Летний отпуск

Внутри вагона слышалось мерное постукивание колес по рельсам – верный признак того, что они ехали в поезде, покачиваясь и сонно зевая. Вставать пришлось рано, чтобы успеть на вокзал вовремя и не растерять при этом нужные вещи, особенно дело касалось билетов, которые хранились у Жана. Жан был довольно активен и тороплив, иногда неопрятен и невнимателен, в отличие от Марко, рассеянного и спокойного парнишки, чья жизнь была размеренной и полной приключений, благодаря неусидчивому русому другу. Марко прекрасно помнил про билеты и не забывал напоминать о них почти каждые пять минут, на что Жан только лишь отмахивался и шагал дальше, стараясь как можно быстрее подойти к прибывающему поезду. За окном мчалась вереница пейзажей. Настолько красивых и невероятных, что Бодт не мог оторвать взгляда своих темных глаз от великолепных изумрудных ветвей деревьев, которые уже начинали желтеть на верхушках. Август… Календарь постепенно осыпался, день за днем вырывая из себя дни и недели. Последний месяц лета Марко хотел провести со своим другом. Для этого он предложил ему уехать на отдых, на море… К солнышку поближе, где он может забыть о своих проблемах с семьей и об учебе. Жан, к счастью для темноволосого парня, был абсолютно не против, даже за, и Бодт побежал за билетами. Параллельно железной дороге, вместе с пейзажем, мчались узкие красные полоски заборов. Марко подумал, что здесь, возможно, располагается заповедник, или что-то вроде того. Абсолютно голубое, чистое небо оставляла в душе положительные чувство, заставляло радоваться. Ведь тогда Марко мог допустить возможность того, что дождя в ближайшую неделю не предвидится, и они смогут сходить на пляж. Бодт отвлекся от созерцания рассвета за полупрозрачным окошком и взглянул на соседнее сидение: откинувшись на голую, не заправленную в наволочку подушку, спустив одну руку и ногу вниз, на диванчике лежал Жан. Из приоткрытого рта скатывалась тонкая струйка слюны, падая на подушку и впитываясь в грубую ткань, наполненную пухом. Марко улыбнулся. Он уже и не припомнит, когда видел спящего Жана в последний раз. Этот вечный двигатель никогда не уставал, но сегодня… Они легли спать в три часа утра, как раз в тот самый момент, когда Марко уверенно заявил, что все вещи собраны и можно немного отдохнуть. Вырубились оба моментально, даже не выключая свет и не снимая с себя одежды. Легли на одну кровать, закрыли глаза – и заснули. Как оказалось так, что Марко обнял Жана во сне – не знал никто. Но зато через два часа, когда громко звенящий будильник уже падал на пол от вибрации, они проснулись. И тогда Бодт впервые в жизни увидел не выспавшегося, недовольного и ворчащего Жана. Конечно же, Марко не мог запретить своему другу вздремнуть час-другой. Ему и самому немного хотелось спать. Но университет приучил его не нуждаться во сне. И именно по этой причине парень снова перевел усталый, но счастливый взгляд к окну, из которого по всему плацкарту распространялся мягкий свет. Жан проснулся так же неожиданно, как и уснул. Ему приснился дурной сон, именно сей факт поднял Жана с постели. - Марко… Доброе утро, - заметив красноватые отблески в окне, Жан решил, что проспал он совсем недолго, и сейчас только рассвет. - Уже вечер, и мы скоро приедем, - Марко улыбнулся и сел рядом с другом, мягко приобнимая его. - Мне такая жуть снилась. Как хорошо, что я проснулся. Не хочу видеть это снова, - проворчал Кирштейн и потер глаза, невольно положив голову на плечо Марко. - Как видишь, все уже закончилось. Ты проснулся, мы уже почти приехали, и нас ждут незабываемые выходные! – брюнет попытался подбодрить друга. Но все, что он услышал в ответ – сонное мычание и неразборчивые ругательства. Марко не стал больше ничего говорить, он просто успокаивающе гладил Жана по голове, время от времени поглядывая на часы. Еще две минуты. Две минуты, и они приедут туда, где они смогут на целый месяц забыть о мирской суете. - Отдых… Как же мне его не хватало, - эти слова вылетели совершенно случайно, Марко не хотел говорить это. Но видимо, данная реплика зацепила Жана. - Неужели, у тебя все так плохо с учебой? – он повернул голову, и парни оказались в недопустимой для друзей близости друг с другом. - Да… - Марко замолк, а через пару мгновений мягко поцеловал Жана, еще раз проведя ловкими пальцами по русой голове, - Но я не хочу об этом говорить, - закончил Бодт после поцелуя и рассеянно улыбнулся. Смутившись, Жан подумал, что лучше бы отсесть от своего друга, пока тот не натворил глупостей. Кирштейн очень странно себя чувствовал, находясь в таком положении с Марко. Он считал это неправильным, но ему нравилось… В который раз забросив эти мысли на дальнюю полку, Жан бросил рассеянный взгляд в окно, после чего заметил, как поезд, замедляя ход, останавливается на вокзале…