Bad Idea!

— Джисон? Ты тут? Брюнет зашëл в тëмную холодную «комнату». В принципе комнатой это назвать сложно. Старая большая заброшка, которую давно пора бы снести. Потолок местами обваливался, а стены были все в трещинах и граффити. Краска уже выцвела и местами растеклась, но рисунки не потеряли своих первоначальных значений. По полу был рассыпан мусор и некоторые обвалы, что разбили подростки, любящие экстрим и подобную хрень. В углу холодного помещения сидел парень. Его лица не было видно, потому что он, сложив руки на коленях, сидел уткнувшись лицом в них. Рыжие волосы пыли расстрëпаны и чуть замазаны в крови и грязи. На бледных руках было множество синяков и ссадин, которые слегка кровоточили. На дизайнерских тëмно-синих джинсах были уже далеко не дизайнерские дыры. На оголëнных частях ног виднелись синяки, а на левом колене была довольно глубокая рана, кровь уже подсыхала. По коже младшего ходили крупные мурашки. В помещении было довольно холодно, а рыжий сидел в одной белой грязной футболке и порванных джинсах. По «комнате» разносились тихие всхлипы. Младший сидел в наушниках и не слушал вопросы Минхо, он вообще не чувствовал, что он тут. В наушниках младшего играл плейлист «грусть». Джисон фанат рока, фонка и просто грустных американских песен. Из уха вытащили один наушник, Хан поднял злые красные глаза на старшего и вырвал аппаратуру из его руки. — Чего припëрся? Мало тебе было? Пошëл нахуй отсюда! — истеричные крики Джисона разносились по пустынному заброшенному помещению, разбиваясь о покрытые множеством трещин стены. Губы младшего дрожали и, когда брюнет хотел подойти, он выставил трясущуюся руку перед собой. Призывая к тому, чтобы тот остановился и не трогал его. — Хани.....я..я — Минхо хотел снова попытаться подойти, но громкое «нет» остановило его действия. — Что ты?! Добить меня пришëл? Так давай, чего ты стоишь? Давай бей, выбей из меня последнюю кровь. — рыжий, облокотившись о трясущиеся руки, попытался встать. Руки у локтей подкосились и он упал. Приложив лоб к холодному бетону, он выдохнул и резко поднялся на ноги. Голова закружилась и парень облокотился о стену, избегая следующего падения. — Джисон, я не хочу и не собираюсь тебя бить. Поверь мне. — Ли выставил руки впереди, снова пытаясь подойти. — Ты стоял там и ничего не сделал. Ты просто, сука, стоял и смотрел как твоего парня избивают долбаëбы из твоей ëбаной компашки! — голос осел, а из глаз новым потоком текли слëзы, снова смачивая опухшие щëки. Глаза уже болели и закрывались от постоянных слëз и истерик. — Да, блять, я виноват, прости. Я сейчас здесь и хочу помочь тебе. — брюнет аккуратно взял Хана за руку, но рыжий тут же её вырвал, ударяясь спиной и головой о бетонную стену. — Да пошëл ты нахуй, Ли Минхо. — рыжий на ватных ногах чуть отошëл от него и посмотрел снизу вверх. Замахнувшись, он дал старшему звонкую пощëчину. Щека брюнета сильно покраснела и стала неприятно жечь. Рука у младшего, увы, далеко не лëгкая. Хан зажмурился, чувствуя как кожу на ладони стало не приятно жечь. Песочная кожа на руках покрылась пятнами из-за столь сильного удара. Встряхнув рукой, младший побежал в сторону выхода, пока Ли стоял в прострации. Под потрëпанными кедами слышалось шуршание мусора и кафельных осколков, что разламывались, когда младший на них наступал. Услышав быстрые шаги позади себя, Джисон огляделся и, заприметив выход, побежал в сторону лунного света. На смену какой-то депрессивной песне пришла более весëлая и как раз очень подходящая под ситуацию, в которую Хан собирается снова влипнуть. bad idea — girl in red Он выбежал на балкон, по краям которого стоял тëмный железный забор, когда-то покрашенный в зелëный цвет. Почти вся краска слезла, а толстые перекрученные прутья заржавели. — Тут несильно высоко. — оперевшись руками о «забор», он перекинул одну ногу через него, и повернувшись спиной в сторону дороги, перетащил вторую ногу. Немного присев, он спрыгнул на твëрдый потрескавшийся бетон. В ступнях появилась пульсирующая резкая боль, но Джисон, чуть прихрамывая, всë равно шëл дальше. Рыжий не представлял куда идти и тем более, что делать дальше. Единственно, что парень знал точно, так это то, что он не простит Минхо такого предательства. Он никогда не забудет, как лежал на твëрдом грязном асфальте, пока его избивали шестеро парней из параллельного класса. Все эти бестолочи были из компашки Ли. А старший просто стоял и смотрел как они избивают беззащитного парня. Его парня. Он смотрел на него безжизненным не читаемым взглядом. Он не пытался противостоять. Да он даже слова не сказал в их сторону. А когда те закончили, просто приобнял какого-то блондина за плечи и пошëл в противоположную сторону от рыжего. Даже не обернулся. Хан до безумия хотел отомстить старшему. Только вот как? Вот и он не знает. У него было много различных мыслей на этот счëт. Но все они сходились к тому, что Минхо будет абсолютно плевать. Он посмотрит на не него тем же пустым взглядом, и приобняв какого-нибудь левого парня развернëтся и уйдëт. Уйдя глубоко в раздумья, рыжий даже не заметил как пришëл к мосту. Оперевшись о большие перила, он похлопал поним,  и положив локти, посмотрел в тëмную воду, в которой красиво отражалась полная светлая луна. — Хан Джисон и река Хан, не это ли рай? — парень грустно усмехнулся, всматриваясь в яркую одинокую Луну и вслушиваясь в слова песни. Позвонить тебе было плохой идеей.. — Безумно херовой. — парень посмотрел вниз, завораживаясь течением воды. В голову резко пришла идея перелезть через забор, почувствовать тот самый давно интересующий адреналин, который разливается по венам горячей тягучей жидкостью, распаляя кожу и затуманивая разум. Парень аккуратно перелез через ограждение, крепко обхватывая руками перила. Засмотревшись на луну, рыжий почувствовал как нога соскальзывает. Думать, что я смогу остановиться, было плохой идеей.... Из кармана выпал телефон, вырывая из ушей проводные чëрные наушники. Спустя пару секунд послышался характерный всплеск воды, что означало то, что телефон уже стремиться ко дну реки, напевая песню girl in red. Пальцы на руках начали затекать, лëгкий прохладный ветер, снова вызвал мурашки  по всему телу, закрадываясь под тонкую футболку. — Может и не такая плохая идея. — шумно выдохнув, парень зажмурил глаза и отпустил руки. По щеке снова потекла горячая слеза. Тело окончательно промëрзло пока парень булыжником летел в воду Рыжий открыл глаза, но тут же его тело ударились о воду. Уходя глубже под холодный слой воды, парень расслабился уже не пытаясь вынырнуть. Минхо так и не научил его плавать. Выпустив воздух из лëгких, парень закрыл глаза, чувствуя как в рот попадает горькая слегка солоноватая речная вода. Перед глазами начало плыть, а рассудок помутнился. Руки и ноги онемели от холода, окутавшего всë тело, сознание окончательно рассеялось, а кожа побледнела. Прощай Хан Джисон.

