть радостными, хоть грустными, какими-то важными для него событиями, то Катарина уже будет самым счастливым человеком в этом мире. И никто не убедит ее в обратном. А Тому она уже и так доверяла. За эту часовую прогулку, совсем не заметив как, она совершенно спокойно рассказала свою краткую историю: где училась, как жила в Неаполе, о случившейся семейной трагедии и о сложных отношениях с матерью - единственным родным человеком, кроме далекой бабушки, кто у нее остался. А Хиддлстон слушал так внимательно, запоминая все детали, хоть девушка даже и не подозревала об этом. А для него это было обычным делом. Тем более, если человек действительно интересен ему. Как и было с Катариной.       Том заметил ее еще за несколько недель до своего отъезда. Таинственная девушка с цветом волос вороного крыла, что скоромно притаившись в уголке своего крыльца, каждое утро, как мужчина проходил мимо, сидела с чашкой в руках, укутанная уютным пледом. Картинка для открытки. Наверное, она так встречала каждый день и когда его не было. Ведь даже когда на улице было действительно холодно, с неба пыталось сыпаться что-то похожее на мокрый снег, она все равно сидела под небольшим козырьком, укутавшись с головой в покрывало, наблюдая за прохожими. Необычно и почему-то притягательно. В какой-то из вечеров Хиддлстон решил, что непременно должен познакомиться с ней, что-то внутри ему говорило, что этот человек будет близок ему по духу, что это важно. Но все же решился он не сразу. А помахав ей в одну из пробежек и поймав этот удивленный с широко распахнутыми глазами взгляд, и позже увидев ее в кафе, окончательно собрался с мыслями, что ему нужно узнать этого маленького черноволосого призрака, который то и дело испуганно норовил исчезнуть. И вот теперь, узнав ее хоть немного, услышав ее приятный голос, увидев эту немного неловкую улыбку, мужчина понял, что не ошибся. Ему давно не хватало такой компании, хотя, конечно, друзей у него было много, но далеко не всех он мог назвать близкими. Да и все они жили далековато от него, а встречались они крайне редко. Загадывать наперед, понятное дело, не стоит, но уже сейчас Томасу нравилась эта новообретенная дружба: - Спасибо, что согласилась прогуляться, - протянул он, когда они с Катариной уже подошли обратно к ее дому. - Разве я могла отказаться? - Ну... - Только не говори всякой ерунды. И так уже ясно, почему я здесь, - пробормотала девушка, забавно сжав губы и дернув носиком, что она всегда делала машинально, когда чего-то жутко стеснялась. Она даже не представляла, на сколько мило выглядел со стороны этот жест. - И, к своему ужасу, я этому рад, - состроив смешную рожицу, рассмеялся мужчина, вызывая шквал мурашек от этого заветного "э-хе-хе", которое многие лишь мечтают услышать вживую. - Собственно, мне снова нужно будет исчезнуть на пару дней. Точно не могу сказать, но увидимся. До следующей прогулки. - Хорошо, - Катарине невозможно сильно захотелось сказать: "я буду скучать", но она удержалась, протянув лишь простое, - пока.       Девушка поднялась на пару ступеней, взглядом все же проводив мужчину до конца дома. А зайдя к себе, она упала на диван, закрыв лицо ладонями и чувствуя, как скулы начинало сводить от этой неконтролируемой улыбки. На секунду из горла даже вырвалось что-то похожее на писк. Это было ее лучше утро в этом лучшем городе. И от одной прогулки внутри проснулась энергия, которой уже давно не было. Так что рабочий день дальше потек сам собой, легко и продуктивно. Голова словно прочистилась, мысли постепенно начали выстраиваться в более упорядоченную систему, от чего поставленные задачи стало куда проще выполнять. Катарина будто получила от Тома приличную дозу антидепрессантов, возвращающих ее в жизненный строй. Это если не вспоминать про Лину, которая тут же всплывала следом за этими мыслями. И малышку. Имя которой, кстати, до сих не было известно. И как бы девушка не пыталась остаться на новой волне, эти картинки их пары тут же вернули ее обратно. Друг. Друг, потому что у Тома уже есть семья, то, чего он вроде бы давно хотел. Перед глазами сразу же начали вырисовываться образы, как он целует свою невесту, укладывает дочь спать, в конце-концов просто их семейный быт. И снова стало больно и плохо. Катарина с какой-то неожиданной злостью, скорее на саму себя, захлопнула ноутбук, благо уже и так наступил поздний вечер. И, забыв про ужин, она просто упала в кровать, провалившись в беспокойный сон.       