Красный означает, что я люблю Тебя...

Я посмотрел вниз на истекающую кровью Эму. Я уставилась на раны на её теле, держа в руках тот самый нож, который их нанесла. Я опустилась на колени рядом с ней, установив зрительный контакт. Она все еще дышала. Я смотрела, как её кровь сочится из поверхностной раны на горле, которую я нанесла. Рана была большой по длине, покрывая почти всю переднюю часть горла Эму, но она была недостаточно глубокой. Я жаждал больше крови, больше боли. Я поднял нож, позволяя крови с лезвия ножа капать мне на руку. Холодная кровь стекала по моему запястью, оставляя красный след, который блестел в тускло освещенном подвале. Я слизнула кровь с лезвия, кровь была на вкус как железо с легкой кислинкой. Вкус был таким, как я ожидала, и гораздо большим. Быстрым движением я приставила нож к шее Эму. Прижимая лезвие к поверхностной ране, заставляя кровь вытекать быстрее. Я посмотрела ей в глаза с легкой улыбкой и быстро провела прижатым лезвием по её горлу. Лезвие вошло глубже. Рана становилась все больше. Кровь хлынула из её перерезанного горла. Я уставилась на текущую кровь, я была горда собой. Впервые за то, что казалось вечностью, я по-настоящему гордилась. Темно-красная кровь потекла на бетонный пол, окружая Эму её собственной кровью. Я видела, как она пытается дышать. Её дыхание было прерывистым, в нем не было ритма. Я провел указательным и средним пальцами по шее Эму, обводя рану, которую нанесла сама. Кровь казалась холоднее, чем воздух вокруг нас. Я поднесла пальцы ко рту и слизнул с них кровь, кровь человека, которого я боготворила. Моя одержимость Эму Отори была сильной. Люди назвали бы это нездоровым. Если я не могла заполучить её, то никто не мог. Мне было суждено быть с ней, просто она еще не знала об этом. Я поспешно снова приставила нож к её горлу. Я начала делать им пилящие движения, одновременно надавливая на него. Её зубы были стиснуты друг о друга, когда она пыталась терпеть боль без крика. Лезвие перерезало её трахею с удивительной легкостью, несмотря на то, что было тупым. Перерезав трахею, она издала звук, напоминающий крик, но был издан воздухом, выходящим из её легких. Я оглянулась на Эму, теперь парализованную страхом. Её глаза были полны страха и слез. Пара слезинок скатилась по её щекам. Я вытерла их рукой, оставив небольшое количество крови размазанным по её щекам. Я улыбнулась ей. Не получив от неё ответной улыбки, мое лицо слегка нахмурилось. Я оглянулся на её горло, из которого все еще сочилась кровь. Горло Эму было полностью залито кровью, как и пол под её головой. Смотреть на кровь, хлещущую из её горла, было успокаивающе. В сочетании с ужасным звуком воздуха, выходящего из её легких, который я, по какой-то причине, нашла интригующим, это была прекрасная сцена. Одна из величайших вещей, которых я достигла сама, заключалась в следующем. Мне нравилось видеть, как её кровь покрывает её саму и её окружение. Мне нравилось, что на моей форме были красные пятна, окрашенные её кровью. Мои руки были покрыты кровью, как и мой нож. Я снова перевела взгляд на лицо Эму. Еще больше слез потекло из её глаз. Её дыхание было совершенно не ритмичным. Я смотрела на неё, пока она хватал ртом воздух, отчаянно желая прожить еще немного. Такая жалость, видеть Нене такой беспомощной. Я провела рукой по её волосам, оставляя пряди пропитанными кровью, и тихо прошептала: “Скоро все закончится, моя милая Эму”. Я сидела там, на холодном бетонном полу, наблюдая за умирающей Эму. Все тихо, если не считать легкого хрипящего звука, издаваемого воздухом, выходящим из её легких через открытую рану. Я медленно провела рукой по его волосам, по мере того как кровь все меньше и меньше текла из её горла. Я смотрел ей в глаза в её последние мгновения, когда выражение её лица наконец расслабилось, когда она наконец-то умерла. молодцы девочки, это была хорошая сцена. бу.