***

Брюнет сидел на крыше той самой заброшки, уже буквально захлëбываясь в собственных слезах. К груди он прижимал слегка помятую фотографию ярко-улыбающегося Джисона. Он сидел и смотрел на небо, игнорируя тот факт, что до жути боится высоты. Он сидел на самом краю высокого здания, к которому прибежал в состоянии аффекта. Он не помнит точно, как преодолел путь к нему и как забрался на крышу. — Зачем ты так поступил? — парень смотрел на тëмное звëздное небо, чуть сминая фотографию в руке. — Я хочу к тебе. — парень выдохнул, смотря на одинокую тусклую звезду, что сегодня светила в несколько раз ярче чем два дня назад. Два дня назад парень потерял понятие слова «любовь», он потерял свой смысл жизни. Он потерял свою звёздочку. Посмотрев на слегка выцветшую со временем фотографию, он поцеловал два своих пальца и провëл ими по шершавой поверхности, где располагались губы любимого юноши. — Я иду, Хани. Парень встал с насиженного места и, повернувшись спиной к городу, расставил руки в сторону. Выдохнув, он оторвал одну ногу от бетонного пола, и оттолкнувшись от реальности, почувствовал холодный ветер, что так сочетался с болью поразившей всë тело. Еще тëплое тело парня лежало на на холодном пыльном асфальте, перемешивания собственную кровь с грязью от машин и людских ботинок , пока тот выискивал свою звëздочку. — Я люблю тебя, Хан Джисон. — слеза скатилась по левой половине лица, разбиваясь об асфальт. Из стеклянных глаз пропала последняя частичка жизни, а сердце навсегда перестало биться. Прощай Ли Минхо.