И снова на утро разболелась голова. Всю ночь то и дело снились какие-то неприятные сны, от чего было крайне обидно после вчерашней-то прогулки. Ко всему прочему возникло жуткое чувство вины, стыда, что Катарина никак не могла радостно принять факт, что Хиддлстон давно уже не свободный мужчина, тем более она и без того считала, что у нее самой шансов не было в любом случае. Оставалось только учиться отбрасывать этот самый факт из своей головы и привыкать к тому, что она ему теперь друг, с которым Томас иногда будет ходить на прогулки. "Довольствуйся тем, что имеешь", - повторяла себе девушка. Кто-то и о таком может только грезить во снах. Такое напоминание и правда помогало, но лишь от части.       Пара дней перерыва после прогулки были только на руку, нужно было заново прийти в себя от очередных пережитых эмоций и внутреннего разрыва, особенно того, что усложняло задачу: "смотреть ему в глаза". Чувство вины так и поселилось где-то в глубине, иногда всплывая на поверхность и мешая спокойно дышать. С этим нужно будет как-то бороться. Как-то. И еще с тем странным желанием, все-таки увидеть Тома с дочерью. Одновременно болит, и вместе с тем тянет. Ох, не сойти бы с ума от этого шатания между собственными тягами и чувствами. Обидно будет попасть в сумасшедший дом в самом начале их дружеских отношений. - Привет, - снова этот голос, буквально толкающий тебя в бездну, заставляющий качаться на бархатных волнах. - Мне сегодня надо пробежаться, но на обратном пути забегу, - быстро протороторил мужчина. - Хорошо, - немного устало улыбнулась Катарина. - Я жду здесь, как и всегда. - Все хорошо? - Томас слегка наклонил голову, заглядывая в эти янтарные глаза. - Да, я в порядке. Беги, - девушка постаралась напустить на себя более беззаботный вид. - Я просто чуток устала за эту неделю. - Тогда может лучше пойдешь поспишь? - Нет, нет, все нормально. Иди уже, - махнула она рукой. - Ладно, скоро буду.       Хорошо, что сегодня было на что отвлечь свои кусачие душу мысли: для пробежки Хиддлстон облачился в любимые шорты по длине чуть выше колена и темно-синюю футболку, красиво облегающую его мышцы. Было на что посмотреть и даже позволить себе пустить слюну, пока он не видит. Катарина сама не заметив, жадно прикусила губу, засмотревшись на округлые перекатывающиеся при движении мышцы ягодиц. Черт! Теперь она знакома с Томом лично и от подобного собственного поведения становилось куда более неловко. Но как с этим быть? Невозможно оторвать взгляд и думать в этот момент о чем-то другом. Если только вновь... А она ведь прикасается к нему, обнимает, целует. Вот же! "Везучая дрянь", - хотела бы Катарина произнести хотя бы мысленно, но тут же отвесила себе подзатыльник. "Даже думать так не смей!". Тяжелый глубокий вдох.       Пробежка была не очень долгой. Прошло чуть меньше получаса, когда мужчина вновь показался рядом с домом брюнетки: - Привет, - довольно улыбнулся он, немного запыхавшись, - еще раз. - Привет. - Извини, что сегодня без прогулки. Мне нужно возвращаться к занятиям. - Просто так или для дела? - Скажем так: все сразу. И сам скучал по пробежкам, и нужно сейчас для проекта. - Ну вот, теперь мне еще интереснее узнать, что это за проект такой.       Мужчина рассмеялся. В уголках его глаз появились знакомые морщинки. А его радужки сегодня на солнце переливались иными оттенками: более яркими голубыми, иногда с проблеском изумрудного. И волосы казались более рыжими. На шее блеснули капельки пота. Ну вот, снова воздух в легких словно застрял. И это чертово желание, слизнуть языком... Нет! Нельзя об этом думать! - Когда-нибудь расскажу, но позже, - ответил он. - Очень буду ждать, - выдавила девушка, все еще смотря на его шею. - А пока я с радостью послушаю про Италию. Там ты не сидела целыми днями дома? - Нет, - ухмыльнулась брюнетка. - И по выходным мы часто ездили в разные города, чтобы посмотреть что-нибудь интересное.